история социологии мельников 2015 нгту
.pdf
Т е м а 19. ЧИКАГСКАЯ ќ ОЛА
как первый шаг к реорганизации установок и поведения почти неизменно становится уделом человека, только что поселившегося в городе. Расставание с привычным, которое зачастую было для него и моральным, нередко сопровождается мучительным душевным конфликтом
ипереживанием личной потери. Но чаще всего такое изменение рано или поздно приносит чувство избавления и тягу к новым ориентирам. В центральном деловом районе Чикаго или на примыкающей улице располагается «основной костяк» так называемого «бродяжно-богем ного района», многолюдный Риальто бездомного странника со Сред него Запада. В зоне запустения , окружающей центральный деловой квартал, можно обнаружить трущобы и районы нищеты, деградации
инездоровья, а также преступления и порока. В пределах зоны разложения есть и районы доходных домов. Неподалеку имеется Латинский квартал, где обитают творческие и мятежные характеры. Трущобы также до отказа набиты иммигрантскими колониями ; тут есть и «гетто»,
и«маленькая Сицилия», и «греческий городок», и «чайнатаун», где старые мировые традиции причудливо сочетаются с американскими адаптациями. Отсюда выклинивается «черный пояс» с его свободной
ибеспорядочной жизнью. Зона запустения, будучи по своей сути ареалом загнивания и стационарного сокращающегося населения, является в то же время и зоной регенерации, о чем свидетельствуют благотворительные учреждения, колонии художников. Следующая зона тоже населена в основном промышленными рабочими и работниками магазинов, но квалифицированными и добившимися успеха. Это ареал второго иммигрантского поселения; здесь обычно селятся иммигранты второго поколения. Это регион бегства из трущобы, однако обитатель этого ареала с надеждой смотрит на внешнюю «Обетованную землю », на ее меблированные комнаты в гостиницах или доходных домах , ее «центры-спутники» и районы «неоновых вывесок».
Эта дифференциация на естественные экономические и куль турные группировки придает городу его форму и характер, ибо сег регация предлагает группе, а тем самым и индивидам, которые эту группу составляют, место и роль в целостной организации городской жизни. Сегрегация ограничивает развитие в некоторых направлениях, но освобождает ему дорогу в других. Эти ареалы тяготеют к выделению определенных черт, привлечению и развитию своего особого типа индивидов и тем самым к углублению дифференциации. Разделение труда в городе также иллюстрирует дезорганизацию , реорганизацию и возрастающую дифференциацию. Иммигрант из сельских сообществ Европы и Америки редко привозит с собою экономический навык,
251
История социологии
имеющий ценность в нашей промышленной, коммерческой или профессиональной жизни. Вместе с тем в Чикаго произошел профессиональный отбор на основе национальности, в результате которого мы имеем ирландских полисменов, греческие кафе-мороженое, китайские прачечные, негров-носильщиков и бельгийских привратников. Этот отбор можно объяснить скорее расовым темпераментом или обстоятельствами, нежели экономическими традициями тех миров, в которых эти иммигранты прежде жили.
Еще одно имя исследователя городской жизни Чикаго – Харви Уоррен Зорбо (1896–1965). Известность ему принесла его первая и единственная большая работа – книга «Золотой Берег и трущобы» (1929), написанная на основе выполненных Зорбо наблюдений, опросов, анкетирования. Автор описывает несколько «закрытых» миров – городских кварталов, в которые входят люди с разным общественным положением.Этакнигаисегодняиспользуетсядляобучениястудентовсоциологов в США.
