Самарканд

Сподвижник Пророка Анас Малик — пусть Бог благоволит к нему — рассказал об одном городе за Оксом, который называется Самарканд. Затем он прика­зал: «Не говорите «Самарканд», а «охраняемый го­род!» На вопрос, чем защищается Самарканд, он от­ветил: «Мой любимый, посланник Бога — пусть Бог помолится за него и передаст мирный привет — сооб­щил мне об одном городе... за Оксом, который назы­вается «Охраняемый». У каждых из его ворот стоят пять тысяч ангелов для его охраны и прославляют и восхваляют Бога, а над городом пять тысяч ангелов распростерли свои крылья, чтобы охранять жителей, и над этими ангелами стоит еще один с тысячью голо­вами, тысячью ртами, тысячью языками и восклицает: «О бессмертный, о бессмертный! О Аллах, который яв­ляется не кем иным, как Богом! Защити этот город!» И за городом лежит один из лугов рая! Там текут слад­кие воды; кто их пьет, пьет воду рая, а кто там купа­ется, тот освобождается от всех грехов, как в тот день, когда его родила мать... Кто умирает в этом городе, умирает словно на седьмом небе, и будет созываться с ангелами в раю в день Страшного суда...»

Ас-Самани (ум. 1117)

Поездка в самарканд

Двадцать второго мая 1403 года из Севильи вышел в море парусник; на борту находился Рой Гонзалес де Клавийо, рыцарь из Мадрида. Король Кастилии Ген­рих III (прав. 1390-1406) отправил его в путешествие к Тимуру. Уже давно короли Кастилии хорошо были информированы о событиях в исламском мире². На­мечавшееся падение Константинополя заставило осо­бенно неотложно выяснить, какую политику будет проводить предполагаемый новый государь император­ского города, султан Баязид. Поэтому Генрих III уже в 1400 году распорядился послать миссию в Малую Азию: она стала свидетельницей поражения Баязида под Анкарой. Тимур обошелся чрезвычайно милостиво с членами посольства, которые, таким образом, ока­зались в его руках, вскоре после этого отпустил их на родину с приветствиями Генриху III и отправил с ними одного из своих эмиров. Король Кастилии чув­ствовал себя вынужденным ответить на этот дружес­кий жест отправкой высокопоставленного представи­теля. Тимур со своими войсками воевал в начале лета 1403 года в области Восточной Анатолии и Кавказа. Еще совсем не было известно, что он станет лишь на короткое время главенствующим мусульманским влас­телином Ближнего Востока. Рой Гонзалес де Клавийо поэтому получил задание укрепить случайно возник­шую связь с тем выдающимся завоевателем.

Зиму 1403-1404 гг. Клавийо провел в Трапезундс-кой империи, которая еще до битвы под Анкарой должна была покориться Тимуру³. Когда он летом 1404 года вернулся в свою столицу Самарканд, Кла­вийо должен был, по-хорошему или по-плохому, сле­довать за ним. Двадцать первого августа он добрался до Окса под Термезом, где была важная переправа через Оке. Здесь был строгий контроль, которому подвергались обычные путешественники. Уехать из Мавераннахра в направлении Хорасана было возмож­но только в том случае, если имелся пропуск. Слиш­ком много людей приказал Тимур угнать на свою ро­дину, чтобы она процветала. В Иране и Хорасане Кла­вийо бросилось в глаза необычайно большое количес­тво вдов и беспризорных сирот. Кормильцы семей пали не только в войнах; многие из них, как свиде­тельствуют все новые и новые источники, были за­хвачены в плен и отправлены на строительство городов Мавераннахра. Власти применяли различные ме­тоды, чтобы затруднить им побег через Окс⁴. Двад­цать восьмого августа Клавийо проехал через Кеш. Он узнал, что за двадцать лет город, откуда был родом Тимур, расширился⁵. Замок, который велел построить завоеватель Хорезма и Герата, Клавийо нашел хорошо укрепленным и защищенным рвом и подъемным мостом. Соборная мечеть, построить ко­торую приказал Тимур⁶, еще не была закончена, хотя надгробие над могилой, в которой был похоронен его отец, а также другая гробница, предназначенная для приема бренных останков «господина счастливых обстоятельств», были завершены⁷. В Кеше Клавийо рассказали, как Тимур молодым человеком с малень­кой бандой товарищей воровал скот; это совпадает с сообщениями враждебно настроенных к нему летопис­цев. Испанец также узнал о той авантюре, когда Ти­мур был ранен в Систане; ошибочно это связали с его набегом за Окс, во время которого он доставал ло­шадей себе и эмиру Хусейну для запланированного предприятия в Систане⁸. Так через сорок лет после событий появилась легенда о «хромом Тимуре», че­ловеке, который за воровство в юности заплатил увечьем своих конечностей⁹.

Тридцать первого августа Клавийо достиг пригорода Самарканда. Там в одном из роскошных садов, разби­тых по царскому приказу, была приготовлена кварти­ра, которую он делил с послом мамлюкского султана Фараджа, сына Баркука; египетские посланники встре­тились в Рее с испанцами, и с тех пор путешествовали вместе. Обширную территорию, которая была засаже­на фруктовыми деревьями различных видов, окружала стена, длина которой, по оценке Клавийо, составляла одну милю. Ручьи текли через парк, в котором была дичь и фазаны. Он разделялся аллеями, которые пере­секались в правом углу, на маленькие земельные учас­тки. В середине каждой из этих аллей тянулась насы­панная из земли плотина. На искусственно созданном холме стояли похожие на дворцы здания с богато ук­рашенными, облицованными кафельными плитками покоями. Эта возвышенность была защищена глубоким рвом, в который наливалась вода из трубы. Через мост проходили к воротам, а потом к лестнице, которая вела наверх к зданию. Но не там наверху, а в другой части огороженного сада жили послы; вблизи одного ручья для них были разбиты палатки¹⁰.