4.2.3 Справочные материалы к теме 3:

1. Самая большая семья

Самая многодетная официально зарегистрированная семья в мире сегодня проживает в поселке Масловском Воронежской области Российской Федерации. Живет их 21 человек под одной крышей. Всего семья Шишкиных произвела на свет 20 детей, из которых 19 живут по сей день с родителями. Самый старший из детей уже сам семьянин и живет отдельно с женой и своими тремя сыновьями.

Самая большая в мире семья относится к пятидесятникам (евангельским христианам), последователям протестантизма, где аборт – большой грех, дети – Дар Божий. Так дали жизнь последовательно Алексею, Валентине, Евгению, Ольге, Наталье, Николаю, Елене, Денису, Александру, Анне, Сергею, Василию, Светлане, Павлу, Екатерине, Татьяне, Марине, Диме, Люде и Наде.

По официальным данным самое большое количество детей, рожденных одной женщиной – 69. Кстати, русские семьи в этом смысле отличаются наибольше.

Больше всего детей за свою жизнь родила наша с вами соотечественница, первая из двух жен крестьянина Федора Васильева (родился в 1701 году) из Шуйского уезда, что в 241 км от Москвы. Женщина в период с 1725 по 1765 год рожала 27 раз. Родилось у неё 69 детей, что является абсолютным рекордом, который повторить кому-либо маловероятно. Крестьянка ни разу не рожала по одному ребенку. У неё было шестнадцать двойняшек (тоже рекорд), семь тройняшек и четверо четверняшек.

В 1782 году было сообщено об этом монахинями Никольского монастыря. И даже Екатерина Вторая отметила сей феномен деторождения. Только двое детей погибли при рождении, остальные дети дожили до взрослого возраста. Очень жаль, что имя и фамилия в девичестве этой легендарной женщины были утеряны и не сохранены для потомков.

По сведениям Шуйского краеведа, Евгения Ставровского, он встречался с прямыми потомками этой семьй, которые до сих пор живут в тех местах. Многие из них оказались долголжителями, но вот не многие имели большое количество детей.

Также, история умалчивает, какое количество девочек и мальчиков было рождено в той легендарной семье. Известно только, что у Федора Васильева (он женился два раза) было 87 детей в общей сложности. То есть, вторая жена ему родила еще восемнадцать детей.

Из наших современниц самой плодовитой женщиной оказалась Леонтина Альбина из Сан-Антонио (Чили), которая с 1943 по 1981 гг. дала жизнь 55 детям. В результате первых пяти беременностей она производила на свет тройни, причем, только мужского пола.

В странах, где законом разрешены полигамные связи, человек может иметь бесчисленное множество детей. Говорят, что из султанов Марокко Мулай Исмаил (XVII-XVIII вв.) к 31 году дал жизнь 525 сыновьям и 342 дочерям, а в возрасте 49 лет стал отцом 700-го сына.

Еще один рекордсмен Сэмюэл С. Маст (Фрайберг, шт. Пенсильвания, США) ко дню своей смерти в возрасте 96 лет, в октябре 1992 г.,  мог похвастаться самым большим в мире количеством живых потомков – 824: 11 детей, 97 внуков, 634 правнука и 82 праправнука.

2. Мотивы вступления в брак (цитируется по: Шнейдер Л.Б. Психология семейных отношений. - М.: Апрель-Пресс, Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2000. — 512 с.)

В значительной мере определяющими успешность будущих семейных отношений выступают мотивы вступления в брак.

К настоящему моменту сложились разнообразные формы брачно-семейных отношений, наиболее распространенные из которых следующие:

1. Брачно-семейные отношения на основе честной контрактной системы. Оба супруга четко представляют, чего они хотят от брака, и рассчитывают на определенные материальные выгоды. Цементируют и помогают решать жизненно важные проблемы сами условия контракта. Эмоциональная привязанность, которую трудно назвать любовью, но которая все-таки есть в таком союзе, как правило, с течением времени усиливается («доживутся до любви», — по выражению И. С. Тургенева). Хотя, если семья существует лишь как экономическая единица, ощущение эмоционального взлета полностью теряется. Люди, вступающие в такой брак, имеют наиболее мощную практическую поддержку от партнера во всех практических начинаниях — поскольку и жена, и муж преследуют собственную экономическую выгоду. В таких брачно-семейных отношениях степень свободы каждого из супругов — максимальная, а личная вовлеченность — минимальная: исполнил условия контракта — волен делать, что хочешь.