Золотой Берег — это место, где живут лидеры чикагских «четырехсот семей», те, кто «добились успеха». У них имеются свои особые нравы; «хороший тон» и разные мелочи жизни чрезвычайно для них важны. Четыреста семей имеют свои собственные газеты, у них есть собственные клубы, летние колонии. Побольшейчасти,жизньЗолотого Берега складывается из постоянного выставления себя напоказ. Чтобы остаться в кругу избранных, каждый должен постоянно быть в курсе всего происходящего, своевременно отвечать на поступающие от других приглашения и взносы в свои благотворительные фонды ответными приглашениями и взносами в эти фонды. Казалось бы, Золотой Берег, где локализовано «высшее общество» с его самосознанием и общей традицией, должен быть сообществом. Тем не менее в районе Золотого Берега, как и везде в городе, человек не знает своих соседей. На одном из чаепитий в этом районе, когда предметом обсуждения стала тема добрососедских отношений, все дружно говорили: «Нет, мы не знаем наших соседей». Золотой Берег вряд ли можно назвать сообществом. Здесь нет соседств; люди связываются друг с другом скорее как члены светских клик. И солидарность тех, кто принадлежит к «высшему обществу», – больше кастовая, чем основанная на совместности проживания.
На задворках Золотого Берега расположен ареал однообразных улиц со старыми домами и не отличающимися чистотой аллеями. Это мир меблированных комнат, как и всякий район доходных домов, имеет долгую и извилистую историю. Типичный доходный дом никогда
252
Т е м а 19. ЧИКАГСКАЯ ќ ОЛА
не строится целенаправленно; он всегда оказывается адаптацией былого частного дома. На первом этапе его истории как доходного дома это может быть высококлассный доходный дом. По мере того как фешенебельный жилойрайонперемещаетсякокраинегорода,абизнесподступаетвсеближе, уровень этого заведения падает. Население этих доходных домов составляют, как правило, «белые воротнички »: бухгалтеры, стенографистки, всякого рода конторские работники. Большинство живут на грани бедности, и здесь они могут жить дешево и близко к центру, чтобы иметь возможность ходить на работу и возвращаться с работы. Постоянные прибытия и убытия обитателей – самая важная характеристика мира меблированных комнат. Доходный дом — место анонимных отношений. Человек никого не знает и его никто не знает. Он приходит и уходит, когда пожелает, делает то, что ему захочется. И до тех пор, пока он не причиняет никому беспокойства, к нему не возникает никаких вопросов.
К западу от Уэллс-стрит и к югу от Чикаго-авеню, достигая Рашстрит, а далее, южнее Гранд-авеню, сливаясь с расположившимся вдоль рекирайономоптовыхскладовипромышленныхпредприятий ,тянутся трущобы. Земля в районе реки всегда низко котировалась. Одна чужая группа за другой претендовали на этот трущобный ареал. Его по очереди занимали ирландцы, немцы, шведы, сицилийцы . Значительная часть местного населения находится здесь временно: это проститутки, преступники, изгои, странствующие рабочие . И здесь же сосредоточены «нежелательные» чужие группы, такие как китайцы и негры. Трущоба постепенно приобретает свой особый характер, отличающий ее от других ареалов города, через непрекращающийся кумулятивный процесс естественного отбора, в ходе которого амбициозные и энергичные люди покидают этот ареал, а неприспособленные , опустившиеся и отверженные в нем аккумулируются. Трущоба накладывает отпечаток на тех, кто в ней живет, дает им установки и поведенческие проблемы, специфичные именно для нее. Во всем ареале трущоб нет ничего похожего на сообщество. Многие из здешних семей разрушены; другие – дезорганизованы; третьи – неэффективны. Физические условия жизни в здешних домах, прежде всего мобильность, делают невозможной ту констелляцию установок в отношении дома, которая создает основу дляэмоциональнойвзаимозависимости .Врезультатечеловеку,снимающему жилье в трущобе, приходится решать свои проблемы в одиночку. Особенно это сказывается на паттернах поведения ребенка. Ребенок сознает неспособность семьи и сообщества помочь ему приспособиться. Здеськроетсязначимостьтогофакта,чтосуществуетэкология«шайки».
