7.2 Мотивы рождения ребенка и принятие родительских ролей

Есть представление, что семья становится настоящей, полноценной семьей, только когда в ней появляется ребенок. Еще одна установка – что желательно, когда ребенок появляется после свадьбы, то есть родительство является следствием закрепления и переживания супружеских ролей, а не предшественником их. На самом деле такая «привычная» последовательность наблюдается далеко не во всех семьях. Более того, в молодых семьях часто наблюдается ситуация, когда семья образуется именно по причине беременности супруги, а значит, принятие решения о рождении ребенка предшествует принятию решения о вступлении в брак.

Такая ситуация часто воспринимается как некоторое «давление», «обязаловка», «принуждение» - другими словами, отношение к будущему родительству (именно к возросшим обязанностям, а не к самому факту рождения ребенка) явно отрицательное. Отсюда – и скрытое недовольство супружескими отношениями. Ко времени появления малыша в семье складывается ситуация, когда отношение к ребенку трудно отделить от отношений к обстоятельствам, предшествующим его рождению. Нежеланный и «случайный» ребенок в такой ситуации может стать объектом для проекции негативных эмоций своих родителей.

«Случайный», родившийся от незапланированной беременности, но ожидаемый и заранее любимый малыш, наоборот, скрепляет семью, обычно его появлению в семье сопутствует психологическая готовность к родительству. Принятие родительской роли, как правило, зависит от возраста матери и отца, от их личностной зрелости, и, не в последнюю очередь, от благоприятного социально-психологического климата в семье, удовлетворенности ролями супругов. (см. Рисунок 14)

Рисунок 14

Мотивы рождения ребенка и принятие родительских ролей

«Запланированный ребенок» - ситуация, кажущаяся на первый взгляд заранее выигрышной. Ведь здесь родители знают, что у них будет ребенок и желают его появления на свет. Однако это не означает, что отношение к ребенку будет заранее положительным. Мотивами запланированного, ожидаемого рождения ребенка могут выступать:

- желание иметь ребенка определенного пола. Допустим, в семье уже есть два мальчика. Мама хотела девочку… а опять родился мальчик. Или наоборот.

Подвариантом данного мотива является установка на рождение ребенка, более здорового, чем его старший брат или сестра.

- с появлением ребенка связываются надежды на улучшение семейных отношений. Не секрет, что многие женщины уверены, что «лекарством от супружеских измен» является большая семья. Иногда случается ситуация, что именно появление еще одного члена семьи и спасло супругов от развода. Вот только будет ли «удержанный» отец так же радоваться рождению ребенка, как и мать? Не останется ли тлеющий, скрытый конфликт?

Возможна и другая ситуация. Отношения все-таки распались, семьи нет, а ребенок – остался. Каким будет отношение матери к малышу, который «не выполнил своего предназначения», зависит от того, насколько она сумеет справиться с эмоциональными проблемами, с чувством одиночества и отверженности.

- «ребенок нужен, потому что без него семья – не семья». Другими словами, родители подчиняются некоторому социальному стереотипу, что появление ребенка укрепит их отношения. Однако личного, собственного желания завести ребенка могут и не испытывать. Весьма вероятно, что в этом случае к ребенку будут относиться как к обязанности. Иногда приятной и полезной, но только когда желания ребенка не идут во вред желаниям родителей.

- Материальная выгода. Демографическая политика Российской Федерации предполагает некоторые льготы многодетным семьям, с 2007 года действует положение о «материнском капитале». Предполагается, что благодаря «материнскому капиталу» семья сможет улучшить жилищные условия, или потратит эту сумму на обучение детей – иными словами, зная, что рождение второго ребенка сопровождается материальной дотацией, семья легче примет решение о его рождении.

Приведенные выше мотивы, хоть и постулируют желание родителей иметь ребенка, не всегда означают, что ребенок будет важен именно как личность, как независимое существо со своими потребностями, привычками, запросами. Иногда, наконец-то дождавшись ребенка и обнаружив, что его пол, состояние здоровья, или привычки, или даже внешность не соответствует запланированному идеалу, родители испытывают разочарование и меняют свое отношение к нему.