2. Брачно-семейные отношения на основе нечестного контракта. Мужчина и женщина пытаются извлечь из брака односторонние выгоды и тем самым наносят ущерб партнеру. Говорить о любви здесь тоже не приходится, хотя часто в таком варианте брачно-семейных отношений она бывает односторонней (во имя которой супруг, понимая, что его обманывают и эксплуатируют, все терпит).

3. Брачно-семейные отношения по принуждению. Один из супругов несколько «осаждает» другого, и тот либо в силу определенных жизненных обстоятельств, либо из жалости наконец соглашается на компромисс. В подобных случаях тоже сложно говорить о глубоком чувстве: даже со стороны «осаждающего» скорее преобладают амбициозность, желание обладать объектом поклонения, азарт. Когда такой брак наконец заключается, «осаждающий» начинает считать супруга своей собственностью. Ощущение свободы, необходимое в браке и семье в целом, здесь абсолютно исключено. Психологические основы существования такой семьи так деформированы, что компромиссы, которых требует семейная жизнь, невозможны.

4. Брачно-семейные отношения как ритуальное исполнение социально-нормативных установок. В определенном возрасте люди приходят к выводу, что все вокруг замужем или женаты и что настало время создавать семью. Это — брак без любви и без расчета, а лишь следование определенным общественным стереотипам. В таких семьях не часто создаются предпосылки для длительной семейной жизни. Чаще всего такие брачно-семейные отношения складываются случайно и так же случайно распадаются, не оставляя глубоких следов.

5. Брачно-семейные отношения, освященные любовью. Два человека соединяются добровольно, поскольку не представляют своей жизни друг без друга. В браке по любви ограничения, которые принимают на себя супруги, — сугубо добровольные: им приятно проводить свободное время вместе, с членами своей семьи, нравится делать что-то хорошее друг для друга и для остальных членов семьи. Брачно-семейные отношения в этом варианте есть высшая степень объединения людей, когда дети рождаются в любви, когда любой из супругов сохраняет свою самостоятельность и индивидуальность, — при полной поддержке второго. Парадокс заключается в том, что, добровольно принимая на себя подобные ограничения («Я счастлив, если счастлива ты»), люди становятся более свободными... Брачно-семейная форма таких отношений построена на доверии, на большем уважении к человеку, чем к общепризнанным нормам.

Семейные отношения имеют ряд психологических особенностей, характерных только для них:

• наличие не одной, а ряда общесемейных целей, которые могут меняться в процессе развития семьи;

• частичное различие в интересах и установках членов семьи;

• наличие супружеской пары, взаимоотношения в которой в значительной мере определяют характер взаимодействия в семье;

• включенность в нее представителей нескольких поколений и большой срок близкого знакомства между ее членами;

• многосторонность и значимость семейных отношений и их взаимосвязь;

• особая открытость, уязвимость членов семьи.

На взаимоотношения в семье оказывают влияние внешние и внутренние факторы. К внешним факторам относятся совокупность материальных и духовных условий, существующих в данном обществе. Это и определяет межличностные отношения в обществе, трудовом коллективе, в семье.

Действие и проявление внутренних факторов наблюдаются на уровне межличностных отношений через реализацию (или наоборот) взаимных ожиданий, их внутренней удовлетворенности процессом взаимоотношений.

К внутренним факторам, способствующим успешной деятельности семьи, относятся индивидуальные психологические особенности семейных партнеров: это интеллектуальные, характерологические и социально-психологические особенности супругов.

Особую значимость приобретают основные жизненные ориентации или жизненные стратегии семейных партнеров:

• внутренний контроль — внешний контроль;

• эгоизм — социоцентризм (альтруизм);

• ориентация на общественные нормы — на себя;

• принятие противоречий — их неприятие;

• чувство собственного достоинства — неверие в себя.

