Аристотель. О душе. 1937

КНИГА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

то нет никаких иных чувств, кроме указанных82;

всего, что вызывает ощущение, и мы теперь обладаем [воз­ можностью] все ощущать 2 (ибо все состояния осязаемого,25 как такового, оказываются для нас чувственно восприни­ маемыми качествами благодаря осязанию), то равным об­ разом при отсутствии какого-нибудь ощущения необхо­ димо [предположить], что у нас нет также известного органа. И то самое, что мы ощущаем путем соприкоснове­ ния, является объектом чувственного восприятия благо­ даря осязанию, которым мы как раз обладаем. А то, что мы ощущаем через среду, не касаясь самих объектов, мы [воспринимаем] благодаря [посредству] простых [ве­ ществ]: я имею в виду — воздух и воду. Дело обстоит*® так, что если много чувственно .воспринимаемых объек­ тов, различных друг от друга по роду, воспринимаются через одно какое-нибудь [вещество], то обладающему таким органом, [состоящим из этого элемента], необхо-

димо быть способным воспринимать двоякое (например,

[орган], наделенный только одним из этих [элементов], будет иметь ощущения от того объекта, [который может ощущаться] через обоих [посредников]. Если взять простые элементы, то органы чувств. состоят исключи­ тельно из двух таких элементов, — из воздуха и воды (именно — зрачок из воды, орган слуха — из воздуха, к обонятельный орган — из одного из них), огонь и.тги [не свойственен] ни одному из [органов] или является

общим для всех (ведь ничто не способно к ощущению без тепла), земля же либо не [входит в состав] ни одного [из органов], либо по преимуществу специально при­ мешана к органу осязания. Поэтому, кроме воды и воз­ духа, не остается никаких [других элементов], из кото­ рых состояли бы органы чувств. И в действительности такие органы имеются у некоторых животных. Таким образом, все эти органы чувств свойственны совершен-

мным и неизувеченным существам. Ведь, как легко удо­ стовериться, и крот имеет под кожей глаза. Поэтому, если только нет еще какого-нибудь тела или качества, которое не свойственно ни одному из находящихся здесь [на земле] тел, то [в нашем перечислении] не выпало ни одного органа чувств.3

Но невозможно, чтобы имелся специальный орган 13 чувств для восприятия общих [качеств], которые (не)

косвенно * воспринимаются нами при каждом ощуще­ нии, таковы — движение, покой, фигура, величина, число, единство; в самом деле, все это мы восприни-

9

МйеМ с помощью движений, как, например, йейичиьу [мы воспринимаем] через движение, [следовательно], • так же и фигуру, — ведь фигура есть величина;.а покой [мы воспринимаем] через отсутствие движения, число — через отрицание непрерывности, при этом [мы воспринимаем] отдельными [чувствами],5 ведь каждое чувство воспринимает что-нибудь одно. Таким образом, ясно, 2»

случайно, 8 как, например, сына Клеона, — не что он зз сын Клеона, а что он белый; ведь этому белому слу­ чайно присуще, что это сын Клеона. Между тем, отно­ сительно общих качеств мы действительно имеем общее ощущение, не случайное; стало быть, им не соответ­ ствует никакой специальный орган чувств; ведь иначе мы их никак не ощущали бы, разве только так, как было ^

*сказано, [[когда мы видим сына Клеона]]. Что касается отдельных [чувственно постигаемых предметов], в их шъ взаимном отличии, то [наши] чувства их воспринимают случайно, не в их индивидуальном своеобразии, а как единство, всякий раз, когда происходит одновременно ощущение того же самого, как, например, когда мы познаем желчь, что она горька и желта. В самом деле,

*

Можно было бы поставить войрос, чего ради у нас несколько чувств, а не одно только. Не затем ли, чтобы

зсопутствующие и общие качества были более заметны например, движение, величина,число. Ибо, если бы было одно зрение, оно бы так же воспринимало [одно] белое ведь [общие качества] проходили бы скорее незамечен­ ными, и казалось бы, что все сливается благодаря тому,

что цвет и величина постоянно сопровождают друг ^друга. Теперь же, когда общие качества налицо и в других [отдельных]чувственно воспринимаемых[объек­ тах!, это ясно показывает, что каждое из этих [общих! 1*1 качеств есть нечто особое [при отдельных чувственных

ощущениях!.

ГЛАВА ВТОРАЯ

/

Так как мы чувствуем, что мы видим и слышим, то необходимо либо зрением ощущать [это состояние] видения, либо другим чем. Но [в таком случае ощуще­ ние! зрения и [ощущение! цвета, как предмета [ощуще­ ния!, совпадут. Таким образом, или будут два ощуще­ ния того же, или ощущение будет ощущать само себя.