Принятие родительских ролей, кроме вышеуказанных мотивов рождения ребенка, определяется возрастом родителей, их историей родительства, личностной зрелостью. Как правило, чем старше возраст родителей, чем легче мать и отец приспосабливаются к потребностям ребенка, режиму его дня, психологически легче переносят ограничения собственной активности. Например, юные, 16-18 летние мамы с большим нежеланием ограничивают себя в курении, соблюдении предписаний врача, чем матери в возрасте 23-25 лет. Как правило, самый «тревожный опыт» родительства связан с первым ребенком, отношение ко второму (и третьему, и всем последующим) ребенку более уверенное, и мать и отец знают, как реагировать на плач, на беспокойство ребенка, а значит, чувствуют к нему большее эмоциональное расположение. Здесь следует упомянуть, что на формирование «родительской тревоги» отрицательно влияет опыт невынашивания – ситуация, когда беременность прерывалась по медицинским показаниям. Психологически настроенные на появление ребенка родители, особенно мать, склонны преувеличивать страхи, связанные с рождением следующего малыша.

Личностная зрелость родителей проявляется как готовность соучаствовать в жизни ребенка, принимать ответственность за его поступки, ценить личность маленького человека, доверять ему, оказывать эмоциональную, социальную поддержку.

Характерологические особенности родителей являются одной из существенных детерминант родительского отношения. В работе А. Адлера впервые был описан тип тревожной матери, устанавливающей с ребенком симбиотические отношения, опекающей и защищающей его, тем самым парализующей собственную активность и самостоятельность ребенка (A. Adler, 1922).

На основании клинических наблюдений и экспериментальных психологических исследований А. И. Захаров дает комплексную характеристику личностных особенностей матерей, чьи дети страдают неврозом. Наряду с сензитивностью, тревожностью и неуверенностью в себе этих матерей отличает также излишняя пунктуальность, принципиальность в моральных требованиях, ригидность мышления, нетерпимость, склонность к образованию сверхценных идей, высокая конфликтность в сфере межличностных отношений, недостаточная эмоциональная отзывчивость. У отцов в этих наблюдениях, по данным MMPI, на первый план выступали черты мягкости, пассивности, некоторой минорности общего фона настроения (А. И. Захаров, 1982). Результатом подобных личностных особенностей является извращенная ролевая структура семьи, в которой мать излишне "мужественна"- недостаточно эмоционально отзывчива и эмпатична, зато требовательна и категорична, а отец "женствен" - мягок, раним, не способен управлять ситуацией. Очевидно, что родители с подобными характерологическими особенностями представляют ребенку искаженные образцы для идентификациии. усвоения социальных образцов поведения. Оба родителя обладают также сходной структурой неудовлетворенных потребностей - в основном это фрустрация потребности в эмоциональной близости, заостренное желание независимости, сочетающееся со страхом перемен, чувство внутреннего дискомфорта, внутренняя конфликтность и недовольство собой. Однако душевная усталость, неадекватные способы самоутверждения не позволяют родителям адекватно увидеть и принять себя такими, какие они есть, искать конструктивные пути разрешения собственных конфликтов. Ребенок в такой семье выступает в качестве "козла отпущения", принимающего на себя проекции родительских конфликтов, а его невроз становится клиническим выражением личностных проблем родителей (А. И. Захаров, 1982).

В исследовании детей с ночным энурезом А. Я. - Варга убедительно показала, как невротический симптом ребенка становится условно-желательным для родителей, позволяя им вытеснять неблагополучие в сфере собственных интимных отношений (1985). Еще более грубые характерологические отклонения отмечаются у родителей детей, больных шизофренией. "Шизофреногенную" мать отличают две типичные установки: 1) открытое отвержение, сочетающееся с безупречно инструментальным контролем, холодность или безразличие к ребенку, иногда садистическая настроенность; 2) скрытое отклонение, когда чрезмерная забота является формой доминирования и паразитического существования при наличии инфантильных и эгоистических установок. Отец в, этих исследованиях характеризовался как пассивный, равнодушный, устраняющийся от семейных дел.

