Глава XXIV

1. Я и сам думаю, что причина этого несчастья — движущийся воздух. Поспорить я собираюсь лишь о том, каким образом этот воздух проникает под землю: через невидимые глазу тончайшие отверстия или же через большие и широко открытые; снизу ли он идет, или с поверхности земли.

2. Последнее маловероятно. В самом деле, в наших телах кожа тоже не пропускает воздуха (spiritus); и попасть внутрь он может не иначе, как через дыхательные пути; а когда попадет, может находиться только в менее плотной части тела: ведь его нет в жилах и в мясе — он собирается во внутренностях и в обширной срединной полости тела.

3. Отчего бы нам не предположить, что и с землей может происходить то же самое, тем более, что землетрясение бывает не на поверхности или около нее, но в глубине и идет снизу вверх. И вот подтверждение: самые глубокие моря приходят в волнение без ветра, очевидно, оттого, что сотрясается их дно. Так что вполне правдоподобно, что землетрясение идет из глубины, где в огромных пещерах собирается движущийся воздух.

4. «И все же, — возразит мой оппонент, — как мы начинаем дрожать, когда нас проберет холод, не так же ли и земля сотрясается нападающим на нее извне воздухом (spiritus)»? — Этого не может быть никак. Нас заставляет дрожать внешняя причина, но чтобы с землей произошло то же самое, она должна озябнуть. Я готов согласиться, что то, что происходит с ней, напоминает наши ощущения, но причина этого — совершенно иная. На нее должно воздействовать какое-то глубокое внутреннее раздражение.

5. Пожалуй, главным доводом в пользу этого может послужить следующее. Когда при сильном землетрясении в почве образуются гигантские провалы, целые города порой поглощают и навеки погребают эти зияющие пропасти.

6. Фукидид рассказывает, что во время Пелопоннесской войны остров Аталанта провалился целиком, или, во всяком случае, большая его часть⁴⁷⁵. По словам Посидония, на которые ты можешь положиться, то же самое случилось с Сидоном. Впрочем, у нас нет нужды в свидетелях; мы и сами помним, как земля разверзлась от внутреннего содрогания, как оказались разделены соседствовавшие местности и исчезли бывшие луга. Так вот, теперь я расскажу, как, по-моему, это происходит.

Глава XXV

1. Когда мощный поток движущегося воздуха (spiritus) заполнит пустоты в глубине земли и начнет метаться в поисках выхода, он все чаще и чаще сотрясает своды своего убежища, над которыми иногда могут располагаться города. Они тоже сотрясаются: иногда падают дома, иногда же удары настолько сильны, что падают стены, поддерживающие кровлю подземной полости, обрушиваясь в это подземелье и увлекая за собой в немыслимую глубину целые города.

2. Рассказывают еще, хочешь — верь, не хочешь — не верь, будто некогда Осса с Олимпом составляли одну гору, а впоследствии она раскололась на две части из-за землетрясения. Тогда-то и потек там Пеней, осушив болота, от которых страдала Фессалия: он вобрал в себя все застоявшиеся без выхода воды. А посередине между Элидой и Мегаполем течет река Ладон, тоже образовавшаяся после землетрясения.

3. Что я хочу этим доказать? — Движущийся воздух собирается в обширные пещеры — как иначе назвать мне пустые места под землей? В противном случае при землетрясении приходили бы в движение большие пространства и содрогались бы одновременно многие местности. Мы же видим, что страдают обычно небольшие участки, во всяком случае, толчки никогда не распространяются дальше, чем на двести миль. Вот и нынешнее землетрясение — слухи о нем разошлись уже по всему миру, само же оно не перешло границ Кампании⁴⁷⁶.

4. Стоит ли продолжать? Когда содрогнулась Халкида, Фивы устояли. Когда так сильно пострадал Эгий, в соседних Патрах узнали о беде из рассказов. Тот страшный толчок, уничтоживший два города — Гелику и Буриду, затих уже в окрестностях Эгия. Одним словом, землетрясение распространяется, по всей видимости, на расстояние, равное протяженности тех самых подземных пустот.