I 29 Пальпация артерий нижних конечностей задней большеберцовой (а), тыла стопы (б), подколенной (в) и бедренной (г)

Возможные причины ослабления или исчезновения пульсации на" артериях верхних конечностей были указаны при описании пульса (с. 99—100) Нарушение проходимости артерий нижних конечностей чаще всего вызвано атеросклеротическим поражением либо облитерирующим эндартериитом. У больных, предъявляющих жалобы на внезапно развившееся нарушение зрения и сильные головные боли, необходимо пропальпировать височные артерии — их уплотнение, неравномерное утолщение и болезненность являются типичными признаками темпорального артериита (болезнь Хортона)

Перкуторное определение границ сердца и ширины сосудистого пучка

При исследовании сердечно-сосудистой системы перкуссией определяют границы сердца и ширину сосудистого пучка.

Сердце большей своей частью находится в левой половине грудной клетки и схематично может быть представлено в виде косо расположенного конуса, вершина которого соответствует верхушке сердца и направлена вниз и влево, а основание обращено кверху. Соответственно выделяют правую, верхнюю и левую границы серд­ца, которые в этой последовательности и определяют. Сердечная мышца и вмещаемая ею кровь являются безвоздушными малоупруги­ми средами. Поэтому над участком передней грудной стенки слева от грудины, к которому непосредственно прилегает сердце, при перкус­сии возникает тупой звук (абсолютная сердечная тупость). Окружаю­щие сердце с обеих сторон и сверху легкие, напротив, являются содержащими воздух упругими средами и издают при перкуссии ясный легочный звук. Справа и сверху сердце частично прикрыто тонкими краями легких, поэтому при перкуссии здесь возникает притуплённый перкуторный звук, являющийся как бы переходным между ясным легочным звуком и звуком абсолютной сердечной тупости. Такой звук получил название относительной сердечной тупости.

Таким образом, при определении правой и верхней границ сердца вначале ясный легочный звук переходит в звук относительной сердечной тупости (граница относительной сердечной тупости), а он, в свою очередь, переходит в звук абсолютной сердечной тупости (граница абсолютной сердечной тупости) Границы относительной сердечной тупости соответствуют истинным границам сердца Слева сердце не прикрыто легким, поэтому ясный легочный звук сразу переходит в звук абсолютной сердечной тупости. Область абсолютной сердечной тупости образована главным образом прилегающим непос­редственно к передней грудной стенке правым желудочком. Лишь узкая полоска абсолютной тупости по левому контуру сердца образо­вана левым желудочком. Линии, по которым определяют размеры сердца, выбраны таким образом, что расширение каждой из перкутор­ных границ отражает увеличение определенных камер сердца: правой границы — правого желудочка; верхней — левого предсердия; ле­вой — левого желудочка. Увеличение размеров правого предсердия перкуторный метод выявить не позволяет.

Снизу к сердцу прилежит «полулунное пространство» Траубе, которое справа ограничено левым краем печени, слева — селезенкой и снизу — левой реберной дугой. В проекции этого пространства находится воздушный «пузырь» желудка, поэтому при перкуссии образуется тимпанический звук.

В соответствии с правилами топографической перкуссии при определении границ сердца палец-плессиметр располагают парал­лельно искомой границе и перкутируют в направлении от ясного звука к тупому, т. е. от легких к сердцу. Для определения границ относительной сердечной тупости применяют перкуторные удары средней силы, а при определении границ абсолютной сердечной тупости — тихие перкуторные удары. Перкуссию лучше проводить при вертикальном положении больного или в положении сидя с опущенными ногами. Дыхание больного должно быть неглубоким и ровным. Найденную перкуторную границу фиксируют пальцем-плессиметром и определяют ее координаты нагрудной клетке: правой границы — пальпацией краев грудины; верхней — подсчетом ребер; левой — измерением расстояния до левой срединно-ключичной линии. При этом следует помнить, что перкуторная граница соответ­ствует краю пальца-плессиметра, обращенному в сторону более ясно­го звука.

Правую границу сердца обычно определяют на уровне четвертого межреберья. Однако необходимо предварительно убедиться, что уро­вень определения правой границы сердца лежит в достаточно широ­кой зоне ясного легочного звука. Для этого вначале находят нижнюю перкуторную границу правого легкого по срединно-ключичной ли­нии. Палец-плессиметр устанавливают непосредственно под правой ключицей и параллельно ей так, чтобы средняя фаланга пальца находилась на правой срединно-ключичной линии (женщину при необходимости просят правой рукой поднять и отвести кнаружи правую молочную железу). Применяя тихие перкуторные удары, перкутируют вдоль указанной линии по ребрам и межреберьям в направлении сверху вниз до обнаружения границы перехода ясного легочного звука в тупой (рис. 30, а). Найденную границу фиксируют пальцем-плессиметром и определяют ее локализацию путем подсчета ребер. В норме граница лежит на VI ребре и соответствует нижнему краю правого легкого и верхнему краю печени. Желательно границу отметить дермографом, так как она понадобится в дальнейшем при определении размеров печени.

Клинический опыт показывает, что расстояние от четвертого межреберья до VI ребра является достаточным, чтобы плотная пе­ченочная ткань не влияла на точность определения правой границы сердца. Расширение границы печени вверх наблюдается исключи­тельно редко, поскольку она подвешена в брюшной полости на связках и при увеличении расширяется главным образом нижняя граница зоны печеночной тупости. Более реальными причинами, способными помешать определению правой границы сердца, могут быть правосторонний плевральный выпот или массивное уплотнение правого легкого, поскольку над ними при этом выявляется тупой перкуторный звук. Аналогичные патологические процессы будут препятствовать определению и других сердечных границ.

Для определения правой границы сердца палец-плессиметр уста­навливают вдоль правой срединно-ключичной линии так, чтобы его средняя фаланга располагалась в четвертом межреберье. Применяя перкуторные удары средней силы, перкутируют на этом уровне по направлению к грудине, смещая после каждой пары ударов палец-плессиметр на расстояние 0,5—1 см и удерживая его в положении, параллельном искомой границе (рис. 30, б). Переход ясного легочного звука в притуплённый соответствует правой границе относительной сердечной тупости. В норме она расположена по правому краю грудины. Далее, применяя уже тихие перкуторные удары, продолжа­ют перкуссию на том же уровне до обнаружения границы перехода притуплённого звука в тупой, что соответствует правой границе абсолютной сердечной тупости. В норме она проходит по левому краю грудины. При выявлении расширения правой границы сердца пер­куссию проводят аналогичным образом на уровне пятого межреберья для установления возможной связи этого феномена с выпотом в полость перикарда.

Рис. 30. Исходное положение пальца-плессиметра и направление его

перемещения при перкуторном определении верхней границы печени (а),

правой (б), верхней (в) и левой (г) границ сердца

Верхняя граница сердца определяется по левой окологрудинной линии. Палец-плессиметр располагают непосредственно под лет if! ключицей и параллельно ей так, чтобы средняя фаланга пальни находилась на указанной линии. Применяя перкуторные удары средней силы, перкутируют вдоль этой линии по ребрам и межреберьям в направлении сверху вниз (рис. 30, в). Переход ясного легочного звука в притуплённый соответствует верхней границе относительной сердечной тупости, которая в норме расположена на III ребре. Затем, используя уже тихие перкуторные удары, продолжают перкутировать вдоль той же линии вниз до появления тупого звука, что соответствует верхней границе абсолютной сердечной тупости. В норме они находится на IV ребре.

