Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Курс лекций по Отеч. истории часть II правка ОН...doc
Скачиваний:
11
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
1 Мб
Скачать
☆

2. Начало политики «большого скачка»: индустриализация ссср

Создание развитой машинной базы общественного производства было приоритетной задачей, поставленной большевиками после их прихода к власти. Это определялось как сугубо прагматическими соображениями, связанными с укреплением материально-технической базы правящего режима, так и доктринальной природой большевизма. Исторический оптимизм правящего режима относительно возможностей построения нового общества в немалой степени подпитывался технократическими идеями.

Уже в 1920 г. была намечена комплексная программа первоочередного развития средств производства и механизации всех отраслей народного хозяйства. При этом подъем экономики страны мыслился как эволюционный процесс, связанный с реальным учетом внутренних ресурсов и сил, а также с налаживанием контактов с капиталистическими странами. Это был знаменитый ленинский план электрификации России — ГОЭЛРО.

Однако к 1925 г. прежний подход, в силу ряда причин, был сужен. Если в плане ГОЭЛРО говорилось о необходимости подведения машинной базы под все отрасли народного хозяйства, то на XIV съезде ВКП(б) И.В.Сталин определил индустриализацию как генеральную линию партии, нацеленную на превращение СССР из страны, ввозящей машины и оборудование, в страну, производящую их своими силами. Речь шла уже не об оптимальном соотношении тяжелой и легкой промышленности, не о вытеснении машинами ручного труда в городе и деревне. Решающее значение приобретали политические аргументы: наличие капиталистического окружения и курс на построение социализма в одной отдельно взятой стране.

С переходом партийного руководства к политике построения социализма в СССР особую актуальность приобретал вопрос о темпах индустриализации. Проблема наращивания темпов индустриализации диктовалась рядом объективных обстоятельств: динамичным развитием капиталистического мира и опасностью интеграции Советского Союза в международный рынок, экономическими кризисами западных стран и непредсказуемой опасностью внешней агрессии. Высокие темпы обуславливались также необходимостью преодоления технико-экономической отсталости страны и создания устойчиво развивающейся, относительно целостной, самодостаточной экономики. Политбюро ЦК ВКП(б) во главе со И.В. Сталиным рассматривало индустриализацию в качестве эффективного рычага кардинального переустройства советского общества, его экономической и социально-классовой структуры.

Проблема индустриализации активно обсуждалась на апрельском (1926 г.) пленуме ЦК ВКП(б). На нем впервые разгорелся спор о темпах индустриализации страны. На одном из заседаний пленума выступил председатель СНК СССР А.И.Рыков. Успех политики, отмечал он, зависит от размеров накоплений внутри самой промышленности и от помощи со стороны других отраслей народного хозяйства.

Осенью того же 1926 года XV Всесоюзная конференция ВКП(б) выдвинула лозунг: «В относительно минимальный исторический срок нагнать, а затем и превзойти уровень индустриального развития передовых капиталистических стран». Такая постановка проблемы с особой остротой выдвинула на первый план вопрос об источниках накоплений, ибо без его успешного решения проблема темпов, причем достаточно высоких, не могла быть разрешена. К тому же ситуация была осложнена тем, что, находясь в международной изоляции, СССР не мог рассчитывать на иностранные займы и кредиты или другие формы привлечения иностранного капитала. Приходилось рассчитывать только на собственные силы.

Первыми документами, в которых излагались основные цели и задачи индустриализации, стали директивы, принятые на XV съезде ВКП(б) в декабре 1927 года. Справедливости ради следует отметить, что в вопросе о темпах съезд продемонстрировал довольно взвешенную позицию. «Следует исходить не из максимума накопления на ближайший год или несколько лет, а из такого соотношения элементов народного хозяйства, которое обеспечивало бы длительно наиболее быстрый темп развития».

