Воспитание памятью

Корр. газеты «Молодой ленинец» (Калужская обл.),

17.3.1988 г.

В Калуге проходил Все­союзный сбор поисковых отрядов, работающих по увековечению памяти защитников Родины. 15 марта состоялось заключительное пленарное заседание. Его открыл председатель Всесоюзного координационного совета поисковых отрядов Ю.М. Иконников. Участники сбора приняли Обращение ко всем сле­допытам страны. Состоялось награждение представителей лучших поисковых отрядов страны. Комсомольские награды вручил секретарь ЦК ВЛКСМ С.Н. Епифанцев.

Сбор уже прибли­жался к финишно­му отрезку, но соз­давалось впечатление, будто впереди еще много дней работы. Звучали страстные монологи, сти­хийно возникали дискус­сии, у «свободного» мик­рофона велась оживленная полемика. А ведь сов­сем недавно казалось, что все уже выговорились и больше желания высту­пить у участников сбора не будет.

Но эти люди просто не могут молчать! Поискови­ки - народ неравнодуш­ный. Кому-то даже пока­жется, что фанатичный. И все эти споры, дебаты, расхождения во мнени­ях - а без этого не может существовать ни од­но большое дело - были направлены на про­грамму совместных дей­ствий. Ибо много еще пре­пятствий на пути следо­пытов. Но в тысячи раз больше неизвестных имен и безымянных могил, до которых необходимо дой­ти.

И они идут дорогой по­иска. Хотим рассказать об одном из отрядов, став­шем широко известным в нашей стране. Речь идет о «Снежном десанте» Казанского государствен­ного университета. С на­чальником штаба этого следопытского объедине­ния - журналистом Ми­хаилом Черепановым - мы побеседовали во вре­мя одного из перерывов.

- Здесь, в Калуге, нам, наконец удалось встретиться с теми отря­дами, о работе которых слышали раньше, - рас­сказывал Михаил. - Но чем мы отличаемся от других поисковиков? «Снежный десант» - это единственное на се­годняшний день объединение, собравшее в свои ряды поисковые отряды всех вузов Казани (только в университете таких отрядов 9), а также КамАЗа, Нижнекамска, Новгорода, Ленинграда. Штаб «десантников» дей­ствует при Новгородском обкоме ВЛКСМ, руково­дит поисковой экспедицией А. Орлов. Его брат, Н. Орлов, был одним из первых следопытов в стране, собирающих материа­лы о боях в Мясном Бо­ру под Новгородом, где воевала 2-я Ударная армия.

...За последние два года «десантники» захоронили в Мясном Бору останки 800 воинов, имена 15 удалось вос­становить. Ребята нашли свидетельства о примене­нии фашистами в тех местах химического оружия против советских солдат, обнаружены капсулы химснарядов. Это во мно­гом объясняет потери 2-й Ударной.

- Уверен, что нужно как можно больше людей провести через Долину смерти, где развивались главные события, - убеж­денно говорит Черепа­нов. - Ребята смогут там увидеть, что пред­ставляет собой война на самом деле. А это пред­ставление очень сильно отличается от книг и фильмов о войне.

В последнем лет­нем походе «Снеж­ного десанта» в Долину смерти приняло участие 150 че­ловек - студенты, рабо­чие, журналисты.

2-я Ударная - не единственная тема для по­исков «Снежного десан­та». Еще одно направле­ние в работе - изучение бо­евого пути воинских под­разделений, сформирован­ных в годы Великой Оте­чественной на территории Татарии. Еще в 1968 г. студенты совершили пер­вый поход в Калужскую область, в Спас-Деменскии район, где воевало одно из таких подразде­лений. А потом были по­ходы в Юхнов­ский, Мосальский районы... Пос­ледний раз в Мосальске студенты побывали зи­мой этого года.