Левая граница сердца определяется на уровне того межреберья, в котором визуально или пальпаторно выявлен верхушечный толчок Если верхушечный толчок отсутствует, то путем подсчета ребер слева от грудины находят пятое межреберье и проводят перкуссию на этом уровне. Перед проведением перкуссии у женщины врач при необходимости просит ее правой рукой поднять левую молочную железу Определять левую границу сердца сложно, так как приходится перкутировать по округлой поверхности грудной клетки. Палец плессиметр устанавливают продольно вдоль левой передней подмы­шечной линии таким образом, чтобы, во-первых, его средняя фаланга находилась в межреберье, выбранном в качестве уровня перкуссии, а, во-вторых, сам палец был расположен строго во фронтальной плоскости и плотно прижат к грудной клетке своей ладонной повер­хностью и ульнарным краем. Перкутируют на уровне выбранного межреберья по направлению к грудине, нанося тихие перкуторные удары в сагиттальной плоскости, т. е. строго перпендикулярно тыль­ной поверхности пальца плессиметра. После каждой пары перкутор­ных ударов смещают палец-плессиметр в медиальном направлении на расстояние 0,5—1 см, сохраняя при этом его продольное положение и удерживая строго во фронтальной плоскости (рис. 30, г). Переход ясного легочного звука непосредственно в звук абсолютной сердечной тупости (минуя звук относительно сердечной тупости) свидетельст­вует об обнаружении левой границы сердца. В норме она расположена на уровне пятого межреберья на 1,5—2 см кнутри от левой срединно-ключичной линии и совпадает с локализацией наружного края верхушечного толчка. Для того чтобы определить степень подвижно­сти сердца в грудной клетке, целесообразно повторить исследование правой и левой границ в положении лежа на спине, а затем на правом и левом боку

Равномерное расширение границ сердечной тупости вправо указывает на наличие гипертрофии и дилатации правого желудочка, .1 вверх — дилатации левого предсердия. При гипертрофии и дилататации левого желудочка расширяется левая граница сердца. Умеренное расширение левой границы сердца может происходить, кроме того, и При выраженной дилатации правого желудочка. Одновременное рас­ширение левой и правой границ сердца чаще всего свидетельствует о дилатации обоих желудочков. При скоплении жидкости в полости перикарда также происходит расширение левой и правой границ сердца, нередко, с исчезновением зоны относительной сердечной тупости справа. Однако в этом случае наиболее выраженное расшире­ние правой границы сердца определяется не в четвертом, а в пятом межреберье. Кроме того, при значительном выпоте в полость пери­карда левая граница сердца иногда не совпадает с верхушечным толчком, а расположена кнаружи от него.

На результаты определения перкуторных границ сердца могут оказывать влияние патологические процессы в системе органов дыха­ния. Для больных эмфиземой легких характерно равномерное суже­ние границ зоны абсолютной сердечной тупости или даже полное ее исчезновение. Рубцовое сморщивание или спадение (ателектаз) участ­ка легочной ткани, прилегающего к тому или иному отделу сердца, напротив, ведет к расширению соответствующей границы абсолют­ной сердечной тупости. Причем, если эти процессы в одном из легких носят распространенный характер и приводят к смещению средосте­ния, правая и левая границы сердца смещаются в сторону поражения. При скоплении жидкости или воздуха в одной из плевральных полостей средостение смещается в здоровую сторону. В этом случае при перкуссии на стороне, противоположной выпоту или пневмото­раксу, отмечается расширение границы сердца, тогда как на стороне поражения определению границы сердца будут мешать перкуторные феномены, вызванные патологическим процессом: тупой звук при плевральном выпоте и тимпанит — при пневмотораксе.

При проведении перкуссии в горизонтальном положении боль­ного границы сердца несколько шире, чем при перкуссии в положе­нии стоя. Более того, в положении лежа на боку правая и левая границы сердца смещаются в соответствующую сторону на 2—3 см. Отсутствие смещения границ сердца, равно как и смещения верхушечного толчка при перемене положения тела, указывает на наличие спаек перикарда с окружающими тканями. При декстрокардии грани­цы сердца проецируются на правую половину грудной клетки и представляют собой как бы зеркальное отражение уже описанных границ при левостороннем его расположении.

Ширина сосудистого пучка определяется перкуторно на уровне второго межреберья вначале с одной стороны от грудины, а затем с другой. Палец-плессиметр располагают продольно по срединно-ключичной линии так, чтобы средняя его фаланга ле­жала во втором межреберье. Используя тихие перкуторные удары, перкутируют на этом уровне по направлению к краю грудины, удерживая палец-плессиметр в продольном поло­жении и смещая его после каж­дой пары ударов на 0,5—1 см до обнаружения границы перехода ясного легочного звука в тупой (рис. 31). В норме ширина сосу­дистого пучка не выходит за края грудины. Расширение перкуторных границ сосудис­того пучка наблюдается главным образом при расширении аорты, ко­торая составляет основную его часть.

Рис. 31. Исходное положение пальца-плессиметра и направление его переме­щения при перкуторном определении ширины сосудистого пучка

Аускультация сердца и сосудов

Работа сердца сопровождается напряжением и периодическими движениями отдельных его частей и содержащейся в сердечных полостях крови. В результате этого возникают колебания, которые проводятся через окружающие ткани на поверхность грудной стенки, где могут быть выслушаны как отдельные звуки. Аускультация сердца позволяет оценить свойства звуков, возникающих в процессе сердеч­ной деятельности, определить их характер и причины появления.

Вначале в определенной последовательности выслушивают серд­це в стандартных точках аускультации. При выявлении аускультативных изменений или наличии других симптомов, указывающих на патологию сердца, дополнительно осуществляют выслушивание всей области абсолютной сердечной тупости, над грудиной, в левой подмышечной ямке, межлопаточном пространстве и на артериях шеи (сонной и подключичной). Аускультацию сердца вначале проводят и положении больного стоя (или сидя), а затем — в положении лежа на спине. Для того чтобы аускультации сердца не мешали дыхатель­ные шумы, больного просят периодически на выдохе задерживать дыхание на 3—5 с (после предварительного глубокого вдоха). При необходимости применяют некоторые специальные приемы аускуль­тации: в положении больного лежа на правом или левом боку, при глубоком вдохе, в том числе с натуживанием (проба Вальсальвы), после 10—15 приседаний. Если на передней поверхности грудной клетки имеется обильный волосяной покров, его перед проведением аускультации необходимо смочить, смазать жиром либо, в крайнем случае, сбрить волосы в местах выслушивания сердца.

Обычно используют следующие стандартные точки аускульта­ции, нумерация которых соответствует последовательности их выслу­шивания (рис. 32):

первая точка — верхушка сердца, т. е. область верхушечного толчка или, если он не определяется, то левая граница сердца на уровне пятого межреберья (точка выслушивания митрального клапа­на и левого атриовентрикулярного отверстия); при проведении аус­культации над верхушкой сердца у женщины ее при необходимости предварительно просят поднять левую молочную железу;

Рис. 32. Точки аускультации сердечных клапанов: митрального (1), аортально­го (2), легочной артерии (3), трех­створчатого (4); анатомическая проек­ция митрального (5) и аортального (6) клапанов

вторая точка — второе межреберье непосредственно у правою края грудины (точка выслушивания аортального клапана и устья аорты);

третья точка — второе межреберье непосредственно у левого края грудины (точка выслушивания клапана легочной артерии и ее устья); вторую и третью точки принято объединять понятием «осно­вание сердца»;

четвертая точка — основание мечевидного отростка (точка выслушивания трехстворчатого клапана и правого атриовентрикулярного отверстия).