253
История социологии
Мальчишеская шайка — это приспособление, проистекающее из неспособности семьи и сообщества решить проблемы ребенка. Эта неспособность особенно характерна для иностранных семей и сообществ, которые в силу экономической необходимости сегрегируются в трущобе. А потому именно трущоба, особенно трущоба иностранная, является территорией банд, ибо территория банд — всего лишь результат создания подростком такого социального мира, в котором он мог бы жить и найти удовлетворение своих желаний .
Наиболее основательный вклад в социологическое изучение города из всех социологов, представляющих чикагскую школу, был внесен Луисом Виртом (1897–1952). Вирт родился в Германии, но приехал в США в возрасте 14 лет. С 1926 года Вирт работал на социологическом отделении Чикагского университета. Его наиболее известные труды по социологии – «Гетто» (1928), «Наши города и их роль в национальной экономике» (1937), «Урбанизм как образ жизни» (1938). Круг научных интересов Вирта был достаточно широким и включал в себя изучение урбанизации, сообщества, социального планирования, жилья, социальной организации, человеческой экологии, расовых отношений, меньшинств, международных отношений, социологию знания. Вирт обладал редким даром успешного соединения теоретических и эмпирических научных знаний. Своими наставниками он называл Парка, Берджесса, Томаса и Смолла. Вирт рассматривал социологию как «исследование того, что является подлинным в человеке, благодаря тому, что везде и всегда он живет групповой жизнью». Отметив, что и другие науки (экономика, политология) изучают человеческую природу и социальный порядок, Вирт отводил социологии место общей (general) социальной науки. Общей она является потому, что изучаемые социологией вопросы, посвященные человеческой природе и социальному порядку, акцентируют внимание в самых разных контекстах на групповом факторе человеческого поведения. А этот фактор присутствует несомненно и в экономической, и в политической сфере.
Изучая город, Вирт характеризует его как общину, распавшуюся на серию тонких сегментных связей, накладываемых на территориальную основу с определенным центром, но без определенной периферии и системой разделения труда, которая значительно превосходит границы ближайшей местности. В городах проживает большое количество гетерогенных индивидуумов, высока поляризация индивидуальных особенностей, рода занятий, культурной жизни горожан, идей
иценностей, которыми они руководствуются. Рост количества людей
иразнообразия их социальных характеристик снижает возможности,
254
Т е м а 19. ЧИКАГСКАЯ ќ ОЛА
как, впрочем, и желание каждого горожанина на личное знакомство
состальными жителями города. В условиях отсутствия полноценных личностных контактов развивается сегментация, формальность, поверхностность человеческих отношений, возникают сдержанность, безразличие, пресыщенность, демонстрируемые горожанами во взаимоотношениях друг с другом, которые могут рассматриваться как средство их иммунизации против личных притязаний и ожиданий других людей. В городах мы имеем тесные физические контакты и весьма отдаленные социальные контакты друг с другом, а поэтому мы подвержены влиянию разных контрастов, в том числе между прекрасным и низменным, богатством и бедностью, образованностью и невежеством, порядком и хаосом. В городах идет острейшая борьба за пространство, за контроль над территорией, за ее коммерческое использование. В силу того, что в городах очевидна общая тенденция использования отдельных территорий с максимальной экономической отдачей, место работы становится все менее связанным с местом проживания.