В обостренной обстановке 1928 г., порожденной в немалой степени хлебозаготовительным кризисом зимы 1927-1928 гг., формировался первый пятилетний план. При его разработке акцент все более смещался на преимущественное развитие производства средств производства. Речь в основном шла о развитии отдельных отраслей тяжелой промышленности — металлургии, энергетики и машиностроения. Причем все более заострялся вопрос о форсированном строительстве военных предприятий и всей индустриальной инфраструктуры, обеспечивающей работу оборонного комплекса.

Выполнение первого пятилетнего плана началось с 1 октября 1928 года. Зимой 1929 г. Госплан СССР предложил Совнаркому два варианта скорректированного плана. Разница между ними состояла лишь в степени напряженности. Один из них, названный оптимальным, превосходил другой, названный отправным, примерно на 20%. Оптимальный план предполагал, что можно было за 5 лет достичь тех же показателей, что по отправному — за 6 лет. Между тем в ЦК ВКП(б) было принято решение, что во внимание будет приниматься только оптимальный план. И.В. Сталин предельно четко сформулировал необходимость проведения такой политики. «Мы отстали от передовых стран на 50-100 лет,— заявил он. Мы должны преодолеть это расстояние в 10 лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут».

До недавнего времени в исторической литературе, в противовес советской историографии, преобладало мнение, что индустриальные преобразования можно было проводить в рамках нэповской политики, при сохранении экономического равновесия между промышленностью и сельским хозяйством. Представляется, что такое объяснение проистекает из определенной переоценки возможностей нэпа. Конечно, такой вариант не исключался, однако темпы индустриализации были бы при этом значительно ниже.

Отсутствие иностранных инвестиций, невысокий процент прибыли в промышленности и низкая товарность сельского хозяйства неизбежно лимитировали бы темпы индустриального строительства. Длительность сроков сооружения предприятий привела бы к резкому снижению эффекта отдачи от капиталовложений вследствие отсутствия целостной системы кооперации. В условиях нэпа вряд ли бы удалось преодолеть отсталость советской экономики по отношению к передовым странам Запада.

По образному выражению американского исследователя М.Л. Левина, «Россия вроде и восстановила после войны экономику, вроде и размахнулась, но... до уровня 1913 г. Однако к 1928 г. она пришла с устарелым оборудованием. Россия бежала от отсталости, но отсталость неумолимо гналась за ней». Как справедливо отметил исследователь данной проблемы М.М. Горинов: «Если Советское государство хотело остаться субъектом мировой политики, оно не просто должно было завершить индустриализацию, а сделать это как можно быстрее».

Уже в ходе индустриализации сталинское руководство отказалось не только от отправного, но фактически исказило и оптимальный план развития народного хозяйства на 1928-1933 гг., непомерно взвинтив темпы промышленного строительства. На XVI съезде ВКП(б), проходившем летом 1930 г., В.Н. Куйбышев выдвинул лозунг «Темпы решают все!».

Такое «подстегивание» привело к прямо противоположным результатам. Первая пятилетка стала временем сооружения котлованов как памятников административного своеволия. Подтвердилось предупреждение Н.И. Бухарина о том, что «… из кирпичей будущего нельзя построить сегодняшних заводов».

По мере дальнейшего хода индустриализации Советское правительство столкнулось с целым рядом серьезных трудностей и, прежде всего, в сфере финансирования. При нехватке оборотных средств, галопирующей инфляции руководство неоднократно прибегало к изъятию ценностей у так называемых остатков буржуазных классов. За период индустриализации за рубеж было вывезено огромное количество произведений искусства. В качестве источников финансирования использовалась выручка от продажи хлеба, леса, пушнины и золота. Начиная с 1930 г. государство в широких масштабах развернуло производство алкоголя и прежде всего водки.

Индустриальное строительство было оплачено потом и кровью народа, оно проводилось за счет выкачивания средств из крестьянства, сначала единоличного, а потом колхозного, из рабочего класса и других слоев общества. Это была неизбежная плата за индустриальный рывок.