Следует иметь в виду, что указанные точки аускультации не сов­падают с проекцией соответствующих сердечных клапанов, а выбра­ны с учетом распространения звуковых явлений по току крови в сердце. Это связано с тем, что точки, соответствующие истинной про­екции клапанов на переднюю грудную стенку, расположены близко друг к другу, что затрудняет их использование для аускультативной диагностики. Однако отдельные из этих точек все же иногда приме­няют для выявления патологических аускультативных феноменов:

пятая точка — место прикрепления IV ребра к левому краю грудины (дополнительная точка выслушивания митрального клапана, соответствующая его анатомической проекции); •

точка Боткина—Эрба — третье межреберье у левого края грудины (дополнительная точка выслушивания аортального клапана, соответ­ствующая его анатомической проекции).

В норме над сердцем во всех точках аускультации выслушивается мелодия, состоящая из двух быстро следующих один за другим коротких отрывистых звуков, так называемых основных тонов, затем следует более продолжительная пауза (диастола), вновь два тона, опять пауза и т. д. По своим акустическим свойствам I тон более продолжительный, чем II, и ниже по тональности. Появление I тона совпадает во времени с верхушечным толчком и пульсацией сонных артерий. Интервал между I и II тонами соответствует систоле и в норме в два раза короче диастолы.

Принято считать, что образование сердечных тонов происходит вследствие одновременных колебаний кардиогемической системы, включающей миокард, клапаны, кровь в полостях сердца, а также начальные отрезки аорты и легочного ствола. В происхождении I тона основную роль играют два компонента: 1) клапанный — колебания створок митрального и трехстворчатого клапанов, вызванные их

напряжением при закрытии в самом начале систолы желудочков (фаза напряжения); 2) мышечный — напряжение миокарда желудоч­ков в начале периода изгнания из них крови. Возникновение II тона объясняется главным образом колебаниями створок полулунных клапанов аорты и легочной артерии, обусловленными напряжением данных клапанов при их закрытии в конце систолы желудочков. Кроме того, в происхождении как I, так и II тонов определенное значение имеет так называемый сосудистый компонент — колебания стенок начальной части аорты и легочной артерии.

Ввиду синхронности возникновения звуковых явлений различ­ного происхождения, лежащих в основе образования сердечных тонов, они в норме воспринимаются как цельные звуки, а в интерва­лах между тонами никакие дополнительные аускультативные фено­мены не выслушиваются. В патологических условиях иногда возни­кает расщепление основных тонов. Кроме того, как в систолу, так и диастолу могут выявляться сходные по звучанию с основными тонами звуки (дополнительные тоны) и более протяжные, сложные по звучанию аускультативные феномены (сердечные шумы).

При выслушивании сердца вначале в каждой из аускультативных точек необходимо дать характеристику сердечным тонам (основным и дополнительным) и определить мелодию сердца (сердечный ритм), складывающиеся из ритмически повторяющихся сердечных циклов. Затем, если в процессе выслушивания тонов обнаружены сердечные шумы, в точках их локализации повторно проводят аускультацию и подробно характеризуют эти звуковые явления.

Выслушивая тоны сердца, определяют правильность ритма, число основных тонов, их тембр и цельность звучания, а также соотношение громкости I и II тонов. При выявлении дополнительных тонов отмечают их аускультативные особенности: отношение к фазам сер­дечного цикла, громкость и тембр. Чтобы определить мелодию сердца, следует мысленно ее воспроизвести, используя слоговую фонацию.

При аускультации над верхушкой сердца вначале по равномерно­сти диастолических пауз определяют ритмичность сердечных тонов (правильность ритма). Так, заметное удлинение отдельных диастоли­ческих пауз характерно для экстрасистолии, особенно желудочковой, и некоторых разновидностей сердечных блокад. Беспорядочное чере­дование диастолических пауз разной продолжительности типично для мерцательной аритмии.

119

Определив правильность ритма, обращают внимание на соотно­шение громкости I и II тонов над верхушкой, а также на характер звучания (цельность, тембр) I тона. В норме над верхушкой сердца

I тон громче, чем II. Объясняется это тем, что в образовании I тона основное значение имеют звуковые явления, вызванные митральным клапаном и миокардом левого желудочка, а место наилучшего выслу­шивания их расположено в области верхушки сердца. В то же время

II тон в данной аускультативной точке является проводным с основа­ния сердца, поэтому и выслушивается над верхушкой как относитель­но более тихий звук. Таким образом, нормальная мелодия над верхушкой сердца может быть представлена в виде слоговой фонации там-та...там-та...там-та... Особенно отчетливо такая мелодия выслу­шивается при состояниях, сопровождающихся тахикардией и увели­чением скорости сокращения миокарда желудочков, например, при физических и эмоциональных напряжениях, лихорадке, тиреотокси­козе, анемии и т. п. При вертикальном положении тела и на выдохе I тон громче, чем в положении лежа и при глубоком вдохе.

При стенозе левого атриовентрикулярного отверстия происходят уменьшение диастолического наполнения левого желудочка и увели­чение амплитуды движения створок митрального клапана. В резуль­тате этого у больных с данным пороком сердца громкость I тона над верхушкой резко усиливается и изменяет свой тембр, приобретая характер хлопающего тона. У больных с полной атриовентрикулярной блокадой при аускультации над верхушкой сердца временами выслу­шивается внезапное значительное усиление первого тона («пушечный тон» Стражеско) на фоне резко выраженной брадикардии. Этот феномен объясняют случайным совпадением сокращений предсердий и желудочков.

Равномерное уменьшение громкости звучания (приглушенность) обоих тонов над верхушкой сердца при сохранении преобладания I тона обычно связано с внекардиальными причинами: скоплением воздуха или жидкости в левой плевральной полости, эмфиземой легких, выпотом в полость перикарда, ожирением и др. В том случае, если I тон над верхушкой сердца по громкости равен II или даже тише его по звучанию, говорят об ослаблении I тона. Соответственно изменяется и мелодия сердца: та-там...та-там...та-там... Основными причинами ослабления I тона над верхушкой являются: 1) недостаточ­ность митрального клапана (деформация створок клапана, уменьше­ние амплитуды их движения, отсутствие периода замкнутых клала-

нов); 2) поражение сердечной мышцы с ослаблением сократительной способности левого желудочка; 3) повышение диастолического напол­нения левого желудочка; 4) замедление сокращения левого желудочка при резко выраженной его гипертрофии.

При изменении частоты сердечных сокращений (учащение или замедление) меняется продолжительность главным образом диастолической паузы (соответственно укорачивается или удлиняется), тогда как продолжительность систолической паузы существенно не изменя­ется. При выраженной тахикардии и равной продолжительности систолической и диастолической пауз возникает сердечная мелодия, похожая на ритм маятника, — маятникообразный ритм (при равной громкости I и II тонов) либо напоминающая внутриутробный сердеч­ный ритм плода — эмбриокардия (I тон громче, чем II). Такие патологические сердечные ритмы могут выявляться при приступе пароксизмалъной тахикардии, инфаркте миокарда, острой сосудистой недостаточности, высокой лихорадке и др.

Расщепление I тона над верхушкой сердца (тра-та) возникает при неодновременном начале систолы левого и правого желудочков, чаще всего вследствие блокады правой ножки пучка Гиса или выраженной гипертрофии левого желудочка. Иногда непостоянное расщепление I тона можно отметить и у здоровых в связи с фазами дыхания или изменением положения тела.

При некоторых патологических состояниях над верхушкой сердца наряду с основными тонами могут выявляться дополнительные, или экстратоны. Такие экстратоны чаще всего возникают в период диасто­лической паузы и, реже, во время систолы (вслед за I тоном). К числу диастолических экстратонов относятся III и IV тоны, а также тон открытия митрального клапана и перикард-тон.

