1.3.4. Устройство помещения

Фокус-группы могут проводиться либо в стационарных поме­щениях, специально оборудованных для этой цели, либо в поме­щениях, временно приспособленных для проведения одной или нескольких групп.

В России на начало 1995 г. имелось не более десятка помеще­ний, оборудованных для проведения фокус-групп в соответствии с мировыми стандартами. Специально оборудованное помещение состоит как минимум из двух, а лучше из трех комнат: прихожая, комната для заседаний и комната для наблюдателей. Отличитель­ной чертой такого помещения является наличие полупрозрачно­го зеркала, отделяющего комнату заседаний от комнаты наблю­дателей. «Следует отметить, что социальные исследователи, рабо­тающие вне сферы рыночных опросов, сравнительно редко пользуются помещениями с полупрозрачной стеной и часто ог­раничиваются лишь звукозаписью с последующей текстовой рас­шифровкой. По мнению таких исследователей аудиозапись может обеспечить более 90% того, что необходимо зафиксировать во вре­мя заседания группы»²⁹. Комната наблюдателей имеет отдельный вход, звукоизолирована и снабжена звукопроводящей аппарату­рой, т.е. обладает односторонней как видео-, так и звукопрони­цаемостью. Вместимость комнаты должна быть такова, чтобы в ней могли с удобством расположиться не менее шести человек.

Общие требования к обстановке помещения заключаются в том, чтобы не создавать дискомфорт или иные неблагоприятные эмоции. Неблагоприятная физическая среда отвлекает модератора и участни­ков группы, а также наблюдателей, что может негативно сказаться на проведении группы. Есть сведения, что по физиологическим и психологическим причинам участники лучше чувствуют себя в ком­нате, которая прохладнее, чем обычное жилое помещение.

В помещении, плохо изолированном от постороннего шума, вни­мание отвлекается. Шумы также могут повлиять на качество магнит­ной записи и оказаться помехой при прослушивании пленки.

Обеспечение явки. Договоренность об участии респондентов в фокус-групповом обсуждении достигается в ходе фильтрующего

404

опроса. Для привлечения респондентов обычно используются материальные стимулы. При привлечении групп населения с вы­соким доходом размер их гонорара должен быть либо существен-но увеличен, либо его не должно быть вовсе. Последнее означа-ет, что присутствие респондентов должно быть обеспечено за счет уговоров, моральных стимулов и т.д.

Питье и закуска. Фактически все участники группы ожидают какого-нибудь питья и закуски до или в течение проведения груп-пы. В связи с этим респондентам, которые пришли на заседание, должны быть предложены напитки и закуски в качестве оказания любезности и стимула к участию.

Набор участников и фильтрующая анкета. Основным инстру-ментом набора участников фокус-групп является фильтрующая анкета, разрабатываемая на основе отборочных критериев и с уче-том требования обеспечения гомогенности состава групп. Кроме того, фильтрующая анкета должна предотвращать набор лиц, чье участие нежелательно по профессиональному признаку (специа-листы по маркетингу и др.).

Наблюдение за дискуссией. Анализ взаимодействия в фокус-группе может показать:

1) что из сказанного было принято респондентами, а что — нет;

2) аргументы, которые высказывали участники в случае ocпа-ривания их точки зрения;

3) какие использовались источники для оправдания своих по-зиций и как другие участники на эти источники реагировали;

4) аргументы, источники и типы информации, которые побужда-ли участников менять свою точку зрения или реинтерпретировать ее;

5) тон голоса, язык телодвижений и уровень эмоциональности беседы³⁰.

Размещение участников желательно проводить по типу «круг-лого стола», модератору нужно иметь хороший зрительный кон-такт со всеми участниками фокус-группы, участники должны хо-рошо видеть друг друга.

1.3.5. Функции и качества модератора

Функции модератора и функции интервьюера, проводящего индивидуальные глубокие интервью, схожи с точки зрения конеч-ных целей их работы, но не с точки зрения ее стиля. Хороший

405

модератор всегда может эффективно провести индивидуальное интервью, если оно относится к сфере профессионально знакомых ему предметов. Однако интервьюер, специализирующийся на про­ведении индивидуальных интервью, не всегда сможет стать эф­фективным модератором, хотя навыки проведения интервью, ко­нечно, в очень большой степени будут помогать ему в освоении новой профессии. Методисты убеждены: основная функция мо­дератора состоит не столько в опрашивании, сколько в регулиро­вании дискуссии.

Бытует мнение, что осведомленность модератора не должна существенно выходить за рамки тех знаний, которыми обладает типичный пользователь соответствующего продукта. К примеру, цель фокус-группы в маркетинге состоит в том, чтобы произво­дитель продукта мог взглянуть на него глазами потребителя.

Личностные качества модератора. Личностные качества чело­века являются производными от генетически заданного типа не­рвной системы и типа социализации. Хорошего модератора срав­нивают с капитаном корабля и с дирижером оркестра. Професси­ональные качества опытного модератора таковы: способность не терять нить обсуждения, соотносить ход дискуссии с целью ис­следования; способность воодушевлять участников обсуждения (активное слушание: внимание, понимание, адекватное реагиро­вание, сопереживание, эмпатия); способность отстаивать свою главенствующую роль; эффективное использование времени дис­куссии. Согласно мнению Р. Крюгера, модератор должен быть настороженным (бдительным) и внимательным, не должен суе­титься и поддаваться давлению; должен воспитывать в себе уме­ние слушать других; обязан помнить вопрос и уметь думать и слу­шать одновременно³¹. Бывает так, что модераторы оказывают раз­рушительное воздействие на качество и ход обсуждения. С чем это связано? Скорее всего, с недопониманием модератором своей функции или отсутствием вышеобозначенных личных качеств. Различают следующие деструктивные типы.

Растерянный и запуганный модератор. Типичный результат — механическое следование вопроснику, за который тревожный модератор хватается, как за спасательный круг.

Вообще, хороший модератор должен испытывать удовольствие от своей работы, невзирая на то, что она трудна и изматывающа. Попустительствующий модератор не может сосредоточить дискус­сию на обсуждаемых вопросах и сконцентрировать ее во време-

406

ни. Активизируются альтернативные лидеры, которые переклю­чают внимание на себя.

Модератор, влияющий на ход дискуссии. Основная причина та­кого влияния состоит в наличии у модератора собственной точки зрения, которая мешает ему адекватно воспринимать точки зре­ния участников.

Модератор-комедиант. Недопустимо использовать юмор в ка­честве средства развлечения респондентов.

Модератор-эксгибиционист. Это модератор, который использу­ет группу главным образом для целей самоутверждения, стремясь вызвать восхищение у ее членов и (или) у наблюдателей, находя­щихся за зеркалом.

А также соблазняющий модератор, модератор с болезненным лю­бопытством, авторитарный модератор, слишком активный моде­ратор, плохо слушающий модератор.

1.4. Отбор, подготовка, инструктаж интервьюеров

Подробно о том, какова зарубежная практика тренинга интер- вьюеров, пишет, например, И.В. Журавлева³².

При отборе интервьюеров советуют предусмотреть некий запас претендентов, поскольку часть их покидают обучение, узнав под­робности инструкции. Так, в период обучения интервьюеров для исследования «Проблемы федерализма в России», проведенного в июне 1997 г. исследовательским центром «Демоскоп» совмест-но с Принстонским университетом США в Казани и Нижнем Новгороде, отсеялось около половины пришедших³³. Одних не устраивает район проведения опроса, другие сомневаются в сво их способностях общаться с людьми. Но и те интервьюеры, кото- рые остаются и успешно проходят обучение, в работе проявляют себя по-разному, иногда с неожиданной стороны:

«Интервьюеров, обучавшихся в Казани, можно было разде­лить на три типа. Первый тип: «всезнающие» — во время инст­руктажа говорили, что подробные объяснения им не нужны, они все поняли и могут приступать к работе. Чаще всего у таких ин­тервьюеров уже на этапе обучения были ошибки и масса вопро­сов по ведению интервью. Опыт показывает, что от услуг таких

407

интервьюеров следует отказаться. Второй тип интервьюеров — «въедливые» — просили уточнить некоторые аспекты, предлага­ли рассмотреть возможные ситуации. Во время обучения они раздражали своих коллег, складывалось впечатление, что до них плохо доходит информация. Видимо, таких людей Элизабет Но­эль назвала общительными педантами. Но в дальнейшем они не допускали ошибок, тщательно выполняли все требования, предъявляемые к проведению опроса. Третий тип — «молчаливо воспринимающие». Как правило, эти люди все понимали, тер­пеливо выслушивали инструкторов, усвоенный материал грамот­но применяли на практике»³⁴.

Отечественная практика эмпирических исследований подтвер­ждает старую истину о том, что наиболее продуктивные интервью­еры — женщины около пятидесяти лет. С ними респонденты чув­ствуют себя более свободно во время ответов. Замечено, что рес­понденты были настроены дружелюбнее к интервьюерам старших возрастов и в том случае, если присутствовал дома супруг. Одна­ко люди в описанном выше исследовании, у которых присутство­вал во время интервью супруг, вели себя менее решительно, чаще затруднялись с ответом.

Большинство опросных фирм предпочитают брать на работу людей среднего или старшего среднего возраста с устойчивым социальным положением, средним специальным и высшим обра­зованием. Наиболее распространенной категорией интервьюеров являются преподаватели, учителя, домохозяйки.

Таким образом, типичный интервьюер сегодня — человек впол­не зрелый по летам и жизненному опыту. Ему присущи ответ­ственность и социальная активность. Он обладает определенным уровнем знаний, культуры, необходимых для общения с людьми различного социального положения, возраста, образования, для того, чтобы запомнить и в разговорной манере воспроизвести текст интервью (часто довольно обширный), соблюсти разнооб­разные инструкции. Чрезвычайно важно, чтобы это был человек добросовестный, умеющий точно выполнять инструкции, «постав­лять» доброкачественную информацию.

Интервьюер должен владеть навыками установления контакта с собеседниками, четкого и ясного изложения вопросов, уметь провести беседу в заинтересованном и доброжелательном тоне, независимо от того, совпадает ли его личное мнение с точкой зре­ния собеседника, постоянно следя за своими выражениями и ин-

408

тонациями, чтобы не внушать ожидаемого ответа. За внешней раскованностью опытного специалиста скрывается строгая внут-ренняя дисциплина. Такая работа требует постоянной концентра-ции внимания и быстрой реакции. Интервьюер должен непрерыв-но следить за ходом мысли опрашиваемого и фокусировать его на проблеме исследования. С.А. Белановский³⁵ называет этот процесс «импровизацией по правилам», потому что последовательное рас-крытие респондентом темы предполагает наличие у интервьюера не только определенных навыков поддержания беседы и направ-ления ее в нужное русло, но и некоторой проницательности, на-учной интуиции и изобретательности. А главное, опытный специ-алист всегда создаст для своего собеседника комфортную атмосфе-ру, ощущение собственной значимости и чрезвычайной важности своих высказываний.

Такие качества выступают своеобразным тестом, который дол-жны выдержать претенденты в интервьюеры. После того как ин-тервьюеров отобрали на основе научно обоснованных критериев, наступают следующие две фазы, а именно обучение и инструктаж. Необходимо провести их как можно более качественно, посколь­ку отдельные ошибки и оплошности в работе кодировщиков, ин-тервьюеров и других сотрудников могут привести к краху oпроса в целом.

На занятиях с интервьюерами проводится инструктаж, во вре-мя которого каждый интервьюер получает полный комплект до-кументов (удостоверение интервьюера, список-задание с фамили-ями и координатами респондентов, инструкцию и бланк интер-вью), подробно знакомится с ними и выясняет возникшие вопросы. Затем слушатели могут разделиться на пары и провести учебные интервью, меняясь ролями респондента и интервьюера, для того чтобы освоить технику заполнения анкеты и правильно-го поведения во время беседы.

В ходе инструктажа излагаются правила поиска респондентов и замены отсутствующих запасными кандидатурами; содержание вводной беседы с респондентом, условия получения его согласия на интервью. Что же касается текста вопросника, то в нем пре-дусматриваются также пояснения по технике заполнения: могут быть указатели переходов от вопросов-фильтров к специа-лизированным вопросам; правила заполнения вопроса табличной формы; напоминания о карточках с перечнями вариантов ответов, которые интервьюер должен дать респонденту

409

Для лучшего усвоения материала инструктажа Дж. Мангейм и Р. Рич³⁷ рекомендуют инструктировать одновременно не более пяти интервьюеров; таким образом, если проект крупный, на ин­структаж может понадобиться несколько занятий. Иногда бывает полезно показать интервьюерам фильм или продемонстрировать им на практике, как правильно проводить интервью. В любом случае, а особенно тогда, когда интервьюеры совсем неопытны, исследователь должен проследить, чтобы каждый интервьюер в его присутствии потренировался в ведении интервью на ком-нибудь из других членов группы.

Привлечение интервьюеров увеличивает затраты времени и средств на их обучение, отбор, контроль качества их работы. Одна­ко хорошо обученный интервьюер обеспечивает точность исполне­ния выборочной процедуры, благоприятную ситуацию опроса, кон­тролирует влияние третьих лиц на формирование ответов респонден­та, адаптирует текст анкеты к индивидуальным психологическим особенностям опрашиваемого. Роль и влияние интервьюера на ка­чество получаемых данных значительно выше, чем анкетера.

Поэтому при использовании интервью особое внимание уде­ляется изучению влияния (эффекта) интервьюера, которое может быть как положительным, так и отрицательным.

Исследователь-одиночка или целая организация, не имеющие в распоряжении собственных интервьюеров, могут обратиться к услугам фирмы, специализирующейся на проведении опросов и имеющей в своем штате опытных интервьюеров. Надо лишь най­ти нужные деньги. Если вопрос решен, то исследователю остает­ся только проинструктировать наемных интервьюеров. Да и то лишь в том, что касается особенностей применения именно это­го инструментария. Если денег немного, то приходится пользо­ваться услугами интервьюеров-совместителей либо бесплатной рабочей силой (в роли тех и других часто выступает одна и та же социальная категория — студенты). С ними сложности гораздо больше: их недостаточно инструктировать, прежде чем допускать к полевой работе, студентов надо предварительно обучить. Одна­ко студенты — не самый лучший контингент интервьюеров.

Иногда к проведению интервью привлекаются «общественни­ки», для которых участие в опросе является эпизодическим, а под­готовка ограничивается устным инструктажем и пробным опро­сом. В этих условиях исследователю при обращении к методу ин­тервью приходится каждый раз заново формировать и обучать

410

коллектив интервьюеров, что существенно увеличивает затраты времени не только на подготовку интервьюеров, но и на контроль за качеством их работы.

Когда дело закончено (проведены инструктаж и, если надо, обу-чение, люди потренировались в предстоящей работе), интервьюе-ры выступают на исходные позиции. Как считают специалисты, у каждого интервьюера должна быть своя папка-скоросшиватель, где находятся все материалы, касающиеся опроса, а именно:

1) листы бланка интервью; причем начало интервью с каждым новым респондентом хорошо бы отмечать листом цветной бума-ги, чтобы легче было ориентироваться; скалывать скрепками ли-сты отдельного интервью можно лишь после его завершения;

2) карта района, где будет работать интервьюер, с пояснения-ми, как ему найти адреса нужных респондентов;

3) рекомендательное письмо, предъявляемое респонденту в том случае, если он захочет удостовериться в цели интервью;

4) все необходимые наглядные пособия;

5) лист, на котором фиксируются детали договоренности с тем или иным респондентом (или семьей) о сроках посещения его (ее) интервьюером (в том числе повторного посещения);

6) набор ручек, заправленных чернилами какого-нибудь тем-ного цвета, чтобы он контрастировал одновременно и с белой бумагой, и с черным типографским шрифтом бланка интервью (это сразу облегчает фиксирование ответов и кодирование).

Папка-скоросшиватель позволяет интервьюеру по ходу интер-вью оперативно вынимать и вкладывать обратно нужные листы.|

На оборотной стороне первого листа каждого бланка интервью должно быть предусмотрено место для фиксирования причин и обстоятельств возможного отказа респондента от интервьюирова-ния, для описания обстановки, в которой протекает интервью (шумно, мешают посторонние и т.п.), и общей реакции респон-дента (настроен враждебно, дружелюбно, недоверчиво).

С опытом у интервьюера появляется не меньше проблем, чем в начале пути. Многое превращается в рутину, ему кажется, что это он уже где-то видел, слышал, знает, а потому заполняет документ автоматически, полагаясь на стереотипные реакции. Его глаз, что называется, замыливается. Прошлый опыт формирует стереотип-ный образ определенной группы людей, предвзятое отношение к ней. Ему начинает казаться, что он полностью «постиг» особенно-

411

сти опрашиваемых, может даже предвидеть типичные ответы, а если надо — составить процентные распределения по знакомым вопро­сам. Из интервьюера и исполнителя он превращается в исследова­теля-дирижера. Он уже гораздо менее внимательно слушает респон­дента, отмечая в бланке интервью такие варианты ответов, кото­рые отражают не столько мнение опрашиваемых, сколько его ожидания по поводу того, какими эти ответы «должны быть». По­этому правильный отбор и обучение, а что еще важнее, переобуче­ние интервьюеров является ключевой задачей.

Функцию переобучения, происходящего по ходу дела, выполня­ет, как ни странно такое может показаться, контроль поля. Конт­роль качества работы интервьюеров обычно состоит в выборочном повторном опросе респондентов контролерами. Когда контролер вернулся из своего обхода и составил отчет, с интервьюерами про­водится еще один инструктаж: им объясняют допущенные ошиб­ки, напоминают об ответственности и дисциплине, нерадивых штрафуют или увольняют, передовиков вознаграждают.

Содержательный разговор «по душам», серьезный и обстоятель­ный, напоминает «театральные разборки», которые после спектак­ля режиссер проводит с актерами. Не только новичкам, но и опыт­ным работникам они оказывают неоценимую помощь.

92. Стратегия исследования отдельного случая (case study)

Единого понимания сущности данного метода в мировой на-уке, в том числе американской, где он давно практикуется, не существует. Под определение case study — исследование случаев (событий), происходящих на каких-то объектах, с какими-то дей-

55

ствуюшими лицами, - подпадает целая группа методов: биографический, исторический, наблюдение и даже эксперимент. Так, Дж- Митчелл¹⁹ определяет case study как «детальное рассмот­рение события или серии взаимосвязанных событий, которые, по мнению исследователя, представляют определенные теоретичес­кие принципы», а Р. Йин²⁰ описывает его как эмпирическое ис­следование, которое изучает явление в реальном жизненном кон­тексте, когда границы между явлением и контекстом размыты, р. Уолкер²¹ отнес case study к группе качественных исследований, в которых преимущественно используются глубинные интервью, групповые интервью, описания событий их участниками, проек­тивные техники и другие методы. В отличие от них Дж. Платт²² считает case study не столько методом, сколько исследовательским подходом. В свое время патриарх американской социологии, жив­ший в начале XX в., Ф. Гиддингс высказался так: в выборочном исследовании описывают несколько штрихов с большого челове­ческого портрета, a case study — много черт о малом количестве людей.

Case study — далеко не новое слово научной мысли. Его корни специалисты видят в клинических обследованиях врачей, в прак­тических методах casework, которые находятся на вооружении у социальных работников, исследовательских методах историков и антропологов, исследованиях школы Ле Пле (XIX в.), социологи­ческих репортажах чикагской школы и Р. Парка. Представители Чикагской школы определяли case study как неколичественные ис­следования, делающие акцент на истории и контексте происходя­щих событий, избегающие обобщений и исходно ориентированные на понимание социальной жизни через представления действую­щих лиц²³.

В отечественной литературе нет устоявшегося термина для обо­значения метода, который в английской традиции называется case study. Иногда его называют «монографический подход», но чаще сохраняют английский термин case study, который переводят как «изучение случая» (что является дословным переводом английс­кого названия метода). Аналогом case study выступают этнографи-56

57

ческое исследование, полевое исследование, включенное наблю- дение. По определению П.В. Романова, оно содержит детальное представление социального контекста исследуемых событий, не- сет отчетливые следы авторского отношения, его личности, кото- рые не скрываются, более того, демонстрируются открыто. Как правило, данный тип case study — это исследование, проводивше-еся длительное время, в течение которого ученому удалось нала-дить доверительные отношения с ключевыми информантами и сократить культурную дистанцию между собой и тем социумом, который изучается²⁴. Согласно В.И. Герчикову, термин case (слу- чай) употреблялся по преимуществу в значении «эмпирический объект», которым определяют конкретную область, явление, об­щность, предприятие (иногда группа предприятий), где проводит­ся детальное исследование. В таком понимании подчеркивается уникальность каждого случая (объекта) и его целостность. Если речь идет о промышленной организации, то под спецификой ее жизненного контекста В.И. Герчиков предлагает понимать ме,сто ее расположения, профиль и особенности выпускаемой продук­ции, положение на рынке, историю развития, половозрастной состав работающих, частоту сменяемости и личностные особен-ности ее первых руководителей, сочетание которых для любого предприятия окажется уникальным²⁵.

В общем виде «анализ случая» можно определить как углуб-ленное выборочное исследование какой-либо проблемы на одном отдельно взятом, но представительном объекте. При этом пред-мет исследования, его взаимосвязь с объектом изучаются с боль-шей подробностью и тщательностью. Case study— форма каче-ственного описательного исследования, объектом которого выс-тупает отдельный индивид или малая группа. Его предметом может выступать только реальное взаимодействие обозримого числа людей и лишь в очень специфическом контексте. Для сбо-ра данных здесь используются участвующее или прямое наблюде-ние, интервью, протоколы, тесты, архивные документы, артефак-ты, аудио- и видеозаписи, транскрипты интервью, записи испы-таний и др.²⁶ Техника наблюдения в case study достаточно близко напоминает технику антропологических наблюдений. Основное

требование к наблюдателю — дать как можно более детальное опи­сание, позволяющее восстановить живую атмосферу события. Протоколы наблюдений за событиями в этом случае оформляют­ся в свободной форме и носят характер естественной истории, практически не отличаясь от полевых заметок. Они дополняются кратким резюме по поводу собственных впечатлений наблюдате­ля и представляют своего рода предварительный содержательный анализ полученной информации. По мнению И. Козиной, это сти­мулирует возникновение объяснительных гипотез, пусть предва­рительных и частных, которые в дальнейшем могут быть развер­нуты, уточнены или отвергнуты. В таком случае не требуется при­ведения строгого обоснования выводов, которое осуществляется позже²⁷.

