47. Сперанский м.М. И кодификация российского законодательства.

Ответ : Проекты ограничения самодержавия, рассматриваемые властью в начале XIX в., существенная реорганизация государственного механизма и повышение его роли в сохранении существовавшего социально-экономического строя актуализировали вопрос упорядочения, систематизации российского законодательства.

Эта проблема существовала с XVIII в. Еще Петр I предпринимал попытки создать новое Уложение законов, которые могли бы заменить бы Уложение 1649 г.

В 1801 г. была образована очередная (уже 17-я) Комиссия для составления законов¹См.: Баршев Я. Историческая записка о содействии II отделения СЕИВК развитию юридических наук в России. СПб., 1876. С. 4., которая должна была систематизировать, достаточно запутанное, хаотичное российское законодательство.

Деятельность этой Комиссии не могла быть результативной в условиях существенной реорганизации государственного механизма, связанной с проектами ограничения абсолютизма. Их реализация потребовала бы создания нового законодательства.

После окончательного отказа от проведения политических реформ при новом императоре Николае I систематизация законодательства и создание Свода законов рассматривается как важнейшая задача. Решаться она должна была в специально созданном в 1826 г. II отделении СЕИВК (Собственная Его Императорского Величества канцелярия). Систематизация законодательства должна была стать подготовительным этапом для создания Свода Законов. При этом, как выразился Н.М. Карамзин, руководствовались тем политико-правовым принципом, что для России «не надобно новых законов», а нужна инвентаризация, систематизация ранее изданных и распределение их по отраслям.

Если между двумя законами имелось противоречие, то в Свод законов должен был быть включен изданный позже.

Начальником II отделения СЕИВК был назначен известный юрист, экономист профессор Санкт-Петербургского университета М.А. Балугьянский. Он преподавал право Николаю I, который после воцарения заявил своему бывшему учителю, что он «хочет положить в основу государственного строя и управления силу и строгость закона». Законом он считал выраженную в определенной форме волю монарха, а подчинение им гражданским и нравственным долгом подданных. Для того, чтобы они могли выполнять этот долг законы должны быть понятны, систематизированы и содержаться в достаточно доступных Полном собрании законов и в Своде Законов Российской империи.

Общее руководство систематизацией законодательства и подготовкой Свода Законов осуществлял возвращенный из ссылки М.М. Сперанский, получивший право докладывать о проводимой работе императору.

Систематизация законодательства и сведение его в Полное собрание законов Российской империи (ПСЗ) начиналась с Уложения 1649 г., которое стало именоваться Соборным уложением, а заканчивалось оно указами, изданными императором Александром I в декабре 1825 г.

В 1830 г. Полное собрание законов было издано в 40 томах, содержащих более 30 тыс. актов, расположенных в хронологическом порядке. Одновременно издается шесть томов приложений в виде хронологических, тематических указателей и иных справочных материалов. Это значительно облегчило пользование этим изданием.

Название «Полное собрание законов» достаточно условное, так как не все законодательные акты, изданные после 1649 г. были в него включены. Не были найдены подлинники некоторых актов и публикаторы решили не включать копии, а некоторые акты не вошли по политическим соображениям. В Полное собрание вошли и некоторые судебные решения, имевшие значение прецедента, акты толкования закона в виде разъяснений Сената как высшего судебного органа Российской империи.

Работа по составлению ПСЗ продолжалась и после 1830 г.. Готовилось второе издание, включавшее законодательные акты, начиная с Манифеста 12 декабря 1825 г. о восшествии на престол императора Николая I.

Создание Свода законов Российской империи и его структура. Составление ПСЗ открывало путь для решения главной задачи — подготовки Свода законов Российской империи. В него включались только действующие законы, систематизированные по отраслевому принципу. Предлагалось, что законы, включенные в Свод, имеют силу, так как соответствуют законам, вошедшим в ПСЗ. Это не означало, что они должны были быть аутентичными. Допускалась новая редакция, не меняющая сущности, а также обобщение нескольких законов в один. Главным было сохранение преемственности, политико-правовой, идеологической связи Свода с ПСЗ, т.е. с законодательством феодальной России второй половины XVII в. и XVIII в. Упоминавшийся выше ученый-правовед М.А. Балучьянский признавал, что в отличие от законодательства западноевропейских государств российское законодательство закрепляет сословный характер общества, правовое неравенство, крепостное право²См.: Косачевская Е.М. М.А. Балугъянский и Петербургский университет. Л., 1971. С. 262.. К середине XIX в. это становилось анахронизмом, тормозом социально-экономического развития страны.

При составлении Свода был использован западноевропейский опыт кодификации. Важным принципом при этом было традиционное, идущее от римского права и вошедшее в западноевропейскую теорию и практику деление права на публичное и частное. В соответствии с ним ММ. Сперанский делил законы на государственные и гражданские.

Свод законов был издан в 1832 г., в январе 1833 г. рассмотрен Государственным Советом и утвержден императором. Он вводился в действие с 1 января 1835 г.

