2. Историческая необходимость и свобода личности

Уровень развития личности зависит от состояния ее свободы. Чем более свободна личность, тем полнее реализует она свои творческие, познавательные, коммуникативные и прочие потенциалы, тем глубже раскрывает сущностные человеческие черты, тем больший вклад вносит она в развитие общества и заметней ее след в истории.

Свобода личности является противоположностью необходимо­сти, в качестве которой выступает объективная, независимо от воли и сознания индивида существующая природная и социальная реальность. Свобода же есть возможность индивида действовать в соответствии со своими желаниями, волей, сознанием. Свобода и необходимость образу­ют диалектическое противоречие, которое, как показывает история чело­вечества, развивается в направлении все большего обретения индивидом свободы, постижения и преодоления все больших глубин необходимости.

Предельно общие этапы исторического развития человечества обус­ловлены совершенствованием материальной жизни людей и прежде всего такого важнейшего ее элемента, как орудия труда и производительные силы в целом. Их все большее развитие знаменует все большее обретение человеком свободы по отношению к природной необходимости. Вместе с тем это развитие означает также все большее освобождение индивида от общественной необходимости, порождение новых исторических типов его взаимодействия с обществом, типов социальности (как их определял К. Маркс).

В истории человечества выделяется три типа социальности:

Первый – это отношения личной зависимости. Они характеризуют­ся тем, что индивид существует и формируется, будучи слитным с коллек­тивом (родом, племенем). На ранних ступенях истории из-за крайне низкого уровня развития производительных сил человек иначе и не может себя воспроизводить. Индивид не отделяет себя от первобытной общно­сти, его поведение регламентировано нормами, запретами, традициями коллектива. Индивид здесь еще ни в какой форме не обособился от общества и потому еще не выступает как личность. Этот тип социальности характеризует отношения между людьми, как в процессе производства, так и в быту, и находит свое непосредственное воплощение в их образе жизни.

Данный тип социальности выражает такое отношение человека к природным условиям его существования, когда они выступают как неор­ганическое продолжение его собственного тела. Человек находится в единстве с естественно сложившимися условиями своего существования (как природными, так и общественными). И это единство свидетельствует о полном господстве в жизни индивида природной и общественной необходимости. Свобода индивида при этом настолько минимальна, на­сколько она отличает нецивилизованного человека от животного.

Однако развитие орудий труда, их количественные изменения в рамках неизменного качества (ручных орудий труда), а также соответст­вующих им аграрных производительных сил приводит к росту свободы индивида и уменьшению господства необходимости в пределах все тех же отношений личной зависимости. С разложением первобытной коллектив­ности и возникновением эксплуатации возникают группы настолько свободных людей, что они могут не заниматься материально-производст­венной деятельностью, а посвящать себя духовному творчеству (научному познанию, философствованию, стихосложению и т. п.). Правда, свобода одних (жрецов, государственных чиновников, рабовладельцев) сопряжена с осознаваемой и остро переживаемой несвободой других (рабов).

Дальнейшее развитие человечества в рамках производительных сил, основанных на ручных орудиях труда, и отношений личной зависимости приводит к росту свободы даже эксплуатируемых индивидов (а не только эксплуататоров). Таким образом, исторический рост свободы человека ведет первоначально к обособлению его от первобытной общности и противопоставлению себя ей в качестве индивида. В то же время он означает увеличение количества максимально свободных людей в рамках конкретно-исторической необходимости, связанной с производительны­ми силами, основанными на ручных орудиях труда, и отношениями личной зависимости. Феодалов в Западной Европе было значительно больше, чем рабовладельцев. Рабовладельцы и феодалы находятся в личной зависимости от своих рабов и крестьян, но в гораздо большей степени зависимы от них рабы и крестьяне. С историческим развитием человечества эта зависимость уменьшается. Крестьянин в отличие от раба имеет уже некоторую свободу в своей жизнедеятельности, власть над ним феодала существенно ограничена.

Второй исторический тип социальности – личная независимость, основанная на вещной зависимости. Данный тип порожден выходом человечества на качественно новый уровень материального развития, связанный с появлением машинных орудий труда и основанных на них индустриальных производительных сил. С зарождением индустриального способа производства материальных благ происходит разрыв существо­вавшей ранее сращенности производителя со средствами и условиями своего производства, разрыв общинных связей, освобождение от отноше­ний личной зависимости. В результате образуется рынок свободной рабо­чей силы, возникает свободный, изолированный, обособленный индивид.