Вгородах обычно очень высока мобильность индивидуума. Она проявляется в том, что многие люди проживают в одной части города, а работают в другой. В своем жилище горожане обычно оказываются поздним вечером, поэтому они очень редко могут быть истинными соседями друг для друга. Вместе с тем мобильность горожанина выражается и в той форме, что он часто стремится ограничить личные притязания и ожидания других горожан по отношению к нему, а также игнорировать и ограничивать их физическое присутствие рядом с ним. Здесь имеется в виду мобильность как изменчивость, неустойчивость личных настроений человека, ориентированных на других людей. Повышенная мобильность городского жителя является причиной приобретения им нечеткого и нежесткого или «плавающего» статуса в социальных группах, членом которых он является часто в силу вынужденной необходимости или по формальным причинам. Примерами таких статусов могут рассматриваться статус соседа по дому, подъезду, этажу, статус члена трудового коллектива, курсов автодела, церковного прихода. Но кроме формально организованных групп социальный контроль в городе и солидарность между горожанами поддерживаются
спомощью социальных групп, членство в которых основано на общности реальных жизненных интересов входящих в нее людей. Таковы многочисленные добровольные организации, заменяющие для горожанина ослабевающие первичные группы. На фоне существенного ослабления влияния на горожан территориальных групп (соседи) как
255
История социологии
былой основы социальной солидарности создаются объединения по интересам, члены которых могут проживать в разных концах города. Однако может иметь место и сочетание единиц территориальных, например соседства жителей одного дома, вблизи которого начинается нежелательное для них строительство, с единицами по интересам или организацией соседей на борьбу с застройщиками.
Еще одной стороной городского образа жизни является то, что горожане слишком часто служат объектом манипуляций символами и стереотипами, создаваемыми с помощью средств массовой культуры, коммуникации и рекламы. Горожанин видит вокруг себя множество заманчивых приглашений и предложений, что делает его компетентным и разборчивым, с одной стороны, но пресыщенным и желающим освобождения от навязываемых образцов – с другой. Сосуществование различных людей и их образ жизни в городе может вести как к росту непонимания и враждебности по отношению к непохожим, так и способствовать созданию релятивистской перспективы и чувства терпимости к различным взглядам.
Особое место в социологическом наследии Вирта отводится изучению им феномена гетто. Наиболее часто это слово употреблялось в отношенииеврейскогокварталагорода.Сточкизрениясоциолога,еврейское гетто как институт интересно, прежде всего тем, что представляет собой пролонгированный случай социальной изоляции. Однако есть
итакие формы гетто, которые имеют отношение не только к евреям (но, например, к китайцам или итальянцам, а также к негритянскому населению американских городов). Для социолога гетто есть исследование человеческой природы и одновременно культуры и социального института. Вирта, как социолога, интересовало, как изоляция человека или общности в гетто формирует их характер и привычки социальной жизни. Для еврея «гетто давало освобождение. Большой мир был холодным и чужим; его контакт с ним ограничивался абстрактным и рациональным общением. Но внутри гетто он чувствовал себя свободным. Его контакты с другими евреями были теплыми, спонтанными
иинтимными»238. Однако через посредство гетто и его особой притягательной атмосферы для еврея постепенно развивалась социальная дистанция, которая постепенно все сильнее изолировала евреев от остального населения, отношения с которым часто становились очень напряженными.
238 Вирт Л. Гетто. – 2005. – № 1. – С. 126–156.
256
Т е м а 19. ЧИКАГСКАЯ ќ ОЛА
Николаев В.Г., благодаря усилиям которого как ученого и переводчика социология Вирта стала доступна для массового российского читателя, так оценил значение творчества Вирта: «Его работы по сей день выглядят достаточно свежо, стимулируют мышление и нередко помогают в прояснении важных вопросов, вокруг которых сегодняшние споры и дискуссии зачастую нагнетают плотный, непроницаемый туман»239.
Многогранным является научное творчество Уильяма Айзека Томаса (1863–1947). Являясь, как и многие первые социологи США, сыном священника, Томас сначала занимался естествознанием и филологией, этнографией и антропологией, а затем обратился к изучению иммиграции. С именем Томаса следует связать Флориана Знанецкого (1882–1958), поляка по происхождению, который работал несколько лет в Чикагском университете и вместе с Томасом является автором интереснейшего исследования, посвященного польским иммигрантам в США. Это исследование, известное как «Польский крестьянин в Европе и Америке» (1918–1920 гг.) является одной из первых в мировой социологии фундаментальных попыток изучить процесс миграции и связанный с ним процесс адаптации иммигрантов к жизни в новом для них («принимающем») обществе.