Социологи, практикующие данный метод (или вид эмпиричес­кого исследования) не стремятся к глобальным обобщениям, от­крытию причинно-следственных законов или к статистически репрезентативной информации. Здесь изучается одно событие или одна общность во всех подробностях. Если в качестве объекта исследования берется не одно, а несколько предприятий, то каж­дое из них должно выступать вариантом эмпирической реализа­ции изучаемого явления, его единичной репрезентацией. Иными словами, оно должно служить одним из возможных воплощений того теоретического конструкта, с помощью которого исследова­тель распознает свой предмет. Отсюда вытекает важное методо­логическое правило: каждый из объектов, отбираемых для иссле­дования, должен демонстрировать какой-то вариант реализации изучаемого предмета, а все вместе они должны (по возможности) покрывать все вероятные варианты²⁸.

Сущность такого исследования заключается в том, чтобы, деталь­но изучив один или несколько случаев, раскрыть содержание глу­бинных процессов, протекающих в обществе, лучше понять изучае­мое явление и предложить множественную интерпретацию. Ключе­вым методологическим моментом case study является опора на качественные методы сбора и анализа эмпирического материала²⁹. Исследования, проводимые в стратегии case study, предоставили со­циологам возможность проникнуть в глубинные пласты повседнев-58

59

ной жизни организаций, изучить те стороны их бытия, которые труд- но или невозможно охватить традиционным анкетным опросом³⁰.

Нужно сказать, что использование «анализа случая» сталкива- ется с рядом трудностей. Первая из них — репрезентативность. Речь идет о способности данного объекта представлять изучаемый, класс явлений, возможности отнесения результатов исследования к проблеме в целом. Принято даже противопоставлять «анализ случая» другим методам исследования (статистика, анкетирование и т.п. массовые методы). Привычное сопоставление выборочной и генеральной совокупностей здесь переходит в прямое сопостав- ление совокупностей, т.е. «единичной» и генеральной, минуя «среднее звено». Для того чтобы усилить научное обоснование метода «анализ случая», надо соблюсти некоторые требования, особенно в начальной стадии его применения.

Прежде всего — это определение типологических особенностей объекта, установление его отнесенности к соответствующему клас-су объектов. Это делается через нахождение у них значимых об-щих признаков, достаточных для идентификации. При этом еле- дует отметить и уникальные особенности объекта исследования, те его частные признаки, которые не являются типичными для генеральной совокупности, но и не противостоят ей, допустимы с точки зрения положительного влияния на результат.

Важно также четко выделить предмет исследования: он должен быть тот же, что в генеральной совокупности. Это же относится и к постановке проблемы. И предмет исследований, и проблема не могут быть упрощены за счет особенностей метода. Их coot- ветствие макромасштабу можно обеспечить определением пара-метров анализа, т.е. оцениваемых признаков и связей.

Соблюдение указанных требований не снимает окончательно противоречие между специфическим и универсальным в методе «анализ случая», но дает некоторые средства для его разрешения в конкретном исследовании.

Для методики «анализ случая» характерно ограниченное ис- пользование точных количественных методов. Здесь нередко при- ходится иметь дело не со статистическими категориями, а с ма- лыми группами— контактными (бригада) и полуконтактными (руководители цехов и подразделений). При этом теряет смысл не только проведение анкетирования, но и вообще тиражирование

исследовательских документов. Даже интервьюирование здесь не нуждается в формализации. Исследователь здесь выходит на пря­мое общение с респондентами, проводит с ними обсуждение, про­слеживает их действия, даже участвует в некоторых событиях, скажем, в роли ассистента. Подобный способ исследовательского поведения иногда можно обозначить как «близкое наблюдение» (промежуточная форма метода наблюдения наряду с формализо­ванным и включенным). Оно предполагает погружение исследо­вателя (при сохранении своего исследовательского статуса) в объект, «понимание» им мотивации и поступков индивида и груп­пы, привлечение последних к анализу проблемы. Этим объясня­ется определенная гибкость исследовательской программы, веро­ятность перестройки ее по параметрам анализа, гипотезам, а воз­можно — и задачам исследования. Программируемость «анализа случая» куда более ограничена, чем массовые опросы. Значит, исследователю приходится помнить об устойчивости концептуаль­ной основы своей работы на объекте, избегая дезорганизации и восстанавливая ее целостность после каждого изменения одного из элементов.

Можно выделить две разновидности таких исследований. Одна из них — монографический «анализ случая». Его стратегия пред­полагает выявление взаимосвязи предмета исследования с объек­том: развитие какого-то процесса рассматривается в зависимости от эволюции организационно-экономической и социокультурной среды его протекания, когда эта среда представляет собой его не­посредственную и относительно замкнутую «над-систему» (напри­мер, предприятие)³¹.

Другая разновидность «анализа случая» (назовем ее сквозной, или межобъектной) выделяет предмет исследования, пересекаю­щий границы разных объектов, которые не образуют для него ка­кой-либо единой среды, например текучесть кадров с одного пред­приятия на другое, маятниковая миграция, межорганизационные процессы нововведений и т.д.

Главное преимущество «анализа случая» — разнообразие ин­формативности. Кроме того, он доступен практикующим социо­логам. Его диагностические и инновационные способности дают исследователю возможность одновременно выступать в качестве консультанта, т.е. составлять конкретные рекомендации по реше­нию выявленных проблем, причем делать это в соответствии со спецификой данного объекта.

93. Биографическое исследование или «история жизни» как тип качественного исследования.

имеет очень много общего с методом включенного наблюдения и по сути является еще одной разновид-ностью этнографического подхода к «анализу случая». Отличием биографического метода можно считать большую сфокусирован-ность на уникальных аспектах истории жизни человека (иногда -- группы, организации) и на субъективном, личностном подходе к описанию человеческой жизни, карьеры, истории любви и т. п, В центре внимания социолога здесь оказывается документальное или устное описание событий с точки зрения самого «случая».

Культурные антропологи и историки часто опирались (и опираются) на «устные истории» или дневниковые записи и мемуары, когда им приходится изучать соот-ветственно «доисторические», не имеющие письменной традиции сообщества либо «закулисные» политические механизмы. Еще оче-виднее тот вклад, который внесли в развитие биографического ме-тода документальная журналистика и мемуаристика.

Биографические данные в социологии -- это основной источ-ник детальных и мотивированных описаний «истории» отдельной личности. И значимые социальные связи, и мотивы действий по-лучают здесь убедительное освещение «с точки зрения деятеля». Чаше всего источником биографических данных становятся лич-ные документы (мемуары, записки, дневники и т. п.) либо матери-алы интервью и бесед.

Лишь в очень редких случаях исследователь имеет дело с жиз-неописанием, включающим в себя все события «от первого крика до последнего вздоха». Обычно основное внимание уделяется кон-кретным аспектам или стадиям жизни -- карьере, межличностным отношениям и т. п. Некоторые авторы даже предлагают взамен широко употребляемых терминов «биографический метод» или «история жизни» использовать термин «история отдельного слу-чая» («individual case history»), подчеркивающий избирательный, селективный характер жизнеописания1.

В социологии «истории жизни» чаще всего использовались для изучения социальных меньшинств -- тех групп, которые довольно трудно поддаются пространственной и временной локализации (и, следовательно, менее доступны для масштабных выборочных об-следований).

имеет очень много общего с методом включенного наблюдения и по сути является еще одной разновид-ностью этнографического подхода к «анализу случая». Отличием биографического метода можно считать большую сфокусирован-ность на уникальных аспектах истории жизни человека (иногда -- группы, организации) и на субъективном, личностном подходе к описанию человеческой жизни, карьеры, истории любви и т. п, В центре внимания социолога здесь оказывается документальное или устное описание событий с точки зрения самого «случая».

Культурные антропологи и историки часто опирались (и опираются) на «устные истории» или дневниковые записи и мемуары, когда им приходится изучать соот-ветственно «доисторические», не имеющие письменной традиции сообщества либо «закулисные» политические механизмы. Еще оче-виднее тот вклад, который внесли в развитие биографического ме-тода документальная журналистика и мемуаристика.

Биографические данные в социологии -- это основной источ-ник детальных и мотивированных описаний «истории» отдельной личности. И значимые социальные связи, и мотивы действий по-лучают здесь убедительное освещение «с точки зрения деятеля». Чаше всего источником биографических данных становятся лич-ные документы (мемуары, записки, дневники и т. п.) либо матери-алы интервью и бесед.

Лишь в очень редких случаях исследователь имеет дело с жиз-неописанием, включающим в себя все события «от первого крика до последнего вздоха». Обычно основное внимание уделяется кон-кретным аспектам или стадиям жизни -- карьере, межличностным отношениям и т. п. Некоторые авторы даже предлагают взамен широко употребляемых терминов «биографический метод» или «история жизни» использовать термин «история отдельного слу-чая» («individual case history»), подчеркивающий избирательный, селективный характер жизнеописания1.

В социологии «истории жизни» чаще всего использовались для изучения социальных меньшинств -- тех групп, которые довольно трудно поддаются пространственной и временной локализации (и, следовательно, менее доступны для масштабных выборочных об-следований).

94. Виды и технология качественных интервью.

. В качественной соци­ологии интервью является главным методом, а содержание выс­казываний интервьюируемого не препарируется, т.е. не изменяется ученым.

Все множество видов, подвидов и разновидностей подвидов интервью специалисты располагают на нескольких континуумах. Чаще всего предлагают следующие шкалы: качественные—количе­ственные, жесткие-мягкие, стандартизированные-нестандартизи-рованные, структурированные—неструктурированные, формализо­ванные—неформализованные, направленные—ненаправленные, фокусированные—нефокусированные, директивные—недиректив-

416

ные, личные—групповые, открытые—закрытые интервью и др. Если присмотреться к предлагаемым континуумам интервью вни-мательнее, то окажется, что некоторые типологии пересекаются, нестрого разграничиваются, а иногда означают одно и то же, но выраженное разными словами. Так, стандартизация, формализа-ция и структурированность как основания классификации видов интервью весьма близки, особенно первые два, и нередко упот­ребляются как синонимы.

В зависимости от степени стандартизации вербального диало­га выделяют два основных вида интервью:

1. Формализованное интервью (беседа по детально разработанной программе, включающей в себя последовательность и конструкцию вопросов, варианты возможных ответов) с закрытыми и открыты­ми вопросами. Этому виду можно было бы дать максимальную оценку по шкале стандартизации, если бы мы ее построили.

2. Неформализованное интервью* (длительная беседа по общей программе, но без уточнения конкретных вопросов, с минималь­ной детализацией поведения интервьюера). Оно характеризуется минимальным уровнем стандартизации.

По второму критерию — числу обсуждаемых тем — виды ин­тервью подразделяются на:

1. Фокусированное, или направленное*, интервью (подробное обсуждение одной темы, с которой респондент заранее ознаком­лен, может быть формализованным и неформализованным). На воображаемой шкале стандартизации этот вид занял бы промежу­точное положение, поскольку представляет собой следующую сту­пень к уменьшению предписанности и несвободы во взаимодей­ствии интервьюера и опрашиваемого.

2. Нефокусированное (ненаправленное) интервью, где нет предмет­ного единства, общей темы или исследовательского замысла. Здесь царствует тематическая солянка, вопросы на самые разные темы перемежают друг друга, не образуя логической последовательности.

По третьему главному критерию виды интервью подразделя-ютсяна:

1. Индивидуальное, или личное, интервью (беседа тет-а-тет ин-тервьюера с одним опрашиваемым в доверительной обстановке при отсутствии посторонних наблюдателей).

2. Групповое интервью (беседа одного интервьюера, который в этом случае называется модератором, с несколькими людьми для выяснения коллективного мнения, установления общей точки зрения на предмет). Главные разновидности — фокус-группа и мозговая атака.

Три вида интервью, каждый из которых обязательно имеет две разновидности, также не противоречат друг другу и образуют новое единство, которое можно изобразить при помощи куба (рис. 2.2).

420

Логические квадрат и куб — всего лишь пропедевтические при­емы, используемые для того, чтобы более наглядно, образно, зри­мо донести до читателя простую мысль: три главных вида интер­вью построены на разных (непересекающихся друг с другом и непротиворечащих одно другому) осях, связанных между собой чем-то, что напоминает декартову систему координат. Действи­тельно, как в геометрическом изображении физического простран­ства материальный предмет имеет ширину, длину и высоту, так и один вид интервью способен иметь три размерности, например, быть формализованным, нефокусированным, групповым. Так и материальный предмет имеет ширину, длину и высоту.

Нефокусированные виды неформализованного интервью ши­роко применяются в психологии. К ним относятся ассоциативные опросы и тесты. В социологии нефокусированные виды свобод-ных интервью применяются редко.

Помимо указанных трех главных критериев классификации видов интервью — стандартизация вопросов, число тем, количе­ство опрашиваемых — существуют дополнительные. Так, напри-мер, каждый из трех охарактеризованных типов интервью может различаться по длительности проведения исследования. Иными словами, интервью может быть однократным (разовым) или мно-гократно повторяться (через определенный промежуток времени). Во втором случае оно приобретает статус повторного или лонги-тюдного исследования.

Еще одним дополнительным критерием классификации выс-тупает место проведения интервью. Выделяют следующие его раз-| новидности.

Интервью по месту жительства. В домашней обстановке че-| ловек располагает большим временем. В привычных условиях oh охотнее отвечает на острые вопросы, требующие сообщения кри-тической информации об отрицательных фактах и явлениях. Бе-седа приобретает менее официальный характер, чем в служебном помещении. Домашняя обстановка настраивает на достаточно длительное интервью с высокой степенью концентрации на про-водимом обследовании. Для маркетолога этот способ ценен еще и тем, что легко устанавливаются доверительные отношения, воз-| можен показ образцов товара, рекламных материалов и т.п. Же-лательно предварительное согласование сроков интервью по те-| лефону. Однако это дорогой метод сбора данных.

Интервьюирование посетителей магазинов. Компании, прово-дящие такие обследования, могут в крупных магазинах иметь свои офисы. Посетители магазина опрашиваются интервьюером в по-мещении магазина или могут приглашаться для дачи интервью в

421

офис. С помощью данного метода без использования специальных методических подходов трудно обеспечить репрезентативность результатов обследования и вдумчивое отношение опрашиваемых к задаваемым вопросам. По сравнению с первым методом данный метод является более дешевым.

Интервью по месту работы, например в офисе. Интервью по месту работы, занятий, может проходить в служебном помещении. Для многих категорий респондентов именно трудовая обстановка является более привычной, естественной и располагающей к про­дуктивному обмену мнениями. Это наиболее целесообразно, когда изучаются производственные или учебные коллективы, а предмет исследования связан с трудовой или экономической тематикой. Преимущество производственной среды заключается в том, что вокруг находятся предметы, которые активизируют сознание в нуж­ном направлении, могут подсказать или напомнить нечто важное. В маркетинге подобные интервью используются обычно при сборе информации о продукции производственно-технического и офис­ного назначения. Этот метод по существу обладает теми же досто­инствами и недостатками, что и первый метод, однако имеет бо­лее высокую стоимость проведения, обусловленную использовани­ем более квалифицированных интервьюеров и затратами рабочего времени, которое оплачивается фирмой⁶.

По стилю ведения интервью делятся на жесткие и мягкие (тре­тий дополнительный критерий). В первом случае интервьюеру разрешается грубо перебивать респондента, ловить его на проти­воречиях, задавать наводящие вопросы, оказывать психологичес­кое давление. Этот метод ведения интервью напоминает тактику поведения следователей при допросе обвиняемых и редко исполь­зуется в мировой социологии. Мягкое интервью предполагает веж­ливое обращение с опрашиваемым, употребление всевозможных этикетных правил и формул. Самый распространенный стиль ве­дения интервью находится где-то посредине и напоминает дело­вые переговоры двух уважающих свои и чужие права партнеров. В фокусированном интервью исследователь поддерживает все высказывания респондента, относящиеся к существу вопроса, и пресекает (в вежливой форме) высказывания, таковыми не явля­ющиеся. Стиль ведения здесь остается мягкий, поскольку не до­пускаются никакие грубости по отношению к опрашиваемому. В то же время в нем сохраняются элементы директивности, при­сущие жесткому стилю.

422

Четвертым дополнительным критерием выступает целевая за-данность. Интервью бывает диагностическим, если используется психиатром для того, чтобы глубже узнать внутренние мотивы поведения, черты личности, расстройства, симптомы болезни. Интервью называется клиническим, если используется как метод терапевтической беседы с пациентом с целью оказать ему психо­логическую помощь, например, избавиться от навязчивой идеи. В подобной беседе психолог интересуется уже не только явным, но и скрываемым (сознательно или бессознательно) содержани­ем ответов человека, а также их контекстом: тоном разговора, непроизвольными запинками, оговорками или жестами, которые, способны сообщить множество дополнительных сведений о по­ведении пациента. В социологии они используются редко (если не обращаться к клинической социологии), а потому мы останавли-ваться на них не будем.

Как бы ни разделялись или классифицировались интервью, их общая черта — доверительная обстановка при разговоре. В соци­ологическом опросе этого не требуется, ведь анкета — безличный документ. Она дает статистически средние данные. Но интервью глубоко персонально. По ходу беседы ученый меняет порядок вопросов, в зависимости от сказанного задает новые, выясняя подробности, которые он до того не знал.

2.2. Формализованное интервью

На практике встречаются две разновидности формализованного (стандартизированного) интервью — с закрытыми и открытыми вопросами.

Формализованное интервью с закрытыми вопросами — самая распространенная и строгая его разновидность. В нем общение^ интервьюера и респондента строго регламентировано при помо-щи детально разработанных вопросника и инструкции. Интер-вьюер задает вопросы, организует и направляет беседу с каждым опрашиваемым, фиксирует полученные ответы согласно инст-рукции.

Респонденты с трудом отвечают на большое количество воп-росов, даже если их 20—25, включая вопросы по демографичес-ким характеристикам. Интервьюер должен либо ускорить темп работы, либо уговорить отвечающего продолжить интервью, либо пожертвовать точностью формулировки вопросов. Помимо того что нетерпеливость респондентов вынуждает исследователя жер-твовать глубиной проработки изучаемых проблем, возникает еще

423

и проблема неконтролируемых отклонений в процедуре сбора информации⁷.

Видимо, правы зарубежные социологи, которые в формализо­ванном интервью стараются давать максимально простые альтер­нативы к любому вопросу. Например, к вопросу «Если бы это за­висело от Вас: что было бы лучше — получить деньги за скот на­личными или по переводу?» предлагаются варианты: «наличными; по переводу; не имеет значения»⁸.

В противоположность им отечественные социологи нередко гро­моздят сложные варианты ответов, каждый из которых фактичес­ки является завуалированной формой исследовательского вопроса.

Например, в исследовании жилищной проблемы к вопросу «Как, на Ваш взгляд, необходимо распределять квартиры?» пред­лагались следующие ответы:

♦ бесплатно;

♦ посредством выкупа своей квартиры через членство в ЖСК;

♦ то же самое, но предприятие оплачивает полностью или частично сумму первого взноса;

♦ квартиры, построенные за счет средств предприятия, пре­доставлять в долгосрочную аренду без права выкупа;

♦ другое;

♦ затрудняюсь ответить⁹.

В тех случаях, когда в закрытых вопросах предусмотрен длин­ный перечень вариантов ответов (который плохо воспринимает­ся респондентом на слух), применяются специальные карточки. Они даются респонденту после того, как интервьюер задает воп­рос: «На этой карточке перечислены разные виды занятий в сво­бодное время. Скажите, пожалуйста, какими из них Вы обычно занимаетесь, когда у Вас бывает свободное время?» Чтобы в пос­ледующем карточки было легче соотнести с вопросом, на них про­ставляются номера. Формулировки вопросов рассчитаны не на чтение, а на беседу, поэтому план интервью разрабатывается не в письменном, а в устном стиле.

Если в ходе опроса возникает потребность объяснить респон­денту неясное слово или смысл вопроса, интервьюер не должен давать собственное толкование, пускаться в пространные разъяс­нения или как-либо еще отклоняться от сути первоначальной формулировки вопроса. Методические стандарты требуют соблю-

424

дения следующего правила: «Вопросы следует задавать слово в слово так, как они сформулированы. Если респондент не понял вопроса, то хороший интервьюер не будет пояснять вопрос, а про­сто повторит его»¹⁰.

Количество альтернатив к каждому вопросу должно быть ми­нимальным. Как показывает практика исследований, даже выбор из пяти вариантов создает для респондента немало трудностей: ему сложно воспринимать вопрос в целом, подумать над каждой аль­тернативой и выбрать правильный ответ. Часто он начинает от­вечать, не дослушав список закрытий до конца. Если интервьюер настаивает на том, чтобы были услышаны все варианты, респон­дент стремится выбрать из крайних альтернатив, пропуская сред­ние значения. Разработчики плана интервью должны учитывать и особенности человеческой психологии, которая в сильнейшей степени обременена культурной спецификой.

В Скандинавских странах беседа идет неспешно, рефлексивно. Напротив, для России, как считают специалисты, больше присущ импульсивный тип общения. Омские специалисты А.Г. Геринги И.А.Огородникова по этому поводу пишут:

«Наши соотечественники стремятся быстро установить кон­такт, подтверждая либо опровергая мысль собеседника уже с пер-вых слов. Обширная практика таких бесед с незнакомыми людь-ми в транспорте, магазине, на улице закрепила шаблоны импуль- сивного общения. При этом человек стремится более выразить себя в беседе, нежели выслушать другого. Следовательно, от ин-тервьюера требуется исключительная добросовестность, ибо он может зафиксировать первые ответы и не настаивать на более внимательном отношении к другим вариантам. На подобное по­ведение его провоцирует не только желание быстрее выполнить свою работу, но и стремление к поддержанию контакта с респон-дентом. Если же он настаивает на прочтении полного списка от-ветов, то вольно или невольно может повлиять на выбор. Чело­век, не имевший опыта ответов по формализованной анкете, счи-тает, что его первоначальный ответ не понравился «человеку с анкетой» и стремится угадать «правильный» ответ».

Всегда нужно помнить: влияние интервьюера на содержание ответов может быть не только очень значительным, но и неконт-ролируемым. Не надо забывать и другое обстоятельство: в одном опросе участвует несколько интервьюеров, и если каждый начнет

425

давать волю своей фантазии, то полученные ими данные не удас­тся свести к единому итогу.

