§ 3. Следственно-поисковая деятельность в информационно-дефицитных ситуациях

В ограниченной исходной информации следователь изыски-ает стартовые возможности для развития познавательного по­иска. Первоначальные следственные и оперативно-розыскные действия направляются на выявление и исследование ключевых обстоятельств расследуемого события. Осуществляя сравнитель­ный анализ фактов, выдвигая обоснованные версии и проверяя их, следователь стремится найти ответы на юридически наибо­лее значимые вопросы. Для этого необходимо:

1. определить тип проблемно-поисковой ситуации;

2. осуществить типовое вероятностно-информационное мо­делирование (выдвижение типовых версий);

3. выявить основные направления поиска — определить воп­росы для первоочередного разрешения, объективно обусловлен­ные данным видом преступления; реализовать первоначальные следственные действия и выявить первичную информацию как базу для последующих действий.

Знание общей схемы данного вида преступного деяния и систе­мы его общих признаков является ориентировочной основой след­ственно-познавательного поиска в информационно-дефицитных исходных ситуациях.

Знание устойчивых поведенческих особенностей каждого преступления образует ориентировочную основу следственной деятельности.

Между всеми структурными элементами преступного деяния существуют устойчивые закономерные взаимосвязи. Это и по­зволяет в ходе следственного поиска реконструировать событие преступления.

Для каждого вида преступления существует системный набор действий преступника. Эти комплексы действий связаны со специ­фическим подключением к ним определенных внешних обстоя­тельств, средств действия. Каждый преступник имеет свой по­черк в использовании условий и средств действия, систему ин­дивидуализированных действий и операций, запечатлеваемых в следах преступления.

Существует неразрывная системная связь личностных регу­ляционных качеств субъекта со следами преступления.

При взаимодействии преступника с внешней средой неиз­бежно проявляются его личностные особенности:

• признаки ценностных ориентации, динамики целеобразо-вания (предварительная обдуманность, подготовленность или спонтанность, импульсивность), избирательной направленнос­ти его сознания на определенные группы объектов;

• признаки индивидуального стиля деятельности: последо­вательность действий и промежуточных операций, их физичес­кие особенности, признаки поправочных действий и др.;

• признаки жизненного и криминального опыта, владение профессиональными приемами и навыками, предпочитаемые орудия действий, динамические особенности действий, навы­ки .

Криминалистически значимые признаки объединяются в сис­тему знаков.

В каждом преступном деянии его признаки системно струк­турированы в цепи взаимосвязей: мотив — цель — объект пре­ступления — механизм преступления — результат преступления. Все это образует информационный канал расследования, по­зволяет наметить общие первоначальные подходы к расследова­нию на основе моделирования поведенческого портрета пре­ступника.

Информационная база следственного поиска имеет знако­вую природу: следы преступления — информационные знаки.

При расследовании преступлений следователь оперирует знаками-копиями, существенными для индивидуальной иденти­фикации преступника (следы пальцев рук, ног, фотоизображе­ния и т. п.), и знаками-признаками. Знаки-копии изоморфно отображают структуру оригинала, знаки-признаки — причинно-следственные связи.

Знаки-признаки делятся на существенные и несущественные. Существенный признак — признак, без которого те или иные взаимосвязи не могут существовать. Обнаружение существенно­го признака позволяет построить импликативное суждение: «если... то» (А—>В), понять зависимость явления от породивших его причин и условий.

Выявление признаков преступления — исходная база след­ственного поиска. К признакам преступления относится все то, что свидетельствует о механизме совершения преступления и личности преступника.

Каждое криминальное событие, как и все события, неизбеж­но оставляет определенные следы. Ранения и повреждения на трупе, кровь на полу и на стенах, следы пальцев рук на различ­ных предметах, следы ног на полу, на песке, снегу, следы ног­тей и зубов, отпечатки различных частей тела и одежды, разор­ванное и запачканное платье, зажатые рукой трупа волосы, раз­нообразные микрочастицы, повреждения различных предметов и т. п. — все это информационные комплексы расследования.

Следы — «немые свидетели» события. В результате исследо­вания они могут «заговорить», т. е. увеличить объем информа­ции. Все следы, обнаруженные на месте происшествия, должны быть адекватно интерпретированы. Это зависит от знания сле­дователем информационных свойств исследуемых явлений.

Так, следы пальцев рук, обнаруженные на месте происше­ствия, несут информацию о том, кто соприкасался с данным объектом — мужчина или женщина, какой рукой — правой или левой он действовал, сколько человек дотрагивались до предме­та; следы ног — информацию о возрасте, поле, росте лица, ос­тавившего следы, о темпе его передвижения, физических недо­статках.

Совокупность следов на месте происшествия должна быть сис­тематизирована как совокупность определенных, структурно объе­диненных подсистем.

