Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Лучников Анализ литературно-критического произв...doc
Скачиваний:
0
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
1 Мб
Скачать
☆

§ 4. «Пожалуй – чего доброго! – найдутся люди, которые заключат …, что «Отечественные записки» разделяют мнение автора брошюры о Гоголе и о «Мертвых душах …»

Только что процитированное начало рецензии Белинского на статью Аксакова свидетельствует о том, что послание дошло до адресата. Продолжим цитату: «… вот этого-то мы никак не хотели бы, и желание отклонить от себя незаслуженную честь участвовать в ультраумозрительных московских воззрениях на просто понимаемое нами дело побудило нас взяться за перо (5, 56)».

Свою задачу, стало быть, Белинский видит в том, чтобы показать, что между его позицией и позицией автора «странной брошюры» нет и не может быть никаких точек схождения. Поэтому все положения К. Аксакова подвергаются им тотальной деструктивной критике. Внимательное чтение текстов Белинского и К. Аксакова должно показать, в какой мере это размежевание осуществилось.

В центре полемики, естественно, оказывается аксаковская «триада» и вопрос о «воскрешении древнего эпоса». Начнем с первого.

Аксаков следующим образом формулирует свое положение: « … Мы не говорим, что Гоголь то же самое, что Гомер и Шекспир; но в отношении к акту творчества, в отношении к полноте самого создания – Гомера и Шекспира, и только Гомера и Шекспира, ставим мы рядом с Гоголем. Мы далеки от того, чтобы унижать колоссальность других поэтов, но, в отношении к акту создания, они ниже Гоголя (148)».

Отметим прежде всего, что само выражение «акт творчества» («акт создания»), как и его «полнота», не имело общеупотребительного значения, не являлось термином, даже учитывая условность применения понятия «термин» к понятийному аппарату русской и европейской литературной критики первой половины XIX в. Сам Аксаков свою мысль сколько-нибудь основательно не развернул. Необходимость истолкования развязывала Белинскому руки и давала ему дополнительные возможности для опровержения точки зрения противника.

Позицию большинства исследователей133, писавших по этому вопросу, можно изложить следующим образом: Белинский отверг аксаковское сопоставление по причинам и идеологического, и эстетического характера.

В плане идеологии Белинский не мог не считать, что возвышение Гоголя у Аксакова, который у него как бы представительствует за отечественную культуру в целом, осуществляется за счет принижения западноевропейской литературы Нового времени и западноевропейской культуры в целом же. Поэтому славянофильской доктрине он спешит противопоставить доктрину западническую («революционно-демократическую»).

А это приводит к тому, что Белинский отказывает не только Гоголю, но и всей русской литературе во «всемирно-историческом содержании», наличие которого является непременным условием для сопоставления какого бы то ни было современного писателя с Гомером и Шекспиром, чье творчество знаменует собой этапы поступательного развития человеческого духа в сфере искусства. По этой логике, чтобы сравняться с Гомером и Шекспиром, современный поэт должен в своем творчестве выразить принципиально новое содержание духовной жизни человека, стать свидетельством исторического прогресса человечества в целом.

Упомянутые исследователи акцентировали внимание на том, что мысль о всемирно-историческом значении «Мертвых душ», которая, действительно, присутствует в кругозоре Аксакова, хотя прямо им и не выражена, и которую они полагали в самом общем смысле «верной», покоится на «совершенно ложных» основаниях славянофильской историософии.

В то же время «ошибочная» (опять-таки в самом общем смысле) оценка значения «Мертвых душ» в статьях Белинского не принципиальна и не мешает ему точнее видеть место Гоголя в перспективе развития мировой (европейской) литературы. Некоторые при этом отмечали, что впоследствии Белинский эту свою ошибку «исправил», признав мировое значение поэмы и творчества Гоголя134.

В плане же эстетики Белинский, с точки зрения тех же исследователей, отвергает сопоставление Аксакова как непродуктивное. По «акту творчества», Гоголь, действительно, «напоминает» и Гомера, и Шекспира, но напоминает не более и не менее любого другого поэта, наделенного «естественным талантом», то есть природной одаренностью, склонностью к творчеству. Так что, взятое само по себе, это сравнение возможно, но «не идет к делу», бессодержательно, и, во всяком случае, наличие «акта творчества» не является основанием для того, чтобы только Гоголя ставить рядом с Гомером и Шекспиром.

При таком объяснении эстетического смысла аксаковского сопоставления становилась как бы самоочевидной и диаметральная противоположность позиций критиков, и правота Белинского.

При этом истолкование позиции Аксакова, предпринятое Белинским, прямо или по умолчанию признавалось адекватным первоисточнику, по крайней мере, в той степени, в которой смысл аксаковских слов вообще может быть переведен на язык научной рефлексии.

На самом деле все обстояло гораздо сложнее.

Начнем с того, что Белинский как бы разлагает аксаковскую триаду, выделяя в ней относительно самостоятельные аспекты: вопрос о значении творчества Гоголя и собственно вопрос об акте творчества у Гоголя.