К другим факторам, стабилизирующим семейные отношения, относят:

• постоянное стремление партнеров к сохранению семьи;

• желание и способность партнеров к согласованным действиям на благо семьи;

• инициативность каждого супруга в решении семейных проблем и реальный вклад каждого в общественные дела;

• разумное сочетание разнообразных личных целей и потребностей с общесемейными делами и потребностями;

• стремление в трудную минуту к эмоциональному единению и сплочению;

• эстетическая привлекательность (внешний вид, манера поведения и т. д.);

• способность эмоционально согреть супруга, т. е. вести себя так, чтобы создать атмосферу доверия, непринужденности, сердечности.

В настоящее время отношения между супругами регламентируются российским законодательством, на основе которого приняты кодексы о семье и браке. Что касается максимального возраста для вступления в брак, а также наличия любой разницы в возрасте жениха и невесты, то эти факторы не играют никакой роли — любой «поздний» или «неравный» брак беспрепятственно регистрируется в загсе. Различные ограничения, существовавшие в дореволюционной России, например предельный брачный возраст 80 лет, а для вступления в брак старше 60 лет требовалось специальное разрешение архиерея, были отменены в 1917 г.

В современной России простые или нуклеарные семьи — преобладающая форма среди всех семей. «Нуклеарная» — от слова «нуклеа» — ядро, т. е. главная часть, основа. Этим подчеркивается, что нуклеарная семья представляет собой отдельно живущую (без родителей и родственников) супружескую пару (ядро, главную часть) с детьми или без детей. Основная форма нуклеарной семьи — малодетная нуклеарная семья.

Жить отдельно от родителей хотели бы многие семьи. Сказывается стремление к независимости, к самостоятельности, желание делать в семье «как хочется», по-своему строить семейную жизнь. В целом атмосфера и условия жизни нуклеарных семей больше способствуют самовыражению, проявлению способностей, личных качеств супругов, и качеств не только положительных. Одна из черт нуклеарных семей заключается в том, что партнера любят, но мнением его часто не дорожат. Нередко супруги излишне небрежны, несдержанны и самоуверенны по отношению друг к другу. Даже небольшие ссоры в отдельно живущих семьях бывают очень опасны, особенно на ранних стадиях развития семьи, когда идет «притирка характеров». Интенсивность жизни в нуклеарной семье приводит к стрессам, психическим заболеваниям, конфликтам, сексуальным репрессиям, аморальности. Как и любое значимое социальное движение, трансформация института семьи разрешает одни проблемы, создавая другие.

3. Семейные роли и внутрисемейная ролевая структура (цитируется по: Шнейдер Л.Б. Психология семейных отношений. - М.: Апрель-Пресс, Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2000. — 512 с.)

Природой и обществом каждый мужчина подготавливается к тому, чтобы стать мужем и отцом, а женщина — женой и матерью.

В самом общем плане отношения между мужчиной и женщиной в семье определяются экономическим строем общества. Матриархат имел свою экономическую основу, патриархат — свою. Однако и в том, и в другом случае семья была авторитарной. Превосходство одного пола над другим пронизывало всю семейную жизнь. Вместе с тем существование семьи, где осуществляется два уровня руководства — материнское и отцовское, все вопросы решаются супругами сообща.

На каждом новом этапе развития общества, когда происходит переоценка ценностей, возрастает интерес к проблемам создания и функционирования семьи.

Современная семья является объектом пристального внимания со стороны разных отраслей науки. Многие проблемы лежат на стыке социально-психологического и социологического аспектов изучения семьи. Одной из таких сторон семейной жизни являются семейные роли.

Само понятие семейной роли как конкретизация социальных ролей мужа, жены, матери, отца, детей и т. д. является по сути социологическим. Опираясь на него, социальные психологи могут исследовать «личностную окраску», которую приобретают семейные роли в конкретном проявлении.

Понятие семейной роли в отечественной науке опирается на представления отечественных авторов о социальной роли. Социальная роль понимается прежде всего как функция социальной системы, «модель поведения, объективно заданная социальной позицией личности в системе объективных или межличностных отношений»¹.

Роль — это «социальная функция личности, соответствующая принятым нормам, способ поведения людей в зависимости от их статуса, или позиции в обществе, в системе межличностных отношений»².

Трансформация ролевых отношений в семье является важнейшей стороной современной перестройки брачно-семейных отношений. Неопределенность норм, регулирующих в настоящее время брачно-семейные, в том числе ролевые, отношения, ставит перед современной семьей ряд социально-психологических проблем. Важнейшими из них являются проблемы «выбора» каждой семьей способа ролевого взаимодействия и формирования отношения членов семьи к разным сторонам ролевого поведения в семье.