Складываются вещные отношения как отношения свободных това­ропроизводителей. Вещные отношения принципиально отличаются от предшествующего типа социальных свя­зей. Они связаны с высокоразвитым общественным разделением труда и обменом деятельностью в форме товаров. Они имеют безличный харак­тер, т. е. вступающие в них индивиды безразличны друг к другу. В вещных отношениях индивиды зависят друг от друга уже не в локальных рамках узкой общности, а в масштабах общества. Товарно-денежные отношения здесь (в отличие от их неразвитых форм, существовавших ранее) приоб­ретают всеобщий характер, и товаром становится сама рабочая сила человека. Индивид при этом свободен, и тем самым создаются предпо­сылки для его развития. Это привело к освобождению человека от рабской, сословной, кастовой зависимости, к самоутверждению индивида и формированию у него чувства собственного достоинства.

Таким образом, второй исторический тип социальности освободил индивида от наиболее тяжких оков социальной необходимости. Вместе с этим освобождением произошло освобождение человека и от существен­ных ограничений, налагаемых природной необходимостью. Именно ин­дустриальное производство стало той силой, посредством которой чело­век начал успешно покорять природу, вовлекая постепенно в сферу своей деятельности природу всей Земли, все глубже и масштабнее преобразуя ее. Благодаря этой силе открылась возможность для безграничного даль­нейшего прогресса, обретения все большей свободы.

Однако господство человека над природой в течение нескольких веков привело не только к желаемому улучшению материального благо­получия в индустриально развитых странах, но и к нежелательным по­следствиям как для этих стран, так и для всей планеты. К середине XX века перед человечеством грозно встал ряд глобальных проблем, порожденных индустриальным развитием: экологическая, энергетиче­ская, медицинские (новых эпидемических заболеваний, роста сердечно­сосудистых заболеваний, борьбы со стрессами и психическими заболева­ниями и т. д.), проблемы бедных стран и голода, локальных военных конфликтов и угрозы термоядерной военной катастрофы, проблема исчерпаемости природных ресурсов, демографическая и другие. Все это явилось свидетельством кризиса индустриального способа производства материальных благ и соответствующего ему типа социальности – личной независимости, основанной на отношениях вещной зависимости.

Третью, высшую ступень в историческом освобождении человека от всех форм зависимости К. Маркс видел в переходе человечества к комму­нистическому обществу, когда на основе уничтожения частной и утверж­дения общественной собственности на средства производства, на основе коммунистического коллективизма возникнут свободные и всесторонне развитые личности. Такой прогноз Маркса, увы, не оправдался. История XX века убедительно показала, что все попытки реализовать на практике коммунистический идеал оборачивались не дальнейшим освобождением человека, а его закабалением, попранием его прав и свобод, тотально антигуманистическим отношением к индивиду.

В то же время сама жизнь, реальная действительность указала чело­вечеству главный путь выхода из кризиса индустриального развития и перехода к третьему типу социальности. Он связан с переходом человече­ства к постиндустриальному (информационному) способу производства материальных благ. При сохранении частной собственности и государст­венном ее регулировании, что обеспечивает наибольший рост обществен­ного богатства и материального благополучия индивидов, возможно мак­симальное освобождение индивидов. Такое освобождение от природных и социальных зависимостей, которое позволит каждому человеку в пол­ной мере развить и раскрыть свои задатки и способности, реализовать себя как единственную и неповторимую индивидуальность.

Таким образом, историческое развитие личности представляет собой движение индивида от необходимости к свободе воли, все большее преодоление необходимости и обретение свободы. Но как бы ни возра­стала свобода воли индивида, она всегда будет составлять вместе с необходимостью одно из движущих противоречий развития человека.

Благодаря развитию и разрешению данного противоречия личность во взаимодействии с обществом реализует свои внутренние потенции, ко­торые представляют не только отражение внешних условий существова­ния, но и внутренние, индивидуальные потребности, желания, интересы. Более того, отражение внешнего мира индивидом есть лишь предпосылка формирования свободных волевых устремлений, а основным их источни­ком выступает индивидуальная, внутренняя самобытность личности.

Известная марксистская формула «свобода есть познанная необходи­мость» по сути дела лишает индивида свободного выбора в своих поступ­ках, ибо предполагает одну единственную возможность действия – в соответствии с исторической необходимостью. Такое решение проблемы свободы и необходимости исходит из жестко однозначного действия исторических законов, необходимости и преследует партийно-политиче­ские, антигуманные цели подавления личности. Между тем современные наука, философия и практика свидетельствуют о вариативном, вероятно­стном характере развития общества. Социально-исторические законы имеют чаще не динамический, а статистический характер, проявляются не как однозначная механистическая, а как многозначная вероятностная причинная зависимость. И динамизм их действия, направленность, формы зависят от уровня развития субъективного фактора, от развитости и силы потреб­ностей, интересов, желаний, стремлений индивидов, от их решимости руководствоваться в жизнедеятельности своими внутренними побуждени­ями, от свободы их воли.

