2. Попытки демократизации советской политической системы

В начале 1980-х гг. все без исключения слои советского общества испытывали психологический дискомфорт, вызванный явным противоречием между основными положениями официальной коммунистической пропаганды и социально-политической реальностью. Еще в 1982 г. Ю.В. Андропов, выступая на ноябрьском Пленуме ЦК КПСС, говорил о том, что « …мы не знаем, в каком обществе мы находимся». В общественном сознании зрело понимание необходимости глубоких перемен, но заинтересованность в них была различной. Численно выросшей и более информированной советской интеллигенции все труднее было мириться с подавлением свободного развития культуры, изолированностью страны от внешнего мира. Она остро ощущала на себе пагубность ядерной конфронтации с Западом и последствия войны в Афганистане.

Представители значительной части советской интеллигенции стремились к подлинной демократии и наиболее полной реализации гражданских прав и свобод. Большинство советских рабочих и служащих необходимость перемен связывали с лучшей организацией и оплатой труда, более справедливым распределением общественного богатства. Часть крестьянства рассчитывала стать подлинными хозяевами своей земли и своего труда.

Однако, в конечном счете, совсем другие силы определили направление и характер реформирования советской системы. Их предопределили экономические интересы партийно-советской номенклатуры. Эволюция советской политической элиты к началу 1980-х годов завершилась. Партийная номенклатура тяготилась коммунистическими условностями, зависимостью личного благополучия от служебного положения. Чтобы обезопасить себя, узаконить свое господство, она стремилась изменить общественный строй в своих узко-корпоративных интересах. Чтобы стать независимой от власти, стать настоящим собственником, номенклатуре необходимо было уничтожить общественную, социалистическую собственность и соответствующую ей государственную надстройку, которые в течение десятилетий являлись основой ее господства и благополучия. Этот шаг расколол единый правящий класс. По одну сторону «баррикад» оказались так называемые «партократы», привыкшие рассматривать государственные должности всего лишь как кормушку и ни за что не отвечать. В узкоэгоистических интересах партийная номенклатура стремилась, во что бы то ни стало сохранить отжившую систему. Другая большая часть правящего класса, объективно действуя в интересах всего общества, неосознанно поддерживала радикально-оппозиционные силы, требовавшие обновления и реформ.

Таким образом, к началу 1980-х годов советская тоталитарная система фактически лишается поддержки значительной части общества.

В условиях монопольного господства в обществе КПСС, наличия мощного репрессивного аппарата перемены могли начаться только «сверху». Высшие руководители страны отчетливо сознавали, что экономика нуждается в реформировании, но никто из консервативного большинства Политбюро ЦК КПСС не хотел брать на себя ответственность за осуществление этих перемен.

Состоявшийся в феврале 1986 г. очередной XXVII съезд КПСС расширил содержание концепции ускорения, распространив ее на общественные отношения. Во главу угла политики «ускорения» были поставлены задачи демократизации, борьбы с бюрократизмом, беззаконием.

За короткое время был омоложен верхний эшелон руководства. Н.И. Рыжков сменил Н.А. Тихонова на посту Председателя Совета Министров СССР, Н.В. Талызин стал вместо Н.К. Байбакова председателем Госплана СССР, Б.Н. Ельцин был назначен секретарем ЦК КПСС, а затем первым секретарем Московского горкома КПСС и кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС.

Один за другим были отстранены наиболее консервативные члены партийной верхушки. Чистка коснулась также среднего и нижнего звена партийной номенклатуры. К началу 1987 г. было заменено 70% членов Политбюро, 60% секретарей областных партийных организаций, 40% членов ЦК КПСС.