В формализованном интервью влияние интервьюера на качество данных сведено к минимуму, а надежность получаемой информа­ции доведена до максимума. Вводная беседа с респондентом, пе­реходы от одного раздела беседы к другому подробно разрабатыва­ются исследователем и точно воспроизводятся интервьюером.

Таким образом, в формализованном интервью специалисту отводится второстепенная, чисто исполнительская роль. Интер­вьюер обязан помнить, что при формализованном анкетирова­нии его вообще не было бы. Так что оставаться незаметным — лучшая форма участия. В свою очередь респондент должен вни­мательно выслушать вопрос и выбрать наиболее подходящий для него вариант ответа из набора, заранее продуманного исследо­вателем. В этой форме опроса влияние интервьюера на качество данных должно быть сведено к минимуму. Надежность получа­емой информации зависит в первую очередь от его добросовест­ности и пунктуальности.

Вопросы в формализованном интервью должны зачитываться так, как они сформулированы в опроснике, и произноситься в одной и той же манере. Такова аксиома этого вида опроса. Нару­шение принципа единообразия задаваемых вопросов лишает ис­следователя возможности впоследствии формализовать данные. Качество работы интервьюера во многом определяется качеством вопросника и инструкции к нему, разработанных исследователем.

Формализованное интервью с открытыми вопросами предусмат­ривает меньшую степень стандартизации поведения респондента и интервьюера. Иногда такое интервью путают с другой разновид­ностью — свободным интервью, где нет даже плана предстоящей беседы. Открытые вопросы — не повод для свободы, но лишь еще большее ограничение для интервьюера, у которого возрастает риск повлиять на мнение респондента. Самодисциплина и ответствен­ность в этом случае должны только повышаться.

Строго обязательными здесь являются план интервью, после­довательность вопросов и их формулировки в открытой форме (варианты ответов не нормируются). Интервьюер воспроизводит вопросы без каких-либо отклонений от заданных исследователем формулировок, а респондент дает ответы в свободной форме. Од­нако регистрируют их не как попало, а в стандартном и предус­мотренном инструкцией виде. Если вы пришли на беседу с маг­нитофоном, то можно сделать дословную запись с сохранением лексики опрашиваемого, но позже ее все равно придется закоди­ровать и оставить от нее только абстрактные символы. Иногда

426

применяется непосредственная кодировка ответов в ходе опроса. В этом случае после каждого вопроса приводится схема класси-фикации ответов, в которой интервьюер отмечает нужные пози­ции. Например, после вопроса: «Какие газеты Вы выписывае­те?» — в опроснике дается перечень газет, интересующих иссле­дователя, а также предусмотрена позиция — «другие газеты».

Высказывания респондентов могут существенно различаться по объему, композиции, полноте, уровню информированности, ана­литическому проникновению в сущность предложенного вопроса. Все эти особенности полученных ответов становятся предметом анализа. В результате данный вид интервью требует несколько болы ших затрат времени и труда: респондент дольше обдумывает и фор­мулирует ответы, а интервьюер тратит больше времени на их реги­страцию. Растут затраты времени на последующий анализ содержа­ния ответов и их кодировку. Именно по этим причинам интервью с открытыми вопросами реже применяется для массовых опросов¹².

Формализованное интервью с открытыми вопросами предостав­ляет респонденту больше свободы и самостоятельности в форму-лировке ответов и требует от интервьюера максимально подробной, точной регистрации. Все остальные элементы ситуации опроса ос­таются стандартными: вводная беседа, последовательность вопро-сов и их формулировки. На стадии обработки для классификации и систематизации полученных данных используется контент-ана-лиз. Чаще всего данный вид интервью применяется в пробных ис­следованиях для разработки вариантов вопросов, которые в основ­ном исследовании будут сформулированы в открытой форме.

2.3. Свободное интервью

Свободное интервью характеризуется минимальной стандарти-зацией. Оно применяется в тех случаях, когда социолог только приступает к определению проблемы исследования, уточняет ее содержание в конкретных условиях того района или предприятия, где будет проходить опрос. Например, планируя изучение чита-тельских интересов, отношение читателей к прессе, исследователь может провести серию свободных интервью с целью выяснить, какие газеты и журналы завозятся в город, каковы условия их приобретения, каковы традиции чтения и др.

Такое интервью по своей научно-познавательной функции следует назвать предварительным или подготовительным. Подгото-

427

вительное интервью используется для изучения словаря респон­дентов, типов реакции на вопросы, типов противодействий, ко­торые оказывают респонденты при тех или иных вопросах, и т.д.

Свободное интервью проводится без заранее подготовленного вопросника или разработанного плана беседы; определяется толь­ко тема, которая и предлагается для обсуждения. Направление беседы, ее логическая структура, последовательность вопросов, их формулировки — все зависит от индивидуальных особенностей того, кто проводит опрос. Совокупность опрашиваемых невелика (редко превышает 10—20 человек). Полученная информация не подвергается статистической обработке, она ценна своей уникаль­ностью. Для обобщения ответов применяются традиционные ме­тоды анализа текстов.

При проведении подобного опроса предполагается предвари­тельная разработка примерных ключевых направлений беседы. Формулировка вопросов, а также их последовательность выраба­тываются в процессе интервью в зависимости от индивидуальных особенностей опрашиваемого. Такое интервью мало чем отлича­ется от непринужденной беседы двух приятелей, доверяющих друг другу самые сокровенные помыслы. Различие, пожалуй, заключа­ется в целях беседы. Свободное интервью призвано уловить, по­мимо рационально организованной информации, например, све­дений знатоков-экспертов, быть может, самое дорогое, что есть у человека и что сегодня резко возросло в своей научной цене, а именно непосредственные реакции индивида. Сторонники так называемой радикальной микросоциологии не удовлетворяются традиционным интервью. В качестве источников достоверной информации они отбирают естественные беседы и разговоры, фиксированные с помощью аудио- и видеозаписывающей техни­ки. Современная аппаратура позволяет регистрировать то, что пропускает или не учитывает обычный интервьюер: это эмоцио­нальный тон беседы, ее темп и ритм, позы и жесты людей.

Микросоциологи убеждены, что самое достоверное в челове­ческом поведении — это спонтанные действия, а самая надежная информация — та, что получена из первых рук. Объект изучения они называют «микрособытием». Это, по определению Р. Коллин­за, реальное взаимодействие людей, разворачивающееся в «секун­дной зоне». Отвечая на вопросы анкеты, респондент обязан точ­но формулировать свои ценностные ориентации и правила пове­дения. Но в реальной ситуации он не всегда способен осмыслить их. На помощь ему приходит специалист по «ультрадетальным эмпирическим исследованиям», который с помощью новейшей техники интервьюирует человека в естественной ситуации.

428

Метод свободного интервью активно используется представите­лями этнометодологии. Как известно, методы этнографии и куль­турной антропологии были сформированы под специфику изучае­мого объекта — быта и образа жизни примитивных племен, к кото­рым ученые выезжали на полевые исследования. Так продолжалось более ста лет, пока в 1967 г. Г. Гарфинкель, написавший книгу «Ис­следования по этнометодологии», не попытался перенести в совре­менное цивилизованное общество процедуры, применявшиеся антропологами при изучении примитивных культур. Сотни лет уче­ные считали, что нужно изучать те процессы и структуры, которые существуют в социальной реальности и обусловлены ею. Действи­тельно, манеры поведения, язык, форму одежды, образ жизни лю-бого человека, скажем инженера или предпринимателя, определя- ются его социальным, в частности классовым, положением, т.е. со­циальной реальностью. Но Г. Гарфинкель поставил под сомнение самую социальную реальность. С этой целью он перевернул тради­ционное социологическое анкетирование и интервью. Если обычно социолог стремится задавать простые и понятные респонденту воп-росы, чтобы получить четкую и ясную информацию о том, где он, к примеру, проводит свой досуг или какие газеты читает, то необыч-ный социолог Г. Гарфинкелъ намеренно ставил опрашиваемых в ту-пик, задавая «дурацкие» вопросы. Так, например, он спрашивал юношей, почему они придерживают дверь, пропуская вперед девуш-ку. Большинство студентов (а он, как и многие другие американс­кие социологи, чаще всего именно их и опрашивал) отвечали: «Я считал, что такова формула учтивости и способ выказать девуш­ке свое уважение». Подобные ответы интерпретировались им как сте-реотипы массового сознания, которые, не задумываясь над содержа-нием, отражают то, что считается само собой разумеющимся.

Свободное интервью призвано уловить, помимо рационально организованной информации, например, сведения знатоков-экс-пертов, быть может, самое дорогое, что есть у человека и что се-годня резко возросло в своей научной цене, а именно непосред- ственные реакции индивида. Сторонники так называемой ради-кальной микросоциологии не удовлетворяются традиционным интервью. В качестве источников достоверной информации они отбирают естественные беседы и разговоры, фиксированные с помощью аудио- и видеозаписывающей техники. Современная ап-паратура позволяет регистрировать то, что пропускает или не учи­тывает обычный интервьюер. Это эмоциональный тон беседы, ее темп и ритм, позы и жесты людей.

Интервью является не массовым, а индивидуальным методом. обследования. Оно применяется в дополнение к анкете, служит

429

средством углубления или детализации полученной с ее помощью информации.

Свободное интервью применяется в тех случаях, когда социо­лог только приступает к определению проблемы исследования, уточняет ее содержание в конкретных условиях того района или предприятия, где будет проходить опрос. Например, планируя исследование читательских интересов (к прессе), исследователь может провести серию свободных интервью, чтобы выяснить, ка­кая пресса издается либо завозится в город, каковы условия ее приобретения, каковы традиции ее чтения и др.

Такое интервью по своей научно-познавательной функции сле­дует назвать предварительным или подготовительным. Подгото­вительное интервью используется для изучения словаря респон­дентов, типов реакции на вопросы, типов противодействий, ко­торые оказывают респонденты при тех или иных вопросах, и т.д.

На свободное интервью очень похож метод беседы. И тот и другой методы являются беседами как таковыми, но между ними нужно видеть различия. Во время проведения опроса методом беседы собеседники находятся в равном положении. Активность исследователя не обязательна, он может не задавать вопросов, а только слушать. Нет и официальной ситуации опроса, предпола­гающей необходимость получения определенной информации. Различие между методом свободного интервью и беседы может быть раскрыто следующим образом: интервью в большей мере ориентировано на субъект-объектный подход (субъектом являет­ся интервьюер, а объектом — респонденты), беседа же — субъект-субъектное взаимодействие¹³.

Цель беседы — получить представление об интересах респон­дента, его взглядах или трудностях и проблемах. Совместное об­суждение обозначенных в ходе беседы вопросов позволяет понять, чем они вызваны, как они переживаются, видится ли путь их ре­шения и если видится, то какой именно.

Достоинства и недостатки метода беседы. Метод беседы позво­ляет: 1) проводить исследование без заранее сформулированного сценария; 2) общаться с респондентом, используя привычную для его слуха лексику; 3) получать глубоко индивидуальную информа­цию; выявлять субъективное отношение к чему-либо; 4) предостав­лять респонденту возможность стать экспертом и сотрудничать, что не всегда возможно при традиционном интервью; 5) получать ка­чественную информацию по широкому кругу вопросов.

430

Однако у него множество недостатков: он 1) громоздкий и тру-» доемкий; 2) требует длительной подготовки и обучения; 3) при­меняется лишь на небольшой выборке (200—300 человек); 4) со­пряжен со значительными трудностями на этапе обработки полу­ченных данных, при их формализации; 5) предполагает глубокое знание интервьюером обсуждаемых вопросов¹⁴.

Беседа применяется прежде всего на этапе ознакомления с объек­том при поисковых исследованиях. Ее использование полезно при апробации других методов и методик, так как позволяет оценить их надежность и валидность. Метод беседы незаменим, когда речь идет об интимных отношениях, деликатных вопросах и т.п. Специалис­ты советуют: повсюду, где главной чертой выступает уникальность объекта исследования, предпочтение надо отдавать гибким, нефор­мализованным приемам, в том числе методу беседы¹⁵. Этот метод активно используется представителями качественной социологии.

Разновидностью свободного интервью выступает нарративное интервью (narrative — рассказ, повествование), представляющее со­бой произвольное повествование о жизни рассказчика без всякого вмешательства со стороны интервьюера, кроме возможных междо­метий удивления или одобрения, которые стимулируют и поддер­живают нить рассказа. Практически в любом неформализованном интервью можно найти нарратив — дискретную единицу с четким началом и окончанием, выделяющуюся из остального текста¹⁶.

95. Общая характеристика и структура отчета по результатам социологического исследования.

После завершения анализа данных результаты оформляются в итоговые документы исследования. По форме и назначению раз-личают три основных вида итоговых документов: 1) отчет; 2) на-учные публикации; 3) публикации в средствах массовой инфор-мации. Научный отчет адресован заказчику, научная статья — спе-циалистам, а публикация в прессе — широкой публике.

Объем научного отчета в фундаментальном исследовании очень большой, а его структура повторяет в основных чертах програм­му исследования.

Объем заключительного отчета в прикладном исследовании, в частности маркетинговом, обычно меньше, так как не включает теоретико-методологический раздел. Его структура также прибли-жается к структуре программы прикладного исследования. Тот и другой наряду с полной формой имеют еще краткую. Краткая форма отчета о фундаментальном исследовании состоит из 22—24 страниц. Краткий вариант прикладного отчета не превышает 10 страниц.

185

Структура, объем и содержание научного отчета ориентирова­ны на своего потребителя — профессиональных коллег в первом случае и менеджеров компании заказчика во втором. Коллег боль­ше интересует описание методики исследования, используемых понятий, способ их операционализации, репрезентативность дан­ных и иные атрибуты академического исследования. Ничего та­кого администрации компании не нужно. Главное для них — про­стой и ясный язык изложения, четкость и практическая эффек­тивность рекомендаций.

Свой научный отчет академический ученый сдает руководству своего института (факультета) либо представителям научного фон­да, от которого получен грант на исследование. Прикладник же отправляет свои документы непосредственно заказчику — адми­нистрации области или частной компании.

Если научный отчет адресован заказчику, то научная статья — специалистам, а публикация в прессе — широкой публике. Поло­жение преподавателя зависит от качества и количества читаемых лекций, спецкурсов, семинаров, выступлений на научных конфе­ренциях, числа защищенных диссертантов.

Материальное благополучие прикладника определяется тем, насколько удачным показался его отчет заказчику. Даже если ис­следование проведено недостаточно хорошо, некоторые его огре­хи можно прикрыть прекрасно выполненным отчетом.

Судьба академического ученого прежде всего зависит от ко­личества и качества научных публикаций. Ими определяются статус и социальный ранг специалиста, авторитет и уважение в профессиональном сообществе. На основе опубликованных данных решается основной вопрос — о научной новизне и при­оритете.

Какой бы ни была судьба научного отчета, он является глав­ным итоговым документом, включающим всю содержательную информацию, полученную в результате исследования.

Структурно заключительный отчет делится на три части: ввод­ную, основную и заключительную.

Вводная часть включает титульный лист, договор на проведе­ние исследования, меморандум, оглавление, перечень иллюстра­ций и аннотацию.

Введение ориентирует читателя на ознакомление с результата­ми отчета. Оно содержит описание общей цели отчета и целей исследования, актуальности его проведения.

Основная часть отчета состоит из введения, характеристики методологии исследования, обсуждения полученных результатов, констатации ограничений, а также выводов и рекомендаций.

186

В методологическом разделе описываются: кто или что явилось объектом исследования, используемые методы. В конце приводят­ся выводы и рекомендации. Выводы основываются на результа­тах проведенного исследования. Рекомендации представляют со­бой предположения относительно того, какие следует предпринять действия исходя из изложенных выводов.

В заключительной части приводятся приложения, содержащие дополнительную информацию, необходимую для более глубоко­го осмысления полученных результатов. Приводятся ссылки на авторов и источники использованных методов.

Кроме полного обзора необходимо представить еще и краткий обзор, который считается наиболее важной частью отчета. Мно­гие заказчики читают только его. Другие прочитают больше, но даже они будут использовать краткий отчет в качестве руковод­ства к практическим действиям. Он представляет собой не выжим­ку из полного отчета, где все положения излагаются в сжатой форме, не краткое изложение сути существенных результатов и заключений. Успешный краткий отчет акцентирует внимание на всех важных моментах основной части отчета. Надлежащим об­разом написанный, он экономит время занятых руководителей без ущерба для качества.

96. Роль демографии и статистики в социологическом исследовании.

Методы демографических исследований

Статистические(корреляционного и факторного анализа, выборочный и индексный методы, методы ср величин, методы выравнивания, табличный), математические(матмодели), социологические(социссл по отнош к демогр аспектам).

Понятие и виды источников данных о населении

1) Перепись. Перепись – един проц сбора, обобщения, анализа и распростр-я демогр и соц-эк данных, относящихся по состоянию на опред мом t rо всему нас-ю страны. Получаемые данные при переписи полнее и точнее сведений других источников.

2) Тек учет. Вкл рег-ю демогр событий в органах ЗАГСа (рождение, смерть, браки, разводы) и в ОВД (перемены места жит-ва). В программе рег-ции демогр событий выделяют 2 гр сведений: *сведения о t и месте наступления событий и их рег-ции; *сведения, хар-ие сов-ть лиц, у кот произошло дан событие.

При рег-ии на нов и старом месте жит-ва на прибывших и выбывших, достигших 16 лет, в ОВД заполняются адресные листки и адекватные им по содержанию отрывные талоны, предназначенные д/учета статистики (адрес, место и д/р, цель приезда / выезда, причины выезда, дети до 16 лет, место выбытия). Поквартально и ежегодно по един программе данные отрывных талонов выборочно разрабатываются в органах статистики. Это позволяет получить сведения не только об объеме М различ регионов и нас пунктов, но и сведения о важных характеристиках мигрантов (состав по полу, по возрасту, по нац-ти, по причинам выбытия, по образ-ю).

3) Спец выборочные обследования нас-я. Основ-ся на выборочн методе и позволяет получ более детальн сведения о демогр процессах и фак-рах их обусл-щих. Они носят комплекси всесторон хар-р и направл на выявление как внутр (потребности, установки, мотивы, соотв демогр поведение) так и внеш ф-ров. Выступ важнейш источником инф-ии о нас-ии, существенно дополняющим материалы переписи и тек учета.

4) Списки и регистры нас-я. Списки проводятся разл гос орг-ми и предназнач д/реш-я конкр задачи. Охватывают только часть нас-я и м/б использованы только как доп источник демогр инф-ии (списки избирателей, налогопл-ков, военнообязанных, персонала разл орг-ий).

Регистры – охват все нас-е страны и сочетают в себе св-ва переписи и тек учета нас-я. Ведутся в целях широкого стат учета нас-я. Суть: при рождении или выезде, каждому чел-ку присваивается индивид идентификац код, который не меняется в течение всей жизни. В нем закрепл-ся хар-ки, которые не меняются с возрастом (место и год рожд-я, пол). Дает возмож-ть получать инф-ю о тех хар-ках нас-я, которые фиксир-ся в переписи.

97. Социологические методы исследования политической жизни.

К наиболее распространенным в социологии методам сбора данных относятся наблюдение, опрос и анализ документов [Мето ды сбора информации..., 2, 153]. Под наблюдением понимают целенаправленную, непосредственную визуальную регистрацию социо логом событий политической жизни: собраний, демонстраций, ми тингов, встреч, конфликтов, переговоров и др. Оно относится к так называемым неконтактным методам сбора первичных данных, поскольку не предполагает прямой или косвенный диалог социолога с представителями различных групп населения.

Наблюдение бывает включенным и невключенным, структури рованным и неструктурированным, лабораторным и полевым. Для

[44]

фиксации результатов наблюдения обычно разрабатываются специальные карточки и бланки, в которые записываются основные характеристики изучаемого события, например место и время прове дения собрания, число и качественный состав присутствующих (пол, возраст), перечень обсуждаемых вопросов, реакция присутст вующих на выступления политиков, общая атмосфера и т.д. Все эти данные можно закодировать и обработать с помощью компью тера [Там же, 180—189]. Вместе с тем при включенном наблюдении (участие в работе партии, учреждения) можно обойтись без упомя нутых форм и ограничиться ведением дневниковых записей. При косвенном наблюдении за массовыми акциями (например, по те левидению) достаточно делать видеозаписи. Первый вариант на блюдения можно отнести преимущественно к количественным (жестким), второй и третий — к преимущественно качественным (мягким) методам сбора данных.

Опрос является формой диалога, участниками которого выступа ют профессиональные социологи и представители различных соци альных групп. Особенность опроса заключается в том, что он имеет вербальный (словесный) характер [Методы сбора информа ции..., 1, 46]. При опросе мы получаем от людей информацию только о тех явлениях политической жизни, которые отражаются их сознанием и могут быть выражены ими в словесной форме, причем на языке их повседневного общения. Этим обусловлено повышенное внимание социологов к формулировкам вопросов, ис пользуемых при анкетировании и интервьюировании [Петровская, 75—76]. Дж. Гэллап, наиболее авторитетный специалист в области проведения массовых опросов, сформулировал следующие эмпири ческие правила построения социологических вопросников: 1) во просы должны быть краткими и касаться существа дела; 2) слова и предложения должны быть простыми по смыслу и общими для по вседневного языка всех групп населения; 3) в вопросах не должно быть слов с сильной эмоциональной окраской; 4) вопросы должны включать все возможные альтернативы ответов [Социологические исследования. 1980. № 4. С. 163]. Опросы делятся на письменные (анкетирование) и устные (интервьюирование), массовые и экс пертные, групповые и индивидуальные, стандартизованные и фо кусированные [Там же, 125-222].

Основным инструментом этого метода является вопрос. По структуре вопросы делятся на открытые, закрытые и полузакры тые. В первом случае респондентам предоставляется возможность самостоятельно сформулировать ответы на вопросы, во втором — перечисляются все альтернативы ответов, в третьем — предусмат риваются как альтернативы, так и самостоятельные ответы. По

[45]

роли в исследовании вопросы делятся на фильтрующие, общие, причинные, специфические и оценочные. Фильтрующие вопросы позволяют выяснять, насколько опрашиваемые осведомлены отно сительно обсуждаемой проблемы. Общие (открытые) вопросы по могают выявлять взгляды респондента на эту проблему. Причин ные вопросы определяют факторы, обусловливающие эти взгляды. Специфические — устанавливают отношение респондента к отдельным аспектам проблемы. Оценочные — определяют интенсив ность или устойчивость этого отношения [Петровская, 77—80].