Личность выступает действительно свободным социальным субъек­том не тогда, когда она познает необходимость и действует в соответствии с нею, а тогда, когда противодействует ей. Ведь историческая необходи­мость далеко не исчерпывается теми социальными условиями, в которых существует индивид со дня своего рождения. Эти условия являются лишь материалом для действия той или иной исторической необходимости. Сама же необходимость есть определенная тенденция развития. А она представляет собой производное, вторичное от свободной деятельности множества индивидов. И чем больше это множество действует в одном направлении, тем явнее обнаруживается в нем необходимая тенденция развития общества.

Поэтому диалектика взаимодействия исторической необходимости и свободы личности заключается прежде всего в том, что первичной, оп­ределяющей из них является свобода личности. Речь при этом, конечно, может идти о зрелой, развитой личности (а не о той, которая еще нахо­дится в процессе становления). Только такая личность обладает индиви­дуальностью и ответственно относится к ее дальнейшему совершенство­ванию и реализации. Не обладающая такими качествами личность не имеет свободы и полностью подчиняется необходимости. Она безвольно плывет по жизни, как щепка в бурном весеннем потоке.

На взаимодействие необходимости и свободы значительное влияние оказывает то, что существуют необходимости разных уровней. Необхо­димости различаются в зависимости от социальных субъектов: индиви­дуальная, коллективная, необходимость большой социальной группы, исторической общности людей, народа и человечества. В зависимости от жизненной значимости различаются материальные и духовные не­обходимости. По своему содержанию и сфере действия различаются необходимости экономические, политические, правовые, нравственные, религиозные и т. д. По времени действия можно выделить необходи­мости: ситуативные (сиюминутные), этапные, которые связаны с тем или иным этапом, периодом в жизни индивида, и перспективные, ко­торые ориентированы на длительную жизненную перспективу. Множе­ство разнопорядковых необходимостей, встающих перед индивидом в процессе его жизнедеятельности, он вынужден оценивать, отбирать и как-то упорядочивать. В результате выстраивается определяемая инди­видом очередность необходимостей, которой он и придерживается в своей жизни. Эта очередность достаточно подвижна, индивид может даже часто менять ее, но она всегда присутствует, создавая индивиду возможность выбора в своем поведении.

Выбор личностью своего поведения во многом зависит от познания необходимостей. Знание необходимостей и сопоставление их между со­бой, а также с внутренними интересами, желаниями и чаяниями индиви­да позволяет ему определить степень вероятности осуществления желае­мого. Познание необходимостей и определение степени вероятности желаемого является в свою очередь условием свободы выбора. Без знания сути дела, обстановки свободный выбор невозможен. Чем сложнее, мно­гограннее объект, ситуация, тем тоньше должна быть методика их пости­жения, позволяющая всесторонне соотнести внешние условия с внутрен­ними устремлениями индивида. Нельзя представлять себе акт выбора как выражение только чисто познавательной деятельности. Индивид не про­сто анализирует ситуацию выбора, но и привносит свою индивидуаль­ность, субъективность. Поэтому свободный выбор – это результат не только «ума холодных наблюдений», но и «сердца горестных замет».

Познавательная деятельность составляет первую стадию свободного выбора. И чем глубже, основательнее она, тем свободнее будет выбор. Вторую стадию выбора представляет практическое (или фактическое) действие, в процессе которого осуществляется принятое решение. Харак­тер действия определяют такие моменты, как: цель, способ и условия. Еще больше он зависит от сознательно определенного индивидом соот­ношения в волевом решении свободы и необходимости. Если взять диа­пазон выбираемых решений от крайнего господства в них необходимости, постепенного ослабления ее и усиления свободы до крайнего господства ее над необходимостью, то условно можно выделить следующие типы ин­дивидуального поведения: конформист (господствует необходимость и отсутствует свобода), консерватор (преобладает необходимость над свобо­дой), либерал (свобода и необходимость примерно уравновешены), ре­форматор (преобладает свобода над необходимостью) и революционер (господствует свобода при игнорировании необходимости).

При всей зависимости выбора поведения индивида от внешних обстоятельств правильным будет тот, который соответствует индивиду­альным, внутренним интересам и склонностям. Если индивид делает осознанный выбор в пользу внешних обстоятельств (необходимости), то он поступает и чувствует себя несвободно. Он – раб обстоятельств. Но если индивид исходит из своих интересов, желаний, склонностей, не мирится с исторической необходимостью, стремится изменить ее, то он поступает как свободная личность. Только при таком отношении личности к обстоятельствам возможна, с одной стороны, реализация личностью своих задатков и способностей, внутренних потенций, а с другой – развитие самих внешних обстоятельств, развитие общества.