«Снежный десант» - массовая организация. По­исковой работой занима­ются журналисты - это благодатная почва для поисков материала (на филфаке и были органи­зованы первые походы на Новгородчину), художники - есть возможность проявить свои способно­сти, участники художест­венной самодеятельно­сти, фотографы, меди­ки - словом, каждому найдется занятие.

Громоздкая только на первый взгляд структура «Снежного десанта» поз­воляет избежать дубли­рование в маршрутах по­ходов, с объединением ис­чезла и факультетская конкуренция. Приоритет в поисках общий. Вся ин­формация поступает те­перь в действующий банк данных.

Вот как прокомменти­ровал итоги сбора Юлий Михайлович Иконников, избранный председателем Всесоюзного координа­ционного совета поиско­вых отрядов:

- Сама жизнь заста­вила прийти к этому сбо­ру. Мы не гнались за ко­личеством, мы собрали людей, которые работают на самом сложном и важ­ном поисковом направле­нии по обнаружению ос­танков воинов, оставших­ся незахороненными на местах боев. Здесь были и представители других следопытских направле­ний. Но в основном были поисковики-практики, работающие над тем, чтобы списки пропавших без вести стали короче.

...Не только ветераны должны возглавлять советы, зани­мающиеся исследованием истории Великой Отечественной. Мы передаем эстафету в руки молодых.

ИМЯ ТВОЕ НЕИЗВЕСТНО?..

М. Черепанов, командир объединенного отряда

«Снежный десант». Комсомольская правда, 9.5.1988 г.

В марте этого года прошел 1-й Всесоюзный сбор поисковых отрядов. Наверное, кто-то удивится: почему первый? Разве не было до этого всевозможных слетов красных следопытов? Одних только форм патриотической работы не перечесть.

В том-то и дело, что речь идет не о тех туристических группах, в составе которых школьники и студенты обычно ездят по местам боевой славы. На сей раз впервые собрались те, кто многие годы по своей инициативе занимался поиском забытых братских могил, возвращая имена тем, кто считался «пропавшим без вести», кто спустя 4 десятилетия после войны собирал на полях сражений останки погибших советских воинов, чтобы предать их земле.

Слишком долго мы боялись об этом сказать, признаться самим себе в том, что такое кощунство существует в нашей стране. Не потому ли первый сбор состоялся лишь 43 года спустя после Победы? Слишком привыкли мы к дежурным лозунгам о памяти и долге! А между тем, даже ветераны той страшной войны не знают, что немало еще мест, где их однополчане лежат на полях сражений, лежат там, где сразила их пуля или осколок. И что самое страшное, среди них - не только забытые, но и оклеветанные. Это, прежде всего, воины 2-й Ударной армии Волховского фронта. А сколько их еще, таких армий, «пропавших без вести» в те тяжелые для нас первые годы Великой Отечественной!

Но разве слава только там, где войска наступают победным маршем? Разве героическая гибель в окружении не подвиг? Ведь там каждый знал, что навечно останется «пропавшим». И все-таки шли на подвиг. Шли, не думая, о признании потомков.

Наверное, не случайно именно в тех местах, где это происходило, начинали свой поиск первые отряды следопытов - не по предписанию, а по зову сердца.

Первый сбор. Наконец-то к нашей не столь уж многочисленной семье стали относиться не как к неформалам-туристам, а как к формированию, занимающемуся важным государственным делом. Разве это не дело чести Отечества - воздать, наконец, дань погибшим почти полстолетия назад. Что может быть дороже возвращенных из небытия имен?

Почему-то мы слишком долго не задумывались над тем, что сотни тысяч воинов числятся «пропавшими без вести». Приняли это как объективную реальность. А ведь «пропавшие» они лишь потому, что по-настоящему их никто не искал. Почему у нас в стране до сих пор, по сути дела, нет организации, которая помогла бы родственникам «пропавших без вести» найти хотя бы тоненькую ниточку для поиска. Сколько их, семей, получивших из разных архивов равнодушную отписку: «Пропал без вести. Других сведений не имеем». Не по силам это работникам архивов? Пусть займется кто-то другой!