Существуют также вопросы-ловушки, с помощью которых про веряется искренность ответов на основные вопросы. Опрос также имеет качественные и количественные варианты. Анкетный опрос можно назвать количественным методом, а фокусированное интервью — качественным. В первом случае информация фиксируется системой показателей и шкал, во втором — обычной диктофонной записью, которая в последующем расшифровывается и подвергает ся качественному анализу.

Специфическим методом сбора данных является фокус-группа (от англ. Госив — центр, средоточие). Его можно рассматривать как вариант группового интервью, сконцентрированного на определен ной проблеме. Впервые этот метод были использован Р. Мертоном и П. Лазарсфельдом в 1941 г. для изучения эффективности радио передач. Затем Р. Мертон применил его для изучения эффектив ности пропагандистских военных фильмов [Дмитриева, 11]. В на стоящее время фокус-группы широко используются, в частности, при изучении эффективности политической рекламы, особенностей восприятия визуальной политической информации различными категориями населения и др. [Политический анализ, 46—65].

Фокус-группа является разновидностью качественных методов сбора данных. Она совмещает групповое интервью и групповую дискуссию. В начале, как правило, собравшимся демонстрируется «стимульный» материал (видео- и аудиозаписи, плакаты, фотографии, фильмы и т.д.), с помощью которого создается проблемная ситуация. Затем начинается обсуждение проблемы. Руководит процессом модератор (от лат. тос1ега1ог — тот, кто сдерживает). Эту роль может выполнять социолог высокой квалификации, овладев ший искусством организации групповых дискуссий. Его задача заключается в том, чтобы стимулировать спор, свободное высказыва ние мнений и одновременно не давать слишком активным участникам дискуссии подавлять остальных (отсюда название должности самого ведущего).

Сценарий фокус-группы тщательно продумывается перед ее проведением, однако инструментарий самого группового интервью корректируется в процессе его осуществления. Весь ход дискуссии

[46]

записывается с помощью видео- и аудиотехники, для того чтобы в последующем подвергнуть качественному анализу не только суждения, но и интонации, мимику, жесты участников. С образцами программы, сценария, правилами отбора участников, мето дикой проведения и формой отчета по результатам проведения фокус-групп можно подробно познакомиться в книге [Дмитриева, 106-130].

Анализ документов бывает двух типов: традиционный и форма лизованный (контент-анализ).Традиционный анализ документов — это вид качественного анализа, включающий осмысление и пони мание содержания документальных источников (летописей, свиде тельств очевидцев исторических событий, фонограмм, кинолент, видеозаписей, решений и протоколов заседаний официальных органов, писем, дневников, биографий). Документы делятся на ста тистические, текстовые и иконографические, официальные и личные. Формализованный анализ документов (писем, стенограмм, газет, радио- и телепередач) основан на переводе качественных ха рактеристик их содержания в количественные. В процессе контент-анализа выбираются смысловые единицы (фиксирующие фрагменты содержания документов) и единицы счета (фиксирую щие регулярность появления смысловых единиц в документе). Смысловыми единицами могут быть имена, термины, суждения.

С помощью контент-анализа можно изучать, например, традиционные для той или иной страны каналы рекрутирования правящей элиты на основе обработки справочников вроде «Кто есть кто?». Смысловыми единицами в данном случае будут географи ческие названия, профессии, должности. Единицей счета здесь может служить частота упоминания указанных смысловых единиц. Аналогичным образом можно выявить отношение газет к опреде ленному кандидату в депутаты, частоту появления и объем пози тивных или негативных материалов, посвященных ему. В отечест венной социологии накоплен большой опыт использования контент-анализа при изучении средств массовой информации [см., например: Методы сбора информации, 2, 118—130].

2.3. Методы анализа данных

В процессе анализа данных осуществляются следующие опера ций: расчет одномерного распределения признаков, построение группировок признаков, выявление зависимостей между признака ми. |При обработке данных прежде всего выявляют одномерные Распределения признаков (частоты появления различных значений

э тих признаков в полученном массиве данных). Например, в ходе

[47]

одного из массовых опросов 1993 г. было установлено, что полностью доверяли правительству 5% респондентов, в основном доверя ли 25%, не очень доверяли 36%, совсем не доверяли 25% (осталь ные затруднились ответить). На основе изучения этого распределе ния можно получить лишь предварительную информацию об отношении к правительству. Для всесторонней его оценки важно выяс нить специфику распределения ответов на указанный вопрос у представителей различных социальных групп, включенных в вы борку исследования: руководителей, специалистов, предпринимателей, военнослужащих, рабочих, учащихся, студентов, пенсионеров, безработных. Первым шагом на этом пути служит построение таблиц сопряженности (двумерных распределений) признаков. Анализ этих распределений обнаруживает, что руководители и служащие управленческого аппарата сильнее доверяют правительству, чем, например, рабочие, а среди последних преобладают люди, одно значно не доверяющие правительству. Это уже более точная харак теристика отношения населения к правительству. На основе дву мерных распределений признаков можно строить различные группировки опрошенных в соответствии с их социальными характе ристиками (профессия, квалификация, доход, образование и пр.). В итоге получаются простые и комбинированные таблицы данных, а также графики, диаграммы, гистограммы и др.

Однако все эти процедуры на самом деле представляют собой лишь подготовку к настоящему анализу данных. Главное в этом анализе — выявление зависимостей между признаками. Основны ми методами изучения зависимостей являются анализ статистичес ких таблиц, корреляционный, факторный, кластерный анализ и многомерное шкалирование.

Анализ статистических таблиц основан на оценке отсутст вия/наличия взаимосвязи признаков по критерию хи-квадрат [Ра бочая книга социолога, 194—195] и вычислении стандартизованных остатков(величин, которые указывают на степень отклонения на блюдаемых частот от ожидаемых) [ Сатаров Г.А.Структура полити ческих диспозиций россиян // Российский монитор. Архив совре менной политики. Вып. 1. 1992. С. 145]. Вычисление критерия хи-квадрат и стандартизованных остатков осуществляется с помощью пакета 8Р88 (опции: 8т.ат.1г.1с8\сго881аЪ$). Показателем наличия взаи мосвязи признаков служит значение критерия хи-квадрат, превы шающее табличное [Рабочая книга социолога, 507; Мангейм и Рич, 519] для соответствующего числа степеней свободы — ^(зна чение выдается 8Р85 в результатах (оигрш.) вместе со значением хи-квадрат) и уровня значимости. Принимаются во внимание аб солютные значения остатков, превышающие 1,65. Это служит ин-

[48]

дикатором существования значимой статистической зависимости между изучаемыми признаками. Знак «плюс» в стандартизованных остатках свидетельствует о том, что реальное количество наблюде ний больше ожидаемого, знак «минус» — о том, что оно меньше ожидаемого. Следует учитывать, что величина стандартизованных остатков указывает лишь на вероятность наличия линейной зависимости между изучаемыми переменными, но не на направление и интенсивность этой зависимости.

Рассмотрим особенности использования данной процедуры на примере анализа таблицы сопряженности альтернатив ответа на вопрос о возрасте респондентов и альтернатив ответа на вопрос о голосовании за избирательные объединения на парламентских вы борах 19 декабря 1999 г. (табл. 1).

•  Социологическое исследование проходит несколько этапов: подготовительный, полевой, аналитический.

•  Технологии сбора и обработки данных, основанные на ис пользовании количественных (основанных на измерении параметров политического действия) и качественных (осно ванных на понимании смысла явлений политического действия) методов существенно отличаются.

•  Основным документом, направляющим весь процесс исследо вания, является программа, в которой излагаются цель, зада-

[64]

чи, объект, предмет, концепция, гипотезы, методы и график проведения исследования.

•  Исходным пунктом исследования является определенная проблема, решение которой имеет значение для политической со циологии и практики.

•  Всякое исследование должно заканчиваться разработкой практических рекомендаций, способствующих совершенствованию технологии политического действия.

•  В процессе сбора эмпирических данных используются обще социологические методы: наблюдение, опрос, анализ докумен тов, которые включают конкретные методики, например включенное наблюдение, телефонное интервью, фокус-группы, контент-анализ, анализ биографий и т.д.

•  При обработке данных в политической социологии используются методы, заимствованные из прикладной статистики: анализ статистических таблиц, корреляционный, факторный, кластерный анализ и многомерное шкалирование.

•  Для воспроизведения явлений политической жизни желатель но использовать различные методы, каждый из которых по зволяет проверять стабильность результатов, полученных дру гим.

98. Социальное прогнозирование. Виды прогнозов, этапы и методы разработки.

А Прогноз — это вероятностное утверждение о будущем с относительно высокой степенью достоверности¹⁶. Пророчество не предполагает вероятности его осуществления: оно должно сбыться. Прогноз вероятностен и логически сконструирован как модель будущего.

Технологии социального прогнозирования (от греч. prognōsis — предвидение, предсказание) — незаменимый инструментарий социального предвидения, исследования и разрешения социальных проблем современного мира.Разработка прогноза — специальное научное исследование конкретных перспектив развития какого-либо явления (в нашем случае социального). Цель прогнозирования — не просто предвидеть те или иные явления будущего, а способствовать более эффективному воздействию на них в нужном направлении.Структура социального прогнозирования может быть представлена как сочетание его философских аспектов и технологических подходов: 1) гносеология и логика научного предвидения; 2) методология социального прогнозирования; 3) методика социальных прогнозов (анкетирование, экстраполирование, моделирование и т.д.). Социальное прогнозирование может быть раскрыто и уточнено за счет ввода дополнительных информационных данных по прогнозируемым блокам — научно-техническому, информационному, социально-экономическому, демографическому, этническому, экономическому, образовательно-культурному..

В настоящее время насчитывается около 150 различных методов и процедур прогнозирования. Их разделяют на три основные группы: общенаучные, интернаучные, частнонаучные, — основу которых составляют как практические, так и теоретические данные.

К общенаучным методам относятся анализ, синтез, экстраполяция, интерполяция (ошибочные поправки), аналогия, гипотеза, экспериментирование и др. Интернаучными являются индуктивный метод, мозговая атака, метод Дельфи (используется для экспертного прогнозирования путем организации системы сбора и математической обработки экспертных оценок), а также утопия и фантастика. Часть методов основана на переработке научно-технической информации (прогнозирование развития науки и техники) и на различных теориях (морфологического анализа, метода проб и ошибок и т.п.). Частнонаучные методы — это прогнозы по изобарическим картам (скорость ветра, антициклоны, температура), скорости добегания волны, срыву лавин, тестам и т.д.

Возросший интерес к познанию социального побуждает к разработке все новых и новых технологий социального развития. В мире накоплен достаточно большой и емкий научный материал, раскрывающий как содержание социальных позиций, так и прогностический характер проблем.

Социальное прогнозирование тесно связано с инновационной деятельностью, так как представляет собой приемы, направленные на технологическое обеспечение реализации инициатив. Это приводят к рациональному использованию прогностических знаний, материальных и других ресурсов общества,

На рубеже 60—70-х гг. специалисты предлагали решение проблемы построения социального прогноза или модели путем системного анализа. Трудности, которые приходилось преодолевать подобным научным объединениям, обусловили сокращение количества прогностических организаций за последние 30 лет с нескольких тысяч до 200.

Разумеется, разработка прогнозных сценариев развития такого сложного социального объекта, как человечество в целом, представляет значительные трудности и многие конкретные прогнозы за истекшие 30—35 лет не оправдались.

Адекватное, достаточное полное знание, отражающее объективные социальные процессы и их связи, должно быть комплексным, основанным на интеграции данных всех областей обществоведения, на прочном взаимодействии общественных и естественных наук, поскольку на стыке различных областей и форм знания может быть получен больший объем информации..

Современный процесс глобальной информатизации, развитие информационных технологий резко увеличивают количество информации, циркулирующей в обществе, и во многом изменяет ее качество (формы ее хранения и представления, степень многообразия и т.д.). Следует учитывать, что реально функционирующая в обществе информация всегда включает в себя субъективные элементы (оценки, мнения, восприятие и т.д.), а также неадекватную, искаженную информацию о действительности, основанную на стереотипах, слухах и других подобных источниках. Поэтому используемая в технологиях социального прогнозирования информация, входящая в прогнозный блок, должна быть полной, достоверной, актуальной и обладать следующими свойствами: I) атрибутивными (единство материального и социального, дискретность(изменение, происходящее через определённые промежутки времени, прерывность) и непрерывность); 2) прагматическими (новизна, ценность, кумулятивность(накопление важной инф-ции)); 3) динамическими (повторяемость, многократность использования, старение). Следует отметить, что информационную потребность можно рассматривать как проявление индивидуальных черт и запросов личности, общественных интересов отдельных социальных групп и человечества в целом.

Инструментарий прогнозирования.В основе прогнозирования лежат три взаимодополняющих источника информации о будущем:

– оценка перспектив развития, будущего состояния прогнози­руемого явления на основе опыта, чаще всего при помощи анало­гии с достаточно хорошо известными сходными явлениями и про­цессами;

– условное продолжение в будущее (экстраполяция) тен­денций, закономерности развития которых в прошлом и на­стоящем достаточно хорошо известны;

– модель будущего состояния того или иного явления, про­цесса, построенная сообразно ожидаемым или желательным изменениям ряда условий, перспективы развития которых до­статочно хорошо известны.

В соответствии с этим существуют три дополняющих друг друга способа разработки прогнозов:

– анкетирование (интервьюирование, опрос) – опрос на­селения, экспертов с целью упорядочить, объективизировать субъективные оценки прогнозного характера. Особенно боль­шое значение имеют экспертные оценки. Опросы населения в практике прогнозирования применяются пока что сравни­тельно редко;

– экстраполирование и интерполирование (выявление про­межуточного значения между двумя известными моментами процесса) – построение динамических рядов развития пока­зателей прогнозируемого явления на протяжении периодов основа­ния прогноза в прошлом и упреждения прогноза в будущем (рет­роспекции и проспекции прогнозных разработок);

– моделирование – построение поисковых и норматив­ных моделей с учетом вероятного или желательного измене­ния прогнозируемого явления на период упреждения прогно­за по имеющимся прямым или косвенным данным о масшта­бах и направлении изменений. Наиболее эффективная прогноз­ная модель – система уравнений. Однако имеют значение все возможные виды моделей в широком смысле этого термина: сценарии, имитации, графы, матрицы, подборки показателей, графические изображения и т.д.

Приведенное разделение способов прогнозирования услов­но, потому что на практике, как уже говорилось, эти способы взаимно перекрещиваются и дополняют друг друга. Прогнозная оценка обязательно включает в себя элементы экстраполяции и мо­делирования. Процесс экстраполяции невозможен без элементов оценки и моделирования. Моделирование подразумевает предва­рительную оценку и экстраполирование. Это обстоятельство на про­тяжении долгого времени затрудняло адекватную классификацию методов прогнозирования. Разработку последней тормозила также недостаточная определенность понятий приема, процедуры, мето­да, методики, способа, системы, методологии прогнозирования, ко­торые нередко употреблялись одно вместо другого либо фигуриро­вали как однопорядковые явления, несмотря на существенную каче­ственную разницу между ними. За последние годы в этом отноше­нии проведена значительная работа, позволившая создать надеж­ную теоретическую базу для классификации методов прогнозирования. В итоге приведенный ряд понятий выстроился в следующую логическую систему.

Прием прогнозирования — конкретная форма теоретичес­кого или практического подхода к разработке прогноза, одна или несколько математических или логических операций, на­правленных на получение конкретного результата в процессе разработки прогноза. Процедура — ряд приемов, обеспечи­вающих выполнение определенной совокупности операций. Метод — сложный прием, упорядоченная совокупность про­стых приемов, направленных на разработку прогноза в целом. Методика — упорядоченная совокупность приемов, процедур, операций, правил исследования на основе одного или чаще опреде­ленного сочетания нескольких методов. Методология прогнозиро­вания – область знания о методах, способах, системах прогнозиро­вания. Способ прогнозирования – получение и обработка инфор­мации о будущем на основе однородных методов разработки про­гноза. Система прогнозирования («прогнозирующая система») – упорядоченная совокупность методик, технических средств, пред­назначенная для прогнозирования сложных явлений или процессов. Опыт показывает, что ни один из названных способов (и тем более методов), взятый сам по себе, не может обеспечить значительную степень достоверности, точности, дальности прогноза. Зато в опре­деленных сочетаниях они оказываются в высокой степени эффек­тивными.

Общая логическая последовательность важнейших операций раз­работки прогноза сводится к следующим основным этапам:

1. Предпрогнозная ориентация (программа исследования). Уточ­нение задания на прогноз: характер, масштабы, объект, периоды основания и упреждения и т.д. Формулирование целей и задач, пред­мета, проблемы и рабочих гипотез, определение методов, структу­ры и организации исследования.

2. Построение исходной (базовой) модели прогнозируемо­го объекта методами системного анализа. Для уточнения мо­дели возможен опрос населения и экспертов.

3. Сбор данных прогнозного фона методами, о которых говорилось выше.

4. Построение динамических рядов показателей – основы стержня будущих прогнозных моделей методами экстраполя­ции, возможно обобщение этого материала в виде прогноз­ных предмодельных сценариев.

5. Построение серии гипотетических (предварительных) поисковых моделей прогнозируемого объекта методами по­искового анализа профильных и фоновых показателей с кон­кретизацией минимального, максимального и наиболее веро­ятного значений.

6. Построение серии гипотетических нормативных моделей прогнозируемого объекта методами нормативного анализа с конкретизацией значений абсолютного (т.е. не ограничен­ного рамками прогнозного фона) и относительного (т.е. привязан­ного к этим рамкам) оптимума по заранее определенным критери­ям сообразно заданным нормам, идеалам, целям.

7. Оценка достоверности и точности, а также обоснован­ности (верификация) прогноза – уточнение гипотетических моделей обычно методами опроса экспертов.

8. Выработка рекомендаций для решений в сфере управления на основе сопоставления поисковых и нормативных моделей. Для уточ­нения рекомендаций возможен еще один опрос населения и экспер­тов. Иногда (правда, пока еще редко) при этом строятся серии по­ствероятностных прогнозных моделей-сценариев с учетом возмож­ных последствий реализации выработанных рекомендаций для их дальнейшего уточнения.

9. Экспертное обсуждение (экспертиза) прогноза и рекомен­даций, их доработка с учетом обсуждения и сдача заказчику.

10. Вновь предпрогнозная ориентация на основе сопоставления материалов уже разработанного прогноза с новыми данными прогнозного фона и новый цикл исследования, ибо прогнозирование должно быть таким же непрерывным, как целеполагание, планиро­вание, программирование, проектирование, вообще управление, повышению эффективности которого оно призвано служить.

Сказанное нуждается в трех существенных дополнительных замечаниях:

• во-первых, эффективность прогнозов (особенно общество­ведческих) не может сводиться только к степени их достовер­ности, точности, дальности, хотя все это очень важно; не ме­нее важно знать, насколько тот или иной прогноз содействует повышению обоснованности, объективности, эффективности разработанных на его основе решений;

• во-вторых, верификация прогнозов имеет существенные особенности, отличающие ее от верификации данных анали­за или диагноза. В прогнозировании помимо абсолютной ве­рификации, т.е. эмпирического подтверждения или отрицания правильности гипотезы, существует относительная (предва­рительная) верификация, которая позволяет развивать науч­ное исследование и практически использовать его результат до наступления возможности абсолютной верификации. Спо­собы относительной верификации известны: это проверка получен­ных, но еще не поддающихся абсолютной верификации результатов контрольными исследованиями.

В отношении прогноза абсолютная верификация возмож­на только после перехода периода упреждения из будущего в прошлое. Но задолго до этого можно и должно прибегать к повторным или параллельным исследованиям по иной методике (например, провести опрос экспертов). Если результаты совпадают, есть основания с большей уверенностью считать степень достовер­ности прогноза высокой, если нет – есть время для поиска и устра­нения ошибок или недочетов в методике разработки прогнозов.

В этом плане важно четко разграничить категории обоснованно­сти и истинности (прогноза). Обоснованность научной информа­ции – это, коротко говоря, уровень состояния знаний и качество научного исследования. Если новая научная информация опирает­ся на основательную научную теорию, эффективность которой в отношении аналогичных объектов исследования доказана, если эта информация получена в результате достаточно надежных методов, процедур, операций научного исследования (проверенного на дру­гих объектах), то она считается вполне обоснованной еще до под­тверждения ее практикой.

Критерием истинности научной информации, как известно, яв­ляется практика. Однако практику нельзя понимать лишь как чисто эмпирический опыт сегодняшнего дня. Более широкое понимание практики включает прежде всего общественно-историческую прак­тику развития человеческого общества в целом. Поэтому проблема истинности прогноза не может ограничиваться возможностью «си­юминутной» практической проверки, должна связываться с реаль­ными тенденциями развития человеческого общества.

В конечном итоге, как явствует из изложенного, любая верифи­кация прогноза не является самоцелью. Если прогноз дает эффект в плане повышения научного уровня управления, он выступает как полноценный результат научного исследования задолго до возмож­ности абсолютной верификации. В этом отношении современная наука имеет достаточно проверенных на практике примеров.

Повышение эффективности решений за счет использования прогнозной информации было достигнуто в 60—70-х годах, по сути дела на начальной стадии становления прогностики, когда многие мето­ды еще теоретически не были разработаны или практически недо­статочно опробованы, когда многие методики еще носили факти­чески экспериментальный характер. Все это дает основания для выд­вижения вполне научной гипотезы о том, что по мере развития про­гностики, совершенствования ее методов прогнозирование будет оказывать еще более эффективное воздействие на уровень целей, планов, программ, проектов, организационных решений, чем в на­стоящее время.

• в-третьих, даже предварительное знакомство с современным инструментарием прогнозирования показывает, что последнее отнюдь не универсально и не всесильно, что оно не в состоянии подменить собой более широкое понятие предвидения. Особенности способов разработки прогноза накладывают принципиальные ограничения на возможности прогнозирования как в диапазоне времени (период упреждения в социально-экономических прогнозах на практике ог­раничен, как правило, ближайшими десятилетиями), так и в диапа­зоне объектов исследования (не все явления поддаются прогнозным оценкам). Эти ограничения надо постоянно учитывать при уточне­нии заданий на разработку прогнозов.

Типология прогнозов в зависимости от целей, объектов, предметов, проблем, периода упреждения.

Цели:

Целевой прогноз собственно желаемых состояний отвечает на вопрос: что именно желательно и почему? В данном случае происходит построение на определенной шкале (поле, спектре) возможностей сугубо оценочной функции, т.е. функции распределения предпочтительности: нежелательно – менее желательно – более желательно – наиболее желательно – оптимально (при компромиссе по нескольким критериям). Ориентация – содействие оптимизации процесса целеполагания.