Процесс возникновения ролевой структуры семьи является одной из главных сторон ее становления как социальной и психологической общности, адаптации супругов друг к другу и выработки стиля семейной жизни. В условиях существования разных норм и образцов ролевого поведения этот процесс тесно связан с межличностными отношениями супругов и их установками. В настоящее время качество межличностных отношений супругов определяется прежде всего тем, как воспринимают их сами супруги, насколько благополучными и успешными они их считают. Однако до настоящего времени остается мало изученным вопрос, как воспринимают молодые люди свой создавшийся брак и какое место занимают в этом их ролевые отношения.

Можно сказать, что возможность включения членов пары в совместную деятельность предстает в виде такого сочетания личностных и поведенческих характеристик, которое Б. Мурстейн, автор, завоевавший популярность в области исследования развития эмоциональных отношений теории «стимул — ценность — роль», назвал ролевым соответствием. Речь идет о соответствии друг другу взятых на себя членами пары межличностных ролей и наличии базы для совместного взаимодействия с другими людьми, социальными системами или предметным миром. База эта видится автором в определенном сочетании личностных характеристик членов пары, например, потребность в доминировании у одного из партнеров, сочетающаяся с потребностью в подчинении у другого.

В зарубежной психологии рассмотрение семейных ролей составляют понятия половых ролей, полоролевой системы, полоролевой дифференциации. Под половыми ролями большинство авторов понимает систему культурных норм, определяющих допустимые способы поведения и личностные качества на основе половой принадлежности. Иногда эту систему называют полоролевой системой.

Полоролевые системы — это культурные ожидания относительно социальных ролей, социальных деятельностей, подходящих для мужчин и женщин. Основной линией дифференциации ролей мужчин и женщин в западной культуре является линия «дом — работа». От мужчины традиционно требуется в первую очередь, чтобы он стал профессионалом, занятым на постоянной, хорошо оплачиваемой работе. Семья должна рассматриваться им как нечто подчиненное, второстепенное по отношению к работе. На женщину возлагается ответственность за дом, семью, детей, профессиональная деятельность допускается, но как нечто второстепенное по отношению к семье в той мере, в какой она не мешает основному назначению женщины. Такая дифференциация ролей мужчин и женщин часто называется полоролевой дифференциацией. Из разделения социальных ролей мужчин и женщин непосредственно следует и образец распределения семейных ролей. На мужчину ложится ответственность за материальное обеспечение семьи, на женщину — ответственность за воспитание детей и ведение хозяйства. Такой ролевой модели придерживаются большинство зарубежных исследователей.

Такие авторы, как Най Ф. И., Плек Дж., Сканцони Дж. и др., рассматривают распределение ролей как ядро полоролевой дифференциации в семье. Эти понятия представляются очень важными для понимания, в частности, семейных ролей и недостаточно изученными в отечественной науке.

Но в последнее время в работах зарубежных исследователей главными предметами анализа являются факторы и следствия, во-первых, принятия женщиной роли кормильца семьи, во-вторых, участия мужа в ведении хозяйства и воспитания детей. В исследовании был выделен ряд факторов, влияющих на «выбор» семьей того или иного способа ролевого взаимодействия, а также на традиционность/эгалитарность ролевых установок. Это, например, социально-демографические факторы, принадлежность к социальному классу, стадия семейного цикла, факт работы жены и т. д. (Хоффман Л. В., Най Ф. И., Торнтон А. и др.).

Логическим дополнением изучения факторов, воздействующих на ролевые отношения в семье, является анализ зарубежными авторами своего рода «следствий» выбранного семьей ролевого образца. В проведенных исследованиях показаны отрицательные последствия традиционной ролевой модели и для женщин, и для мужчин (Голдберг Н., Сканцони Дж., Фоке Г. Л. и др.), продемонстрированы трудности, с которыми сталкиваются семьи, принявшие эгалитарный образец распределения ролей (Раппопорт Р., Бергер М. и др.), выявлено влияние сферы ролевых отношений на удовлетворенность супругов своим браком. Обнаружено, что значение той или иной ролевой модели для супругов во многом определяется согласованностью их ролевого взаимодействия, идеалов и ожиданий (Боуэн Г. Л., Отнер Д. К. и др.).

