8.Типы фразеологических единиц по степени семантической слитности и мотивированности.

Значения многозначных слов не равноправны. Одни из них выступают как первичные, основные, другие развиваются на базе этих первичных значений. Первые можно относить к явлениям прямой первичной номинации, вторые представляют собой факты вторичной номинации, так как они развиваются на базе уже сложившихся языковых единиц. Если железная (палка, кочерга, коробка и т. п.) - это сделанная из железа, т. е. значение опирается на выделение одного из признаков явления, то в железная (воля) значение "крепкая, твердая" опирается на первичное значение слова железная (т. е. это - "подобная сделанному из железа"). Аналогично соотношение типов номинации ходить в быстро ходить, ходить пешком и под. и поезда ходят по расписанию, часы ходят верно и под., где соотнесенность с первичным значением ощущается совершенно отчетливо.

36. Вторичные наименования, опирающиеся на перенос названия с одного явления на другое, часто оказываются содержащими оценку соответствующих явлений (ср.: каменный дом и каменное сердце, стальной прут и стальной характер, кислое молоко и кислое настроение и т. д.).

37. Первичные значения называют свободными, так как они могут сочетаться с разнообразным кругом слов, ограниченным лишь предметно-логически, реально-смысловой возможностью соответствующих сочетаний и принятыми в коллективе правилами, нормами употребления слов.

38. Вторичные, переносные значения всегда ограничены в возможностях их употребления. (Ср.: каленный дом, сарай, столб, забор, подвал, мост и т. п., но только каменное сердце; намылить (мылом) шею, голову, руку, ноги, белье и т. п., но при значении намылить "отругать" возможны лишь сочетания намылить шею, голову; лопнул канат, стакан, пузырь, чашка, мяч и т. п., но лопнуть со смеха, со злости).

39. Ограничения в употреблении вторичных, производных, переносных значений могут быть разными*.

40. Вторичные наименования чаще всего формируются на основе метафоры и метонимии.

41. Метафорические переносы, т. е. переносы на основании сходства, характерны для всех языков, причем часто обнаруживается сходство в основных направлениях переноса при различии в деталях.

42. Так, часто наблюдаются переносы с названия частей тела человека на другие предметы: головка булавки, ушко иголки, горлышко бутылки, ручка двери, спинка стула, носик чайника. В других языках, где такие переносы широко представлены, могут быть частные различия. Например, в английском у иголки не "ушко", а "глазок", у бутылки не "горлышко", а "шея"; во французском у чайника не "носик", а "клювик" и т. д. Но чаще наблюдается совпадение. Так, у булавки "головка" не только в русском, но и в английском, немецком, польском; у стула "спинка" не только в русском, но и в английском; "ручка" у кресла в русском, английском; "ручка" у двери в русском и польском; "ножка" у стула в русском и немецком и т. д.

43. Сходство между языками наблюдается и при метонимических переносах, т. е. переносах на основе связей (смежности) между явлениями действительности. Во всех языках отмечаются переносы на основании связи в пространстве или во времени. Например, школа ремонтируется (здание) и школа пошла на экскурсию (учащиеся); аудитория внимательно слушает (состав слушателей), аудитория проветрена (помещение); вечер наступил (время дня), торжественный вечер (заседание). Участники политического движения начала XIX в. были названы декабристами, так как они выступили 14 декабря 1825 г. В английском одно слово означает "город" и "население города", "стул" и "председатель", "осень" и "урожай", т. е. то, что убирают осенью. В немецком слово полдень стало использоваться и для названия еды в полдень, т. е. обеда и обеденного перерыва.

44. Широкое развитие подобных переносов приводит к росту количества многозначных слов.

45.  Исследование всего множества фразеологизмов русского языка предполагает их классифицирование по самым разнообразным признакам.  В.В. Виноградов, предложил одну из наиболее известных и широко распространенных в лингвистике классификаций, основанную на различной степени идиоматичности (немотивированности) компонентов в составе фразеологизма. Выделяется три типа фразеологизмов.