Плановый прогноз (план-прогноз) хода выполнения (или невыполнения) планов представляет собой по существу выработку поисковой и нормативной прогнозной информации для отбора наиболее целесообразных плановых нормативов, заданий, директив с выявлением нежелательных, подлежащих устранению альтернатив и с тщательным выяснением прямых и отдаленных, косвенных последствий принимаемых плановых решений. Такой прогноз отвечает на вопрос: как, в каком направлении ориентировать планирование, чтобы эффективнее достичь поставленных целей?

Программный прогноз возможных путей, мер и условий достижения предполагаемого желательного состояния прогнозируемого явления отвечает на вопрос: что конкретно необходимо, чтобы достичь желаемого? Для ответа на этот вопрос важны и поисковые и нормативные прогнозные разработки. Первые выявляют проблемы, которые нужно решить, чтобы реализовать программу, вторые определяют условия реализации. Программное прогнозирование должно сформулировать гипотезу о возможных взаимовлияниях различных факторов, указать гипотетические сроки и очередность достижения промежуточных целей на пути к главной. Тем самым как бы завершается отбор возможностей развития объекта исследования, начатый плановым прогнозированием.

Проектный прогноз конкретных образов того или иного явления в будущем при допущении ряда пока еще отсутствующих условий отвечает на вопрос: как (конкретно) это возможно, как это может выглядеть? Здесь также важно сочетание поисковых и нормативных разработок. Проектные прогнозы (их называют еще прогнозными проектами, дизайн-прогнозами и т.д.) призваны содействовать отбору оптимальных вариантов перспективного проектирования, на основе которых должно развертываться затем реальное, текущее проектирование.

Организационный прогноз текущих решений (применительно к сфере управления) для достижения предусмотренного желаемого состояния явления, поставленных целей отвечает на вопрос: в каком направлении ориентировать решения, чтобы достичь цели? Сопоставление результатов поисковых и нормативных разработок должно охватывать весь комплекс организационных мероприятий, повышая тем самым общий уровень управления.

Предмет

-развития производственных отношений;

-развития НТП и его последствий;

-динамики народного хозяйства;

-воспроизводства основных фондов и капитальных вложений;

-экономического использования природных ресурсов;

-воспроизводства населения и трудовых ресурсов;

-уровня жизни населения;

-внешних экономических связей и др.

Проблема

-поисковый прогноз, который основан на условном продолжении в будущее тенденции развития исследуемого объекта в прошлом и настоящем, и отвлечении от условий, способных изменить эти тенденции;

-нормативный прогноз, который представляет собой определение путей и сроков достижения возможных состояний объекта прогнозирования, принимаемых в качестве цели.

По степени детерминированности можно выделить следующие объекты прогнозирования:

-детерминированные (определенные или предсказуемые), описание которых может быть представлено в детерминированной форме без существенных для задачи прогнозирования потерь информации;

-стохастические (вероятностные), при анализе и прогнозировании которых учет случайных составляющих необходим для удовлетворения требований точности и достоверности прогноза;

-смешанные, описание которых возможно частично в детерминированном, частично в стохастическом виде.

По периоду упреждения – промежутку времени, на который рассчитан прогноз, – различаются оперативные (текущие), кратко-, средне-, долго– и дальнесрочные (сверхдолгосрочные) прогнозы. Оперативный, как правило, рассчитан на перспективу, на протяжении которой не ожидается существенных изменений объекта исследования – ни количественных, ни качественных. Краткосрочный – на перспективу только количественных изменений, долгосрочный – не только количественных, но преимущественно качественных. Среднесрочный охватывает перспективу между кратко– и долгосрочным с преобладанием количественных изменений над качественными, дальнесрочный (сверхдолгосрочный) – перспективу, когда ожидаются столь значительные качественные изменения, что по существу можно говорить лишь о самых общих перспективах развития природы и общества.

По объекту исследования различают естествоведческие, научно-технические и обществоведческие (социальные в широком значении этого термина) прогнозы. В естествоведческих прогнозах взаимосвязь между предсказанием и предуказанием незначительна, близка или практически равна нулю из-за невозможности управления объектом, так что здесь в принципе возможно только поисковое прогнозирование с ориентацией на возможно более точное безусловное предсказание будущего состояния явления. В обществоведческих прогнозах эта взаимосвязь настолько значительна, что способна давать эффект самоосуществления или, напротив, саморазрушения прогнозов действиями людей на основе целей, планов, программ, проектов, вообще решений (включая принятые с учетом сделанных прогнозов). В связи с этим здесь необходимо сочетание поисковых и нормативных разработок, т.е. условных предсказаний с ориентацией на повышение эффективности управления. Научно– технические прогнозы занимают в этом отношении как бы проме­жуточное положение.

Естествоведческие прогнозы разделяются на следующие направ­ления:

1) метеорологические (погода, воздушные потоки и другие атмосферные явления);

2) гидрологические (морские волнения, режим стока воды, паводков, цунами, штормов, замерзания и вскрытия аквато­рии, другие гидросферные явления);

3) геологические (залежи полезных ископаемых, землетря­сения, срыв лавин и другие литосферные явления);

4) биологические, включая фенологические и сельскохозяй­ственные (урожайность, заболеваемость и другие явления в рас­тительном и животном мире, вообще в биосфере);

5) медико-биологические (ныне преимущественно болезни человека);

6) космологические (состояние и движение небесных тел, газов, излучений, всех явлений космосферы);

7) физико-химические прогнозы явлений микромира.

Научно-технические прогнозы в узком смысле, или, как их еще называют, инженерные, охватывают перспективы состо­яния материалов и режима работы механизмов, машин, при­боров, электронной аппаратуры, всех явлений техносферы. В ши­роком смысле – в смысле перспектив развития научно-техни­ческого прогресса – они охватывают перспективные пробле­мы развития науки, ее структуры, сравнительной эффектив­ности различных направлений исследования, дальнейшего развития научных кадров и учреждений, а также перспектив­ные проблемы техники (системы «человек – машина»), точ­нее, управляемых аспектов научно-технического прогресса в промышленности, строительстве, городском и сельском хозяйстве, на транспорте и связи, включая систему информации.

Обществоведческие прогнозы делятся на направления:

1) социально-медицинские (здравоохранение, включая фи­зическую культуру и спорт);

2) социально-географические

3) социально-экологические

4) социально-космические (перспектива освоения космоса);

5) экономические

6) социологические, или социальные в узком смысле

7) психологические (личность, ее поведение, деятельность);

8) демографические (рост, половозрастная структура, миг­рация населения);

9) филолого-этнографические, или лингво-этнологические

10) архитектурно-градостроительные

11) образовательно-педагогические

12) культурно-эстетические

13) государственно-правовые, или юридические

14) внутриполитические (внутренняя политика своей и дру­гой страны);

15) внешнеполитические

16) военные

Типология прогнозов может строиться по различным критериям в зависимости от целей, задач, объектов, предметов, проблем, характера, периода упреждения, методов, организации прогнозирования и т.д. Основополагающим является проблемно-целевой критерий: для чего разрабатывается прогноз? Соответственно различаются два типа прогнозов: поисковые (их называли прежде исследовательскими, изыскательскими, трендовыми, генетическими и т.п.) и нормативные (их называли программными, целевыми).

Поисковый прогноз – определение возможных состояний явления в будущем. Имеется в виду условное продолжение в будущее тенденций развития изучаемого явления в прошлом и настоящем, абстрагируясь от возможных решений, действия на основе которых способны радикально изменить тенденции, вызвать в ряде случаев самоосуществление или саморазрушение прогноза. Такой прогноз отвечает на вопрос: что вероятнее всего произойдет при условии сохранения существующих тенденций?

Нормативный прогноз – определение путей и сроков достижения возможных состояний явления, принимаемых в качестве цели. Имеется в виду прогнозирование достижения желательных состояний на основе заранее заданных норм, идеалов, стимулов, целей. Такой прогноз отвечает на вопрос:какими путями достичь желаемого?

Поисковый прогноз строится на определенной шкале (поле, спектре) возможностей, на которой затем устанавливается степень вероятности прогнозируемого явления. При нормативном прогнозировании происходит такое же распределение вероятностей, но уже в обратном порядке: от заданного состояния к наблюдаемым тенденциям. Нормативное прогнозирование в некоторых отношениях очень похоже на нормативные плановые, программные или проектные разработки. Но последние подразумевают директивное установление мероприятий по реализации определенных норм, тогда как первое – стохастическое (вероятностное) описание возможных, альтернативных путей достижения этих норм.

Нормативное прогнозирование не только не исключает нормативные разработки в сфере управления, но и является их предпосылкой, помогает вырабатывать рекомендации по повышению уровня объективности и, следовательно, эффективности решений. Это обстоятельство побудило выявить специфику прогнозов, обслуживающих соответственно целеполагание, планирование, программирование, проектирование, непосредственно организацию управления. В итоге по критерию соотнесения с различными формами конкретизации управления некоторые специалисты выделяют ряд подтипов прогнозов (поисковых и нормативных).

Целевой прогноз собственно желаемых состояний отвечает на вопрос: что именно желательно и почему? В данном случае происходит построение на определенной шкале (поле, спектре) возможностей сугубо оценочной функции, т.е. функции распределения предпочтительности: нежелательно – менее желательно – более желательно – наиболее желательно – оптимально (при компромиссе по нескольким критериям). Ориентация – содействие оптимизации процесса целеполагания.

Плановый прогноз (план-прогноз) хода выполнения (или невыполнения) планов представляет собой по существу выработку поисковой и нормативной прогнозной информации для отбора наиболее целесообразных плановых нормативов, заданий, директив с выявлением нежелательных, подлежащих устранению альтернатив и с тщательным выяснением прямых и отдаленных, косвенных последствий принимаемых плановых решений. Такой прогноз отвечает на вопрос: как, в каком направлении ориентировать планирование, чтобы эффективнее достичь поставленных целей?

Программный прогноз возможных путей, мер и условий достижения предполагаемого желательного состояния прогнозируемого явления отвечает на вопрос: что конкретно необходимо, чтобы достичь желаемого? Для ответа на этот вопрос важны и поисковые и нормативные прогнозные разработки. Первые выявляют проблемы, которые нужно решить, чтобы реализовать программу, вторые определяют условия реализации. Программное прогнозирование должно сформулировать гипотезу о возможных взаимовлияниях различных факторов, указать гипотетические сроки и очередность достижения промежуточных целей на пути к главной. Тем самым как бы завершается отбор возможностей развития объекта исследования, начатый плановым прогнозированием.

Проектный прогноз конкретных образов того или иного явления в будущем при допущении ряда пока еще отсутствующих условий отвечает на вопрос: как (конкретно) это возможно, как это может выглядеть? Здесь также важно сочетание поисковых и нормативных разработок. Проектные прогнозы (их называют еще прогнозными проектами, дизайн-прогнозами и т.д.) призваны содействовать отбору оптимальных вариантов перспективного проектирования, на основе которых должно развертываться затем реальное, текущее проектирование.

Организационный прогноз текущих решений (применительно к сфере управления) для достижения предусмотренного желаемого состояния явления, поставленных целей отвечает на вопрос: в каком направлении ориентировать решения, чтобы достичь цели? Сопоставление результатов поисковых и нормативных разработок должно охватывать весь комплекс организационных мероприятий, повышая тем самым общий уровень управления.

По периоду упреждения – промежутку времени, на который рассчитан прогноз, – различаются оперативные (текущие), кратко-, средне-, долго– и дальнесрочные (сверхдолгосрочные) прогнозы. Оперативный, как правило, рассчитан на перспективу, на протяжении которой не ожидается существенных изменений объекта исследования – ни количественных, ни качественных. Краткосрочный – на перспективу только количественных изменений, долгосрочный – не только количественных, но преимущественно качественных. Среднесрочный охватывает перспективу между кратко– и долгосрочным с преобладанием количественных изменений над качественными, дальнесрочный (сверхдолгосрочный) – перспективу, когда ожидаются столь значительные качественные изменения, что по существу можно говорить лишь о самых общих перспективах развития природы и общества.

Оперативные прогнозы содержат, как правило, детально-количественные оценки, краткосрочные – общие количественные, среднесрочные – количественно-качественные, долгосрочные – качественно-количественные и дальнесрочные – общие качественные оценки.

Временная градация прогнозов является относительной и зависит от характера и цели данного прогноза. В некоторых научно-технических прогнозах период упреждения даже в долгосрочных прогнозах может измеряться сутками, а в геологии или космологии – миллионами лет. В социально-экономических прогнозах сообразно с народнохозяйственными планами и в соответствии с характером и темпами развития прогнозируемых явлений эмпирически установлен следующий временной масштаб: оперативные прогнозы – до одного года, краткосрочные – от одного до пяти лет, среднесрочные – на пять-десять лет, долгосрочные – на период до пятнадцати – двадцати лет, дальнесрочные – за пределами долгосрочных.

Однако и здесь имеются различия, связанные с особенностями отдельных отраслей социально-экономического прогнозирования. Так, в сфере политики диапазон между кратко– и долгосрочностью сужается до пределов ближайшего десятилетия, в градостроительстве – растягивается на целое столетие (так как на ближайшие десятилетия большая часть объектов уже запроектирована и возможно только оперативное прогнозирование), в экономике – приспосабливается к диапазонам народнохозяйственных планов и т.д.

По объекту исследования различают естествоведческие, научно-технические и обществоведческие (социальные в широком значении этого термина) прогнозы. В естествоведческих прогнозах взаимосвязь между предсказанием и предуказанием незначительна, близка или практически равна нулю из-за невозможности управления объектом, так что здесь в принципе возможно только поисковое прогнозирование с ориентацией на возможно более точное безусловное предсказание будущего состояния явления. В обществоведческих прогнозах эта взаимосвязь настолько значительна, что способна давать эффект самоосуществления или, напротив, саморазрушения прогнозов действиями людей на основе целей, планов, программ, проектов, вообще решений (включая принятые с учетом сделанных прогнозов). В связи с этим здесь необходимо сочетание поисковых и нормативных разработок, т.е. условных предсказаний с ориентацией на повышение эффективности управления. Научно– технические прогнозы занимают в этом отношении как бы проме­жуточное положение.

Естествоведческие прогнозы разделяются на следующие направ­ления:

1) метеорологические (погода, воздушные потоки и другие атмосферные явления);

2) гидрологические (морские волнения, режим стока воды, паводков, цунами, штормов, замерзания и вскрытия аквато­рии, другие гидросферные явления);

3) геологические (залежи полезных ископаемых, землетря­сения, срыв лавин и другие литосферные явления);

4) биологические, включая фенологические и сельскохозяй­ственные (урожайность, заболеваемость и другие явления в рас­тительном и животном мире, вообще в биосфере);

5) медико-биологические (ныне преимущественно болезни человека);

6) космологические (состояние и движение небесных тел, газов, излучений, всех явлений космосферы);

7) физико-химические прогнозы явлений микромира.

Научно-технические прогнозы в узком смысле, или, как их еще называют, инженерные, охватывают перспективы состо­яния материалов и режима работы механизмов, машин, при­боров, электронной аппаратуры, всех явлений техносферы. В ши­роком смысле – в смысле перспектив развития научно-техни­ческого прогресса – они охватывают перспективные пробле­мы развития науки, ее структуры, сравнительной эффектив­ности различных направлений исследования, дальнейшего развития научных кадров и учреждений, а также перспектив­ные проблемы техники (системы «человек – машина»), точ­нее, управляемых аспектов научно-технического прогресса в промышленности, строительстве, городском и сельском хозяйстве, на транспорте и связи, включая систему информации.

Обществоведческие прогнозы делятся на направления:

1) социально-медицинские (здравоохранение, включая фи­зическую культуру и спорт);

2) социально-географические (перспективы дальнейшего освое­ния земной поверхности, включая Мировой океан);

3) социально-экологические (перспектива сохранения рав­новесия между состоянием природной среды и жизнедеятель­ностью общества);

4) социально-космические (перспектива освоения космоса);

5) экономические (перспектива развития народного хозяйства, вообще экономических отношений);

6) социологические, или социальные в узком смысле (перс­пектива развития социальных отношений);

7) психологические (личность, ее поведение, деятельность);

8) демографические (рост, половозрастная структура, миг­рация населения);

9) филолого-этнографические, или лингво-этнологические (развитие языка, письменности, личных имен, национальных традиций, нравов, обычаев);

10) архитектурно-градостроительные (социальные аспек­ты расселения, развития города и деревни, жилища, вообще обитаемой среды);

11) образовательно-педагогические (воспитание и обуче­ние, развитие кадров и учреждений в области народного об­разования – от детских яслей и садов до университетов и ас­пирантуры, включая подсистемы повышения квалификации и переподготовки кадров; самообразование взрослых, образование родителей, дополнительное образование и др.);

12) культурно-эстетические (материально-техническая база искусства, литературы, всей культуры; художественная инфор­мация, развитие кадров и учреждений культуры – книжного, журнального, газетного дела, радио и телевидения, кино и теат­ра, музеев и парков культуры, клубов и библиотек, памятников куль­туры и т.д.);

13) государственно-правовые, или юридические (развитие государства и законодательства, права и криминологии, во­обще правовых отношений);

14) внутриполитические (внутренняя политика своей и дру­гой страны);

15) внешнеполитические (внешняя политика своей и дру­гой страны, международные отношения в целом);

16) военные (военно-технические, военно-экономические, воен­но-политические, военно-стратегические, военно-тактические, во­енно-организационные прогнозы).

Нередко научно-техническими прогнозами именуют так­же естествоведческие, а обществоведческие часто называют социально-экономическими, причем все прогнозы данной группы, кро­ме экономических, выступают в этом случае под названием соци­альных. Особую область составляют философские и теоретико-ме­тодологические проблемы прогнозирования.

Следует отметить, что между естествоведческими и обществоведческими прогнозами нет глухой стены, поскольку тео­ретически взаимосвязь между предсказанием и предуказани­ем никогда не равна нулю. Человек начинает воздействовать на погоду (рассеивание туманов, градовых туч), на урожай­ность (производство удобрений) и т.д. Вполне вероятно, что со временем он научится управлять погодой, регулировать морские волнения, предотвращать землетрясения, получать заранее точно определенные урожаи, программировать фи­зиологическое и психологическое развитие человека, изменять орбиты небесных тел и пр. Тогда различие между указанными типами прогнозов постепенно исчезнет совсем.

В то же время нетрудно заметить известную связь между прогнозами того и другого типа. Это закономерно, посколь­ку связи между естественными, техническими и обществен­ными науками становятся все теснее. Типология прогнозов не исчерпывается перечисленными критериями и названны­ми порядками по каждому типу. В принципе критериев зна­чительно больше и по каждому из них можно выделить под­типы третьего, четвертого и т.д. порядка. Однако разработка «дерева типов прогнозов» пока еще ждет специального ис­следования

99. Понятие социального проектирования. Типология социальных проектов.

Социальное проектирование — это конструирование индивидом, группой или организацией действия, направленного на достижение социально значимой цели и локализованного по месту, времени и ресурсам. Таково самое общее определение деятельности, которую мы будем изучать. Сущность социального проектирования состоит в конструировании желаемых состояний будущего. В отличие от конструирования будущего мечтателем или авантюристом создатель социального проекта ставит перед собой реальные цели и имеет в своем распоряжении необходимые для осуществления проекта ресурсы.

Понятие социального проектирования может быть поставлено в различный понятийный контекст. По избранному контексту, т. е. тому окружению, в отношении которого выявляются смысловые связи нашего понятия, можно безошибочно установить направленность той или иной концепции социального проектирования, ее основные черты.

В нашем случае контекст общих понятий для понятия социального проектирования составят следующие: инновация, социальная субъектность, жизненные концепции, ценности, нормы, установки, идеал.

Инновация. Назначение любого социального проекта — изменение социальной среды, осуществление инновации. Инновация — не просто обновление (а именно таково значение этого латинского слова), это сознательная деятельность по конструированию нового и его внедрению в жизнь на основе переосмысления предыдущего опыта.

Социальные инновации могут иметь разные формы, выбор которых обычно не случаен. Он диктуется временем, установками данной исторической эпохи и данного сообщества людей.

Социальное проектирование в своей основе предполагает определенные социальные изменения. Эти изменения задумываются, получают обоснование, планируются. Иначе говоря, социальное проектирование.

Социальная субъектность. Люди (по отдельности, в группе, в составе организации, а обобщенно — как сообщество, общность, общество) выступают субъектом исторического процесса, т. е. своей деятельностью способны влиять на ход событий. Этот очевидный, ежедневно наблюдаемый факт мы теоретически осмысливаем через понятие «социальная субъектность».

Под социальной субъектностью понимается способность общества, социальных групп, человека выступать в качестве активного начала (деятеля, творца) социальной реальности. Эта активность проявляется в воспроизводстве и обновлении общественных отношений, в социальном конструировании и проектировании реальности, в различных формах социальной деятельности.

Аналогом рассматриваемого понятия выступает юридическое понятие правосубъектность, которое обозначает способность лиц быть носителями юридических прав и обязанностей. Правосубъектность разделяется на правоспособность (т. е. способность обладания правами и несения обязанностей) и дееспособность (т. е. способность к самостоятельному осуществлению прав и обязанностей). Подобно этому социальная субъектность может быть рассмотрена в единстве двух сторон: 1) наличия у субъекта социально обусловленных возможностей к осуществлению общественно значимой деятельности и 2) его способности к самостоятельному осуществлению такой деятельности.

Жизненные концепции. Социальная субъектность преобразуется в формы жизнедеятельности в соответствии с общественными условиями и несет на себе отпечаток принятых в обществе моделей поведения. Социальное поведение людей чрезвычайно разнообразно, если смотреть на него как на серию событий. Но за этим разнообразием стоит довольно ограниченное число жизненных концепций — наиболее общих линий социального поведения, отношения к жизни.

Возможны различные классификации жизненных концепций. Для наших целей мы объединим различные линии социального поведения в три жизненные концепции людей (как индивидов, так и сообществ).

Первая жизненная концепция: двигаться по воле жизненных волн. Эта концепция нашла свое теоретическое обоснование в скептицизме — идущем из далекой древности философском учении.

Вторая жизненная концепция: активно защищать традиции, устои. Определенная часть людей очень жестко придерживается этой позиции. Это характерно для патриархальной семьи, для некоторых закрытых сообществ, нередко консервативная тенденция проявляется среди политиков и деятелей искусства, везде, где новаторские веяния небезопасны для традиции.