Дополнительные III и IV тоны появляются при поражении мио­карда. Их образование вызвано пониженной резистентностью стенок желудочков, что приводит к аномальной вибрации их во время быст­рого наполнения желудочков кровью в начале диастолы (III тон) и в период систолы предсердий (IV тон). Таким образом, III тон следует вскоре после II, а IV тон выявляется в конце диастолы непосредствен­но перед I. Эти экстратоны обычно тихие, короткие, низкие по тональности, иногда непостоянные и могут определяться только в пятой аускультативной точке. Они лучше выявляются при аускульта-ции твердым стетоскопом или непосредственно ухом, в положении больного лежа на левом боку, а также на выдохе. При выслушивании

Ill и Г/ тонов стетоскоп не должен оказывать давление на область верхушечного толчка. В то время как IV тон всегда является патоло­гическим, III может непостоянно выслушиваться и у здоровых (главным образом у детей и юношей). Возникновение такого «физи­ологического III тона» объясняют активным расширением левого желудочка при быстром его наполнении кровью в начале диастолы.

У больных с поражением сердечной мышцы III и IV тоны часто сочетаются с ослаблением I тона над верхушкой и тахикардией, что создает своеобразную трехчленную мелодию, напоминающую топот скачущей галопом лошади (ритм галопа). Такой ритм воспринимается ухом как три отдельных тона, следующих друг за другом через почти одинаковые интервалы, причем триада тонов повторяется регулярно без обычной, более продолжительной паузы. При наличии III тона возникает так называемый протодиастолический ритм галопа, кото­рый может быть воспроизведен при быстром повторении трех слогов, с ударением на среднем: та-та-та...та-та-та...та-та-та... В том случае, если наблюдается IV тон, возникает пресистолический ритм галопа: та-та-та...та-та-та...та-та-та... Наличие одновременно III и IV тонов обычно сочетается с резко выраженной тахикардией, поэтому оба дополнительных тона сливаются в единый звук в середине диастолы и при этом также выслушивается трехчленный ритм (суммационный ритм галопа).

Тон открытия митрального клапана («митральный щелчок») яв­ляется характерным признаком стеноза левого атриовентрикулярного отверстия. Этот экстратон возникает сразу же после II тона, лучше выслушивается на левом боку, а также на выдохе и воспринимается как короткий, отрывистый звук, по громкости приближающийся ко II тону, а по тембру напоминающий щелчок. Обычно «митральный щелчок» сочетается с хлопающим I тоном, что создает характерную трехчленную мелодию, которую сравнивают с криком перепела («ритм перепела»). Такой ритм можно воспроизвести, используя слоговую фонацию та'-т-ра...та-т-ра...та-т-ра... с сильным ударением на первом слоге либо повторяя фразу «спать пора» с акцентом на первом слове. Возникновение «митрального щелчка» объясняется напряжением сросшихся по комиссурам створок митрального клапана при их выпячивании в полость левого желудочка во время открытия клапана в начале диастолы.

Еще один вид протодиастолического экстратона над верхушкой сердца может выслушиваться у больных констриктивным перикарда-

том. Этот так называемый перикард-тон так же, как и «митральный щелчок», довольно громкий и следует сразу же вслед за II тоном. В то же время перикард-тон не сочетается с хлопающим I тоном, поэтому мелодия сердца, напоминающая «ритм перепела», при этом не возни­кает.

Основной причиной возникновения систолического экстратона над верхушкой сердца является пролабирование (выворачивание) створок митрального клапана в полость левого предсердия в период систолы (пролапс митрального клапана). Этот экстратон иногда называют систолическим «щелчком», или «кликом». Он представляет собой относительно громкий, резкий и короткий звук, иногда сравни­ваемый со звуком щелкающего кнута.

При проведении аускультации над основанием сердца последо­вательно выслушивают вторую и третью аускультативные точки. Методика оценки тонов такая же, как при аускультации над верхуш­кой. В точках выслушивания клапанов аорты и легочной артерии в норме II тон громче, чем I, поскольку именно эти клапаны участвуют в образовании II тона, тогда как I тон на основании явля­ется проводным. Таким образом, нормальная мелодия сердца над ос­нованием сердца во второй и третьей аускультативных точках может быть представлена следующим образом: та-там...та-там...та-там... При ряде патологических состояний II тон над аортой или легочной артерией может быть ослаблен, акцентуирован и расщеплен. Об ос­лаблении II тона во второй или третьей точках говорят в том случае, если в данной точке аускультации II тон по громкости равен I или тише его. Ослабление II тона над аортой и легочной артерией происходит при стенозе их устья или недостаточности соответствую­щего клапана. Исключением из правила является стеноз устья аорты атеросклеротического происхождения: при этом пороке II тон, напро­тив, обычно бывает громким.

Оценив соотношение громкости I и II тонов в каждой из указанных двух точек над основанием сердца, сравнивают в них громкость II тона. Для этого поочередно проводят выслушивание во второй и третьей точках, обращая внимание только на громкость II тона. Если II тон в одной из этих аускультативных точек громче, чем в другой, говорят об акценте II тона в данной точке. Акцент II тона над аортой встречается при повышении артериального давле­ния либо при атеросклеротическом уплотнении стенки аорты. Акцент II тона над легочной артерией в норме может отмечаться у здоровых

молодых людей, однако его выявление в более старшем возрасте, особенно в сочетании с расщеплением II тона (та-тра) в данной точке, обычно свидетельствует о повышении давления в малом круге крово­обращения, например, при митральных пороках сердца или хрониче­ском обструктивном бронхите.

В некоторых случаях при аускультации над основанием сердца можно выявить дополнительные тоны. Например, у больных с врожденным стенозом устья аорты во второй аускультативной точке иногда выслушивается систолический экстратон, напоминающий щелчок.

В четвертой аускультативной точке в норме так же, как и над верхушкой, I тон громче, чем II. Это объясняется участием трехствор­чатого клапана в образовании I тона и проводным характером II тона в данной точке. Возможные изменения громкости I тона в четвертой точке в целом сходны с таковыми над верхушкой. Так, ослабление I тона над основанием мечевидного отростка выявляется при недоста­точности трехстворчатого клапана, а усиление I тона в сочетании с тоном открытия трехстворчатого клапана («трикуспидальный щел­чок») — при крайне редко встречающемся стенозе правого атриовентрикулярного отверстия.

Как уже указывалось, при аускультации сердца в паузах между тонами иногда могут выслушиваться отличающиеся от них звуковые феномены — сердечные шумы, которые представляют собой более протяжные и сложные, насыщенные обертонами звуки. По своим акустическим свойствам сердечные шумы могут быть тихими или громкими, короткими или продолжительными, убывающими или нарастающими, а по тембру — дующими, пилящими, скребущими, рокочущими, свистящими и др. Сердечные шумы, выявляемые в интервале между I и II тонами, называют систолическими, а шумы, выслушиваемые после II тона, — диастолическими. Реже, в частности при сухом (фибринозном) перикардите, продолжительный шум над сердцем не всегда четко связан с какой-либо фазой сердечного цикла. Систолические и диастолические шумы возникают в результате нарушения ламинарного тока крови в соответствующей фазе сердеч­ного цикла. Причины появления завихрений в кровотоке и превраще­ния его из ламинарного в турбулентный могут быть самыми разнооб­разными. Группу шумов, возникающих при врожденных или приоб­ретенных пороках сердца, а также при поражении миокарда, называют органическими. Шумы, вызванные другими причинами и не сочетающиеся с изменениями тонов, расширением камер сердца и при-шаками сердечной недостаточности, получили название функцио­нальных, или невинных. Диастолические шумы, как правило, бывают органическими, а систолические могут быть как органическими, так и функциональными. В отдельную группу выделяют так называемые экстракардиальные шумы: шум трения перикарда, плевроперикардиальный и некоторые другие шумы.

