Прогулка по светскому салону |
115 |
|
|
∙вой звонить. А вдруг он откажется со мной разго- варивать, а вдруг... А страдать лучше? Или это такой вид кайфа — СТРАДАНИЕ?”
Детям проще: если маленькому
мальчику понравится другой мальчик, он подходит к нему и предлагает играть вместе. И они будут играть вместе. Так же он подойдет и к девочке.
Дети еще душевно здоровы и знают, что знакомиться — хо- рошо и естественно, а быть букой и не знакомиться — не- нормально и неестественно.
Зачем забывают это взрослые?
Эпизод о свободе
Свобода — это возлюбленная жизнь.
Олег Генисаретский
а городом, на территории одного дома отдыха, я шел от
Зстоловой к своему корпусу. Солнышко, высокое голубое небо — а навстречу мне симпатичная девушка. Я по-
смотрел на нее, раскинул руки и пошел ей навстречу. Она по- смотрела на меня, раскинула руки навстречу мне — и мы шли, любуясь друг другом. Мы встретились, я сказал ей: "Ты похожа на удивительно красивый цветок!" (и это была прав- да), мы обнялись. Из репродуктора звучала музыка, мы потан- цевали. Я чувствовал ее тело. Я спросил: "Как тебя зовут?" Она ответила. Когда музыка кончилась, мы тепло попроща- лись друг с другом и пошли дальше каждый по своим делам.
∙Это было, правда, на семинаре психологов. А мне кажется — так и должно быть всегда, если люди доверяют друг другу и любят людей.
Авы — любите людей?
116 |
Сказки внутреннего путешественника |
|
|
Приятного аппетита!
Мамы, я всех вас люблю, но детей — жалко.
Это извинение
Ктовление пищи и, конечно, сам процесс еды. Тут все привычно — но далеко не так безобидно, как хотелосьажется, ничто так не пропитано Ритуалами, как приго-
бы. Особенно страдают дети.
Вначале мама готовит заведомо больше, чем дети съесть мо- гут, — по ритуалу Заботливой Хозяйки, потом в растерян- ности наблюдает, что дети всего действительно не съедают (это Ритуалом не обговорено, и тут поведение мам немного сбивчи- во), но тут на помощь приходит Ритуал Заботливого Кормления, и мама мягко-настойчиво (заметьте:
всегда одними и теми же фраза- ми) упрашивает детей все-таки все доесть. Дети отбиваются, но с переменным успехом.
∙Все это делается на таком автоматизме, что за десятки минут, а
то и часы готовки и съедания приготовленного разум у мам не включается, кажется, ни разу.
Ребенок больше не хочет есть и говорит об этом. "Ты плохо поел!" — этой фразой пользуются, совершенно не задумыва- ясь над ее смыслом. Что значит ПЛОХО? Мало? Но мало (тем более "мало" на взгляд тревожной мамы) совершенно не значит "плохо".
∙Если ребенок много и с удовольствием двигается, успешно зани- мается спортом — и мало ест, значит, он просто все хорошо пе- рерабатывает. Радоваться надо.
Но мама настойчиво, три раза в день приучает ребенка к пе- рееданию, и через несколько лет "вся королевская конница, вся королевская рать не смогут его от еды оторвать". Он бу- дет есть хорошо — много. Он будет болеть и раньше умрет — спасибо маминым заботам.
∙Люди умирают все. Но кто-то угасает в глубокой старости, а кто- то скоропостижно разваливается от кучи болезней.
"Хлеб ешь с маслом и колбасой, чтобы посытнее, а бутерброд надо запивать!"
Прогулка по светскому салону |
117 |
|
|
∙С первого до последнего слова это обосновано так же глубоко,
как использование настоя сушеных черных жаб против любовной привязанности.
По ритуалу, и это не обсуждается, в еду надо добавлять соль
исахар.