Неудачи первого этапа перестройки заставили искать новые пути продвижения вперед, поставили на повестку дня вопрос о комплексной реформе общества. Стратегия реформ была провозглашена М.С. Горбачевым на Пленуме ЦК КПСС в январе 1987 г. Ее основой объявлялась демократизация всех сфер советского общества. В соответствии с провозглашенным лозунгом «Больше демократии» предлагалось ввести альтернативные (т.е. на основе соперничества нескольких претендентов) выборы депутатов всех уровней власти. На повестку дня был поставлен вопрос не только реформирования всей системы политических институтов, но и создания новой модели социализма «с человеческим лицом». В декабре 1988 г. был принят закон об изменении избирательной системы в СССР.

К осени 1987 г. в стране быстро нарастали процессы размежевания, поляризации политических сил. В ряде союзных и автономных республик оформлялись и начали активно действовать народные фронты.

Первый из них возник в Эстонии, затем аналогичные массовые движения появляются в Латвии, Молдавии, Литве, Грузии, на Украине (РУХ), в Азербайджане и Белоруссии; в РСФСР – Татарстане и Башкирии.

Огромный резонанс в стране вызвали первые шаги Б.Н. Ельцина, в качестве руководителя Московской городской партийной организации начавшего борьбу с привилегиями партийной номенклатуры, с бюрократизмом партийного и государственного аппарата.

На Пленуме ЦК КПСС в октябре 1987 г. отчетливо обнаружились разные взгляды на обновление КПСС, на темпы и методы перестройки. Критика Б.Н. Ельциным Генерального секретаря, не допущенная, правда, на страницы печати, его стремление гласно разобраться в причинах пробуксовки перестройки, на практике реализовать провозглашенный партией плюрализм мнений, были расценены консервативным большинством ЦК КПСС как политическая ошибка, как желание побороться с ЦК. Попытки руководства КПСС устранить Б.Н. Ельцина из политической жизни привели к обратному результату. Его популярность в народе резко выросла.

13 марта 1988 г. газета «Советская Россия» опубликовала письмо преподавателя Ленинградского технологического института Нины Андреевой «Не могу поступиться принципами». Это послужило сигналом к объединению всех консервативных элементов в КПСС. Вскоре, выяснилось, что политика гласности в СССР имеет избирательный характер. Руководство газеты «Правда» в течение трех недель осуществляло блокирование критических откликов и статей на публикацию Н. Андреевой. Эти события показали необходимость усиления правовых, экономических и политических гарантий против возможных ограничений гласности, проявлений произвола и административного насилия.

Весной – летом 1988 г. наступил критический момент в развитии «революции сверху». Попытки использовать для преобразований существующий партийный и государственный аппарат не увенчались успехом. Обострение всего комплекса социальных и экономических противоречий, усилившееся в народе неверие в успех перемен поставили страну перед выбором: либо повернуть назад, либо сделать преобразования необратимыми.

На дальнейшее развитие событий существенное влияние оказала XIX партконференция КПСС, проходившая в конце июня – начале июля 1988 г. Выборы на конференцию были проведены в духе старых традиций, поэтому среди делегатов преобладал консервативный настрой. Тем не менее, в отличие от недавнего прошлого, былого единодушия на конференции уже не было, выступления многих делегатов носили критический, открытый характер.

В повестку дня был поставлен вопрос об изменении политической структуры. В условиях гласности стала очевидной абсурдность политической системы, в которой Советы народных депутатов служили лишь декорацией, а подлинная власть, в соответствии с 6-й статьей Конституции СССР, принадлежала КПСС.

На XIX партконференции, проходившей в июле 1988 г., политической целью перестройки была провозглашена передача власти Советам, народу. Первым практическим шагом в этом направлении стало выдвижение на конференции идеи построения в нашей стране правового государства – единственно возможного ненасильственного способа перехода от тоталитарной формы правления к демократической. Первоочередной задачей политической реформы становилось четкое разграничение функций партийных и советских органов, проведение первых демократических выборов народных депутатов, формирование новых органов власти.