Обнаружив шум при аускультации сердца в стандартных точках, необходимо определить:

1) фазу сердечного цикла, в которой шум выслушивается (сис­толический, диастолический, систолодиастолический);

2) продолжительность шума (короткий или длительный) и какую часть фазы сердечного цикла он занимает (протодиастолический, мезодиастолический, пресистолический либо пандиастолический, ран­ний систолический, поздний систолический либо пансистолический);

3) громкость шума в целом (тихий или громкий) и изменение громкости в фазе сердечного цикла (убывающий, нарастающий, убывающе-нарастающий, нарастающе-убывающий либо монотонный);

4) тембр шума (дующий, скребущий, пилящий и др.);

5) точку максимальной громкости звучания шума (punctum maximum) и направление его проведения (левая подмышечная ямка, сонные и подключичные артерии, межлопаточное пространство);

6) изменчивость шума, т. е. зависимость громкости звучания, тембра и продолжительности от положения тела, фаз дыхания и физической нагрузки.

Соблюдение этих правил позволяет в большинстве случаев ре­шить вопрос, является шум функциональным или органическим, а также определить наиболее вероятную причину органического шума.

Диастолические шумы чаще всего возникают при таких пороках сердца, как стеноз левого атриовентрикулярного отверстия и недоста­точность аортального клапана, значительно реже — при стенозе правого атриовентрикулярного отверстия, недостаточности клапана легочной артерии и др.

Диастолический шум над верхушкой сердца выслушивается при стенозе левого атриовентрикулярного отверстия и в большинстве случаев сочетается с «ритмом перепела». В начальных стадиях мит­рального стеноза он может выявляться только в начале диастолы сразу после «митрального щелчка» (убывающий протодиастолический шум) либо только в конце диастолы перед хлопающим I тоном (нарастающий пресистолический шум). При выраженном митральном стенок шум становится пандиастолическим, приобретает своеобразный низ­кий, рокочущий тембр и иногда определяется пальпаторно над верхушкой сердца в виде феномена «кошачьего мурлыканья». Диасто­лический шум митрального стеноза чаще всего выслушивается на ограниченном участке и далеко не распространяется. Обычно он лучше выявляется в положении больного лежа на левом боку и усиливается после физической нагрузки.

Негромкий, нежный диастолический (пресистолический) шум над верхушкой сердца иногда выслушивается также у больных с выраженной недостаточностью аортального клапана. Это шум так называемого функционального митрального стеноза (шум Флинта). Он возникает ввиду того, что в период диастолы обратный ток крови из аорты в левый желудочек приподнимает переднюю створку мит­рального клапана, суживая атриовентрикулярное отверстие.

Диастолический шум, выслушиваемый во второй аускультативной точке, свидетельствует о недостаточности клапана аорты. Однако в ранней стадии формирования порока диастолический шум аорталь­ной недостаточности может выслушиваться только в третьем межреберье слева от грудины, т. е. в точке Боткина—Эрба, соответствую­щей анатомической проекции аортального клапана. Он обычно «мяг­кий», дующий, убывающий, как бы «льющийся», лучше выявляется в положении стоя или сидя с наклоном туловища вперед, а также в положении лежа на правом боку. В то же время после физической нагрузки шум нередко ослабевает. При выраженной недостаточности аортального клапана диастолический шум обычно распространяется на сонные и подключичные артерии. Над аортой II тон у таких больных, как правило, резко ослаблен или даже вовсе отсутствует. Над верхушкой I тон также ослаблен ввиду диастолического переполнения левого желудочка.

Диастолический шум в третьей аускультативной точке выявляется редко. Одной из причин его может стать недостаточность клапана легочной артерии. Кроме того, негромкий, дующий диастолический шум во втором межреберье у левого края грудины иногда определя­ется у больных с выраженной гипертензией малого круга кровообра­щения. Это шум относительной недостаточности клапана легочной артерии (шум Грехема—Стилла). Его возникновение объясняют рас­ширением инфундибулярной части правого желудочка и устья легоч­ной артерии с растяжением ее клапанного кольца. При наличии открытого артериального (боталлова) протока, соединяющего аорту с ле­гочной артерией, в третьей аускультативной точке выслушивается комбинированный систолодиастолический шум. Диастолический (протодиастолический) компонент такого шума лучше слышен в по­ложении лежа, далеко не распространяется и исчезает или значитель­но ослабевает при натуживании больного на высоте глубокого вдоха (проба Вальсальвы).

Диастолический шум в четвертой аускультативной точке также выявляется редко и указывает на наличие стеноза правого атриовен-трикулярного отверстия. Он выслушивается на ограниченном участке над основанием мечевидного отростка и влево от него до окологрудинной линии, усиливается в положении больного на правом боку и при глубоком вдохе. Наряду с диастолическим шумом при данном пороке может определяться также хлопающий I тон и «трикуспидалъ-ный щелчок», т. е. «ритм перепела».

Органические систолические шумы могут быть вызваны недоста­точностью атриовентрикулярных клапанов (клапанного или мышеч­ного происхождения), стенозом устьев аорты и легочной артерии, дефектом перегородок сердца и некоторыми другими причинами. Отличительными признаками органического систолического шума являются его громкость, продолжительность и грубый тембр. Иногда он выслушивается над всей поверхностью сердца, однако максималь­ные громкость и продолжительность его звучания всегда определяют­ся в точке аускультации того клапана или отверстия, где этот шум возник. Кроме того, нередко органические систолические шумы имеют характерные зоны иррадиации. Еще одной особенностью таких шумов является их относительная стабильность, поскольку они хорошо выслушиваются при разных положениях больного, в обе фазы дыхания и всегда усиливаются после физической нагрузки.

Органический систолический шум над верхушкой сердца выслу­шивается при недостаточности митрального клапана. Он убывающего характера и обычно сочетается с ослаблением или даже полным исчезновением I тона. Нередко одновременно выявляется также III тон. Шум усиливается в положении больного лежа на левом боку, при задержке дыхания на выдохе, после физической нагрузки. Характер­ной областью иррадиации его является левая подмышечная ямка. Иногда он лучше выслушивается в пятой аускультативной точке. Систолический шум недостаточности митрального клапана может быть вызван структурными изменениями самого клапана (рубцовая

деформация, разрыв створок, отрыв хорд) либо дилатацией полости левого желудочка с расширением фиброзного кольца клапана (отно­сительная недостаточность митрального клапана). Шум клапанного происхождения в целом более громкий, грубый и продолжительный, чем мышечный, и имеет большую зону иррадиации. Однако в ряде случаев клапанные и мышечные шумы весьма сходны по акустиче­ским признакам.

Органический систолический шум во второй аускулыпативной точке определяется при стенозе устья аорты. Часто он настолько громкий и грубый, что хорошо слышен над всей областью сердца, а иногда ощущается даже пальпаторно на рукоятке грудины или справа от нее в виде систолического дрожания. Шум, как правило, распространяется на сонные и подключичные артерии, нередко опре­деляется также в межлопаточном пространстве на уровне I—III грудных позвонков. В то же время, в направлении левой подмышеч­ной ямки интенсивность его стихает. В положении стоя шум усили­вается. Над аортой II тон может быть ослаблен, однако при выражен­ном атеросклерозе ее, наоборот, усилен. При небольшой степени стеноза устья аорты или неровности ее стенок, вызванных атеросклеротическим поражением, систолический шум над аортой можно выявить, попросив больного поднять руки за голову, что создает условия для приближения сосудистого пучка к грудине (симптом Сиротинина—Куковерова).