46. Фразеологические сращения - устойчивые сочетания, обобщенно-целостное значение которых не выводится из значения составляющих их компонентов, т. е. не мотивировано ими с точки зрения современного состояния лексики: попасть впросак, бить баклуши, ничтоже сумняшеся, собаку съесть, с бухты-барахты, из рук вон, как пить дать, была не была, куда ни шло и под. Мы не знаем, что такое "просак" (так в старину называли станок для плетения сетей), не понимаем слова баклуши (деревянные заготовки для ложек, изготовление которых не требовало квалифицированного труда), не задумываемся над значением устаревших грамматических форм ничтоже (нисколько), сумняшеся (сомневаясь). Однако целостное значение этих фразеологизмов понятно всякому русскому человеку. Таким образом, этимологический анализ помогает прояснить мотивировку семантики современного фразеологического сращения. Однако корни фразеологизма порой уходят в столь отдаленные времена, что лингвисты не приходят к однозначному выводу об их происхождении [См. например, различия в трактовке фразеологизма трусу праздновать у Б. А Ларина и Н. А. Мещерского в кн.: Мокиенко В. М. Славянская фразеология. М., 1989. С. 18-19].       Фразеологические сращения могут включать в свой состав устаревшие слова и грамматические формы: шутка сказать (не шутку!), сыр бор разгорелся (не сырой!), что также способствует семантической неразложимости оборотов.

47. Фразеологические единства - устойчивые сочетания, обобщенно-целостное значение которых отчасти связано с семантикой составляющих их компонентов, употребленных в образном значении: зайти в тупик, бить ключом, плыть по течению, держать камень за пазухой, брать в свои руки, прикусить язык. Такие фразеологизмы могут иметь "внешние омонимы", т. е. совпадающие с ними по составу словосочетания, употребленные в прямом (неметафорическом) значении: Нам предстояло плыть по течению реки пять дней. Меня так подбросило на ухабе, что я прикусил язык и страдал от боли.       В отличие от фразеологических сращений, утративших в языке свое образное значение, фразеологические единства всегда воспринимаются как метафоры или другие тропы. Так, среди них можно выделить устойчивые сравнения (как банный лист, как на иголках, как корова языком слизала, как корове седло), метафорические эпитеты (луженая глотка, железная хватка), гиперболы (золотые горы, море удовольствия, насколько хватает глаз), литоты (с маковое зернышко, хвататься за соломинку). Есть и фразеологические единства, которые представляют собой перифразы, т. е. описательные образные выражения, заменяющие одно слово: за тридевять земель - 'далеко', звезд с неба не хватает - 'недалекий', косая сажень в плечах - 'могучий, сильный'.       Некоторые фразеологические единства обязаны своей экспрессивностью каламбуру, шутке, положенным в их основу: дырка от бублика, от жилетки рукава, сам не свой, без году неделя, зарезать без ножа. Выразительность иных строится на игре антонимов: ни жив ни мертв, ни дать ни взять, ни богу свечка ни черту кочерга, более или менее; на столкновении синонимов: из огня да в полымя, ум за разум зашел, переливать из пустого в порожнее, вокруг да около. Фразеологические единства придают речи особую выразительность и народно-разговорную окраску.

Фразеологические сочетания - устойчивые обороты, значение которых мотивировано семантикой составляющих их компонентов, один из которых имеет фразеологически связанное значение: потупить взор (голову) (в языке нет устойчивых словосочетаний "потупить руку", "потупить ногу"). Глагол потупить в значении 'опустить' имеет фразеологически связанное значение и с другими словами не сочетается. Еще пример: щекотливый вопрос (ситуация, положение, обстоятельство). Прилагательное щекотливый означает 'требующий большой осмотрительности, такта', но возможности его сочетаемости ограниченны: нельзя сказать "щекотливое предложение", "щекотливое решение" и т. п.       Фразеологически связанное значение компонентов таких фразеологизмов реализуется только в условиях строго определенного лексического окружения. Мы говорим бархатный сезон, но не скажем "бархатный месяц", "бархатная осень"; повальная эпидемия, но не "повальная заболеваемость", "повальный насморк"; поголовные аресты, но не "поголовная реабилитация", "поголовное осуждение" и т. д.      Фразеологические сочетания нередко варьируются насупить брови - нахмурить брови; затронуть чувство гордости - задеть чувство гордости; одержать победу - одержать верх, потерпеть крах - потерпеть фиаско (поражение); страх берет - злость (зависть) берет, сгорать от нетерпения - сгорать от стыда и т. д.        В речи встречаются случаи контаминации компонентов фразеологических сочетаний: "играет значение" - "имеет роль" (вместо имеет значение - играет роль), "предпринять меры" - "принять шаги" (вместо принять меры - предпринять шаги), "уделить значение" (из уделить внимание - придавать значение), "оказать значение" (из оказать внимание - придавать значение). Такие ошибки носят ассоциативный характер и воспринимаются как резкое нарушение нормы.