Вместе с тем конференция не смогла придать процессам перестройки необратимый характер. Не нашли поддержки у большинства делегатов конференции предложения Б.Н. Ельцина избрать высшее государственное и партийное руководство на всеобщих, прямых и тайных выборах. Последовательная реализация этого предложения открывала уже на том этапе перестройки возможность президентской системы власти. Вместо этого на конференции была предложена, а позднее в 1990 г. внесена в Конституцию СССР, новая громоздкая и недемократическая структура дублирующих друг друга высших органов государственной власти. Этими органами стали Съезд народных депутатов и Верховный Совет СССР.

Стремлением сохранить тотальный контроль со стороны аппарата КПСС были продиктованы изложенные в докладе М.С. Горбачева предложения по изменению избирательной системы. М.С. Горбачев предлагал избрать на съезд треть народных депутатов от общественных организаций, включая КПСС, комсомол, профсоюзы, минуя народное голосование, а также совместить посты первых секретарей партийных комитетов всех уровней, начиная от Генсека, с учреждаемыми постами председателей Советов. Накануне и после конференции персональный состав партийных органов существенно обновился, но почти неизменным остался безальтернативный способ их формирования. КПСС так и не смогла по-настоящему начать перестройку внутри партии. Она оттягивала собственную демократизацию, постепенно утрачивала политическую инициативу.

После конференции идейно-политическая и общественная атмосфера в стране заметно изменилась. Нарастали процессы объединения как радикалов, так и консерваторов. Умеренные и постепенные преобразования все меньше устраивают общественность.

Еще весной 1988 г. наиболее радикально настроенные неформалы объявляют о создании партии, оппозиционной КПСС – Демократический союз во главе с В. Новодворской. Призывы немногочисленных сторонников Демократического союза к всеобщей политической забастовке с целью ненасильственного свержения режима не нашли и не могли тогда найти поддержки у большинства населения СССР, которое в это время еще придерживалось социалистической ориентации. Тем не менее, все большее число людей склонялось в пользу введения многопартийности, рынка, частной собственности.

Летом 1988 г. произошли положительные сдвиги в отношениях государства и Русской Православной церкви. В связи с празднованием тысячелетия принятия христианства на Руси верующим разных конфессий были возвращены многие храмы, монастыри, молельные дома. В стране возрождаются различные религиозно ориентированные партии и организации. В РСФСР на базе нескольких групп, отколовшихся от общества «Память», возникли народно-православное движение, Российское христианское демократическое движение (РХДД), Христианско-патриотический союз.

Беспрецедентную общественную активность вызвала предвыборная кампания в марте 1989 г. по выборам народных депутатов СССР по новому избирательному закону. В РСФСР благодаря поддержке народного фронта в число народных депутатов вошли многие демократические лидеры, включая А.Д. Сахарова, Ю.В. Афанасьева, Д.С. Лихачева.

Впервые народными депутатами были избраны 7 религиозных деятелей. В депутатском корпусе оказались представлены практически все группы и слои населения, увеличилось представительство молодых и радикально настроенных депутатов. Б.Н. Ельцин получил 85% голосов избирателей Москвы, в то время как многие высокопоставленные партийные и государственные чиновники в Москве, Ленинграде, Свердловске потерпели неожиданное для них поражение.

Тринадцать дней, с 25 мая по 9 июня 1989 г., вся страна по телевидению следила за дебатами депутатов первого съезда народных депутатов СССР. Слишком много проблем накопилось в обществе, в стране. Следовало оценить участие СССР в войне в Афганистане, убийство демонстрантов в Тбилиси 9 апреля 1989 г. Разгорался конфликт в Нагорном Карабахе. Но в первую очередь требовалось создать независимые властные структуры.

Несмотря на отсутствие традиций парламентской работы, I съезд народных депутатов СССР стал действительно историческим событием, свидетельством нарождающейся демократии. Совершенно непривычной была острая и резкая критика в адрес руководства страны. Беспрецедентно утверждение на съезде кандидатур на высшие государственные должности, создание трех парламентских комиссий: по изучению документов, связанных с заключением пакта Риббентропа - Молотова, по расследованию трагических событий 9 апреля 1989 г. в Тбилиси, по расследованию дела о коррупции в высших эшелонах власти (так называемое дело Гдляна – Иванова).