Для социально-психологического анализа ролей в современной семье первостепенное значение имеет вывод отечественных и зарубежных исследователей о неопределенности норм, регулирующих в настоящее время брачно-семейные, в том числе ролевые, отношения. Такая ситуация ставит перед семьями ряд социально-психологических проблем. Каждому партнеру в семье в целом приходится «выбирать» какой-либо образец ролевого взаимодействия из множества существующих.

Проблема выбора, принятия семьей того или иного ролевого образца неотделима от формирования отношения членов семьи к этому образцу, к своей роли в семье и к выполнению ролей другими членами семьи.

Как отечественные, так и зарубежные исследователи указывают, что правила ролевого поведения и ролевого отношения в семье устанавливаются в процессе жизнедеятельности семьи, в тесной взаимосвязи с межличностными отношениями и общением членов семьи.

Приведем классификацию основных ролей в семье, описанных Алешиной Ю. Е.:

1. Ответственный за материальное обеспечение семьи.

2. Хозяин — хозяйка.

3. Роль ответственного по уходу за младенцем.

4. Роль воспитателя.

5. Роль сексуального партнера.

6. Роль организатора развлечений.

7. Организатор семейной субкультуры.

8. Роль ответственного за поддержание родственных связей.

9. Роль «психотерапевта».

Говоря о психологических ролях членов семьи, нужно отметить, что одна роль может существовать только во взаимодействии с другими ролями. Например, чтобы выполнить роль отца или матери, необходимо, чтобы кто-то выполнял роль сына или дочери. Семейные роли должны создавать систему, которая приближалась бы к непротиворечивой и могла удовлетворить многие психологические потребности. Однако нужно отметить, что такая сложная система семейных ролей не может быть не противоречивой. Важно определить, насколько противоречивость семейных ролей разрушительна и в какой мере сама семья ее регулирует. Существенным моментом является, насколько мнение члена семьи о своей роли совпадает с представлением о ней других.

Существует ряд обстоятельств, делающих проблему ролевой внутрисемейной структуры особенно актуальной для современной семьи. Что такое традиционная и эгалитарная семья, в чем их различия? Это, прежде всего, две различные системы распределения внутрисемейных ролей. Так, традиционная семья — это семья, где за супругами в соответствии с их полом закреплены определенные роли — жена выполняет роль матери и хозяйки, муж в основном ответственен за материальное обеспечение и сексуальные отношения.

В эгалитарной семье фактически все роли распределяются между мужем и женой преимущественно поровну. Между традиционной и эгалитарной семьей лежит ряд переходных форм, где также имеется своя специфическая структура семейных ролей. Таков, например, брак-супружество, где жена хотя и выполняет прежде всего роли матери и хозяйки, но огромное внимание уделяет также выполнению роли друга (психотерапевта) по отношению к мужу.

Следует отметить, что в последнее время в структуре современной семьи произошли определенные изменения: уменьшились размеры семьи и количество детей в ней, уменьшилась значимость старшего брата и сестры, стали менее дифференцированы роли различных членов семьи в целом.

4.Власть, доминирование и лидерство в семейных отношениях (цитируется по: Шнейдер Л.Б. Психология семейных отношений. - М.: Апрель-Пресс, Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2000. — 512 с.)

Семейные отношения — это не в последнюю очередь отношения власти: доминирование-подчинение.

Как правило, социальные психологи связывают доминирование с принятием социальной ответственности за действия группы: доминирующий член группы отвечает за успешность выполнения общей задачи и, кроме того, несет ответственность за сохранение нормальных отношений между членами группы.

Кроме того, с доминированием связывают импровизационную активность и инициацию действия. Считается, что наиболее успешными лидерами являются лица, склонные к торгу, равнодушию к межличностным отношениям, умеющие сопротивляться социальному давлению, стремящиеся к достижениям, риску и получающие удовольствие от манипуляций другими людьми.

Задача доминирующей личности — обеспечение безопасности группы, координация действий ее членов для достижения групповых целей, определение перспектив жизни и развития группы и внушение веры в будущее.