13 Кроме того, если бы [это ощущение! 1 было чем-то иным, чем само зрительное ощущение, то или [этот ряд ощу­ щений! идет в бесконечность или известное ощущение будет [познавать! само себя. Таким образом, надо это допустить 2 по отношению к первоначальному [ощуще­ нию!. 3 Но тут есть затруднение. Ведь если ощущать о помощью зрения значит видеть,предметом же видени является цвет или объект, обладающий цветом, то для того, чтобы стать видимой, первоначальная зрительная способность [сама должна] стать цветом. Итак, ясно,

184 что зрительное ощущение не есть нечто однозначное, — ведь когда нет непосредственных зрительных впечат-

лений, то [все же! мы обличаем зрейисм тьму й свеф, но не таким способом, [как только что указано!; с дру­ гой стороны, быть видящим значит быть каким-то обра­ зом причастным цвету. (В самом деле, каждый ощу- ? щающий орган принимает чувственные качества без I материи. Поэтому, даже когда удалены чувственно 5 воспринимаемые объекты, в органах чувств остаются Ц

стоянии становится одновременно звучащим звуком, и можно было бы назвать первое слышанием, второе — ша звучанием. Если, в самом деле, движение, действие и страдание происходят в том, что подлежит воздей­ ствию, то необходимо и звуку и слышанию в его ак­ туальном виде быть заключенными в слухе потен­ циально. Ведь актуальное состояние того, что способно к действию и способно двигать, проявляется в страдаю- з щем, поэтому вовсе не необходимо, чтобы то, что сози­ дает движение, само бы двигалось. Таким образом, подобно тому, как действие и страдание [происходят!

в страдающем, а не в действующем, так и ощущаемое и способное к ощущению в их деятельном состоянии проявляются в том, что способно ощущать. 4 Итак, актуальное состояние того, что способно к произведе­ нию звука, есть звук или звучание способного к вос-

йршйгий — слух или сльййаййе, следоватейЬно, в двбй- ™ком смысле понимается слух, в двояком же смысле — < звук. То же рассуждение приложимо и к прочим ощу­ щениям и чувственно познаваемым объектам. Между тем, для некоторых [ощущений] имеются [оба] назва­ ния, например, звучание и слышание, у других [ощу­ щений] одно [из двух состояний] не имеет названия; так говорится видение для обозначения деятельности зрения; а для актуального состояния цвета нет назва­ ния; [ощущение] способности вкуса называется вкусом,

а для вкусового качества [в актуальном сгз состоянии] 15 нет [соответствующего] названия.

Так как действие чувственно воспринимаемого объекта и действие ощущающей способности тожде­ ственны, но [способ] их бытия различен, то неизбежно, : что в указанном смысле слух и звук и исчезают и появляются одновременно, равно и предмет вкуса * вместе с вкусовым ощущением, и подобным же образом | нсе остальные [состояния]. Если же брать [эти пары терминов] в потенциальном смысле, то нет необходи­ мости [предположения такой тесной их связи]. Прежние

2« же естествоиспытатели5 говорили неправильно, бу­ дучи убеждены, что не может быть ни белого, ни чер-, ного без зрения, ни вкусовых качеств без ощущения вкуса.' Именно в одном отношении они учили пра- 5 вильно, в другом — неправильно. Ведь поскольку [тер-

1 объекта: или в смысле потенциальном или — актуаль-

. 25 ном, “то в отношении последнего сказанное подходит, 1 в отношении первого оно несправедливо, Но эти [преж­ ние ученые] высказывали свое мнение безоговорочно относительно того, о чем нельзя говорить в одном

смысле.

Поскольку голос представляет собою созвучие, * голос же и слух, с одной стороны, составляют как бы ; что-то одно, с другой стороны — нет [[и.не оказываются ^ тем же самым]], а созвучие является соотношением, * то также необходимо [признать] известным отноше- [ нием и слух. Поэтому-то каждое превышение (меры!®»?

качествах разрушают вкус, и слишком яркое и темное тъ

воспринимающим органом;7 ведь [в таком случае] было бы необходимо, чтобы такое судящее начало устана­ вливало бы различия, соприкасаясь с своим объектом. Действительно, невозможно различить посредством от­ дельных чувств, что сладкое есть нечто отличное от белого, но и то и другое должно быть ясным чемунибудь единому. Ведь при таком предположении [возможности различения отдельными чувствами] могло бы казаться несомненным, что ощущения отличаются друг от друга и в том случае, если бы одно ощущал я, ^другое — ты, [а это нелепость]. Необходимо, чтобы

20 что-нибудь единое засвидетельствовало это различие, — ведь [качество] сладкого отлично от белого. Следова­ {тельно, нечто тождественное высказывает это различие. И поскольку оно это утверждает, оно также и мыслит

и ощущает.

Итак, очевидно, что невозможно отдельным [орга­ нам чувств] устанавливать различия раздельных [объек­ тов]: отсюда также [явствует], что невозможно, чтобы это происходило в разновременные сроки. Подобно тому, как нечто единое устанавливает разницу между

25 добром и злом, также и тогда, когда оно утверждает, что одно не есть другое и другое не есть первое, не слу­ чайно [употребляется это] «когда».Вот что я имею в виду: например, я [мог бы] теперь сказать, что это [есть нечто] другое, но, однако, [не в том смысле], что оно теперь другое; [в приведенном же случае] утверждается и [то, что] теперь [я это утверждение высказываю] и что теперь [эта разница налицо], -- значит одновре­ менно и то, и другое. Следовательно, [эта обсуждающая способность] есть нечто неделимое и [выявляется] в не­ делимое время.8 Но невозможно, чтобы нечто тожде­ ственное, будучи неделимым и проявляясь в неделимое

зо время, одновременно бы двигалось протщрорюроз^щщ