При расследовании убийств, разбойных нападений, грабе­жей, изнасилований, хулиганских действий важное значение имеет исследование комплекса взаимных контактно-материаль­ных следов на преступнике и его жертве. (Используются не только прямые, но и обратные идентификационные связи — установление преступника не только по его следам, но и по следам, оставленным на нем.)

Для успешной аналитической работы со следами необходи­мо учитывать системную связь следовоспринимающих и следо-образующих объектов (рис. 37).

С этой целью назначаются необходимые криминалистичес­кие экспертизы.

Типовые версии отражают наиболее типичную, высоковероят­ностную возможность обусловленности данного события опреде­ленной причиной.

Версионное моделирование осуществляют посредством ряда шагов.

Шаг 1-й — выдвинуть все возможные версии (первоначаль­ное количество версий может быть относительно большим — это уменьшает возможность упущения наиболее вероятностной версии).

Шаг 2-й — четко определить обстоятельства, обосновываю­щие каждую версию.

Шаг 3-й — исключить необоснованные версии.

Шаг 4-й — ранжировать вес доказательств применительно к каждой версии (по трехбалльной системе).

Шаг 5-й — определить все возможные следствия по каждой версии, наметить систему первоначальных следственных дей­ствий для проверки всех выдвинутых версий.

Центральное звено следственного поиска — переход от вер­сии к достоверным знаниям, от вероятностной информацион­ной к достоверной информационной модели событий. Этот качественный скачок следственного познания и осуществляется посредством проверки версий, т. е. всех выводимых из нее след­ствий.

В расследовании необходимо выводить и проверять все воз­можные следствия из каждой версии. Эффективность расследо­вания связана как с выдвижением обоснованных версий, так и с исследованием всех следствий из выдвинутых версий.

Следует учитывать все обстоятельства, которые выступают как условия возникновения событий. К ним относятся: пред­метная обстановка, орудия и средства действий, позиции и действия лиц, с которыми взаимодействовал преступник, особен­ности тех процессов (средовых, производственных), в которые он был включен.

Необходимо знание и использование возможностей совре­менных экспертных исследований, их последних достижений. Назначение судебной экспертизы связано с представлением динамики расследуемого события, механизма его совершения.

Так, расследуя дело об убийстве П., труп которой был обнаружен в реке, следователь не исключил возможное сопротивление погибшей и назначил экспертизу содержимого из-под ее ногтей. В результате эк­спертного исследования были обнаружены текстильные волокна, од­нородные с волокнами ткани брюк подозреваемого.

Дефицит исходной информации требует от следователя ги-потетико-дедуктивных, эвристических решений.

Эвристические задачи возникают в случаях, когда зона поис­ка слишком обширна, а исходные данные ограничены. Эврис­тический поиск — выбор оптимального направления в сужении зоны поиска, выбор минимальных средств для достижения мак­симального познавательного результата.

Эвристические стратегии — способы деятельности человека в ситуации с многовероятностными исходами, общие правила реше­ния открьпых задач.

Существует ряд правил эвристики:

• в ситуации, для которой первоначально известен лишь один вариант решения, не следует принимать его сразу — воз­можны и другие варианты; только сравнение вариантов реше­ний позволяет избрать наилучший;

• вся информация о событии должна быть интегрирована;

• вся исходная и оперативно поступающая информация дол­жна подвергаться классификации и оценке. (Нередко люди оди­наково реагируют как на очень ценную, так и на малоценную информацию.)

Рекомендуются также следующие эвристические методы по­иска:

• временное упрощение ситуации;

• анализ общего положения на отдельных примерах;

• рассмотрение крайних случаев;

• переформулировка требований задачи;

• решение от конца;

• временное блокирование некоторых составляющих в ана­лизируемой среде;

• выбор наиболее правдоподобных ходов;

• использование аналогий, решение наводящих задач;

• совершение скачков через информационные разрывы. Продуктивность эвристического мышления зависит от отсе­ ивания не относящейся к делу информации.

Наряду с информационным моделированием к эвристичес­ким методам относятся:

• интерполяция,

• экстраполяция,

• аналогия,

• мысленный эксперимент.

Метод интерполяции — нахождение по ряду значений проме­жуточных значений.

Методом экстраполяции решаются задачи, допускающие пе­ренос обобщений одних явлений на другие такого же рода или обобщение явления в целом по его части.

Интерполяция и экстраполяция применяются для ликвида­ции пробелов в познании закономерно связанных цепей нату­ральных явлений при выпадении из поля восприятия отдельных их звеньев.

В следственной практике встречаются и такие ситуации, ког­да задача состоит не в поиске звеньев разорванной цепи при­чинно-следственных последовательностей, а в объяснении яв­ления, истолковании поведения человека. В этих случаях ис­пользуется метод интерпретации