Органический систолический шум в третьей аускулътативной точке выслушивается редко. Одной из причин его может быть стеноз устья легочной артерии. У больных с дефектом межпредсердной перегородки также выявляется систолический шум над легочной артерией, однако в большинстве случаев он не очень громкий, непродолжительный, имеет мягкий тембр и далеко не распространя­ется, напоминая по своим акустическим характеристикам функцио­нальный шум. При открытом артериальном (боталловом) протоке в третьей аускультативной точке определяется систолодиастолический шум, систолический компонент которого обычно бывает грубым и громким, распространяется навею прекордиальную область, сосуды шеи, в левую подмышечную ямку и межлопаточное пространство. Особенностью его является значительное ослабление при пробе Вальсальвы.

Органический систолический шум в четвертой аускулътативной точке характерен для недостаточности трикуспидального клапана, которая, как и митральная недостаточность, может быть клапанного

либо мышечного происхождения. Шум носит убывающий характер, не всегда сочетается с ослаблением I тона и дополнительным III тоном, проводится в обе стороны от грудины и вверх вдоль ее левого края, причем, в отличие от других сердечных шумов, усилива­ется на вдохе (симптом Риверо—Корвалло).

Один из наиболее громких и грубых систолических шумов над областью сердца характерен для дефекта межжелудочковой перего­родки (болезнь Толочинова—Роже). Эпицентр звучания шума распо­ложен над грудиной или у левого ее края на уровне третьего— четвертого межреберьев. Он лучше выслушивается в положении лежа и распространяется в левую подмышечную ямку, межлопаточное пространство, на плечевые артерии, изредка — на шею. Громкость I тона над верхушкой сердца обычно сохранена. Грубый систолический шум над областью сердца определяется также при коарктации (врож­денном сужении) аорты. Он может распространяться на шею, однако эпицентр его звучания находится в межлопаточном пространстве слева от И—V грудных позвонков.

Функциональные систолические шумы наиболее характерны для детского и юношеского возраста. Их появление чаще всего обуслов­лено следующими причинами: 1) неполным соответствием темпов развития различных сердечных структур; 2) дисфункцией папилляр­ных мышц; 3) аномальным развитием хорд; 4) увеличением скорости кровотока; 5) изменением реологических свойств крови.

Функциональные систолические шумы чаще всего выслушива­ются над легочной артерией, верхушкой сердца и у левого края гру­дины в третьем—четвертом межреберьях, реже — над аортой. Они имеют целый ряд особенностей, знание которых позволяет отличать эти шумы от систолических шумов органического происхождения. В частности, для функциональных систолических шумов характерны следующие признаки:

1) выслушиваются только на ограниченном участке и никуда не распространяются;

2) по звучанию тихие, короткие, дующие; исключение составля­ют шумы, связанные с дисфункцией хорд и папиллярных мышц, поскольку они иногда имеют своеобразный музыкальный тембр, который сравнивают со звуком звенящей или лопнувшей струны;

3) лабильные, так как могут изменять свой тембр, громкость и продолжительность, возникать или, наоборот, исчезать под влиянием психоэмоциональных и физических напряжений, при перемене поло­жения тела, в разные фазы дыхания и т. д.;

4) не сопровождаются изменениями I и II тонов, появлением дополнительных тонов, расширением границ сердца и признаками недостаточности кровообращения; при пролапсе митрального клапана может определяться систолический экстратон.

Анемический систолический шум, выявляемый у больных с выра­женным малокровием, к функциональным шумам может быть отне­сен лишь условно как по механизму его образования, так и по акустическим характеристикам. В происхождении этого шума наряду со снижением вязкости крови и ускорением кровотока определенную роль играет также дистрофия миокарда, часто наблюдаемая при анемии. Анемический шум лучше выслушивается у левого края грудины или над всей областью сердца. Он может быть громким, иногда довольно грубым, с музыкальным оттенком, нередко распро­страняется на крупные сосуды, усиливается при переходе больного из горизонтального в вертикальное положение, а также после физиче­ской нагрузки.

Шум трения перикарда относится к экстракардиалъным шумам. В норме гладкие увлажненные листки перикарда при сердечных сокращениях скользят бесшумно. Шум трения перикарда чаще всего возникает при сухом (фибринозном) перикардите и является единст­венным его объективным признаком. Воспаленные листки сердечной сорочки становятся шероховатыми ввиду наличия на их поверхности отложений фибрина. Шум может возникать также в остром периоде инфаркта миокарда и при некоторых других патологических состоя­ниях, нарушающих гладкость листков перикарда, например, при уремии, резком обезвоживании организма, туберкулезном или опухо­левом, в том числе метастатическом, поражении сердечной сорочки. Шум трения перикарда не имеет типичной локализации, однако чаще всего он выявляется в области абсолютной сердечной тупости у левого края грудины или над основанием сердца на рукоятке грудины. Обычно он выслушивается на ограниченном участке и никуда не распространяется, может быть тихим или громким, а по тембру напоминать шелестящий, царапающий, скребущий или хрустящий звук, причем иногда бывает настолько грубым, что ощущается даже пальпаторно. Шум трения перикарда может выявляться как в систолу, так и диастолу, не всегда точно совпадая с ними, и нередко воспри­нимается как непрерывный шум с усилением в одну из фаз. Он воспринимается как звук, возникающий у самой поверхности груд­ной стенки, причем надавливание стетоскопом вызывает усиление

громкости шума. В то же время другие сердечные шумы восприни­маются как исходящие из глубины грудной клетки. Шум трения перикарда лучше выслушивается в положении стоя или сидя с наклоном туловища вперед, при глубоком вдохе интенсивность его ослабевает. Кроме того, ввиду своего происхождения он весьма непостоянен: в течение короткого времени может изменять свою локализацию, связь с фазами сердечного цикла, акустические харак­теристики. При заполнении полости перикарда экссудатом шум исчезает, а после рассасывания выпота — появляется вновь.

Иногда у левого контура сердца выслушиваются синхронные с его деятельностью дыхательные шумы, которые могут быть оши­бочно приняты за шумы сердечного происхождения. Примером такого шума является плевроперикардиальный шум, возникающий при локальном воспалении непосредственно прилегающего к сердцу уча­стка плевры, в частности плевры, выстилающей левый реберно-диафрагмальный синус. В отличие от большинства сердечных шумов, этот экстракардиальный шум усиливается при глубоком вдохе, тогда как при выдохе и задержке дыхания — значительно ослабевает либо исчезает вовсе.

Обнаружение в одной из точек аускультации одновременно систолического и диастолического шумов свидетельствует о комбини­рованном пороке сердца, т. е. о наличии недостаточности выслушива­емого в данной точке клапана и стеноза соответствующего ему отверстия. Выявление же в одной точке органического систолического шума, а в другой — диастолического указывает на сочетанный порок сердца, т. е. на поражение одновременно двух разных клапанов. При выслушивании в разных точках аускультации шума в одной и той же фазе сердечного цикла необходимо установить, к какому клапану он относится, сравнив в каждой из точек громкость, тембр и продолжи­тельность шума, а также направление его проведения. Если эти характеристики отличаются, значит, у больного сочетанный порок сердца. В случае, если шумы сходны по акустическим характеристи­кам и не имеют зон проведения, следует провести аускультацию сердца вдоль линии, соединяющей две точки, в которых они выслу­шиваются. Постепенное нарастание (убывание) громкости и продол­жительности шума от одной точки к другой свидетельствует об образовании его в том клапане (отверстии), к которому относится точка максимального звучания, и о проводном характере шума в другой точке. Напротив, если громкость и продолжительность шума

вначале стихает, а затем вновь нарастает, вероятен сочетанный порок сердца, например стеноз левого атриовентрикулярного отверстия и недостаточность аортального клапана.