В плане воспитания выделяют 5 видов власти, характеризующих отношения между ребенком и взрослыми в семье (Френч и Равен):

• Власть вознаграждения — ребенка могут вознаграждать за определенное поведение. Награда следует за социально одобряемым (ожидаемым) поступком, наказание — за социально порицаемым.

• Власть принуждения — в основе ее лежит жестокий контроль за поведением ребенка, каждый незначительный проступок подлежит наказанию (либо словесному — угроза, либо физическому).

• Власть эксперта — основана на большой компетентности родителей в том или ином деле (социальная или профессиональная компетентность).

• Власть авторитета — в ее основе лежит уважение одного из родителей, который является образцом — носителем социально одобряемого поведения.

• Власть закона — единственная форма внеличностной власти, однако носителем и истолкователем «закона» — правил поведения — для ребенка являются взрослые, и в частности родители.

Соглашаясь с исследователями А. Янковой, Е. Ачиловой и О. Лосевой, нужно добавить, что доминирование одного из супругов является необходимым условием устойчивости семьи, хотя не меньшее значение может иметь удовлетворенность браком при условии паритетных отношений и совместности проведения досуга.

Одним из важнейших параметров, входящих в модель современной семьи, является ответственность. В отечественной психологии понятие ответственности анализировалось Н. А. Минкиной. Она заключает, что в настоящее время направления развития ответственности можно представить как несколько векторов, один из которых идет от объективной к субъективной, а другой — от внешней к внутренней, осознанной. С ними связан и третий вектор понятия ответственности — не только за поведение, но и за помыслы. В. Энгельгардт указывает, что ответственность по своей направленности может иметь позитивную и негативную направленность. Внешняя ответственность, ориентированная на общество, в случае позитивной направленности означает причастность, участие, состязание. В случае же негативной направленности выступает в форме дискриминации, насилия. Наряду с внешней существует внутренняя ответственность, т. е. ориентированная на себя. Позитивная внутренняя ответственность означает самовыражение: готовность самостоятельно действовать, осуществлять свободный выбор и принимать обдуманные решения, направленные на активное преобразование окружающего мира и развитие нравственных качеств личности, отвечать за их последствия не только перед обществом, но и прежде всего перед своей совестью. Негативная внутренняя ответственность выступает в форме саморазрушения и деструкции.

Если человек не принимает ответственности, то возникает чувство самоотчуждения, из которого человек спасается бегством в социальную идентификацию при неприятии ответственности. Если она успешна, то возникает самоидентификация. Если же социальная идентификация неуспешна, она порождает социальное отчуждение, из которого есть два выхода: опять бежать или изменить свой социальный статус или свои личностные ценности. Если же человек с самого начала принимает ответственность, то через тождественность самотрансценденции и творческую социальную идентификацию он приходит к подлинному единству с самим собой и с другими.

Понимание ответственности чаще связано с ее поведенческими проявлениями. Полагают, что степень личной ответственности тем выше, чем более выражено чувство определенной возможности контролировать совершение действия и его исход.

К. Муздыбаев, например, говорит о социальной ответственности, имея в виду склонность личности придерживаться в своем поведении общепринятых в данном обществе социальных норм, исполнять ролевые обязанности и ее готовность дать отчет за свои действия. Отчужденность от социальных норм и неумение найти смысл жизни ослабляют социальную ответственность.

Принять ответственность можно за отношения в группе, а также за ее деятельность (цель, результат и процесс). Ответственность за групповые отношения подразделяется на:

1) ответственность за групповые нормы (как результат прошлых взаимодействий),

2) ответственность за стремление к изменению норм, традиций, отношений (будущее),

3) ответственность за реальное состояние группы (настоящее). Личность может нести ответственность за себя, за отдельных членов группы, за референтную группу (часть группы, к которой принадлежит, и за группу в целом).

Е. Д. Дорофеев выдвигает трехмерную модель групповой ответственности:

1) время (прошлое, настоящее, будущее),

2) характеристики (деятельностные, отношенческие),

3) субъект (за себя, за отдельных других, за группу).

В. Н. Дружинин предлагает дополнить эту модель еще одним параметром: перед кем несет ответственность личность (перед собой, перед отдельными другими, перед группой в целом, перед обществом в целом).