∙Если все-таки попробовать расшифровать ритуальный смысл, это делается только для того, чтобы обмануть организм, вызвать в нем искусственное желание есть еще и впихнуть в него еды по- больше.
Дети садятся за стол. "Мам, дай сначала попить!" — "Нет, сначала картошка!" Почему? Отказ не мотивирован — дей- ствует просто ритуал, по которому КОМПОТ ВСЕГДА НА ТРЕТЬЕ. "Не будет после компота есть картошку?" — Ну и слава Богу, компотные фрукты полезнее.
∙Возможен, правда, расчет на то, что картошку он съест, потому что голодный, а компот — потому что компот вкусный. И тогда ребенок съест больше. То есть мама снова решает задачу, как бы ребенка поплотнее набить едой. Очередной — скрытый — вариант пищевого насилия.
Авот другая исходная ситуация: есть очень горячий суп и совершенно холодная картошка. Чтобы не ждать, пока осты- нет суп, и не разогревать картошку, я предлагаю просто всю картошку бубухнуть в суп, и будет одно блюдо нормальной температуры. Все женщины в ужасе машут на меня руками: ведь суп — это Первое, а картошка — Второе.
∙Убедительно, правда? Поэтому супом все обжигаются, а картош- ку разогревают на сковороде, насыщая канцерогенами. Зато — едят "как люди".
Японимаю, что размышлять над тем, что делаешь, не хочется.
Язнаю, что с помощью ритуалов можно не думать никогда. Но — все-таки — может быть?..
∙Веселый ответ моей Чуды: "Не на-дей-ся!"
Естественно, я не против ритуалов и традиций как таковых. Я очень даже за. Просто ритуалы и традиции бывают очень разные.
118 |
Сказки внутреннего путешественника |
|
|
О Кате, Насте и порядках на поляне
Потому что у природы есть такой закон природы.
А. Галич
Вполяне — человек сто. Всем хорошо и весело, но вот Настя, ей восемь лет, начинает ныть и занудно требо-ышли мы как-то "Синтоном" в поход, расположились на
вать от мамы Кати какой-то ерунды. Катя — сильный чело- век и умница, пробует как-то договориться — нет, Настя хнычет и пристает. Я понимаю, каждый человек имеет право на плохое настроение, но здесь шла уже очевидная игра, в которой мама проигрывала, а дочка садилась ей на шею.
∙Кстати, голоса их сливались в такой чудесный унисон, что было яс- но: пусть дочка запевала, но мама-то — тихая подпевала... Тем не менее воспитательный процесс я решил начать с Насти. Я подошел к ним и попробовал с ней поговорить — нет, в ее планы это не вхо- дило. Тогда, получив от мамы Кати разрешение на свободу дейст- вий, я беру Настю в охапку и несу к пруду. Чадо орет и зовет ма- му, но уже поздно.
Мы сели на обрывистый берег, свесив ножки над водой, и стали беседовать о жизни и о том, как вести себя можно, а как — нет.
Настя пробовала капризничать дальше, но смысла в этом уже не было, потому что расклад сил в ситуации стал другой.
∙Мне от нее ничего не надо, а ей хочется воли. Соответственно ус- ловия могу ставить я, а не наобо- рот.
Ия ей раз за разом спокойно объясняю, что начальник здесь
— я и что в моем лагере капризничать и ныть — не принято. А кто буянит или канючит, тех относят сюда на берег, чтобы они успокоились и пришли в себя. И они не вернутся в ла- герь до тех пор, пока не начнут говорить нормальным голо- сом и вести себя как полагается.
∙И Настя видела, что в лагере действительно ТАК ПРИНЯТО, и она видела, что это ТАК ПРИНЯТО — неплохое и, главное, неизбеж- ное.
С одной стороны, вопить ей глупо, потому что она у меня в объятиях и интонации у меня добрые. Но, с другой стороны, слова звучат убедительно, потому что — а куда ты денешь- ся? Настя успокоилась, и мы обо всем договорились.