Патологическая заостренность характерологических черт родителей порождает специфические особенности отношения к ребенку. Родители, например, не замечают у себя тех черт характера и поведения, на малейшее проявление которых у ребенка они реагируют аффективно-болезненно и настойчиво стараются искоренить. Таким образом, родители неосознанно проецируют свои проблемы на ребенка, а затем реагируют на них как на свои собственные. Так, нередко "делегирование" - упорное желание сделать из ребенка "самого" (развитого, эрудированного, порядочного, социально-успешного) - является компенсацией чувства. малоцейности, недееспособности, переживания себя как неудачника. Проекция родительских конфликтов на ребенка не предрешает, однако, стиля родительского отношения: в одном случае это выльется в открыто эмоциональное отвержение ребенка, не соответствующего идеальному родительскому образу; в другом случае примет более изощренную форму: по защитному механизму образования реакции обернется гиперопекой или гиперпротекцией. Очень обостряется конфликтное отношение к ребенку-подростку, особенно если в семье есть еще маленький ребенок: родители обычно склонны переоценивать достоинства младшего, на фоне которого недостатки подростка - реальные и мнимые - воспринимаются родителями как невыносимые.

Как правило, стиль родительского поведения зависит от того типа социализации, детско-родительского взаимодействия, который сложился в прародительской семье.

Принятие социальной роли матери. В.последние годы в психологии быстро развивается идея о сильной биологической обусловленности родительского чувства. Для благополучного "запуска" биологической основы материнства существенны три фактора - сензитивный период, ключевые раздражители и импринтинг. Считается, что у матери есть сензитивный период материнства - первые 36 ч после родов. Если в этот период матери представлена возможность непосредственного общения с новорожденным, так называемый контакт "кожа-кожа", то у матери возникает психологический импринтинг на данного ребенка, интимная душевная связь с ребенком образуется быстрее, бывает более полноценной и глубокой. Дальнейшие исследования тех семей, где не был упущен сензитивный период материнства, показывают, что поведение матерей было спокойным и любящим, дети достоверно чаще улыбались. Детская улыбка в свою очередь мощное поощрение для матери, ключевой раздражитель, запускающий специфическое материнское поведение. Таким образом, вовремя использованный сензитивный период материнства обращается в кольцо позитивных взаимодействий с ребенком и служит гарантом хорошего контакта, теплой и любящей атмосферы общения матери с ребенком.

Тем не менее, в зависимости от осознаваемых мотивов рождения ребенка содержание материнской роли меняется.

На формирование отцовской роли большее влияние оказывает социальный, а не биологический фактор. В молодых семьях, при рождении первого ребенка нередко складывается ситуация, когда отец просто не знает, как следует ухаживать за ребенком, в чем будут состоять его обязанности. (а иногда – просто не выдерживает высокой конкуренции со стороны чрезмерно помогающих бабушек.) Постепенно ребенок подрастает – а отец так и не находит возможности с ним пообщаться. Такая изоляция отца от родительских обязанностей искусственна, более того, она не позволяет адекватно развиваться семейной роли отца.

Чем старше становится ребенок – тем более значимы для нее поощрение, поддержка, оказанные отцом. Одновременно, гордясь успехами ребенка, мужчины проявляют больше инициативы в его воспитании.

В работах А.С. Спиваковской описан феномен искаженного принятия родительских ролей под названием «псевдосемья». Он состоит в том, что отец устраняется (или самоустраняется) от воспитания ребенка, а основную социализирующию функцию берут на себя мать и бабушка с материнской стороны. Такая «псевдосемья» возможна, потому как мать ребенка воспитывалась в сходных условиях – при пассивности со стороны отца и чрезмерной, иногда- авторитарной, - заботе со стороны матери.