Если говорить о достижениях и недостатках индустриализации, то нельзя забывать, что они имеют единую природу. Имело большое значение наличие сложного противоречия между теми стартовыми условиями, в которых развертывалась индустриализация и, соответственно, темпами и источниками финансирования, планами грандиозного строительства нового общества, в которых индустриализации отводилось важнейшее место. СССР продолжал оставаться в экономической изоляции, в которой оказалась страна после Гражданской войны. Решающую роль в том, что и как было достигнуто, сыграл характер того правящего режима, который утвердился в стране в октябре 1917 года.

Если поставить вопрос, что же было сделано к концу 1930-х годов в области индустриализации, безотносительно к тому, как и за счет чего это делалось, то следует признать, что наш народ совершил действительно великое дело. За короткий срок были созданы новые отрасли индустрии, возникли новые виды промышленного производства. Всего за довоенные годы было построено около 9 тыс. заводов и фабрик. Это был настоящий трудовой подвиг, который не могла повторить ни одна страна в мире.

Отмечая результаты, достигнутые в ходе индустриализации, следует сказать, что промышленное преобразование в первую очередь было подчинено созданию мощной оборонной промышленности, прежде всего ее важнейших отраслей — авиационной и танковой.

За годы первых пятилеток были сооружены десятки новых самолетостроительных, агрегатных, авиамоторных и других заводов авиационного профиля. В середине 1920-х гг. в стране действовали всего 10 предприятий Авиатреста, на которых работало чуть более 3 тыс. человек. К концу 1930-х гг. в составе Наркомата авиационной промышленности находилось около 70 предприятий, не считая мощной инфраструктуры, обеспечивавшей их работу. К этому времени в авиастроении были задействованы сотни тысяч рабочих и инженерно-технических работников. К лету 1941 г. мощности советской авиапромышленности в 1,5 раза превосходили мощности авиазаводов фашистской Германии.

В ходе промышленного строительства на предприятиях устанавливалось наиболее передовое по тем временам оборудование. Знаменательно, что 80-85% вложений в активную часть производственных фондов, созданных в СССР в период индустриализации, приходились на долю импортной техники.

Принципиально важно признать, что за короткий срок был создан оборонный потенциал державы, сопоставимый с аналогичными потенциалами крупнейших держав мира. Все это, в конечном счете, сыграло огромную роль в разгроме фашистской Германии. Индустриализация дала возможность советскому народу в минуту смертельной опасности выковать оружие победы и разгромить врага.

К тому же надо помнить, что индустриализация была кровным делом всего советского народа. Техника в глазах вчерашних крестьян представляла собой харизматическое явление. «Техника решает все!» — это не просто партийный лозунг, это существенный элемент менталитета той эпохи.

Проведение индустриализации объективно отвечало национальным интересам нашей страны. Однако парадокс заключается в том, что по мере решения различных проблем индустриализации возникало одно отрицательное последствие за другим. Дело в том, что отсутствие связи между социальными процессами, происходившими в советском обществе, и техническими преобразованиями в промышленности не стимулировало ускорения научно-технического прогресса. Если он и происходил, то отличался определенной однобокостью. Мало того, по мере укрепления системы увеличивался технический застой. В наследство от той эпохи нам достались сложнейшие проблемы «градообразующих» производств, неравномерность распределения населения.

Если поставить вопрос, что же дала индустриализация народу, то следует признать, что тут результаты были более чем скромными. При всей механизации производства слишком большой оставалась доля ручного труда на вспомогательных операциях: при транспортировке, складировании, погрузке и отгрузке изделий. По-прежнему ручной труд преобладал в строительстве, в сельском хозяйстве. Несмотря на многочисленные обещания и заверения партийно-советской верхушки, должного развития не получила легкая промышленность. Недопустимо мало внимания уделялось сооружению дорог, складов и элеваторов. Уровень жизни народа, если сравнить его с колоссальными затратами сил и средств, вырос столь незначительно, что зачастую он был просто невидим.