Вопрос 11. Формирование различных школ и направлений в изучении первобытного общества в конце х1х-первой половине хХвв. (диффузионизм, функционализм, неоэволюционизм и др.).

Преодолевая эволюционизм этнологов 19 и начала 20 столетия, этнологическая наука создала значительное число новых подходов и теоретических концепций, сторонники которых группировались в так называемые школы, которых было несколько в истории этнологии: диффузионистская (англичане Уильям Риверс и Графтон Эллиот-Смит, немец Фридрих Ратцель), школа культурных кругов (Фриц Гребнер, Вильгельм Шмидт), функциональная (англичанин Альфред Радклифф-Браун, работавший в Англии поляк Бронислав Малиновский), культурно-историческая (работавший в США немецкий ученый Франц Боас и его многочисленные ученики), социологическая (французские ученые Эмиль Дюркгейм, Марсель Мосс, Люсьен Леви-Брюль) и ряд других. Нет нужды здесь на них останавливаться, так как они принадлежат истории этнологии, а не истории первобытного общества, хотя в трудах представителей этих школ разбросаны ценные соображения и замечания, касающиеся динамики и происхождения многих общественных институтов. Гораздо интереснее рассмотреть те достижения этнологической науки, которых она добилась при изучении отдельных конкретных проблем истории первобытного общества.

Первой из таких проблем являлась проблема начальных форм половых отношений, установленных еще исследователями XIX в. На основании истолкования одной из систем родства можно было предположить, что ими были беспорядочные половые общения, получившие наименование промискуитета*. Бахофен постулировал эту форму половых общений, даже не касаясь вопроса о системах родства, а исходя из общих соображений, и назвал ее гетеризмом* —термином, который, однако, не привился в литературе в противовес промискуитету. Этнологическая литература при реконструкции самых ранних ступеней развития брачных отношений на протяжении многих десятилетий исходила из гипотезы промискуитета.

В археологии первобытности идея развития господствовала, по существу, с самого ее начала. В этнологию первобытности она проникла тогда, когда началось теоретическое осмысление собранного этой наукой фактического материала. Первые теории этнологии были эволюционистскими совершенно независимо от того, что находилось в центре внимания исследователя: культура или общество.

Вопрос 12. Марксистская концепция истории первобытного общества.

Разработка марксистской концепции истории первобытного общества. Создание историко-материалистической трактовки процесса развития человеческого общества потребовало от Карла Маркса и Фридриха Энгельса освоения огромной исторической информации, которое сопровождало всю их научную работу на протяжении жизни. Параллельно с развитием их взглядов и накоплением исторических знаний о первобытном обществе шло и формирование концепции первобытности, которое у Маркса было связано преимущественно с проникновением в сущность экономических отношений в докапиталистических обществах, а у Энгельса — с изначальным интересом к первобытности и общим проблемам диалектического развития мироздания. Некоторые исследователи взглядов Маркса и Энгельса на первобытность выделяют три периода в истории формирования этих взглядов: 40-е годы — работа над «Немецкой идеологией», которую они создавали как первый опыт формулирования основных положений диалектического и исторического материализма и которая осталась неопубликованной; 50—60-е годы — исследование Марксом в связи с подготовкой «Капитала» ранних форм общины, которое опиралось не только на существующую тогда историческую традицию, но и на большой этнографический материал; 70—80-е годы — специальная разработка Энгельсом вопросов истории первобытного общества и происхождения человека, причем последнее было тесно связано с подготовкой «Диалектики природы». Однако в контексте общей историографии первобытности наибольшее значение приобретает не рассмотрение динамики взглядов Маркса и Энгельса по всем связанным с первобытным обществом вопросам, а характеристика их вклада в эмпирическое и теоретическое изучение антропогенеза и становления человеческого общества. Поэтому дальше эта характеристика будет проведена систематически и выделены три проблемы, в понимание которых внесены идеи и разработки, сохранившие свое значение до настоящего времени. Эти проблемы — факторы очеловечивания в процессе антропогенеза, периодизация истории первобытного общества, первобытное общество как особый начальный этап истории, образовавший зародыш будущего коммунистического общества.

Концепция, изложенная в подготовительной главе к «Диалектике природы», озаглавленной «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека», представляет собою редкий пример небольшой по объему теоретической разработки, сохраняющей полную актуальность более чем через столетие. После своей публинации она предопределила характер интерпретации в первобытной археологии и палеоантропологии и получила развитие в ряде фундаментальных исследований. Преимущественно они написаны советскими специалистами и учеными ГДР, но в последние десятилетия фактор, положенный Энгельсом в основу развития в антропогенезе,— фактор труда все более осознается как ведущий с самых первых шагов формирования древнейших людей в западноевропейской и особенно американской литературе. Принципиально новым в концепции Энгельса было то обстоятельство, что в противовес фигурировавшим ранее естественно-историческим факторам происхождения человека, эвристическая сила которых была явно недостаточна, так как м ногие крупные ученые и мыслители прошлого века интуитивно понимали своеобразие процессов антропогенеза и становления общества и их отличие от процессов в органическом мире, был открыт и убедительно аргументирован в своем действии социально-исторический фактор и этим продемонстрирован с самого начала социальный характер человеческой истории, а следовательно, и ее начала — первобытной истории. Интегрирующее влияние социально-исторического фактора, составляющего краеугольный камень человеческой деятельности вообще, предопределило все стороны развития как биологических особенностей древнейших и древних людей, так и их социальных отношений.

Гораздо более фундаментальной и новаторской была попытка увидеть место первобытного общества в общей панораме человеческой истории. Маркс, начиная с «Немецкой идеологии», неоднократно возвращался к этой теме, в соответствии со своим обычным методом подходя к ней с разных сторон. Первобытная, или архаическая, формация кардинально отличалась от всех других формаций в истории человечества отсутствием частной собственности и как следствие этого отсутствием предпосылок к эксплуатации человека человеком. В этом не только ее коренное отличие от других формаций, но и противопоставление им, она полярна всему остальному, происшедшему в ходе- исторического процесса. Именно поэтому Маркс предложил называть ее первичной, а остальные формации вторичными. Этим подчеркивался ее изначально генетический характер, ее первичность по отношению к другим формациям и то обстоятельство, что она в зародыше содержала в себе предпосылки и истоки всего дальнейшего развития. С этой точки зрения использование терминов «доистория» или «предыстория» выглядит не только возможным, против чего неоднократно возражали многие советские историки, но и теоретически оправданным. Более того, в соответствии со всей логикой диалектического и исторического материализма явление в становлении—не то же самое, что уже сложившееся явление, и человеческая история не составляет в этом отношении исключения.

Наконец, теоретически чрезвычайно важным является сравнение первобытного общества с коммунистическим обществом будущего, в котором будут преодолены противоречия уже осуществившегося исторического процесса — классовая борьба и эксплуатация одной личности другой и одного класса другим. В коммунистическом обществе будущего Маркс видел реализацию, естественно, на гораздо более высоком техническом уровне, многих институтов, типичных для первобытной, или первичной, истори-ко-экономической формации — общественной собственности на средства производства, коллективных форм жизни, отсутствия эксплуатации, гармонизации общественных отношений, гармонизации отношений личности и коллектива. Коммунистическое общество поэтому представляет собою не продолжение развития антагонистических обществ, а отрицание этого развития, оно есть во многих отношениях высшая ступень того, что заложено в первичной неантагонистической формации.