Свод состоял из восьми отделов, опубликованных в 15 томах:

• первый отдел — Основные государственные законы;

• второй отдел — законы о центральных и местных государственных учреждениях и о государственной службе;

• третий отдел (названный «Законы правительственных сил») — уставы о повинностях, податях, пошлинах, а также таможенный, лесной уставы и др.;

• четвертый отдел (специальный) — все нормативные акты, определявшие права и обязанности сословий;

• пятый отдел — гражданское законодательство;

• шестой отдел — кредитный, торговый, пожарный уставы, а также уставы о казенных селениях, о колониях иностранцев в Российской империи;

• седьмой отдел — устав благочиния, т.е. все законы о полиции, об общественном призрении, уставы о паспортах и беглых, о предупреждении и пресечении преступлений, о содержании под стражей, о ссыльных;

• восьмой отдел — уголовное и уголовно-процессуальное законодательство.

В Манифесте, объявляющим Свод законов действующим источником права, указывалось, что его структура должна остаться неизменной. Все новые законы, уставы вносились в соответствующие отделы и тома Свода. Это означало, что власть не предполагала в ближайшее время издавать законы, существенно менявшие бы правовую систему российского абсолютизма.

Издание Свода законов стало заметным событием в российской общественной, научной, культурной жизни. Участие в создании ПСЗ, Свода законов стало хорошей школой для многих отечественных правоведов. Император Николай I, считавший издание Свода главным достижением своего царствования и многие современники надеялись, что наличие систематизированного, хорошо изданного законодательства, уменьшит возможность чиновничества злоупотреблять служебным положением, использовать неразбериху в законах в своих корыстных интересах и повысит доверие общества к государству³См.: Корнилов А.А. Курс истории России XIX века. М., 1993. С. 160.. Но даже строгое исполнение законов, сохранявших феодальные отношения, феодальные принципы права в середине XIX в. не соответствовало потребностям общественного развития.

Свод законов не охватывал всего законодательства страны. В него не вошли местные законы, сохранившие свое действие в Польше, Финляндии, Прибалтийских губерниях, Закавказье после их вхождения в состав Российской империи.

В Свод не вошли законы, регулирующие организацию вооруженных сил Российской империи, порядок прохождения воинской службы, определение воинских правонарушений, преступлений, наказания за них, военные уставы. В царствование Николая I особое внимание уделялось укреплению дисциплины в постоянно увеличивавшейся армии. В Военном министерстве разрабатывались новые уставы, регламентировались права и обязанности военнослужащих. В 1839 г. издается Свод военных постановлений, а в 1851 г. — Свод морских уголовных постановлений.

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. После издания Свода законов М.М. Сперанский предполагал приступить к следующему этапу кодификации — составлению уложений. Это предусматривало подготовку новых законов, отражающих потребности общественного развития и включение их в состав уложений. Но Николай I санкционировал только составление Уложения о наказаниях уголовных и исправительных. Работу над ним начал М.М. Сперанский, а после его смерти продолжил и завершил новый начальник II отделения СЕИВК Д.Н. Блудов.

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных было утверждено Николаем I в 1845 г., со следующего года вводилось в действие, а в 1857 г. с некоторыми изменениями вошло в т. 15 Свода законов. Оно стало, по существу, первым российским уголовным кодексом.

При подготовке Уложения использовались достижения отечественной и западноевропейской юридической науки и в определенной степени принципы буржуазного права. Но важную черту феодального права — сословность — уложение сохраняло. Назначение наказания во многом определялось сословной принадлежностью правонарушителя. Из II разделов Особенной части Уложения о наказаниях уголовных и исправительных девять были направлены на охрану существующего государственного, социально-экономического строя.

В продолжение традиции Соборного уложения 1649 г., в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных первые разделы посвящены преступлениям против православной веры.

Понятие преступления против веры в Уложении было более широким, чем в Своде законов. В последнем определялось 31, а в Уложение вошло 80 преступлений против веры, причем наказания за них были ужесточены.

Важнейшей задачей Уложения было сохранение крепостного права как социально-экономической основы существующего государственного строя. Оно оставляло за помещиками право наказывать своих крепостных, а главное рассматривало неповиновение крепостных крестьян своим помещикам как «восстание против властей, правительством установленных».

Подытоживая все изложенное выше, следует сказать, что и Свод законов Российской империи, и Уложение о наказаниях уголовных и исправительных были максимально возможными изменениями российского права с учетом развития буржуазных отношений, внутренней политики, направленной на сохранение абсолютизма, и нерешительности власти в отношении приступить к ликвидации изжившего себя крепостного права.

Власть начинала понимать опасность сохранения крепостного права, создавала многочисленные секретные комитеты, в которых искала пути его уничтожения, но не смогла преодолеть сопротивление помещиков, боялась непредсказуемых для себя последствий. Хотя Николай I избрал для себя образцом для подражания Петра Великого, в отличие от него он не смог использовать возможности абсолютистского государства для проведения даже умеренных прогрессивных реформ. Традиционно употребляемые для характеристики периода царствования Николая I выражение «апогей абсолютизма» следует понимать как апогей консервативной политики, углубляющей социально-экономический и политический кризис в стране.