Аускультация артерий позволяет выявить проведение по ним сердечных шумов и нарушение проходимости магистральных сосу­дов. Артерии выслушивают в местах их пальпации (с. 109), причем артерии нижних конечностей исследуют в положении больного лежа, а остальные — в положении стоя. Для аускультации артерий лучше использовать воронкообразную резонансную камеру гибкого биаурикулярного стетоскопа. Перед аускультацией предварительно пальпа-торно определяют локализацию исследуемой артерии. Нащупав пуль­сацию, ставят стетоскоп на эту область, однако без существенного давления стетоскопом на выслушиваемый сосуд, так как при опреде­ленной степени сдавления артерии над ней начинает выслушиваться систолический шум. При дальнейшем усилении давления шум транс­формируется в систолический тон, который при полном сдавлении просвета сосуда исчезает. Этот феномен используют при определе­нии артериального давления.

В норме шумы над артериями, так же как и над сердцем, не определяются, а тоны (первый тихий, а второй более громкий) выслушиваются только над расположенными вблизи сердца сонной и подключичной артериями. Систолический тон на артериях среднего калибра может появляться при таких патологических состояниях, как высокая лихорадка, тиреотоксикоз, атеросклероз аорты или стеноз ее устья. У больных с недостаточностью аортального клапана и открытым артериальным (боталловым) протоком при аускультации над плечевой и бедренной артериями иногда выявляются два тона — систолический и диастолический (двойной тон Траубе).

Появление шума над артериями бывает обусловлено несколькими причинами. Во-первых, это могут быть проводные шумы. Например, проводной систолический над всеми выслушиваемыми артериями нередко определяется при стенозе устья аорты, аневризме ее дуги, а также при дефекте межжелудочковой перегородки. При коарктации аорты грубый систолический шум, имеющий эпицентр звучания в межлопаточном пространстве слева от И—V грудных позвонков, распространяется вниз по ходу аорты и, кроме того, хорошо выслуши­вается в межреберьях по парастернальным линиям (по ходу внутрен­ней грудной артерии). У больных с недостаточностью аортального клапана и открытым артериальным (боталловым) протоком в ряде

случаев удается выслушать систолодиастолический шум (двойной шум Дюрозье) на бедренной артерии, если предварительно сдавить ее до определенной степени пальцем проксимальнее точки аускульта-ции. Причиной появления систолического шума на отдельных пери­ферических артериях могут быть их облитерирующие заболевания (эндартериит, атеросклероз, болезнь Такаясу), аневризма сосуда, либо сдавление его извне рубцом, опухолью, шейным ребром и др.

Аускультация вен может быть использована как один из дополни­тельных методов диагностики анемии. В частности, у больных, страдающих выраженной анемией различного происхождения, над луковицами яремных вен иногда выслушивается своеобразный шум, напоминающий звук, издаваемый вертящимся волчком («шум волч­ка»): непрерывный, приглушенный, низкий, дующий или жужжа­щий, как бы завывающий, то усиливающийся, то ослабевающий. Для выявления этого шума аускультацию проводят у наружных краев кивательных мышц непосредственно над ключицами, причем стето­скоп не должен оказывать давления на место выслушивания. «Шум волчка» лучше слышен над правой яремной веной, особенно при вертикальном положении больного, при повороте головы влево и во время вдоха. Появление «шума волчка» объясняется изменениями реологических свойств крови и ускорением кровотока у больных анемией.

Измерение артериального давления

Уровень артериального давления зависит главным образом от объема крови, выбрасываемой в аорту левым желудочком во время систолы, и от величины сопротивления периферических (резистивных) сосудов. При этом давление в артериальном русле ритмически колеблется, достигая наиболее высоких значений в период систолы (систолическое давление) и снижаясь до определенного уровня во время диастолы (диастолическое давление).

Артериальное давление измеряют с помощью сфигмоманометра, который состоит из матерчатой манжеты, содержащей внутри герме­тичный резиновый резервуар, соединенный гибкими трубками с манометром и резиновым баллоном (насосом) для нагнетания возду­ха. Кроме того, сфигмоманометр имеет регулировочный вентиль, обычно соединенный с баллоном. Вентиль позволяет изменять ско­рость выхода воздуха из манжеты и удерживать давление воздуха

в системе сфигмоманометра на необходимом уровне. Артериальное давление измеряют в миллиметрах ртутного столба. Шкала манометра градуирована от 0 до 300 мм ртутного столба (рт. ст.).

Для измерения артериального давления, как правило, используют непрямой аускулътативный метод, предложенный в 1905 году хи­рургом Санкт-Петербургской медико-хирургической академии Н. С. Коротковым. Он основан на уже описанном феномене появле­ния тонов над артериями при определенной степени их сдавления. Поскольку давление в артериях среднего калибра мало отличается от давления в аорте, измерение обычно проводят на плечевой артерии (рис. 33). Если позволяет состояние больного, исследование осущест­вляют в положении сидя. На обнаженную поверхность нижней половины плеча плотно накладывают манжету и закрепляют ее так, чтобы окружность плеча была полностью закрыта манжетой, а ниж­ний край ее с отходящими трубками располагался на 2—3 см выше локтевой ямки. Затем больного просят положить на стол руку с наложенной манжетой ладонью вверх и расслабить мышцы плеча. Врач закрывает регулировочный вентиль, прикладывает к медиальной части локтевой ямки резонансную камеру стетоскопа и начинает быстро нагнетать баллоном воздух в манжету, одновременно выслу­шивая плечевую артерию и следя за показанием манометра. Раздува­ние манжеты вызывает постепенное сдавливание плечевой артерии, что в определенный момент приводит к появлению в ней тонов, синхронных с деятельностью сердца (тоны Короткова). Продолжают

Рис 33 Измерение артериаль­ного давления на плече

нагнетать в манжету воздух до исчезновения тонов, что свиде­тельствует о полном сдавлении плечевой артерии. Отметив пока­зание манометра, дополнительно повышают давление еще на 20—30 мм рт. ст. После этого, слегка открыв регулировочный вентиль, медленно выпускают воздух из манжеты, продолжая выслу­шивать плечевую артерию и следить за показанием манометра. Давление в манжете должно снижаться не более чем на 5 мм рт. ст. в секунду. Отмечают уровень давления, при котором вновь появляются устойчивые тоны Короткова, что соответствует систолическому (мак­симальному) давлению. После этого продолжают постепенно выпу­скать воздух из манжеты и отмечают уровень давления, при котором тоны Короткова полностью исчезнут. Этот уровень соответствует диастолическому (минимальному) давлению.

Измерение артериального давления проводят с точностью до 5 мм рт. ст., например 100/60, 125/75, 215/105 и т. п. Повторяют измерения 2—3 раза с интервалом в 1—2 мин, предварительно полностью выпуская воздух из манжеты, но не снимая ее с плеча. Учитывают наименьшие показатели. Обычно давление измеряют последовательно на обеих плечевых артериях. При этом разница показателей не должна превышать 10 ммрт. ст. В случае обнаружения повышенного артериального давления исследование повторяют через 15 мин и измеряют артериальное давление на обеих бедренных артериях.

В некоторых случаях, когда тоны Короткова выслушиваются неотчетливо, для измерения давления может быть использован пальпаторный метод, предложенный Рива-Роччи. Он отличается от уже описанного тем, что момент восстановления проходимости предвари­тельно сдавленной плечевой артерии определяют не аускультативно, а по возобновлению пульсации лучевой артерии, что примерно соответствует появлению тонов Короткова, т. е. систолическому давлению. Однако полученные при этом цифры обычно на 5—15 ммрт. ст. ниже, чем при определении систолического давления по методу Короткова. Диастолическое давление пальпаторный метод определить не позволяет, что ограничивает его диагностическое значение.

