У черны Джо “свинцовое” брюхо

Попытайтесь представить гигантскую ванну океанариума: бассейн 80 футов в диаметре при 24 футах глубины (т. е. 24, 8 и 7, 5 м), наполненный несколькими тысячами тонн проточной морской волы, отфильтрованной и химически очищенной. Большие окна вокруг закрытой части первого и второго этажа, на третьем – верхний мостик, терраса и ступени. В этом океане в миниатюре все создания, о которых я говорил, свободно передвигались (если дельфины их оставляли в покое).

В центре бассейна на песчаном дне – тяжелый металлический помост с настоящим операционным столом. Привязанная к столу, с видом полной невозмутимости лежит черна Джо: понадобилась вся ловкость водолазов, чтобы всадить ей в спину анестезирующие стрелы и поймать ее. Водолазы стоят вокруг на страже в черных изотермических костюмах, обутые в сапоги со свинцовыми подошвами, облаченные в тяжелые медные шлемы со шлангами для подачи воздуха и с длинными пиками в руках для отпугивания любопытных.

Один за другим по лесенке спускаются хирург и ассистенты. У них автономные скафандры, но ласт нет. Они также обуты в тяжелое, чтобы можно было передвигаться. Я присоединяюсь к ним, снабженный дыхательным аппаратом, называемым “замкнутая цепь”, и, кроме того, подводным микрофоном, связанным с магнитофоном на поверхности. Сцена освещена двумя огромными прожекторами, которые придают ей нереальный вид. Кажется, что и в самом деле находишься в операционном зале, и нельзя не вспомнить о Жюле Верне и eго капитане Немо.

Удары скальпеля вправо и влево. Зеленые облака хлынули из вскрытого тела Джо (кровь под водой кажется зеленой). Две обжоры‑акулы проплывают с полным равнодушием. Клоун и еще пять дельфинов сбежали за скалы и оттуда наблюдают сцену с ошеломленным выражением. Я вижу, как рука хирурга исчезает в брюхе полуспящего животного и появляется вновь, сжимая бесформенную, чуть больше кулака, темную массу, с которой свисают лохмотья мяса. Судя по движениям доктора, эта масса должна быть достаточно тяжелой. Он откладывает се в сторону, зашивает рану, развязывает веревки, которые удерживают Джо на столе, делает ей другой укол, ждет несколько минут и наконец дает знак всем подниматься. Под действием второго укола Джо просыпается, начинает двигаться и затем уплывает что есть духу, как будто ничего не случилось. Похоже, она перенесла операцию превосходно.

На верхнем мостике – большой сюрприз. Знаменитая тяжеловесная киста есть не что иное, как один из многочисленных двухкилограммовых грузов, которые водолазы носят на свинцовом поясе. Один такой груз, очевидно, и оторвался. Джо, конечно, приняв его за лакомство, мигом проглотила. Способность глотать у этих животных феноменальная. Ничего странного, что свинец висел у нее под животом, образуя чудовищную опухоль. Это не мешало ей, конечно, продолжать есть с такой же прожорливостью. Если бы ее не трогали, Джо, может быть, была бы жива и сегодня (эти животные живут долго). Жаль, но на следующий день, когда все, казалось, было приведено в порядок (убраны прожекторы, операционный стол и платформа, так не гармонировавшие с подводным миром, хотя и он тоже был в каждой мелочи создан руками человека), Джо испустила свой последний вздох. Весь океанариум и этот день был в трауре. Наш симпатичный директор, у которого чувство рекламы и остроумие были типично американскими, заставил играть в ее память траурные марши через громкоговорители.