Третья жизненная концепция: изменять мир. Здесь есть две разновидности, точнее — две разные линии социального поведения.

Одна из этих линий ведет человека или сообщество к изменению мира путем личного самосовершенствования, воздействия моральным примером, критики несовершенства общественного устройства.

Есть разные типологии социальных проектов. Некоторые из них строятся только по содержательному основанию, например, разделяются на (1) тип проектов, которые ориентированы на максимальное понимание и учет специфики той культуры, которая становится объектом проектной деятельности, и (2) тип проектов, которые своей доминирующей задачей имеют экспорт собственных культурных образцов в «чужой» культурный контекст.

В соответствии с такой классификацией выделяются социальные проекты и программы историко-культурной направленности, оздоровительные программы, социально-педагогические проекты и т.д.²⁰ Здесь учитывается ценностная позиция проектировщика, но упускаются из виду другие стороны проектной деятельности, без которых проект не существует как реальное действие, — финансовые вопросы, сроки реализации, масштабы проекта и т. д.

В нашей типологии социальных проектов мы опираемся на классификационную схему, принятую в технологии управления проектами, и дополняем ее, исходя из собственного опыта и наблюдений в области социально-проектной деятельности. Некоторые типы проектов мы не выделяем, поскольку для социального проектирования они не актуальны (например, проекты со специальными требованиями по качеству исполнения, разделение проектов на моно- и мультипроекты).

«Нормальный» проект. К социальным проектам можно отчасти применить характеристики, которые выработаны в технологии Управления проектами для коммерческих проектов.

В организационном отношении коммерческие проекты оцениваются по четырем признакам: масштаб (размер) проекта; сроки реализации; качество; ресурсное обеспечение. Учитываются также место и условия реализации проекта. Проект, в котором названные признаки уравновешивают друг друга, равноправны, называют «нормальным» проектом. Но это идеальная конструкция. В реальных проектах доминирует один из факторов, и по этим доминантам можно выделить типы проектов.

Подобным образом можно выделить «нормальный» проект и как идеальный тип социального проекта, но отклонения от этого уравновешенного по факторам идеального типа частично окажутся другими, чем в коммерческих проектах.

Типы проектов по характеру проектируемых изменений. По своей природе социальные проекты имеют дело с подготовкой и осуществлением социальных изменений. В зависимости от того, какой путь избирается для осуществления таких изменений, мы разделяем социальные проекты на инновационные и поддерживающие.

Инновационные проекты. В обобщенном смысле любой социальный проект характеризуется инновационными свойствами. Но при выделении типа инновационных проектов исходят из их специфического назначения: задача инновационных проектов — внедрение принципиально новых разработок, чем и определяется их тесная связь с научно-техническими проектами. В социальной сфере инновация не часто связывается с созданием изобретений и открытий в области науки и техники. Утвердился другой путь — осмысление (и проектирование) социальных последствий при разработке инновационных научно-технических решений. В этом отношении революционное значение имело внедрение маркетинга в сферу производства товаров и услуг.

В социальной сфере, по всей видимости, инновационные проекты и в дальнейшем будут, так сказать, вторым лицом инновационных коммерческих проектов, что хорошо видно на примере создания интернета.

В начале 70-х годов министерство обороны США создало экспериментальную сеть из нескольких компьютеров, с тем чтобы сохранить базу данных в случае уничтожения противником одного или нескольких компьютеров. Эксперимент прошел с незапланированными последствиями: сотрудники, занятые обслуживанием нового изобретения, стали использовать его как средство личной переписки, сделали из компьютерного комплекса «быструю почту». Этот побочный эффект был осмыслен как социальный по своей сущности проект, который стал осуществляться с нарастающими масштабами. Интернет раскрыл принципиально новые возможности для активной коммуникации (заочные конференции), стал выполнять некоторые социальные функции (например, выступает в роли службы знакомств). Научно-техническое достижение перешло из военной в социокультурную сферу, расширив возможности человека и общества.

В то же время быстрое развитие интернета сделало особо актуальной проблему потери социального контроля над нововведением. В его автономной системе появились свои правила, нередко нарушающие принятые в той или иной стране правовые нормы и предписания. Озабоченность вызывает и вытеснение «паутиной» интернета других информационных источников. Последствия влияния интернета на образ жизни изучены пока мало, но уже сейчас видно, что возникают новые стили жизни, связанные с «жизнью в сети». Появилась и проблема психологической зависимости от интернета.

Поддерживающие проекты. Поддерживающие проекты решают задачи экологического характера, в том числе в рамках экологии культуры. Мы называем поддерживающие проекты также реанимационными, реставрационными. О характере таких проектов наилучшее представление дает описание одного из проектов в «Практическом руководстве по Всемирному десятилетию развития культуры». (Всемирное десятилетие развития культуры проводилось в 1988-1997 гг. под эгидой Организации Объединенных Наций и ЮНЕСКО.) Этот проект предложен для реализации по направлению деятельности «Утверждение и обогащение культурной самобытности». Проект направлен на сохранение и использование культурного достояния.

В «Практическом руководстве...» содержатся такие рекомендации: «Сохранение достояния и улучшение условий жизни могли бы быть целью проекта, направленного на охрану и восстановление какого-либо старого квартала для его интеграции в современную жизнь. Такой проект, предусматривающий опись этого достояния и изучение образа жизни и экономической, социальной и культурной деятельности населения, осуществлялся бы при постоянном взаимодействии между техническими специалистами и жителями. При проведении консервационных и строительных работ могла бы потребоваться помощь художников и использовались преимущественно местные строительные материалы и традиционные методы. На всех этапах осуществления такого проекта совместными усилиями пропагандистов в области культуры и различных средств массовой информации поощрялось бы участие населения. Можно было бы также обратиться к соответствующим неправительственным организациям»²¹.

Практические рекомендации ЮНЕСКО ориентируют проектировщиков не только на восстановление разрушающихся под действием времени строений. Описанный проект прямо связан с сегодняшними социальными задачами и проблемами (обеспечение занятости, повышение эффективности местной промышленности, развитие туризма, участие населения в принятии решений и т. д.). Как представляется, именно в этом специфика поддерживающих проектов.

Практика осуществления поддерживающих проектов в масштабах населенных пунктов относительно молода, и немаловажно, что она сложилась в острой борьбе населения и местных властей как раз вокруг задач социально-проектного характера.

Выразителен пример реконструкции Честерфилда, одного из небольших английских городов, известного черной металлургией, машиностроением, химической промышленностью. Попытки его коренного преобразования делались в 50-е годы и отражали общую направленность политики британского правительства на обновление социальной инфраструктуры небольших промышленных городов, уже не позволявшей решать проблемы транспорта, организации торговли и т. д. Разработанный проект реконструкции полностью соответствовал рекомендациям правительства и предусматривал снос старых зданий в центральной части города (они не считались особо ценными в историческом отношении, а в архитектурном — еще менее). Но жители города выступили против планов муниципальных властей, и неизвестно, чем кончилось бы противостояние, если бы не случившийся на одной из центральных улиц пожар. Под обломками сгоревшего здания неожиданно были найдены фрагменты здания XV века. Эта находка предопределила последующие события. Муниципалитет отказался от разработанного проекта и пригласил других проектировщиков. В их задачу входило изучение исторической части города и поиск решения, которое не основывалось бы на ее разрушении. Новая стратегия реконструкции привела к активизации роли жителей в принятии градостроительных решений. Был предложен план создания нового центра за пределами исторической части, на пустыре. Сохранение старого ядра города, не обладавшего в те времена притягательной силой для туристов, поначалу имело чисто социальный смысл: этого хотели жители. В 90-е годы раскрылись стороны реализованного проекта, которые не могли быть спрогнозированы несколько десятилетий назад: стремление сохранить уникальный облик городов и сел ныне стало элементом экологического сознания. Теперь Честерфилд приводится как пример умелого проектирования новой социальной инфраструктуры без разрушения сложившегося социального пространства. В результате он превратился в туристский центр.

Разумеется, поддерживающие проекты связаны не только с градостроительными задачами. Их можно обнаружить там, где сохраняются различные обряды, ритуалы, действия, предопределяемые традицией. Нередко в сохранении традиции исходное событие, ее породившее, уже не имеет значения.

В Бельгии каждый год 5 июля проходит необычное шествие в костюмах XVI века. Это шествие организуется в ознаменование давнего события: 5 июля 1549 г. император Священной Римской империи, король Испании прибыл в Брюссель, и его приветствовали жители города. Событие, которому скоро полтысячи лет, по видимости малозначительное, породило традицию: ежегодно этот эпизод истории повторяется в точных костюмах того времени, в точном порядке следования всех участников. В колоннах идут и потомки участников встречи короля в тот далекий день.

Подобные шествия и праздники есть и в других странах. Что здесь достигается? Связь новых поколений с историей своего народа, своей страны. Дело не в короле и не в исторических костюмах, а в том, что фрагменты истории вписываются в современную социальную жизнь, дают повод для праздника, напоминают о предках. В известном смысле это — и социодрамы, сходные с теми, методике которых учат специалистов по социальной работе.

Типы проектов по направлениям деятельности. Разделение социальных проектов по направлениям деятельности может дать множество типов, поскольку здесь с организационными вопросами смыкаются вопросы содержания проектов.

Выделим некоторые из типов, чтобы показать разнообразие направлений социального проектирования.

В образовательных проектах ставятся задачи, преимущественно связанные с предоставлением образовательных услуг. Надо заметить, что приобретение знаний, умений и навыков характерно для любого социального проекта, здесь же такого рода достижения являются основной целью социально-проектной деятельности. Кроме того, образовательные проекты могут быть направлены на совершенствование самой системы образования (различные образовательные реформы).

Значительные изменения в системе российского образования были - закреплены Законом РФ «Об образовании» (1992), однако вскоре выяснилось, что многое недостаточно продумано и дало отрицательный результат. В разработанных в последнее время идеях реформы образования также сохраняется немало спорных положений. Это, среди прочего, показывает, что социальное проектирование в сфере образования — дело сложное, оно наталкивается на то обстоятельство, что система образования обладает высокой инерционностью, а крупные изменения в ней сопряжены с огромной организационной работой по кадровому и материально-финансовому обеспечению. Активно проявляется и сопротивление нововведениям со стороны педагогов. Характерно, например, что более 65% отзывов на основные положения Концепции реформы системы образования, пришедших со всех концов России в министерство, имели своим содержанием отрицание необходимости какой-либо образовательной реформы²².

Научно-технические проекты также могут выступать как проекты социальные, если своими последствиями непосредственно затрагивают общественную жизнь. Приведенный пример интернета показателен в этом отношении. Научно-технические проекты могут иметь поисковый, экспериментальный характер и через представление результатов общественному мнению приобретать социальную функцию (вызывать общественный интерес, содействовать образованию ассоциаций и клубов, вызывать подражания, придавать качества публичных деятелей лицам, участвовавшим в проекте, и т. д.).

Примером поисковых проектов могут служить экспедиции Тура Хейердала. В 1947г. он с пятью спутниками отправился на плоту «Кон-Тики» из Перу к архипелагу Туатамоту, чтобы доказать возможность заселения Полинезии из Америки. В 1969 и 1970г. Хейердал на папирусных лодках «Ра» и «Ра-2» совершил путешествия от западных берегов Марокко к американским берегам для доказательства связей Древнего Египта с Америкой. С самого начала путешествия Хейердала замышлялись не как сугубо научные мероприятия, имеющие значение для узкого круга специалистов. «Кон-Тики» и «Ра» стали фактами общественного сознания, отразились в организации туризма, антураже кафе и гостиниц, обширной литературе для детей и юношества и т.д. Легендарный плот стал основным экспонатом музея «Кон-Тики» _ одной из достопримечательностей столицы Норвегии Осло.

Если бы проект Тура Хейердала предусматривал лишь собственно научные цели (подтверждение научной гипотезы), то в нем не обнаруживались бы признаки социального проекта. В разных странах мира создается армада научно-технических изобретений и технологий, проводится безмерное число лабораторных испытаний, ведется множество археологических раскопок и т. п., но пока сам процесс поиска, изобретения, открытия или его результаты не преодолеют некоего трудноопределимого барьера между сферой науки и сферой обыденной жизни довольно большого количества людей (или небольшого — но таких, на которых ориентируется общественное мнение) — нет и социального проекта. Граница социального в научных открытиях и технических и технологических разработках подвижна и легко изменяется в зависимости от контекста. Это легко увидеть на примере различных выставок, где то или иное изобретение, промышленный образец приобретает статус экспоната, а значит — и новое содержание.

История Всемирных выставок наиболее показательна, поскольку социально-проектная сторона в них ясно видна. Уже на первой Всемирной выставке в Лондоне (1851) проявились основные черты этих проектов. Идея инициатора проекта принца Альберта состояла в показе «всей продукции всех наций». Из 40 стран были представлены 20 тыс. экспонатов, образовывавших вместе поразительную комбинацию новейших достижений инженерной мысли и бытовых вещей. Здесь были выставлены механические ткацкие станки, огромные телескопы, гидравлические прессы, швейная машинка, а рядом с ними — товары повседневного спроса. Для выставки в Гайд-парке был построен «Хрустальный дворец» — 33-метровое в высоту сооружение наподобие королевского дворца из стекла. Необычный замысел выставки определил огромное внимание к ней: за полгода в «Хрустальном дворце» побывали 6 млн. посетителей. На второй Всемирной выставке в Париже (1855) к демонстрации технических новинок и товаров добавилось представление произведений искусства (были выставлены 5 тыс. картин и скульптур). На четвертой Всемирной выставке (Париж, 1867) впервые появляется «выставочный городок»: каждая страна строит свой павильон. На шестой (Филадельфия, 1876) — А. Белл демонстрирует «говорящий кабель» — первый практически действующий телефон. Такого рода демонстрации социально значимых изобретений стали традиционными (показ фонографа Эдисона на парижской выставке 1889г., демонстрация электрической железной дороги на парижской выставке 1900 г., первый советский искусственный спутник Земли на брюссельской выставке 1958 г. и т.д.)²³.

Проект 26-й Всемирной выставки в Ганновере, которая состоялась в 2000 г. и продолжалась 153 дня с участием более 180 зарубежных деловых организаций, показывает, какое развитие получила и как изменилась социальная сторона первоначального замысла английского принца. В середине прошлого века «Хрустальный дворец» был вызовом меркантильности обывателя, альтернативой ярмарке, его экспонаты символизировали неисчерпаемость научно-технического прогресса. Девиз ЭКСПО 2000 — «Человек—природа-техника» — впервые стал обязательным для всех экспонентов. Основное внимание на выставке было уделено демонстрации того, как человек и техника могут существовать в равновесии с природой. Один из замыслов выставки - превратить ее во всемирную в полном смысле слова: электронные средства связи позволили включить в выставочное пространство объекты, находящиеся в любых частях света («Проекты по всему миру»). В павильонах Тематического парка выставки посетители могли ощутить на себе землетрясение, встретиться с торнадо, совершить путешествие по человеческому телу и виртуальные групповые экскурсии. Таким образом, ганноверский проект стал средством ориентации в мире современных достижений науки и техники, осмысления социально-экологических последствий человеческой деятельности и ее перспектив. При проектировании ЭКСПО 2000 был учтен и положительный, и отрицательный опыт предыдущих выставок такого масштаба. Был использован (впервые в мировой практике таких выставок) уже существовавший выставочный комплекс, к которому лишь добавлялись новые выставочные площади, а это позволило не разрушать сложившейся окружающей среды и сэкономить ресурсы. Было учтено и то, как будут использоваться новые постройки в дальнейшем (известны примеры выставок в Севилье и Лиссабоне, где последующее использование выставочных площадей оказалось неэффективным). Организаторы ЭКСПО 2000 рассчитали и эффекты, связанные с пребыванием на выставке туристов из других стран: гости приезжают не только на выставку, но и в новую для себя страну, а значит, мероприятия выставки должны содействовать реализации этой потребности. Часть экспозиций выставки была расположена в других городах Германии (18 проектов — в Бранденбурге, 23 — в Саксонии, 17 — в Тюрингии и т.д.). Большие средства пришлось вложить в развитие транспортной инфраструктуры — автостоянки, шоссе, новые скоростные железные дороги. С учетом того, что посетители выставки скорее всего захотят побывать в Берлине, лишь недавно ставшей столицей Германии, были проведены крупные строительные работы по расширению федеральной автомагистрали, связывающей Берлин и Ганновер, модернизации железной дороги между этими городами. На эти цели было затрачено 5,1 млрд. марок. Для сравнения: создание выставочного Тематического парка обошлось в 250 млн. марок, а общие прямые затраты на проект составили 3,3 млрд. марок (при ожидавшихся поступлениях от продажи билетов и маркетинга в размере 3,1 млрд. марок). Современный научно-технический проект такого масштаба и характера возможен как эффективный (хотя и в этом случае нерентабельный) лишь при решении огромного числа внешних для него задач. Здесь особо сложны задачи управления проектом, и в Ганновере для их решения было создано Акционерное общество по организации ЭКСПО²⁴.

Культурные проекты могут по основной своей направленности выступать как проекты художественные, символические, экзотические и др. Их общая черта как социальных проектов состоит в том, что они оказываются вплетенными в ткань социальной жизни. Иначе говоря, в этом случае мы обращаем внимание не на эстетические, культурно-семантические стороны проекта, а на его социальную функцию.

Таковой была практика превращения в театральное действо актуальных социальных проблем молодой Советской республики в 20-е годы. Например, довольно широкое хождение имели инсценировки судов: «Суд над гражданином Федором Шараповым по обвинению в заражении триппером», «Суд над матерью, виновной в распространении скарлатины», «Суд над гражданами Иваном и Агафьей Митрохиными, по вине которых произошло заболевание рабочих туберкулезом» и др. (названные инсценировки были написаны Б. Сигалом и опубликованы в московском издательстве «Жизнь и знание» в 1927 г.). Это своего рода учебники по преодолению тех или иных социальных проблем, направленные на просвещение (правовое, медицинское, а заодно и политическое) малограмотного населения.

Культурные программы нередко создаются в связи с годовщинами тех или иных политических событий, иногда именно в культурных проектах выражается значимость данного события для власти.

По случаю 10-летия Октябрьской революции в Ленинграде в 1927 г. были организованы действа, воспроизводившие взятие Зимнего дворца революционными рабочими, солдатами и матросами. В постановке были заняты тысячи исполнителей. И в наше время такая практика символических действий имеет место в некоторых странах. Так, в апреле 2002 г. в празднике весны, символизирующем единство народа КНДР, гигантские живые картины на одном из крупнейших стадионов мира создавали 100 тыс. юных корейцев.

Особое значение и невиданный размах культурные компоненты в рамках национальных и городских праздников, международных фестивалей, спортивных соревнований приобрели в 80-90-е годы XX века. Крупнейшие театрализованные представления имели место на открытии и закрытии Олимпиады в Москве (1980), во время Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве (1985), в дни празднования 850-летия Москвы (1997).

Участие лучших оперных певцов (М. Кабалье, Л. Паваротти, П. Доминго и др.) в церемониях открытия международных спортивных мероприятий, включение в эти церемонии новых, специально к случаю написанных музыкальных произведений, создание грандиозного костюмированного действа, живых панно на стадионах и площадях стали непременными атрибутами значимости события, хотя раньше в общественном сознании спорт и, например, опера никак не связывались. Все это черты новых коммуникационных особенностей в современном мире, которые проявляются через социокультурное проектирование.

Очевидно, что такие проекты требуют огромных финансовых средств, материальных и организационных ресурсов, чаще всего они реализуются как заказ государственных органов, международных организаций.

На другом полюсе социокультурных проектов стоят авторские творческие работы, представляемые на обозрение какому-то неопределенному числу лиц. Здесь на первый план выходит стремление авторов к самопрезентации и к установлению диалога со зрителем, слушателем и т. д.

Диалоговое назначение имеют такие современные культурные формы, характеризующиеся иррациональным восприятием мира, как хэппенинг и перфоманс.

Хэппенинг (англ, happening — происходящее) — сценическая разновидность поп-арта, представляющая собой импровизационное театрализованное действие, у которого нет определенного сюжета, нет и заранее написанного сценария. Расчет в хэппенинге делается на исполнителя, который должен просто жить, просто реагировать на происходящее — в абсурдной форме или в форме самой рутинной. Важно, что такой показ обыденной жизни (нередко хэппенинг представляет ежедневные действия — еду, одевание, бритье и т. п.) вызывает активное соучастие зрителей²⁵.

Перфоманс (англ, perfomance — представление, действие) — вид концептуального искусства, получивший распространение начиная с 60-70-х годов XX века. Перфоманс основывается на изображении переживаний, состояний сознания, а средствами изображения выбирает человеческое тело, жесты, поведение художника, который берет на себя роль актера²⁶.

Перфоманс «Собака Павлова» сконструировал молодой российский художник Олег Кулик: он голый изображает собаку, жена кормит его из миски, выводит на поводке погулять. На международной выставке культурных проектов в Швейцарии в 1996 г. этот проект получил высшую оценку экспертов, увидевших в перфомансе Кулика глубоко философскую идею, выражающую боль современного человека. В 1997 г. автор в течение двух недель демонстрировал свой проект в США.

Между двумя полюсами культурных проектов — множество переходных форм, из которых отметим проекты, задачи которых непосредственно переплетаются с целями социальной работы. Включение лиц, нуждающихся в социальной поддержке, в социальной реабилитации, в те или иные культурные проекты приобретает большое значение в технологиях социальной работы.

Таков, в частности, проект француженки Анабель Арден, которая в 1998 г. поставила балет с участием инвалидов-колясочников. В спектакле участвовали и профессиональные танцовщики, и в этом сочетании выявлялся особый смысл постановки не только как благотворительное мероприятие, но и как эстетический момент.

И большие, и малые культурные проекты приобретают значение, когда их направленность совпадает с интеллектуальными и духовными поисками, актуальными для общества. Один и тот же проект может восприниматься в разных условиях как выдающийся, объединяющий нацию, придающий силы или как ничтожный, непонятный и даже смешной, нелепый. Здесь особенно четко видно то, что присуще всем социальным проектам: они зависят от той среды, где их хотят реализовать, от ожиданий людей. А сами эти ожидания предопределены типом культуры, характерной для данного общества. Вот почему было бы справедливо от выделения культурных проектов как разновидности проектов социальных переходить к пониманию всех социальных проектов как социокультурных. Такое понимание позволило бы гораздо глубже осознать концептуальную сторону социального проектирования и значительно точнее определять практические цели и задачи проектов.