Первоначально Томас и Знанецкий планировали изучить различ- ныевосточно-европейскиеиммигрантскиегруппы,нозатемотказались от такого замысла, сочтя его слишком амбициозным предприятием. Вместо этого они сосредоточили все свое внимание на поляках, самой многочисленной и заметной этнической группе в Чикаго. Из всех иммигрантов, прибывших в США в 1899–1910 годах, поляки составляли одну четверть. В Чикаго их оказалось 360 тыс.
Авторы намеревались изучить, что заставило людей перебраться на жительство в США и как иммиграция отразилась на ценностном сознании польских переселенцев. Их интересовало, когда завершается процесс психологического перехода к жизни в новой стране и старые ценности утрачивают былую силу.
Для сбора информации Томас и Знанецкий использовали несколько методов: биографический метод, построенный на изучении писем переселенцев, анализ документов, приобретенных из архивов польской газеты, документов из записей польского церковного прихода в Чикаго, полученных от иммигрантских организаций, из картотек ассо-
239 Вирт Л. Избранные работы по социологии. Сборник переводов. – С. 5.
257
История социологии
циаций, оказывающих благотворительную и правовую помощь, а также из дневников польских иммигрантов. Изучались автобиографии и проводились глубинные интервью с переселенцами.
О социологическом изучении автобиографий (мемуаров) Ф. Зна нецкий в 1924 году писал следующее. В отличие от психолога социолог рассматривает человека-автобиографа в тесной связи с его социальным окружением, общественной средой, с которой он образует единое целое. Задача социолога – «увидеть эту среду так, как видел ее автор своей биографии, узнать отношение автора к среде и каким образом элементы социальной среды формируют часть сознания личности индивида, поскольку влияние, которое оказывают люди и вещи на наше сознание, зависит не от того, что они представляют для других, а от того, что они есть для нас, в нашем практическом к ним отношении»240.
По результатам изучения жизни польских переселенцев авторы выделили восемь главных проблем, с которыми встречались переселенцы и их семьи.
1.В новом обществе происходит индивидуализация сознания переселенца, которую очень трудно преодолеть.
2.Обостряется проблема соизмеримости личного и коллективного вклада членов семьи в адаптацию к жизни на новом месте. Одновременно переживается эффективность затрачиваемых усилий.
3.Следствием неэффективной адаптации иммигрантов является рост среди них преступности, алкоголизма, проституции.
4.Исчезает интерес к труду в массовых профессиях, растет желание заняться своим делом.
5.Происходят большие изменения в семейных, брачных и половых взаимоотношениях.
6.Людей волнует проблема социального счастья (чувства удовлетворенности, создаваемого социальной организацией и институтами).
7.Размышления об идеальной организации общества (переживание и переосмысление отношения к старому и новому обществу во время адаптации).
8.Переселенцы сталкиваются не только с необходимостью адаптации к новому обществу, но и с людьми других рас и могут оказаться бóльшими расистами, чем сами американцы.
Ценность и оригинальность выполненной работы состояла в том, что такое объективное явление общественной жизни, как миграция, из-
240 Знанецкий Ф. Мемуары как объект исследования // Социологические исследования. – 1989. – № 1. – С. 106–109.
258
Т е м а 19. ЧИКАГСКАЯ ќ ОЛА
учалось посредством анализа субъективной интерпретации процесса миграции его непосредственными участниками. Эта работа оказалась возможной благодаря научным интересам самих авторов. И Томас, и Знанецкий уделяли огромное внимание изучению социальных ценностей и установок (аттитюдов). Установка рассматривалась ими как положительное или отрицательное предрасположение индивида к действию по отношению к социальному миру в целом или к какому-то социальному объекту, посредством которого определяются реальные или возможные действия индивида в социальном мире. Установка есть присущая личности способность реагировать положительно или отрицательно на любые объекты и явления социального мира, обладающие для личности статусом ценности, форма ценностного отношения к объекту, определяемая культурой индивида, благодаря которой индивид действует определенным образом в определенной ситуации.