Тот или иной член семьи может нести ответственность за других членов семьи (например, жену, или мужа, или детей) и за семью в целом. Роль лидера, главы семьи предполагает именно ответственность за семью в целом: ее настоящее, прошлое, будущее, деятельность и поведение членов семьи, перед собой и семьей, перед общиной (ближайшим социальным окружением) и той частью мира людей (общества), к которому принадлежит семья. Это всегда ответственность за других, и не просто отдельных близких людей, а за социальную группу как целое.

Под аффилиацией (контактом, общением) подразумевается прежде всего определенный класс социальных взаимодействий, имеющих повседневный и в то же время фундаментальный характер. Содержание их заключается в общении с другими людьми (в том числе с людьми незнакомыми или малознакомыми) и такое его поддержание, которое приносит удовлетворение, увлекает и обогащает обе стороны.

Потребность в аффилиации — это потребность «заводить дружбу и испытывать привязанность. Радоваться другим и жить вместе с ними. Сотрудничать и общаться. Любить. Присоединяться к группам» (Мюррей). Хотя при этом мотивация может быть не только положительной (надежда на установление хороших отношений), но и отрицательной (страх отвержения).

Аффилиация противоположна власти — любовь толкает человека на поступки, которые он хочет совершить, а страх власти (мотивация подчинения) принуждает к таким действиям, которые человек не совершал бы по своей воле. Поэтому аффилиативная мотивация почти всегда выступает компенсатором мотивации «власти-подчинения»: нигде так много не говорится о любви к ближнему, как в православном богословии, а между тем именно в православной догматике отношение «власть-подчинение» имеет особое значение.

Следует отметить, что в реальности личностные переживания психологической близости — отношения векторные, поскольку аффилиативная мотивация определяет направленность поведения: ребенок может стремиться к матери, а мать быть отчужденной от него. Психологическая эмоциональная близость является «результирующей» направленностей двух членов семьи, но за этой результирующей могут скрываться куда более сложные эмоциональные отношения.

Между тремя видами отношений, характеризующими психологическую модель семьи, существуют определенные связи.

Доминирование предполагает ответственность за тех, кто подчиняется, а ответственность — власть над людьми для реализации ответственных задач.

Психологическая близость обычно отрицательно коррелирует с отношением «доминирования-подчинения»: чем больше власть одного человека над другим, тем меньше между ними психологическая близость, поскольку власть — это принуждение.

Таким образом, психологические модели элементарной семьи можно разделить по следующим основаниям (В. Н. Дружинин): кто несет ответственность за семью: отец или мать (или достигший дееспособного возраста ребенок)?

«Нормальной» семьей считают семью, где ответственность несет муж (отец). «Аномальной» семьей назовем такую семью, где муж не несет ответственности за нее. Если ответственность не несет никто — это «псевдосемья».

Кто доминирует в семье? В патриархальной семье доминирует отец. В матриархальной семье доминирует мать. В так называемой «детоцентрической» семье реально (психологически!) доминирует ребенок, его потребности или капризы. В эгалитарной семье властные функции распределены, но их распределение — постоянная почва для конфликта (отсюда возникновение «теории конфликта» для описания современной семьи), можно назвать ее конфликтной семьей.

Иерархия доминирования включает трех членов семьи, поэтому важно не только определить, кто доминирует, но и саму иерархию «власти-подчинения».

На первый взгляд, теоретически в полной элементарной нуклеарной семье существует всего лишь 6 типов иерархии (в порядке доминирования): 1) «отец — мать — ребенок», 2) «отец — ребенок — мать», 3) «мать — отец — ребенок», 4) «мать — ребенок — отец», 5) «ребенок — отец — мать», 6) «ребенок — мать — отец».

Можно предположить, что максимально стабильной является семья, в которой субъект ответственности и власти одно и то же лицо, а члены семьи психологически ближе к нему, чем друг к другу. К этому типу наиболее близка «идеальная» католическая семья, что, разумеется, не делает ее идеальной в эмоционально-оценочном смысле этого слова.

Эмоциональная близость-отдаленность также характеризует отношения в тройке «отец — мать — ребенок»: ребенок может быть «ближе» к матери, чем к отцу, и, наоборот, родители могут быть ближе друг к другу, чем к ребенку, все могут быть равно близки друг другу и т. д.