Надо ли рассказывать, какой социальный эффект имеет работа поисковиков-непрофессионалов. Да, они порой переступают так называемые «границы компетентности», опережают официальную историческую науку. Пример? Писатель С. Смирнов, «открывший» для людей Брестскую крепость, рабочий Н. Орлов из Новгород­ской области, начавший не менее сложную работу по реабилитации 2-й Ударной армии. Да сколько их было и есть - всех не перечислишь. И вряд ли оправданно возмущение профессионалов, выискивающих те или иные погрешности в собранном по крупицам каким-то краеведом или поисковой группой описании полузабытой битвы или биографии, вычеркнутой из списков войсковой части. Слишком часто факты свидетельствуют: официальная версия исторического события - это еще не истина.

И еще. Нам долго пытались внушить: вся наша работа на местах, боев - необдуманный риск. Стоит ли даже самое святое дело каких бы то ни было человеческих жертв?

Вот здесь нужно разобраться. Во-первых, кто до сих пор гибнет, находя старые боеприпасы? В подавляющем большинстве мальчишки, туристы или грибники. Ни одного случая гибели или травмы в составе поисковых групп никто привести не смог. Значит, организованная поисковая работа ничего общего не имеет с собирательством боеприпасов, которое, к сожалению, получило широкое распространение и становится причиной многочисленных ЧП. Проблема в другом - принять меры к полной безопасности поисковых работ. Выделить саперов, нужное количество миноискателей. А время не ждет еще и потому, что с каждым годом остается все меньше сохранившихся документов: «гаснет» бумага в сейфах, тайниках, солдатских медальонах.

Мне не пришлось видеть смерть на поле боя, в отличие от многих моих ровесников, воинов-интернационалистов. И потому считаю работу в Долине смерти, что под Новгородом, своим долгом. Вместе со своими товарищами буду приезжать сюда десять, двадцать лет - до тех пор, пока не будет найден и захоронен последний погибший советский солдат. Не хочу мириться с надписью: «Имя твое неизвестно», буду делать все для того, чтобы новые имена героев появлялись на обелисках. Пусть посчастливится опознать лишь одного из ста найденных на полях сражений.

ПОИСК ДЛИТСЯ ДЕСЯТИЛЕТИЯ

О. Александров, директор музея «Снежного десанта» КГУ.

М. Черепанов, начальник штаба экспедиции «Долина».

Советская Татария, 7.3.1989 г.

...С годами в деятельности «десантников» произошло немало перемен, патриотическое движение ширится, совершенствуется: сейчас каждый поход – настоящая поисковая экспедиция. В зимние каникулы студенты собирают сведения о дивизиях, сформированных в Татарии, встречаются с ветеранами, записывают их воспоминания, в том числе о Любанской операции, боях на Северном Кавказе. Ведется активный поиск бывших сотрудников фронтовых, армейских и дивизионных газет, политработников и агитаторов, мобилизованных на фронт из нашей республики. Начата большая работа по восстановлению доброго имени репрессированных в довоенные и военные годы, тех, кто сражался с врагом в штрафных батальонах.

Занимается «Снежный десант» поиском и захоронением останков советских воинов в Новгородской, Смоленской и Калинин­ской областях. За 8 лет найдены останки около 3000 солдат, погибших в 1941-1942 годах, и захоронены в братских могилах.

Ребята разыскивают пропавших без вести, ведь многие еще не знают ни места захоронения родного человека, ушедшего на фронт, ни даже даты гибели.

К сожалению, собранные во время поисковой работы материалы и экспонаты пока не используются в полной мере, ведь до сих пор у «Снежного десанта» нет своего музея. Его планируется открыть в новом корпусе КГУ, в строительстве которого участвуют студенты. Началось формирование фондов будущего музея. Надеемся, что в этом примут участие ветераны и поисковые группы. Совместными усилиями мы сможем создать на базе нашего музея методический центр по подготовке поисковых отрядов.