С понятием ситуации связана так называемая теорема Томаса: «Если ситуации определяются людьми как реальные, они становятся реальными по своим последствиям». Эта знаменитая фраза делает ясным понимание Томасом творческого характера организации социальной реальности. Люди творят мир и согласный порядок, не только следуя уже имеющимся у них нормам и правилам, но и создают эти нормы (открываютих)занововпроцессахсвоихвзаимодействий,которыевсегда должны получить смысл и завершение в умах людей. В небольшой работе, написанной Томасом вместе с Парком, приводится следующее разъяснение сути определения ситуации. Оно «предшествует любому возможному действию и ограничивает его, а переопределение ситуации изменяет характер действия. Например, жестокий человек провоцирует гнев и, возможно, насилие, но если мы осознаем, что этот человек сумасшедший, то это переопределение ситуации увенчивается совершенно другим поведением»241.
Социальная ценность, руководствуясь которой человек формирует свое отношение к объекту или ситуации, понимается Томасом и Знанецким как «любой факт, обладающий эмпирическим содержанием, общепризнанным для членов определенной социальной группы и понимаемым в связи с наличным или возможным объектом активности»242. Далее Томас и Знанецкий уточнили, что только определенные категории ценностей, а именно те, которые включены в нормы
241 Парк Р.Э., Томас У.А. Участие и социальная ассимиляция. – 2011. – № 3. – С. 145–153.
242 Чеснокова В.Ф. Язык социологии: Курс лекций. – С. 197.
259
История социологии
и правила поведения, находятся в сфере внимания социологического исследования. Эти ценности представлены «более или менее точными и формализованными правилами поведения, посредством которых группа стремится поддерживать, регулировать и делать общими и постоянными соответствующие виды действий между членами группы. Эти правила представляют собой… обычаи и ритуалы, правовые и воспитательные нормы, обязательные убеждения и цели и т. д.»
Особое внимание авторов было сосредоточено на феномене социального изменения. Авторы «Польского крестьянина» стремились показать, что социальное изменение всегда является результатом взаимосвязимеждуустановкамииценностями.СогласноТомасуиЗнанецкому, влияние внешних или объективных факторов на человеческое поведение оказывается существенным лишь в той мере, насколько они были субъективно пережиты людьми. Отсюда задача аналитики состоит в том, чтобы постараться показать, каким образом субъективные предрасположения или установки, сформированные опытом, определяют реакцию индивидов на те объективные факторы, которые на них воздействуют. Таким образом, не социальная дезорганизация городских трущоб определяет девиантное поведение недавних иммигрантов,нопознанноеиминаопытеослаблениенормативныхограничений в трущобах приводит к девиантным реакциям отдельных жителей трущоб.
Объективный аспект культуры, исследование социальных ценностей – это область социологии. Социальные ценности – это объективные культурные данные, которые предстают перед индивидом такими, какими они сложились и существуют вовне. «Эти ценности не могут быть объектом изучения социальной психологии; они представляют собой особую группу объективных культурных данных… правил поведения.Действия,оцениваемыекаксоответствующиеинесоответствующие этим правилам, образуют, принимая во внимание их объективную значимость, ряд более или менее связанных и гармоничных систем, которые в широком смысле могут быть названы социальными институтами. А вся совокупность институтов, установленных в конкретной социальной группе, представляет социальную организацию этой группы. И изучая социальную организацию как таковую, мы должны установки располагать в зависимости от ценностей».
Анализ Томаса и Знанецкого в «Польском крестьянине» развивается от частного к общему; начавшись с рассмотрения микросоциологических организационных единиц, таких как первичные группы и
260