Экзистенциально-гуманистический подход к толерантности.

Толерантность рассматривается в различных философских и психологических подходов – сегодня в литературе преобладают бихевиоральный (при котором толерантность рассматривается прежде всего как особое поведение человека) и когнитивный (когда толерантность в основе своей имеет знания и рациональные доводы…) подходы… С экзистенциально-гуманистической точки зрения полноценная, зрелая толерантность – непременно осознанная, осмысленная и ответственная. Такая толерантность не сводится к автоматизмам, к простым стереотипным действиям – это ценность и жизненная позиция, реализация которой в каждой конкретной ситуации имеет определенный смысл и требует от субъекта толерантности поиска этого смысла и ответственного решения.

Экзистенциально-гуманистический подход исходит из признания неустранимой роли личности в любой совершаемой ею деятельности. При всей очевидной и весьма существенной роли социальных норм, общественных идеалов, идеологических и профессиональных требований и т.д. – нельзя отрицать стремление и возможность каждого конкретного человека в своих действиях ориентироваться также (а иногда – прежде всего) на собственные цели, ценности, приоритеты. Это значит, что какими бы жесткими ни были «внешние рамки» работы педагога, в ее осуществлении он всегда привносит личностное начало, начиная от индивидуальной, часто весьма субъективной, трактовки этих внешних требований и заканчивая реализацией своих личных целей вопреки «генеральной линии». Даже при полном однообразии официальных требований к школам – их жизнь всегда будет очень разная именно потому, что работают там разные люди, которые неизбежно самоопределяются относительно той ситуации, в которой находятся, и особенно – в которой действует.

С этих позиций толерантность понимается не как незыблемое правило или готовый к употреблению рецепт, и тем более не как принудительное требование под угрозой наказания, а как свободный и ответственный выбор человека «ценностного толерантного отношения к жизни» (Асмолов, 2000, с.7). В частности, для учителя это означает, что толерантность – это особое качество его «способа бытия», а не только требование профессиональной роли или коммуникативный навык.

Главные вопросы состоят не в том, «почему я проявляю толерантность?»: а «во имя чего, ради чего я действую толерантно, какие ценности я отстаиваю и каков для меня в этом смысл?!». От ответов на эти экзистенциальные вопросы зависит подлинная суть тех или иных действий человека. С этой точки зрения «вынужденную» толерантность (так же как «выученную», «скопированную» и т.п. виды толерантности «в страдательном залоге») – т.е. не осмысленную, не принятую как ценность и не ответственную – следует рассматривать как псевдо-толерантность (а возможно – интолерантность, замаскированную под социально–желательные формы…). Именно поэтому толерантность не может быть гарантирована ни знаниями–умениями–навыками, ни набором тех или иных «психических черт», ни внешними условиями как таковым. Толерантные отношения не даны человеку, а заданы – так же, как в гуманистической трактовке человека ему задана возможность, потенциал реализации здорового и конструктивного начала, который актуализируется не только при определенных условиях, но и при соответствующих усилиях самого человека. За внешними условиями и внутренними предпосылками должна последовать смысловая и иная активность человека, его свободное и ответственное самоопределение в каждой конкретной жизненной ситуации.

Отсюда вытекает еще одно важное для понимания толерантности следствие: толерантность – это особый принцип существования того Мира, который человек строит на основе понимания и принятия множественности и многообразия бытия и признания неизбежности сосуществования различий. Осознание богатства и силы многообразия делает богаче и разнообразнее саму жизнь человека, он стремится строить свой Мир и свое бытие настолько сильным и гибким, чтобы быть открытым для сосуществования и взаимодействия с Другими.