Вопрос 48. Политическое и правовое учение Дж. Адамса и Дж.Мэдисона

Джон Адамс (1735–1826) по своим политическим взглядам примыкал к группе федералистов. Автор первого фундаментального труда по вопросам гос-ва и политической науки, последовательный противник правления большинства и один из идейных предтеч современного консерватизма. Дж. Адамс одним из первых выделил вопрос о гос-ном устройстве в разряд исключительно важных и злободневных. В своей обширной трехтомной монографии «В защиту конституций правительственной власти в США» (Лондон, 1787-1788) он обосновывал необходимость обособления и независимости 3 отраслей власти (законодательной, исполнительной, судебной). Речь при этом шла о сильной исполнительной власти и так называемой системе сдерживания и взаимного уравновешивания властей. Все простые формы правления – монархия, аристократия, демократия – выглядели в его истолковании как воплощение деспотизма. Идеал Адамса – смешанная форма правления, в частности трехэлементный баланс: исполнительная власть, верхняя аристократическая и нижняя демократическая палата парламента – все это вместе образует некую форму сбалансированной публичной власти. Организацию взаимодействия трех отраслей гос-ной власти он обосновывал выдержками из трактата Цицерона «О республике» и специально уточнял при этом, что данная форма более всего подходит для осуществления законов гос-ва и реализации принципа «правления законов, а не людей». Исторические сопоставления Адамсом различных гос-ных форм удивляли его современников широтой обзора и тщательностью в отборе событий и фактов. Одной из центральных идей, занимавших Адамса, стало обоснование неизбежности существования соц-ных различий и всевозможных соц-ных группировок и классов (класс джентльменов, класс простых людей и др.). Собранные им исторические и фактические материалы группировались таким образом, что аристократия предстает в истории господствующим элементом во всяком цивилизованном обществе от древности до наших дней.

Джеймс Мэдисон (1751–1836) внес значительный вклад в разработку идей республиканского правления в условиях США, а также теории равновесия обособленных властей, концепции фракций и др. В творчестве Мэдисона отразились многие идейные традиции века: традиции естественного права и общественного договора, философские комментарии к законопроектам о правах человека и конституционном регулировании отраслей правительственной власти. В конце жизни он пересматривает некоторые свои прежние позиции и оценки периода сотрудничества с федералистами и сближается с демократическими республиканцами. В характеристике республиканского правления Мэдисон большое внимание уделяет роли и значению социальных различий в обществе и государстве. Они возникают на почве различий способностей и интересов, в особенности интересов экономических, которые, по мнению Мэдисона, составляют самый общий и самый длительный по воздействию источник различий и конфликтов. Большое государство со значительным числом граждан «среднего класса» оказывается, более стабильным и жизнеспособным, поскольку это обусловлено умеренным достатком основного класса общества и его склонностью к поддержке умеренной формы правления. При таком варианте политического и правового общения граждане более свободны от фракций (группировок, клик) богатых или бедных сограждан.

О фракциях писали многие авторитетные исследователи мира политики. Мэдисон продолжил эту традицию и внес некоторые новации в истолкование понятия фракции. Она чаще всего предстает объединением людей, сплоченных силой политических, имущественных и даже эмоциональных предпочтений и свойств. Подобные социальные единения впоследствии стали называть заинтересованными группами. Проблему взаимоотношений различных отраслей публичной власти Мэдисон связывал, во-первых, с обособлением отраслей, составляющих «общую массу власти», во-вторых, с распределением этой массы власти среди образующих ее частей. Речь шла о том, чтобы законодательная, исполнительная и судебная власти (отрасли общегосударственной власти) были обособленными и отличными друг от друга. Однако трудности возникали в связи с распределением власти между отраслями и с регулированием взаимоотношений между ними в случае разногласий и конфликтов. Так возникла идея создания системы обособления и сбалансированного распределения трех властей, которую не вполне точно называют системой «сдержек и противовесов», поскольку речь идет не только о контроле и уравновешивании полномочий, но также о фактически неравном распределении полномочий власти. Последнее обстоятельство было связано с особенностями разделения труда в этой области, спецификой социально-политической и профессиональной деятельности, а также с особой сложностью задачи по выделению и достаточно конкретному обозначению границ трех важнейших сфер власти – законодательной, исполнительной и судебной.

