Комментарии

Сделаем некоторые добавления по поводу предыдущих определений:

1. Предметом моделирования НЛП являются исполнители высшего уровня и их работа, то есть изучение превосходства. Более конкретно, исследования НЛП сосредоточены на установлении и кодировании существенных различий между исполнением гения и среднего исполнителя в некоторой области ценной человеческой деятельности.

2. Центральный метод НЛП – это моделирование, неизменно использующее как одно из своих систематических средств контраст (например, контраст между исполнением гения, служащего моделью, и среднего исполнителя). Черты поведения модели (источника), обнаруживаемые также в поведении среднего исполнителя, при этом не описываются – описывается лишь то, что отличает модель от среднего исполнителя.

3. Термин гений (и точно так же термины превосходство и высокий уровень исполнения) имеет, разумеется, оценочный, а не описательный характер, и не может быть в настоящее время удовлетворительно описан объективными критериями. При отсутствии определения этого термина, по сложившейся исторической традиции руководствуются общим мнением других специалистов той же дисциплины; от этого и зависит, кто считается или не считается гением в некоторой дисциплине, причем здесь играет роль и личная оценка моделировщика. В этой области еще многое остается сделать, особенно по той причине, что профессиональные специалисты часто склонны игнорировать отступников или даже порочить их работу (сюда относится исторический ответ Американской Медицинской Ассоциации доктору Эриксону).

4. Критерий для оценки модели или паттернов весьма прост:

если разумный человек учился выполнять действия по описаниям паттернов, полученных моделированием гения, и преследует подобные цели в том же профессиональном контексте, что и первоначальный исполнитель, то достигает ли этот учащийся подобного же качества результатов примерно в то же время, что и первоначальный исполнитель?

В случае утвердительного ответа паттерн или модель считаются успешными. В противном случае паттерн или модель считаются неудачными. При этом вовсе не требуется какого-либо совпадения с «действительностью» или «истиной». В самом деле, соавторы этой книги систематически и намеренно предупреждают участников приключения под названием НЛП, что предлагаемые паттерны «ложны»³ – то есть систематически искажают то, что в действительности происходит. Мы напоминаем далее этим участникам следующий важный вопрос: доставляет ли конгруэнтное применение этих «ложных» паттернов способ исполнения, приближающийся по изяществу и эффективности к первоначальному гению? Иными словами, полезна ли «ложь»?

Для НЛП вряд ли возможна другая позиция в этом вопросе, если принимается эпистемология, развитая в Главе 1 Части I этой книги, где была уже речь о невозможности узнать, согласно ли описание с «истиной».

5. Паттернирование можно подразделять разными способами. Рассмотрим любой из паттернов метамодели, например, реакцию на модальные операторы возможности –

клиент: Я не могу выразить мои чувства в

присутствии супруга

терапевт: А что случится, если вы это сде-

лаете?

По определению паттерна, данному Бейтсоном, перед нами здесь клиент и подготовленный НЛП терапевт, составляющие цикл. Мы можем поместить разделительный знак сразу же после первоначального утверждения клиента, содержащего в качестве вызова модальный оператор возможности (не могу), поскольку терапевт возразит на него вполне предсказуемым образом, при заданном синтаксисе утверждения клиента. Но столь же правильно было бы поместить разделительный знак после возражения терапевта. Что произойдет по другую сторону разделительного знака – можно ли ожидать, что следующие реакции клиента окажутся (по крайней мере отчасти) избыточными или предсказуемыми? Должно произойти изменение.

В первом случае, где разделительный знак поставлен сразу же после утверждения клиента, конкретное множество реакций, находящихся в распоряжении терапевта, задается алгоритмами – например, входящими в метамодель; поэтому мы можем предсказать с достаточной вероятностью словесные реакции терапевта. Если же мы поставим разделительный знак после возражения терапевта, то можно с уверенностью предсказать, что за этим возражением произойдет исследование, расширяющее и обогащающее мысленную карту клиента, что расширит его выбор и приведет его к новым возможностям.

6. НЛП является метадисциплиной в том смысле, что все дисциплины (включая и само НЛП) подвергаются моделирующей деятельности НЛП – иными словами, что гении в таких дисциплинах как физика, химия, психология, религиозная практика, деловая активность, спорт и т.д. служат потенциальными источниками различий между высшими и средними исполнителями. Гении в этих областях являются потенциальными источниками проектов моделирования НЛП.

7. Результаты проектов моделирования надо кодировать с помощью некоторого словаря, что составляет нетривиальную проблему. Мы рассмотрим этот вопрос в Главе 1 Части Ш под заголовком Кодирование паттерна.

Примечания к Главе 2, Части I.

1. Просматривая материалы об НЛП, опубликованные в течение 15 последних лет, мы с удивлением увидели, что даже столь выдающийся практик прикладного НЛП, как Роберт, определил НЛП в опубликованном интервью как изучение паттернов мышления гениев. Может быть это просто отражение его специального внимания к моделированию умерших людей (Дисней, Иисус Христос, Эйнштейн и т.д.) по их сочинениям и биографиям.

2. Это различие – существенное в приложениях НЛП – более полно излагается в Главе 2 Части Ш этой книги под заголовком Функции сортировки. В то время, когда мы с Бендлером создавали первоначальные паттерны классического кода, с которого началось НЛП, лишь немногие из этих вопросов были нам ясны (например, различие между изменениями первого и второго порядка). Указанное различие было осознано лишь впоследствии – после многих лет применения паттернов.

3. Термины «ложный» , «истина» и «действительность» поставлены здесь в кавычки, чтобы напомнить читателю эпистемогическую позицию, занятую нами в Главе 1 Части I этой книги. Коротко говоря, в настоящее время невозможно какое-либо общее сравнение между описанием некоторого предмета и самим предметом, поскольку то и другое еще непонятным способом искажается структурой человеческой нервной системы и языка (f¹ и f²). Как было указано в разделе эпистемологии, единственным частичным исключением являются здесь стратегии инструментального наблюдения и измерения. Это исключение частично в том смысле, что приборы, спроектированные, построенные и применяемые людьми, содержат, однако, иное множество преобразований, чем человеческая нервная система, и тем самым доставляют другое описание, независимое от преобразований в нервной системе.