Типы проектов по особенностям финансирования. Социальные проекты нуждаются в финансировании — это общеизвестно. Но также общеизвестно и то, что проекты по-разному нуждаются в финансовых средствах. Выбор модели финансирования зависит от многих факторов, и, прежде чем с ней определиться, необходимо понять ведущий мотив финансиста и оценить возможности взаимодействия с ним.

Социальные проекты нередко строятся в финансовом отношении как проекты со смешанным финансированием. Для осуществления таких проектов их организаторы привлекают средства из разных источников и на разных условиях. Для значительной части социальных проектов смешанное финансирование наиболее удобно. Оно позволяет аккумулировать средства из источников, каждый из которых не был бы в состоянии финансово обеспечить проект полностью. Постепенно к такой модели финансирования склоняются многие негосударственные организации, специализирующиеся на разработке и реализации социальных проектов.

В некоторых случаях привлечение того или иного источника прямо связано с условием смешанного финансирования. Так, расходы на финансирование проектов (программ) молодежных и детских общественных объединений из средств федерального бюджета и внебюджетных фондов Российской Федерации (согласно Федеральному закону «О государственной поддержке молодежных и детских общественных объединений» от 28 июня 1995 г.) не должны превышать половины общей суммы расходов²⁷.

Классификация социальных проектов по особенностям финансирования поэтому основывается на выделении в качестве типообразующего такого способа финансового обеспечения, который является основным. В силу этого мы выделяем инвестиционные, спонсорские, кредитные, бюджетные, благотворительные проекты.

Инвестиционные проекты. Инвестиция — это вклад собственности в дело с целью извлечения прибыли.

Далеко не каждый проект может привлечь инвестиции. Для инвестора должна быть вне сомнений цель такого проекта, его значимость, которая определяет соразмерность вложения капитала. Нужна детально разработанная документация (бизнес-план в первую очередь), без нее нет инвестиционного проекта: он просто будет рассматриваться в качестве такового. Наконец, главное: какой бы ни была цель проекта, он не станет инвестиционным, если его реализация не удовлетворяет основного мотива инвестора - получения максимальной прибыли.

Последнее обстоятельство резко снижает возможность стать инвестиционными для значительной части социальных проектов Об этом надо знать и рассчитывать на инвестиции лишь после глубокого анализа ситуации на рынке инвестиционных проектов который складывается по законам бизнеса и имеет связь с социальными потребностями в областях, узко ограниченных особой доходностью вложений,

В здравоохранении и социальном обеспечении, например, для инвестиций перспективны проекты, имеющие целью удовлетворение потребности населения и лечебно-профилактических учреждений в жизненно важных лекарственных средствах, диагностической медицинской технике и хирургическом инструментарии²⁸. В то же время в числе перспективных на рынке инвестиционных проектов не рассматривается, допустим, производство детского питания, исключительно важное с точки зрения сохранения здоровья нации, но недостаточно прибыльное.

Расчет на инвестиции для социального проекта должен учитывать и различие форм инвестирования, в том числе таких, как:

— денежные средства и их эквиваленты (целевые вклады, оборотные средства, паи и доли в уставных капиталах предприятий, ценные бумаги, кредиты, займы, залоги);

— земля;

— здания, сооружения, машины и оборудование, измерительные и испытательные средства, оснастка и инструмент, любое другое имущество, используемое в производстве и обладающее ликвидностью;

— имущественные права (оцениваемые, как правило, денежным эквивалентом), секреты производства, лицензии на передачу прав промышленной собственности.

Экономическое обоснование инвестиционных проектов предполагает, что при сравнении различных проектных предложений выбор лучшего из них производится по показателям экономической и коммерческой эффективности, таким, как чистый дисконтированный доход, индекс доходности, внутренняя норма доходности, срок окупаемости и т.д.

Посмотрим, как рассчитывается чистый дисконтированный доход (этот показатель определяется как сумма текущих эффектов за весь счетный период, приведенный к начальному шагу, или как превышение интегральных результатов к интегральным затратам). Вот пример из учебной литературы, достаточно понятный для неспециалистов Проект предполагает единовременные капитальные вложения в сумме 450 млн. рублей и рассчитан на 5 лет эксплуатации. Предполагаемая остаточная стоимость материальных ценностей после завершения эксплуатации составит 50 млн. руб. Текущие ежегодные расходы 100 млн. рублей. Приемлемая для инвесторов норма доходности 14%.

Год	Капитальные вложения,млн руб.	Текущие эксплуатационные расходы, млн. руб.	Результаты в виде ожидаемых текущих поступлений млн. руб.	Эффект, достигаемый в t-м году	Норма дисконта 14%
					Коэффициент дисконтирования	Текущий дисконтированный доход, млн. руб.
1996	-450	_	_	-450	—	-450
1997	__	-100	+ 190	+90	0,877	+79
1998	—	-100	+270	+170	0,769	+131
1999	—	-100	+294	+ 194	0,675	+131
2000	___	-100	+252	+152	0,592	+90
2001	+50	-100	+156	+106	0,519	+55
Итого	-400	-500	+1162	+262	—	+36

Таким образом, чистый дисконтированный доход от инвестиционного проекта составит 36 млн. рублей, а это значит, что проект экономически эффективен²⁹. Приведенный расчет составляет лишь малую часть того, что требуется учесть и рассчитать, чтобы сделать предложение проекта на рынке инвестиций оправданным.

В роли инвестора может выступить государство (в лице органов государственной власти) и органы местного самоуправления. Их инвестиционное поведение несколько отлично от поведения инвестора — частного собственника. Здесь менее выражена увязка инвестиции с максимальной прибылью, поскольку финансирование имеет целевой характер, предопределенный бюджетной классификацией. В наших условиях механизмы инвестирования из средств государственных бюджетов и бюджетов местного самоуправления в социальные проекты пока отработаны слабо. В силу этого обстоятельства мы рассматриваем бюджетное финансирование как особый тип финансового обеспечения социальных проектов (см. ниже).

Наконец, в роли инвестора может выступить и сам инициатор проекта (индивидуальный или коллективный). Естественно, что его отношение к собственному проекту будет в первую очередь определяться стремлением реализовать цели проекта. Но и в этом случае инвестиция подчиняется экономической целесообразности.

Классическим примером авторского инвестирования спорного по возможным экономическим последствиям проекта стала деятельность руководителя корпорации «Контрол Дейта» Уильяма Норриса , по созданию автоматизированной системы обучения «Плато». Инициатор проекта был убежден, что «Плато» сыграет важную социально-экономическую и образовательную роль в обществе, поскольку позволит упростить методики обучения и усвоения материала и широко их распространить. В течение десяти лет Норрис истратил более 750 млн. долларов на разработку «Плато». «Многие подчиненные резко критиковали этот план. Рынок проявлял скептицизм к данной продукции, но Норрис, верный своим личным ценностным ориентациям, был настойчив. Сегодня «Контрол Дейта» начинает получать некоторые положительные экономические результаты от этого «ценностно-обоснованного» проекта, который превратил мечту Уильяма Норриса в реальность»³⁰.

Спонсорские проекты. В обыденной практике словоупотребления спонсор представляется как человек (организация), который дает деньги на понравившийся проект или просто понравившемуся лицу, нуждающемуся в деньгах, без требования возврата. Это представление отразилось и во многих справочниках по рыночной экономике, где спонсор приравнен к меценату. Все же спонсоринг — экономическая, а не нравственно-эстетическая деятельность. Спонсор, как и инвестор, проявляет интерес к целям нуждающегося в средствах проекта, но в первую очередь преследует свою выгоду.

Чтобы уяснить выгоду спонсора, зададимся вопросом: почему есть спонсоры у команд КВН, выступающих по телевидению, и нет у команд КВН, соревнующихся в каком-нибудь клубе? Ответ в том, что спонсор предоставляет средства на поддержку проекта, если это может стать формой его рекламы или презентации (формирование образа фирмы).

Фактически речь идет об одном из каналов формирования паблисити спонсора. Каждая фирма заинтересована в создании у потенциального потребителя ее продукции или услуг устойчивого положительного отношения к этой фирме, позитивной установки на контакт с ней. Что-то можно сделать через механизм рекламы, что-то через информацию СМИ, которую они получают сами. Но этого бывает недостаточно в условиях жесткой конкуренции. В последние десятилетия фирмы «стали уделять больше внимания информированию своих клиентов и партнеров (имеющихся и потенциальных) о своих новостях. Это-то и есть паблисити»³¹. Кроме принятых форм паблисити, таких, как рассылка пресс-релизов о своей фирме, внимание к ней может быть эффективно привлечено удачным осуществлением спонсоринга (например, спонсорская поддержка спортивной команды, на победу которой в крупных соревнованиях рассчитывают миллионы болельщиков). Это — один из способов создания новости, а значит, повода для паблисити.

В мировой практике принято заключать договор о спонсоринге, из которого вытекает взаимная ответственность сторон: спонсор обязуется предоставить запрашиваемые средства для осуществления проекта, а организаторы проекта обязуются рекламировать и другим образом представлять интересы спонсора (создавать его положительный имидж в общественном мнении и т.д.). Это, собственно, и есть расплата по договору спонсоринга, который не предусматривает возврата выделенных под проект финансовых средств. Телевидение — пока наиболее распространенный канал, по которому поступают средства спонсоров. На российском телевидении, в частности, стоимость спонсорской рекламы в середине 2001 г. составляла от 500 до 44 000 долларов США за одну минуту трансляции — в зависимости от канала и рейтинга той или иной программы. Формируется система спонсоринговой поддержки через интернет.

Очевидно, что лишь проект, получающий известность в определенных кругах, в контактах с которыми заинтересован спонсор может стать спонсорским. Этот проект должен сам обладать положительным имиджем, вызывать большой интерес в обществе, чтобы формировать положительные установки в отношении спонсора.

Кредитные проекты. Способом финансового обеспечения социального проекта может быть избран кредит. Это еще один коммерческий вариант финансирования, специфика которого состоит в том, что получение финансовых средств возможно только под условие предоставления гарантий кредитному учреждению (залог собственности, например).

Такой проект также предполагает развернутое финансово-экономическое обоснование, которое должно убедить и инициаторов проекта, и кредитора в том, что кредит будет погашен и по нему будут уплачены проценты в соответствии с принятым порядком. Гражданский кодекс Российской Федерации устанавливает правило, согласно которому кредитор «вправе отказаться от предоставления заемщику предусмотренного кредитным договором кредита полностью или частично при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что предоставленная заемщику сумма не будет возвращена в срок»³².

Государство, местное самоуправление могут содействовать в получении кредита под социально значимый проект и даже брать на себя поручительство по кредитным обязательствам негосударственных организаций, связанным с их уставной деятельностью. Такого рода меры содержит, в частности, Закон Московской области «О региональной государственной молодежной политике в Московской области» (1995г.)³³.

К кредитным проектам принципиально близки те, которые осуществляются с применением лизинга. Лизинг — долгосрочная, иногда до нескольких лет, аренда средств производства (машин, оборудования, производственных сооружений и т. д.), предполагают возможный последующий выкуп арендатором полученного в аренду имущества. Имущество остается собственностью лизинговой компании до конца сделки, а после того как организация-арендатор расплатилась за него, она становится собственником этого имущества. Это фактически форма инвестиции, позволяющая начинать дело с меньшими затратами и избегать влияния на эффективность работы морального старения оборудования. Очевидно, что и это форма финансового обеспечения проекта, способного приносить доход.

Бюджетные проекты. В силу того, что социальные проекты нередко бездоходны и убыточны в прямом финансовом выражении, но при этом решают важные социальные задачи (и в этом смысле себя окупают), значительная часть проектов осуществляется в рамках государственной социальной политики и решения местных задач. Такие проекты у нас в стране финансируются из соответствующих бюджетов (федерального бюджета, бюджета субъектов Российской Федерации, местных бюджетов) чаще всего в виде ассигнований для осуществления плановой деятельности государственного или муниципального учреждения, а в некоторых случаях — целой сети соответствующих органов и учреждений (например, Федеральной миграционной службы), а также субсидий территориальным органам исполнительной власти, органам местного самоуправления, негосударственным организациям.

Финансовое обеспечение из бюджетных источников имеет ограничения, определяемые различными нормативами (структура штатов и число штатных сотрудников, фиксированные размеры фонда заработной платы и т. д.). Работа по нормативам усложняет для бюджетных проектов внедрение нововведений.

К тому же следует учитывать, что в нестабильной экономической обстановке приведение расходной части бюджетов всех уровней в соответствие с доходной частью происходит, как правило, путем урезания социальных программ. Это ставит многие проекты под удар. Во всяком случае, бюджетный проект в современной российской действительности перестал быть проектом с гарантированным финансированием.

Субсидия (дотация) — это государственное финансовое пособие юридическим и физическим лицам в виде ассигнования на покрытие Убытков, сбалансирование бюджета и т. д.³⁴ Такую модель финансирования социальных проектов избирают органы государственной власти и органы местного самоуправления для поддержки проектов и программ негосударственных организаций, привлекая Для субсидий бюджетные средства и средства из внебюджетных источников.

Аналогичный механизм имеется у многих международных организаций (ООН и ее специализированные органы ЭКОСОС, МОТ, ЮНЕСКО и др.), фондов (Фонд Сороса, Фонд Форд_а и др.), профессиональных ассоциаций (ассоциации социальных работников и др.).

Многие международные и зарубежные фонды в 90-е годы начали активно поддерживать социальные проекты, осуществляемые в России и других странах СНГ. Вот некоторые из фондов, имеющие свои центральные офисы в США (выборочно указываем финансируемые виды и области деятельности):

— Институт «Открытое общество» (Open Society Institute): аренда помещения, земли, приобретение оборудования, снаряжения, издание публикаций, приобретение литературы, поездки, экспедиции, стипендии; гражданское общество, искусство и культура, экологические технологии;

— Национальный фонд в поддержку демократии (National Endowment for Democracy): обменные программы, стипендии; гражданское общество, демократическое строительство, развитие неправительственных организаций, развитие частного сектора;

— Фонд в поддержку взаимопонимания (Trust for Mutual Understanding): подготовка семинаров, конференций, летних лагерей, обменные программы; устойчивое развитие, экологическое образование;

— Фонд МакАртуров (John D. and Catherine Т. MacArthur Foundation) оплата труда, индивидуальные проекты, приобретение оборудования, снаряжения, издание публикаций, поездки; гражданское общество, законодательная реформа, средства массовой информации, экономическая реформа;

— Фонд Франка Видена (Frank \\feeden Foundation): индивидуальные проекты, совместные проекты; устойчивое развитие;

— Фонд Натана Каммингса (Nathan Cummings Foundation): консультационные услуги, научные исследования (специальные проекты), гражданское общество, экология и здоровье;

— Фонд выборочной информации (Essential Information Foundation) общая поддержка; развитие неправительственных организаций;

— Фонд Форда (Ford Foundation): индивидуальные проекты, подготовка семинаров, конференций, летних лагерей, общая поддержка, стипендии; искусство и культура, публикации.

Множество других благотворительных организаций и частных фондов имеют намерения по поддержке проектов в социальной сфере готовы выделить на эти цели немалые средства. Чаще всего такие средства имеют форму грантов.

Грант представляет собой фиксированную денежную сумму, которую владелец средств (грантодатель) передает безвозмездно исполнителю обусловленных работ или услуг (грантополучателю). Предоставление фанта предполагает, что организаторы проекта в определенные сроки отчитаются о расходовании средств под проект, причем такое расходование имеет целевой порядок и заранее довольно жестко фиксируется в утверждаемой грантодателем смете расходов. Здесь вступает в силу гражданско-правовой договор с определением мер ответственности сторон за его реализацию.

Таковы, например, меры поддержки проектов (программ) молодежных и детских общественных объединений, предусмотренные Федеральным законом «О государственной поддержке молодежных и детских общественных объединений» (1995). Конкурс проектов (программ) проводится по 10 направлениям деятельности. Победители получают фант, имеющий соответствующее назначение:

— грант «Константин Циолковский» — для поддержки проектов (программ) в области развития инновационных идей и технологий, которые могут приобрести практическое значение в XXI веке;

— грант «Михаил Ломоносов» — для поддержки проектов (программ), стимулирующих разностороннее образование и интеллектуальное развитие детей и молодежи, основанное на соединении гуманитарного и естественнонаучного знания и предполагающее использование этого образования для достижения какой-либо практической (производственной, изобретательской, издательской и т.д.) задачи;

— грант «Великая княгиня Елизавета Федоровна» — для поддержки проектов (программ), связанных с созданием учреждений, центров, отделений и т.п. в рамках системы социальной службы для детей и молодежи с целью их правовой защиты и социальной поддержки;

—грант «Лев Яшин» — для поддержки проектов (программ), направленных на укрепление здоровья молодежи и детей, вовлечение их в занятия физической культурой и спортом, формирование здорового образа жизни;

— грант «Екатерина Дашкова» — для поддержки проектов (программ), направленных на развитие средств массовой информации для молодежи и детей, молодежных и детских объединений, а также на

создание и публикацию адресованных детям и молодежи энциклопедических изданий и иных произведений, содержащих обобщение накопленных человечеством знаний, нравственных и духовных ценностей;

— грант «Петр Чайковский» — для поддержки проектов (программ) в области художественной культуры, новаторских работ молодых художников, композиторов, писателей и других деятелей культуры и творческих молодежных и детских коллективов;

— грант «Владимир Вернадский» — для поддержки экологических проектов (программ) как в области охраны окружающей среды, так и в области экологии культуры и развития ноосферы;

— грант «Афанасий Никитин» — для поддержки проектов (программ), основным содержанием которых является развитие молодежного и детского туризма, в том числе международного;

— грант «Александр Невский» — для поддержки проектов (программ), направленных на патриотическое воспитание молодежи, развитие краеведческой и поисковой работы, сохранение и восстановление памятников отечественной истории и культуры; поощряются также проекты и программы по исследованию российской истории.

Кроме этих девяти, установлен еще государственный фант, не на званный чьим-либо именем, поскольку он предназначен для поддержки инновационных проектов (программ), содержание которых не может быть отнесено к названным сферам и выражает творческий поиск молодежных и детских объединений в различных областях человеческой деятельности³⁵.

В приведенном примере, как чаще всего и в других случаях, субсидии на реализацию проекта можно получить в конкурсном порядке. Это обстоятельство содержит в себе определенную сложность. Она заключается в том, что в материалах, представляемых инициатором проекта на конкурс, необходимо точно охарактеризовать те стороны предполагаемой деятельности, которые предусматриваются условиями конкурса. Часто проекты, которые можно отнести одновременно в разные группы конкурсантов, откладываются как неясные, слабо подготовленные и конкурсными комиссиями не рассматриваются.

В конкурсах чаще побеждают те, кого в конкурсных комиссиях хорошо знают. Не во всех случаях это значит, что выигравшая организация имеет лучший проект. Нередко это свидетельство того, что такая организация умеет хорошо отчитаться перед грантодателем.

Есть и другие проблемы, например, идейное давление фондов на авторов проектов (побеждают проекты с желаемой для грантодателя тенденциозностью).

В целом все это не позволяет слишком рассчитывать на гранты для тех или иных социальных проектов, и успех осуществления проекта везде, где это возможно, лучше связывать со смешанным финансированием.

Благотворительные проекты. Многочисленные факты финансирования бездоходных или затратных проектов по неэкономическим соображениям позволяют выделить как самостоятельный тип благотворительные проекты. Финансирование таких проектов часто имеет форму меценатства, когда лицо (организация), обеспечивающее проект средствами, не ставит ни перед проектом, ни перед собой коммерческих задач и само по возможности участвует в проекте не только выделением финансов.

Павел Михайлович Третьяков (1832—1898), создавая свою картинную галерею, поначалу был просто коллекционером живописи, но постепенно развил деятельность, стимулировавшую лучших художников России к творчеству. Галерея Третьякова никогда не планировалась как доходное предприятие и была безвозмездно передана Москве.

В конце XIX—начале XX века в области социальной работы частная благотворительность — одна из наиболее применимых форм финансирования проектов. Немало свидетельств этого были собраны в статье С. Яковлева, опубликованной в журнале «Трудовая помощь» в 1898г. Создавшая в 1862г. Московское Братолюбивое Общество княгиня Н. Б. Трубецкая заинтересовала целый круг благотворителей Москвы практической идеей снабжения неимущих квартирами, описание этого практического дела показывает, что оно строилось по принципам социального проектирования. Широко использовалась и неденежная форма благотворительности. Так, И. Г. Кирсанов отдал на цели проектов Общества «громадный дом, ценность которого определяется сотнями тысяч рублей», недвижимость Обществу передали также Н. А. Шохин, Е. И. Николаева и многие другие благотворители. Подобным же образом осуществлялись проекты А. Н.Стрекаловой, Е. Г. Торлецкой, С. С. Сабашниковой по созданию народных кухонь (первая их них была открыта в 1872г. на Хитровом рынке). О кухне, получившей в народе название Торлецкой (по имени благотворительницы), автор статьи писал: «Торлецкая столовая и доселе продолжает свою вполне полезную деятельность. Судьба ее вполне обеспечена как недвижимостью, так и запасным капиталом, который к 1 января 1898г. составил 25000 руб. Некоторое понятие об оборотах этой столовой дает отчет 1897 г., из которого видно, что в течение этого года отпущено было в этой столовой 156024 обеда»³⁶. В современной России размах благотворительности не столь значителен. Однако определенный ресурс в этом важном для социальной работы и других сфер общественно значимых действий есть, и его можно актуализировать.

Мотив благотворителя может быть связан с поддержанием реноме, стремлением прославить свое имя, а может отражать какие-либо личные интересы и увлечения, мечты, религиозные убеждения. Удовлетворение нематериальных потребностей — нередко более сильный мотив для трат, в том числе и крупных, чем ожидание наивысшей прибыли от вложений. Это обстоятельство позволяет осуществлять многие некоммерческие проекты.

Расчет на такой тип финансирования проекта требует ясного осознания, что на инициатора проекта ложится сложная миссия по представлению своих замыслов потенциальным меценатам в форме просьбы, иногда — униженной просьбы, чего не могут избежать даже те инициаторы, которые имеют громкую славу и большой опыт реализации подобных проектов.