Вопрос 49. Политические взгляды В. Вильсона, учение О. Холмса о праве. Вудро Вильсон (1856–1924) начинал свою карьеру большого политика с должности профессора политики и президента Принстонского университета. Вильсон, как и многие современные ему исследователи позитивистской ориентации, был убежден, что политическая наука занимается, по существу, изучением реальной жизни и потому ее методы весьма сближаются с методами естественных наук. Однако стиль его исследований носил характер истолкования и оценки, а не скрупулезного анализа и последующих обобщений. Так, в работе «Правление конгресса» Вильсон выступил с резкой критикой организации и деятельности конгресса, но эта критика опиралась не на личное наблюдение, а на ряд посылок, которые были сформулированы до написания книги. Они включали предположения о том, что формальная концепция конституции расходится с ее органическим эволюционным развитием (здесь он опирался на наблюдения и выводы У. Беджгота). Далее утверждалось, что «книжная версия» системы «сдержек и противовесов», которой придерживались отцы-основатели, является вредной для реального и результативного правления. Чем больше власть подвержена разделению, тем более безответственной она становится. Правление конгресса не подконтрольно ни исполнительной, ни судебной властям. Деятельность конгресса с его распыленностью и частичной ответственностью значительно уступает в результативности правлению парламентскому, особенно в части подотчетности и подконтрольности. Наиболее оптимальной формой для Вильсона в этот период становится кабинетная форма организации правительственной власти.

Оливер Вендел Холмс (1841–1935) родился в Бостоне в семье известного поэта. Он успел стать участником Гражданской войны, где был трижды ранен. Свое философское и юридическое образование получил в Гарварде. Самый творческий период его жизни приходится на 1882–1902 гг., когда он вначале стал членом Верховного суда в Массачусетсе, а затем и Верховного суда США Президенту Т. Рузвельту, который рекомендовал его в члены Верховного суда США, сильно импонировали его послужной список и «солдатская судьба». Конституция страны для Холмса – это своего рода социальный эксперимент, и в этом смысле она сравнима с человеческой жизнью, которую тоже можно рассматривать как своеобразный эксперимент. В работе «Путь права» (1897) он в духе господствовавшего тогда прагматизма заявил, что объект изучения в праве составляет «предсказание сферы применения публичной силы через посредство суда». Чтобы познать право как таковое, человек должен отказаться от моральных и чисто формальных соображений и взглянуть на себя как на внеморального субъекта, который заботится лишь о тех материальных приобретениях либо утратах, о которых ему в состоянии предсказать такое знание. С учетом изложенного Холмс выстраивает такое определение права: право есть не что иное, как предсказание того, каким образом будет действовать суд на практике. Представление о законном праве (как и о законной обязанности) связано с предсказанием о том, как будет наказан человек в том или другом случае по решению суда, если он сделает или не сделает то, что надо сделать. Рассматривая право как серию предсказаний, он сближал его с эмпирической наукой. Конечная цель науки,, в том числе юридической,– определять относительную ценность наших различных социальных целей. Воззрение на право Холмса не расходилось с установками позитивистов на технико-вспомогательные свойства властно-принудительных дозволений или запретов закона, однако в нем было несравненно больше реализма за счет признания правотворческой роли суда и иной правоприменительной деятельности. В праве, говорил Холмс, как и в любой другой области человеческого общения, индивид может в полной мере ощутить или проявить всю полноту своих чувств и своих намерений: он может излить свой гнев на жизнь, он может испить здесь горькую чашу героизма, он может износить свое сердце в погоне за недостижимым. В этом обобщении много справедливого, поскольку право не воспринималось и не воспринимается философско-правовой традицией неким вспомогательным орудием правления, но всегда соизмеряется с добром, справедливостью и общим благом.

Жизнь права, по мнению Холмса, неизбежно зависит от превалирующих условий человеческого существования– насущных потребностей данного момента или периода, преобладающих моральных и политических убеждений и представлений, от наличия интуиции и ее использования в политической деятельности, от явных или же неосознаваемых влияний, даже предрассудков, которые судья разделяет вместе со своими коллегами. Эти условия в состоянии сделать гораздо больше и повлиять гораздо сильнее, чем какие-либо силлогизмы формально-юридического характера, а потому следует принимать как аксиому – «жизнь права не имеет логики; она имеет опыт».

Правовой прагматизм Холмса оказал впоследствии заметное влияние на становление социологической юриспруденции Р. Паунда и на доктрину «правовых реалистов» (Дж. Фрэнк, К. Ллевелин и др.).