Съезд сформировал первый в истории страны профессионально работающий парламент – двухпалатный Верховный Совет СССР, избрал М.С. Горбачева Председателем Президиума Верховного Совета, принял решение о необходимости разработки новой Конституции страны.

Принципиально новым шагом в развитии парламентаризма в стране стало создание демократическими депутатами независимой Межрегиональной депутатской группы (МДГ), призванной исполнять роль конструктивной оппозиции.

Перелом в политическую жизнь страны внесла мощная волна забастовочного движения. Трудовые конфликты на шахтах в Кемеровской области начались еще в марте – апреле 1989 г. Тяжелый труд, высокий травматизм, плохие условия труда заставили шахтеров обратиться к давно забытой форме выражения социального протеста.

В июле 1989 г. бастовали практически все угольные бассейны: Кузбасс, Донбасс, Караганда, Воркута. Создавались забастовочные комитеты, которые в ряде мест брали на себя функции управления предприятиями и даже отдельными территориями. Но в целом в этот период бастующие не были готовы посягнуть на административную систему. Их требования носили главным образом экономический характер. Они требовали самостоятельности, права трудового коллектива самостоятельно распоряжаться частью продукции, самостоятельно определять форму хозяйствования или собственности, самостоятельно устанавливать цены на свою продукцию. Призывы активистов Демократического союза разогнать горкомы и исполкомы были отвергнуты. Серьезный социальный конфликт, вызвавший в обществе шок, был вызван запаздыванием реформ. На четвертом году перестройки местные Советы по-прежнему были бесправны, трудовые коллективы предприятий целиком зависели от центральных министерств и ведомств.

Работники других отраслей также предъявили государству свои претензии. В условиях, когда практически каждое предприятие является монополистом по выпуску той или иной продукции, продолжение забастовки грозило серьезной дестабилизацией положения в стране.

Правительство Н.И. Рыжкова удовлетворило большинство экономических требований шахтеров, но отказалось вести переговоры по политическим требованиям (включая отмену 6-й статьи Конституции). С этого момента забастовочное движение набирает силу, становится более радикальным. Годовщину его шахтеры отмечали уже политической стачкой.

К забастовкам прибегают работники здравоохранения, детских учреждений. На базе первых независимых от государства профсоюзов создается Конфедерация труда. Забастовки ускорили принятие Верховным Советом СССР многих важных законодательных актов, направленных на обеспечение самостоятельности трудовых коллективов, защиту прав и свобод каждого гражданина. Был принят, наконец, закон СССР «О порядке разрешения коллективных трудовых споров». В ходе новой волны забастовок демократической оппозиции удалось установить связь с рабочим движением и создать условия для своего успеха на выборах весной 1990 г. в республиканские и местные Советы.

Таким образом, летом 1989 г. перестройка перешагнула важный рубеж. Она стала делом миллионов и в этом качестве приобрела новых лидеров, новые цели и задачи.

Впервые было сказано в полный голос слово «демократия». Руководство КПСС столкнулось с кризисом доверия. Народ на митингах открыто выражал недовольство реформаторским правительством, недовольство ходом перестройки, нерешительностью и непоследовательностью правительства Н.И. Рыжкова в проведении реформ, неспособностью власти контролировать обстановку в стране.

Непосредственной причиной падения авторитета власти стали пустые прилавки магазинов, рост преступности, политической нестабильности.

Другая, более веская причина – глубокий перелом в общественном сознании за годы перестройки, кризис веры во всесилие руководителей. Политика гласности вывела общество из умственного оцепенения. Духовное возрождение началось с восстановления исторической правды, переосмысления внешней и внутренней политике КПСС, публикации о массовых репрессиях и расстрелах вызвали шок в обществе, появилось стремление к очищению.