Радиоуправляемые фугасы в мясном бору

С сенсационной находкой вернулись татарстанские поисковики из-под Новгорода

Резеда ДАУТОВА. Май 2000 г.

Поисковую экспедицию организовала редакция Книги Памяти при финансовой поддержке Комитета по делам детей и молодежи РТ. За 9 дней поисковики обнаружили останки 152 советских солдат и офицеров, погибших в районе ст. Мясной Бор и местечке Любино Поле. Все они 6 мая 2000 г. захоронены на братском кладбище. Нашли и несколько солдатских медальонов, 3 ложки с надписями «Хамидуллин К.И.», «Пуговкин И.П.» и «Ликарек Коля».

О самой интересной находке экспедиции рассказывает ее руководитель Михаил Черепанов:

- Это изготовленное из металлического сплава рельефное изображение бронемашины с локатором на крыше. Такая машина была на вооружении особо секретного подразделения радиоуправляемых фугасов. При отступлении советских войск сигналы с машины посылались на расстояние в несколько десятков километров для подрыва оставленных зарядов. Известно несколько случаев применения такого оружия. Однажды в оккупированном фашистами Киеве рухнул целый квартал, в котором располагались штабы и госпиталя. Погибли при этом и мирные советские граждане. За это оккупанты расстреляли сотни заложников-киевлян.

- Но вы вели раскопки на месте окружения 2-й Ударной армии. Какое отношение она имеет к этому подразделению?

- Примерно такой же бронетранспортер был у Власова. Об этом свидетельствует кинохроника. Но о том, что у 2-й Ударной имелось действительно то самое оружие, никаких свидетельств до сих пор не было. В 1987 г. после моей публикации в «Комсомолке» «Армия не сдается» мне позвонил ветеран войны Строков из Орехова-Зуева, который служил у Власова в особо секретном подразделении. Строков к этому времени был болен и решил перед смертью рассказать о подразделении. И даже показал мне на карте, где все происходило.

- Какую роль играло это подразделение в Любанской операции?

- В апреле 1942 г. создалась критическая ситуация: наши войска не могли пробиться к Любани. По рассказам Строкова, перед командующим 2-й Ударной встала дилемма: подрывать фугасы, заложенные в оккупированной Любани (и тогда погибло бы большинство мирного населения), или не подрывать и оставить в безвыходном положении свою армию. Возможно, если бы Любань была подорвана в апреле 42-го, блокаду Ленинграда сняли бы гораздо раньше. Но Власов так и не решился отдать этот приказ.

- И что же случилось с броневиком, попавшим в окружение?

- Необходимо было любой ценой спасти машину или, в крайнем случае, ликвидировать ее. Когда рядом появились первые фашисты, Строков, оставшийся один, подорвал броневик, а сам попал в плен. Мы побывали на месте, где это произошло, нашли большие колеса, осколки брони и вот это рельефное изображение самой машины - скорее всего, опознавательный знак принадлежности к подразделению. Будем искать дальше. Наверняка где-нибудь в военных архивах сохранились фотографии этой техники. Быть может, найдутся и документы, свидетельствующие о других случаях применения подобных фугасов.