2. Места богослужебных собраний

По-видимому само понятие о христианском храме отсутствовало в апостольском наследии. Т.к. Богу служили "в духе и истине", а "храмом" считалось само тело христианина: "Разве вы не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас?" (1 Кор. III, 16; Ср. с 2 Петр. I, 13-14). Первое упоминание о храме мы встречаем только в 201 г., когда Эфесский христианский храм был разрушен наводнением. Следовательно, на протяжении всего II века храмов ещё не было, и храмовое богослужение развиться не могло.

Исключение составляла большая Римская Церковь, которую начинающиеся гонения заставили осваивать катакомбы. В катакомбах легко устраивались подземные храмы (крипты). Поэтому богослужение в Римской Церкви стало развиваться ускоренными темпами (о чём свидетельствует Иустин Философ и Ипполит Римский).

На Востоке Евхаристию по-прежнему совершали в домовых триклиниях. Это были парадные столовые для гостей – большие общие залы (иногда с колоннами) в дальних частях домусов. Единственным новшеством здесь был особый престол, который греки называли "трапеза", а римляне – "алтария". Участники божественной трапезы уже не возлежали (т.к. их было слишком много), а сидели на скамьях. за их спинами теснились оглашаемые, а потом выходили во внутренний дворик – перистиль. Т.о. самое большое, что мы можем найти во II веке – этомолитвенные дома, которые, однако, принадлежали частным владельцам и ничем не выделялись среди остальных. (См. Голубцов А. "Места молитвенных собраний христиан I-III вв. Серг. Пасад, 1898 г.).

3. Свидетельство плиния младшего

О том, что гонения быстро переметнулись с больших городов на сельскую местность, свидетельствует письмо прокуратора Вифинии Плиния Мл. к императору Трояну (ок. 113 г.): "Зараза этого суеверия прошла не только по городам, но и по деревням и поместьям. Но, кажется ее можно остановить, – пишет Плиний. – Я никогда не присутствовал на следствиях о христианах, поэтому я не знаю, о чем принято допрашивать и в какой мере наказывать".

Т.о. Плиний является гонителем. В письме к императору он спрашивает советов и сообщает те сведения, которые ему удалось добыть на предварительных допросах:

"Я счел необходимым под пыткой допросить двух рабынь, называвшихся служительницами (т.е. это были дьяконисы) ... и не обнаружил ничего, кроме безмерно уродливого суеверия ..."

"Они утверждали, что вся их вина или заблуждение состояли в том, что они в установленный день (т.е. конечно в воскресенье) собирались до рассвета и воспевали, чередуясь, Христа как Бога" (т.е. пели антифонно какие-то гимны. Обратим внимание на эти "предрассветные собрания", как назовёт их Тертуллиан! Быть может, это – зачаток будущей утрени). "После этого, – продолжает Плиний, – они обычно расходились (по домам) и сходились опять (значит – вечером) для принятия пищи, обычной и невинной" (мы-то понимаем, что речь идёт об агапах!) "Но это они перестали делать после моего указа, которым я, по твоему распоряжению запретил тайные общества". Наивный Плиний! Христиане по его сведениям прекратили совершение агап, но, конечно, не остались без Евхаристии, а только перенесли её на утро (См. об этом "Бог. труды" вып.6, стр.- 210). Отметим, что это первое (хотя и косвенное) свидетельство разрыва Евхаристии с агапой и перенесение её на утро! Скорее всего, это – только эпизод. Но в Риме схожие процессы уже к сер II в. также привели к отрыву Евхаристии от агапы. Об этом свидетельсвует мч. Иустин Философ.