Выразителен пример поиска средств на мегаспектакль (театральное действо особо крупных масштабов) о генерале де Голле, который в 1999 г. осуществил Робер Оссеин — известный французский актер (Жоффре де Пейрак в фильмах об Анжелике) и постановщик уже около 20 мегаспектаклей, имевших большой успех. В одном из интервью он так комментирует финансовую сторону своего проекта. «Во Франции никто не хотел верить, что тип, как я, отец которого родился в Самарканде, а мать — в Киеве, способен понять такой чисто национальный характер, как де Голль. Никто в меня не верил, никто не хотел давать денег. А потом случилось чудо, нашелся любитель искусства, меценат, который, выслушав меня, сразу же сказал мне «да», хотя спектакль стоит около 7 миллионов долларов... А вообще вы не можете себе представить, как тошно иногда бегать за продюсерами и просить денег!.. Надоело унижаться, чтобы найти денег, сидеть по уши в долгах»³⁷.

Необходимо и морально, и технологически быть готовым к ведению переговоров с меценатами (о чем пойдет речь в связи с организацией защиты проекта).

Типы проектов по их масштабам. Организационные вопросы составления и реализации социальных проектов заметно различаются в зависимости от того, каков масштаб проекта.

Оценка масштаба основывается на нескольких показателях, в том числе следующих:

— насколько велико число людей (групп, организаций и т.д.), которые смогут воспользоваться продуктами (товарами, услугами, другими результатами) проекта;

— какова потребность проекта в кадровых ресурсах, сколько суммарного времени всех занятых в проекте необходимо для его реализации;

— как мною финансовых средств и материально-вещественных ресурсов нужно затратить, чтобы проект был реализован в планируемом объеме;

— насколько сложен проект по своей структуре, формам организации, отчетности и т. д.;

— на какое время и для какой территории рассчитано исполнение проекта.

С учетом этих показателей среди проектов выделяются микропроекты, малые проекты и мегапроекты.

Микропроекты. Микропроект — это чаще всего форма представления индивидуальной инициативы, получающей признание окружающих. Микропроект делается для себя и своих. Он может не требовать внешнего финансирования, специального оборудования, может создаваться из подручных средств.

Приведем пример, который мы почерпнули из одной телепередачи Московский дизайнер Татьяна О. думала, что бы такое оригинальное подарить подруге на день рождения. Она придумала расписать несмываемыми красками носки. Подарок произвел впечатление. Начальный замысел расширился, и для других своих друзей и подруг Татьяна теперь расписывает носки орнаментами в русском стиле пятнами и в другой технике.

Здесь, как видим, удовлетворение испытывают и автор, и его близкие, а на большее проект не претендует. Он остается микросоциальным действием: тезаурус автора ориентирует его при выборе смысла и формы проекта, личные способности и умения должным образом применены для создания новой вещи, которая, как ожидается, понравится близким людям. Естественно, что такого рода проекты могут вовсе не иметь описания, их детали хранятся в голове автора. Тем не менее проектная сторона и здесь представлена в ее основных параметрах: это осознанная деятельность с заранее запланированным результатом, исходящая из имеющихся ресурсов.

Наличные ресурсы микропроектов могут заметно различаться. Сравним проект Татьяны О. с действиями известной американской кинозвезды Джулии Робертс. Несколько лет назад на день рождения своей сестре она решила сделать подарок, зная, что та обожает песни в исполнении популярного в США певца Дэвида Кессиди. Джулия назначила Дэвиду высокий гонорар и оплатила перелет до Лос-Анджелеса и обратно, с тем чтобы он прибыл в назначенное время в дом именинницы и спел все, что она захочет. Об этом стало известно из сообщений в средствах массовой информации. Рамка проекта Роберте — та же, что и в случае Татьяны О. Но, во-первых, ресурсы двух молодых женщин кардинально различаются, во-вторых, малые ресурсы Татьяны О. создали ситуацию, когда она использовала свои собственные таланты, чего нет в случае Джулии Робертс (если не считать оригинальности замысла).

При определенных условиях микропроект может выйти за пределы узкого круга близких и знакомых автора. Собственно, приведенные случаи показывают, как это происходит. Средства массовой информации могут придать микропроекту широкую известность активно способствовать расширению масштабов проекта или породить волну подражаний.

К микропроектам, разумеется, относятся не только те, в которых инициаторы проявляют особые художественные таланты. В странах, где гражданские инициативы получили широкое распространение, большинство из них имеют форму социального микропроекта.

В Германии в 1998 г. насчитывалось 300 тыс. инициатив, групп самопомощи, агентств, в которых работают добровольно и без оплаты множество людей. Вот некоторые примеры таких микропроектов. В Букстехуде 90 матерей учащихся гимназии работают на гимназической кухне: варят суп, пекут пиццу, делают бутерброды, чтобы дети «могли поесть что-нибудь приличное». Во Франкфурте-на-Майне родители и дети ухаживают за пришедшими в негодность детскими игровыми площадками (высаживают живые изгороди, очищают песок в песочницах, ремонтируют качели и т. д.). В Берлине владельцы собак приходят со своими животными к слепым, больным, престарелым людям, чтобы таким путем «привнести в их жизнь какое-то разнообразие и доставить немного радости»³⁸.

Такие простейшие проекты не требуют сложного управления, специального финансирования, их основа — подлинно человеческие отношения.

Малые проекты. Малые проекты не предусматривают слишком большого числа потребителей, достаточны просты в управлении, не требуют крупного финансирования.

О примерных границах коммерческих малых проектов в мировой практике бизнеса дают представление экономические показатели. В США такими показателями являются объем капиталовложений до 10-15 млн. долл. и трудозатраты до 40-50 тыс. человеко-часов.

Специфика малых проектов состоит в том, что они допускают некоторые упрощения в процедуре проектирования и реализации( простой график, руководитель — одно лицо, не обязательно создание команды проекта и т.д.)³⁹.

Для социальных проектов, осуществляемых в нашей стране, раз-малого проекта может быть установлен эмпирически по иным направлениям деятельности, а также в зависимости от региона (стоимость однородных проектов в зависимости от регионов существенно различается).

В конкурсных условиях Британской правительственной программы технического сотрудничества с Россией (1999 г.) определено, что российские малые проекты некоммерческого сектора поддерживаются грантами в размере от 15 до 50 тыс. фунтов стерлингов в зависимости от направления деятельности (малые проекты в сфере развития демократических институтов, академическое партнерство, малые проекты в сфере экологии и т.д.)⁴⁰. Фонд, работающий по поддержке российских малых проектов в течение десятилетия (с 1989 г.), выработал на практике свои критерии оценки проектов и их финансовых параметров. Подобным образом действуют и другие финансовые организации.

Показатель по человеко-часам, принятый для малых проектов в США, сопоставим с российским: в таких проектах в наших условиях может быть занято примерно 25 человек на полный рабочий день в течение года.

Мегапроекты. В качестве мегапроектов обычно выступают целевые программы, состоящие из взаимосвязанных проектов.

В американской практике показателями для коммерческих мегапроектов считаются: объем капиталовложений от 1 млрд. долл. и больше; необходимость акционерных, смешанных форм финансирования; трудоемкость — 2 млн. человеко-часов на проектирование и 15—20 млн. человеко-часов на реализацию; длительность реализации — 5—7 и более лет; необходимость участия других стран, дополнительные затраты на инфраструктуру; влияние на социальную и экономическую среду региона или страны. Специфика мегапроектов состоит в необходимости масштабной координации действий исполнителей. Кроме того, нужен анализ макропоказателей среды (страна, регион мира). Еще одно отличие: выделение разработки концепции проекта в качестве самостоятельной фазы. Поскольку мегапроекты, как правило, реализуются в течение ряда лет, возникает потребность мониторинга проекта и его коррекции⁴¹.

Опыт принятия социальных мегапроектов есть и в нашей стране. Такова, например, федеральная целевая программа «Экономическое и социальное развитие коренных малочисленных народов Севера до 2000 года» (она была утверждена Постановлением Правительства РФ от 13.09.96г. №1099). Согласно произведенным в ценах 1996г. расчетам, для реализации программы было необходимо 15,5 трлн. руб. Ожидалось, что результатами осуществления программы станут: обеспечение перехода коренных малочисленных народов Севера к устойчивому развитию преимущественно за счет собственных источников финансирования, создание условий для увеличения доходности традиционных отраслей хозяйствования на основе современных технологий⁴². По запланированным затратам и по масштабности целей это — мегапроект. Однако обратим внимание на то, что такие грандиозные цели предполагалось достичь за немыслимо короткие сроки — фактически за два года, если иметь в виду, что финансирование по программе в первый год ее осуществления (1997 г.) планировалось в основном на дальнейшую разработку подпрограмм. Нет ничего удивительного, что программа по ожидаемым результатам оказалась невыполненной.

В плане трудозатрат представление о мегапроекте дает такой расчет: только на его проектирование необходимо затрачивать до двух лет работы в режиме полного рабочего дня 500 специалистов.

Типы проектов по срокам реализации. Для каждого социального проекта приходится определять временные рамки его осуществления. Они будут различаться в зависимости от множества обстоятельств — и тех, которые связаны с намерениями инициаторов, и тех, которые возникают за пределами проекта, но предопределяют его ресурсную базу.

Однако практика показывает, что в организационном отношении нет особой разницы, предполагается ли осуществить один проект за пять или шесть месяцев, другой — за пять или шесть лет, а третий — за десять или пятнадцать лет. Разница проявится лишь при сопоставлении таких проектов между собой.

Это обстоятельство и определило группировку проектов по срокам реализации: в мировой практике принято разделять проекты по этому основанию на краткосрочные, среднесрочные и долгосрочные.

Краткосрочные проекты. Обычно краткосрочные проекты требуют для своей реализации примерно год, максимум два года. Срок определяется целью, наличием ресурсов, особенностями потенциального поведения потребителя.

Часто коммерческие проекты реализуются как краткосрочные, когда планируется производство какой-нибудь новинки. В этом случае заказчик идет на увеличение стоимости проекта, поскольку выигрыш в скорости становится залогом общего успеха проекта.

Специфика организационных решений в таких проектах состоит в применении матричной структуры управления, возложении всей полноты ответственности за исполнение на одно подразделение, принятии решения на месте реализации, минимуме коррекции планов и отчетности и т.д. Соблюдая эти условия, можно сократить сроки исполнения до минимума и добиться реализации проектов (по крайней мере малых) за несколько месяцев.

В социальной сфере потребность в ускорении сроков исполнения проекта может проявляться в чрезвычайных ситуациях (например, при разворачивании пунктов психологической помощи населению после природной или техногенной катастрофы) и в некоторых других случаях, обычно все же не связанных с опережением конкурентов по внедрению нововведений.

С примером осуществления социального проекта как краткосрочного мы столкнулись в г. Шверте (Германия). Здесь подготовка добровольных социальных работников возобновляется по одной и той же программе ежегодно (т. е. имеет годичный цикл). Казалось бы, более логичным было бы наращивать подготовку добровольцев, а не идти по одному и тому же кругу. Однако краткосрочность проекта определяется тем, что в течение года основная часть добровольцев , отходит от работы в социальных учреждениях, вкусив всю ее тяжесть. Это обстоятельство учитывается в планировании как естественное, а в чем-то и позитивное: хоть те, кто попытался стать добровольцем, не выдержали нагрузки, но как налогоплательщики они уже сознательно поддерживают меры в области социальной работы.

Среднесрочные проекты. Обычно среднесрочные проекты осуществляются за 3—5 лет.

Практика среднесрочного проектирования мероприятий утвердилась в ООН и ее специализированных учреждениях. Так, среднесрочное планирование своей работы ведет ЮНЕСКО.

Распространенной стала практика создания среднесрочных программ, состоящих из множества проектов.

Одна из таких программ — одобренная Европейской Комиссией (структурой ЕС) в 1997 г. пятилетняя программа добровольческой службы. Ее цель — содействовать молодежи Европы в проявлении на практике солидарности с другими народами и приобретении жизненного опыта в работе над реализацией социально значимых проектов за пределами своей страны. Добровольцами в рамках программы могут стать жители стран ЕС в возрасте от 18 до 25 лет, которые будут трудиться в сфере социальной защиты, охраны окружающей среды, культуры и образования. Участники проектов обеспечиваются жильем и питанием и получают относительно небольшую по европейским стандартам сумму денег (250 долл. США ежемесячно) на весь период работы в проекте — от 3 недель до года. Собственно, среднесрочный характер программы и определяется постановкой самых общих целей разнообразной добровольческой молодежной деятельности и обеспечением ее финансово-экономических условий по общим стандартам на достаточно длительный период⁴³.

Долгосрочные проекты. Такие проекты осуществляются на протяжении 10—15 лет. Они предусматривают существенные социальные преобразования и сложны для разработки, которая должна строиться с учетом долгосрочного прогноза. Но скорость научно-технических изменений (а значит, и социальных изменений, к которым они ведут) так велика, что сегодня невозможно вполне надежно прогнозировать ситуацию в таком временном диапазоне.

С учетом этого долгосрочные социальные проекты разделяются на последовательные этапы, ближайшие из которых разрабатываются конкретно, а отдаленные — в обобщенной форме, нередко лишь на концептуальном уровне.

Некоторые проекты, например предусматривающие строительство социальных объектов, приходится планировать на всю долгосрочную перспективу: строительный проект может быть доведен до конца на основе предварительного замысла даже при изменении внешних обстоятельств.

В сфере социальной работы долгосрочность проекта может быть приобретенным признаком, что зависит от того, насколько эффективно оказываемые услуги удовлетворяют насущные общественные потребности.

Проект «Дверь» (Door) в Нью-Йорке возник на соединении многих функций в социальной работе с молодежью, с 1972г. он приобрел статус «центра альтернатив» для молодежи. Его популярность (центр регулярно посещают более 300 тыс. молодых людей) предопределила долгую жизнь проекта. Замысел проекта предполагал сосредоточение услуг и программ для молодежи под одной крышей (общая площадь центра — 5 тыс. кв. м). Кроме тех, у кого есть серьезные проблемы и жизненные трудности, в «Door» приходит артистическая молодежь, участники различных общественных, культурных, школьных конкурсов и других мероприятий. О таком конгломерате мотивов прихода и соответственно предоставляемых центром услуг свидетельствует рекламная листовка: « Плохо себя чувствуете? * Беспокоитесь о своем здоровье? * Есть вопросы о сексе? * Нуждаетесь в противозачаточных средствах? * Вы — родитель? * Беременная? * Хотите сбросить вес? * Научиться готовить? * Сэкономить на еде? * Вас отвергли? * Вы одиноки? *Пользуетесь наркотиками и хотите остановиться? * Нуждаетесь в работе? Хотите поступить в колледж? * Напряжение в школе? Вас вышибли из школы? * Не в ладах с законом? Нуждаетесь в адвокате? * Нет пристанища? В бегах? Опасаетесь за свою жизнь? * Хотите повеселиться? * Развить свой талант? *Нуждаетесь в тренировке?»⁴⁴. Такого рода проекты, сохраняя основные черты первоначального замысла, меняются в зависимости от динамики социальной жизни.

Престиж-проекты. В отдельную группу мы выделяем проекты, целевая установка которых основывается на феномене престижного потребления. Их, по существу, нельзя отнести ни к одному из выделенных типов: такие проекты могут возникать в любой тематической области, иметь любую форму финансирования, обладать любым масштабом и требовать самых разных сроков для реализации. Специфика их замысла состоит в закреплении социальных различий знаками престижа.

Финансовая сторона таких проектов основывается на парадоксе потребительского поведения, вскрытом известным американским экономистом и социологом Торстейном Вебленом (1857— 1929) в его книге «Теория праздного класса» (1899): определенными социальными слоями покупается не то, что экономически выгоднее (минимум затрат при максимуме качества), а то, что является престижным⁴⁵. Однако престижность изменяет не только стоимостные показатели проекта, но и другие его характеристики, поскольку речь идет об особом жизненном стиле показного потребления, демонстративных трат.

Одним из престиж-проектов можно считать отель, открытый неким Хендриксом в Лос-Анджелесе для наездников-миллионеров и их лошадей. Особенность этого проекта в том, что лошади живут в номерах «люкс», а их хозяева — в конюшнях.

Нередко престиж-проекты подталкивают людей к тому или иному поведению, ограничивают для них возможности выбора. Эти проекты имеют ярко выраженную социальную направленность, ее суть — установление особого рода социальных преград и фильтров, охрана корпоративного духа социальных групп, объединенных символами престижа.

Псевдопроекты. Псевдопроект — видимость проекта, форма, которой прикрывается какое-то другое содержание, не представленное в самом псевдопроекте. Социальный феномен псевдопроектной деятельности вполне объясняется популярностью проектной формы.

Мы выделяем две разновидности псевдопроектов — проекты-фикции и квазипроекты.

Проекты-фикции используют проектную форму как маскировку (латинское «fictio» означает выдумку, вымысел). Это могут быть псевдопроекты по типу конторы «Рога и копыта» Остапа Бендера, когда фикция имеется уже на стадии замысла. Это могут быть и своего рода декорации деятельности, изображение позитивных результатов проектов там, где они не были достигнуты. Еще с XVIII века для обозначения таких афер стало применяться название «потемкинские деревни».

1 января 1787 г. императрица Екатерина II предприняла путешествие в новые приобретенные ею земли. В Крыму императрицу и сопровождавшего ее императора Священной Римской империи Иосифа II ждал князь Григорий Александрович Потемкин (1739—1791). По дороге следования царского кортежа, в составе которого был и дипломатический корпус, разворачивались удивительные картины крестьянского благополучия: вдалеке виднелись добротные крестьянские поселения.

Это была искусная подделка: стояли только рисованные фасады, как о, теперь сказали бы «фанера», которые, в действительности, прикрывали тяжелое положение переселенцев.

С проектами-фикциями приходится часто встречаться на конкурсах социальных проектов. В этих случаях прежде всего обнаруживается заинтересованность в получении финансирования под проект, которое на самом деле планируется или потратить на другие цели (тогда мы имеем дело с «Рогами и копытами»), или использовать на проект только частично, позже составив фиктивный отчет о расходовании средств и представив реализацию проекта на отдельных удавшихся объектах (тогда перед нами — «потемкинские деревни»).

Квазипроектами (латинская приставка «quasi» означает «как будто» и соответствует по значению словам «мнимый», «ненастоящий») мы называем те, что обладают всеми признаками настоящего проекта, но планируют нововведение, которое на самом деле таковым не является. Форма проекта в этом случае позволяет сохранить инициаторам имеющееся положение под видом того, что это инновация.

Заметим, что в теориях социального управления используется понятие квазитехнологий, о которых говорят, если социальные технологии строятся на недостаточно выверенной базе данных социальных наук и социальной статистики и трудно проверяемых прогнозах. Различие между подлинной технологией и квазитехнологией проводится в таком случае по двум критериям: «Подлинная технология — есть продукт закрытых, изолированных систем и пользуется абсолютным преимуществом. Не соблюдая технологии производства, невозможно получить искомый результат с такой же эффективностью каким-либо другим путем. Квазитехнология социальных наук действует в совершенно другой форме. Ее функционирование обычно нацелено на изменение или исправление определенных условий, чтобы придать процессу нужное направление или определить такое направление»⁴⁶. Качество мнимости при таком понимании должно быть распространено на все социальные технологии, поскольку все они не подходят под понятие «подлинная технология» — разве что кроме тех, которые могут быть реализованы в обществах, называемых тоталитарными. Вот почему мы понятию «квазипроект» придаем очень узкое значение как разновидности псевдопроектов

Квазипроект — это по сути «прожект Крутицкого», каким он описан драматургом А. Н. Островским (1823—1886) в комедии «На всякого мудреца довольно простоты» (1868).

Старый ретроград Крутицкий при помощи героя комедии Глумова подготовил «прожект», первая же статья которого («Артикул 1-й») выражает его смысл: «Всякая реформа вредна уже по своей сущности»? Глумов предлагает Крутицкому переименовать прожект в трактат.

Крутицкий. Трактат, отчего же не прожект?

Глумов. Прожект, ваше превосходительство, когда что-нибудь предлагается новое; у вашего превосходительства, напротив, все новое отвергается...

Разумеется, квазипроекты не столь откровенно выражают консервативную тенденцию. Требуется обстоятельный анализ не только декларируемых, но и скрытых целей подобных проектов, которых в социальной сфере немало. Следы «прожекта Крутицкого» можно обнаружить в некоторых программах социального и культурного развития территорий, в различных документах, связанных с проектированием объектов социальной сферы.

Псевдопроекты отвлекают силы и ресурсы от реализации того, что составляет общественный интерес. Но есть у них и некоторое достоинство: они в определенных случаях могут противостоять неумеренным, непродуманным действиям властей по навязыванию населению инноваций, к которым оно не готово. В целом псевдопроекты — хороший материал для анализа в области социального проектирования.

В ряду псевдопроектов есть и такие, которые являются формой самовыражения людей определенного склада. В этом случае не преследуются какие-то утилитарные цели (как в большинстве проектов-фикций, например). Авторы избирают проектную форму как способ самопрезентации. Обычно цели таких проектов имеют характер миссии, а средствам на их реализацию внимания не уделяется.

Таков проект, направленный в 1999г. одним жителем российского города Камышин канцлеру ФРГ (текст своего письма автор, не удовлетворенный тем, что его «абсолютно серьезная и обдуманная идея» не была оценена, распространил через электронную почту и по факсу). Суть проекта — в повсеместной отмене денег. «Деньги — не русская категория. Я отменяю деньги на Земле», — пишет автор канцлеру. Почему ему? Автор поясняет: «Дело в том, что мои соотечественники совершенно потеряли рассудок, сошли с ума от денег, а также их отсутствия. На мои слова и письменные послания они никак не реагируют; и чтобы добиться хоть какого-то ответа, их следовало бы хорошенько поколотить». Канцлеру предложено «в возможно более короткие сроки» рассмотреть внесенное предложение об отмене денег на Земле.

Подобные курьезы отчетливо демонстрируют то, что в некоторых проектах скрыто за фасадом, соответствующим принятым образцам.

Многообразие типов проектов — одна из примечательных черт социального проектирования. Возможность применять проектные подходы и технологии на любом уровне социальной организации, в самых разных масштабах, временных рамках, с мощными ресурсами и почти без них придает социальному проектированию гибкость и реалистичность. Условия, которые задаются проекту, предопределяют его форму и пути реализации. Разработка социального проекта тем не менее и по своему смыслу, и по применяемым технологиям близка для самых непохожих проектов. О том, как вести такую разработку, речь пойдет в следующей главе.

1 См.: Емельянов Ю.Н. Указ. соч. С.5.