В норме допустимые колебания систолического (максимального) давления составляют 90—140 мм рт. ст., а диастолического (ми­нимального) — 60—90 мм рт. ст. В зависимости от возраста ориенти­ровочные нормативы систолического и диастолического давления

в указанных пределах следующие: до 15 лет — 90—110/60—70 мм рт. ст.; 15—30 лет — 110—120/70—75 мм рт. ст.; 30—45 лет — 120—130/ 75—80 мм рт. ст.; старше 45 лет — 130—140/80—90 мм рт. ст. У гиперстеников артериальное давление обычно на 10—15 мм рт. ст. выше, чем у астеников. В зависимости от различных факторов показатели артериального давления могут колебаться в пределах 10—20 мм рт. ст. В частности, более низкий уровень артериального давления обычно регистрируется утром, натощак, при горизонталь­ном положении и, особенно, во сне. Кратковременное повышение давления может наблюдаться при сильных болях, психоэмоциональ­ных и физических напряжениях, после употребления чая, кофе, алкоголя, при охлаждении тела, колебаниях атмосферного давления и др.

Повышение систолического давления до 160 мм рт. ст., адиастолического до 95 мм рт. ст. носит название пограничной артериальной гипертензии и чаще всего свидетельствует о нарушениях нейроэндокринной регуляции сердечно-сосудистой системы (нейроциркулятор-ная дистония). Более высокие показатели артериального давления характерны для истинной артериальной гипертензии, которая может выступать в качестве самостоятельного заболевания (гипертоническая болезнь) либо быть одним из симптомов других заболеваний (симп­томатические артериальные гипертензии), например, болезней почек, почечных сосудов, опухолевого поражения коркового и мозгового вещества надпочечников. Понижение артериального давления назы­вается артериальной гипотонией и встречается при коллапсе, шоке, кровопотере, внутренних кровотечениях, обезвоживании организма, острой и хронической надпочечниковой недостаточности, гипоти­реозе.

Разница между показателями систолического и диастолического давления называется пульсовым давлением и в норме составляет 40—70 мм рт. ст. Уменьшение пульсового давления чаще всего происходит за счет снижения систолического давления, например, при стенозе устья аорты, выпоте в полость перикарда или констриктивном (слипчивом) перикардите. Возрастание пульсового давления вследствие преимущественного повышения систолического давления характерно для больных, страдающих тиреотоксикозом либо распро­страненным атеросклерозом. Для недостаточности аортального клапа­на типично умеренное повышение систолического давления и значи­тельное, вплоть до нуля, снижение диастолического («бесконечный

тон»), что также ведет к существенному возрастанию пульсового давления. «Бесконечный тон», однако, иногда наблюдается и у со­вершенно здоровых, в частности у спортсменов.

Артериальное давление на бедренных артериях необходимо опре­делять у всех больных с артериальной гипертензией, а также при подозрении на нарушение проходимости артерий нижних конечно­стей. Больной при исследовании лежит на животе (рис. 34). Измере­ние осуществляют последовательно с обеих сторон уже описанным методом. Манжету накладывают на нижнюю треть бедра. Тоны Короткова выслушивают в медиальной части подколенной ямки. В норме на бедренных артериях давление выше, чем на плечевых артериях: систолическое — на 35—40 мм рт. ст.; диастолическое — на 15—20 мм рт. ст. У больных с коарктацией аорты давление на бед­ренных артериях значительно ниже, чем на плечевых, где давление при этом, как правило, выше нормы. Значительное снижение артери­ального давления на одной из верхних или нижних конечностей обычно является признаком облитерирующего заболевания соответ­ствующей магистральной артерии. Более высокий, чем в норме, уровень систолического давления на бедренных артериях наблюда­ется при недостаточности аортального клапана (симптом Гилля).

Рис 34 Измерение артериального давления на бедре

Функциональные пробы

С целью выявления возможных нарушений вегетативной регуля­ции сердечной деятельности и артериального давления, а также для обнаружения начальных признаков сердечной недостаточности у больных, не имеющих явных признаков поражения сердечно-сосуди­стой системы, могут быть использованы некоторые простейшие функциональные пробы. Предварительно у обследуемого в положе­нии сидя измеряют пульс и артериальное давление (АД). В случае отклонения показателей от нормальных величин измерение повторя­ют после 15 мин отдыха. При проведении каждой функциональной пробы частоту пульса подсчитывают в течение 10 с и умножают на 6, а АД измеряют однократно. Манжету сфигмоманометра при выполнении проб отсоединяют от аппарата, но не снимают с плеча обследуемого. Интервалы времени между пробами должны быть достаточно продолжительными для восстановления пульса и АД до исходного уровня.

1. Ортостатическая проба: больной встает из положения сидя или лежа, после чего сразу же подсчитывают частоту пульса — в норме он учащается не более чем на 20 в минуту.

2. Каиностатическая проба: больной ложится "на кушетку из положения стоя, затем сразу же подсчитывают частоту пульса — в норме он замедляется не более чем на 20 в минуту.

3. Глазосердечная проба Ашнера: исследование проводят в положе­нии лежа на спине, больного просят закрыть глаза, затем большими и указательными пальцами плавно надавливают одновременно на оба глазных яблока в течение 20—3 0 с, после чего сразу же подсчиты­вают частоту пульса — в норме он замедляется не более чем на 10 в минуту.

4. Проба с наклоном туловища: исследование проводят в положе­нии стоя, больного просят наклониться вперед, опустив голову, на 5 с, после чего осматривают лицо (вазомоторная реакция) и подсчи­тывают частоту пульса — в норме цвет лица существенно не изменя­ется, а пульс учащается не более чем на 20 в минуту.

5. Проба с задержкой дыхания: больной делает неглубокий вдох и задерживает дыхание на 20 с, затем сразу же подсчитывают частоту пульса и измеряют АД — в норме пульс учащается не более чем на 20 в минуту, систолическое давление повышается не более чем на 20 мм рт. ст., а диастолическое может повышаться или понижаться, но не более чем на 10 мм рт. ст.

6. Проба с физической нагрузкой: больной в течение 30 с делает 15 приседаний, после чего подсчитывают частоту пульсаи измеряют АД в положении сидя непосредственно после приседаний и в после­дующем каждую минуту до тех пор, пока пульс и АД не восстановятся до исходного уровня — в норме после указанной физической нагрузки пульс учащается не более чем на 50% от исходной его частоты, систолическое давление повышается не более чем на 20 мм рт. ст., а диастолическое может повышаться или понижаться, но не более чем на 10 мм рт. ст.; восстановление частоты пульса и АД до исходного уровня должно происходить в течение 3 мин.

Отклонение частоты пульса от должной величины в первых пяти пробах свидетельствует о нарушении вегетативной регуляции сер­дечной деятельности, а более высокая частота пульса в 6-й пробе в сочетании с задержкой его восстановления до исходного уровня может быть ранним признаком сердечной недостаточности. Отклоне­ние показателей главным образом систолического давления от долж­ных величин в 5-й пробе указывает на нарушение регуляции артери­ального давления. В то же время более значительное, чем в норме, повышение диастолического давления в этой пробе, а также более высокий уровень систолического и, особенно, диастолического давле­ния в 6-й пробе в сочетании с задержкой восстановления их до исходного уровня свидетельствует о склонности обследуемого к гипертензивным реакциям и может быть проявлением начальной стадии гипертонической болезни.