7. Типикон прп. Саввы освященного

Биограф прп. Саввы палестинский инок Кирилл Скифопольский (VI в.) доносит до нас почти анекдотический эпизод, свидетельствовавший о том, что даже аудиенция у величайшего православного императора Юстиниана не могла отвлечь зачинателя нашего Устава от сосредоточенного совершения службы часов.

В то время как Юстиниан обсуждал со своим квестором ходатайство Саввы, сам подвижник “отойдя недалеко тайно читал Давидовы псалмы и совершал службу III часа”, а на упрек своего диакона в невнимании к царю ответил: “Они, сын мой, делают свое дело, а мы должны делать свое”. (§ 73). В этом, мне кажется, весь Савва!

С восьмилетнего возраста воспитанный в монастыре, он не мог представить себе жизни без углубленного молитвенного служения. И, переходя из этой жизни в иную (вскоре после описанной аудиенции), он заботился только о том, чтобы сохранить правила, выработанные им в своих обителях. Как сказано в его житии, своему преемнику игумену Мелиту он “вручил их на бумаге”

Вот эти-то “правила”, о которых столько спорили ученые-литургисты (и само существование которых бесконечно оспаривалось гиперкритиками) были неожиданно обнаружены нашим проф. А. Дмитриевым в библиотеке древнейшего Синайского монастыря в рукописном Типиконе XII века под No 1096 между месяцесловной и триодной частями. Конечно, это не оригинал, но судя по названию (“Образец и правило и закон честнаго Саввы”) они восходят к упомянутой “бумаге”:

“Должно соблюдать правила, установленные преподобным и блаженным (наименования VIII века) отцом нашим Саввою. Ни в каком случае не принимать в лавру ни безбородого, ни евнуха. Женщинам же нельзя входить для молитвы не только в Лавру, но и в метохи (странноприимницу)...” далее: о женщинах.

“Не должен никто вообще выходить из Лавры в субботу ввиду имеющего быть всенощного бдения, но после бдения, с согласия настоятеля, пусть идет по надобности своей...” (это прямо соответствует свидетельству “Жития” о том, что прп. Савва ввел воскресные всенощные и очень заботился о них).

“Уходящих в пустыню и в ней обитающих, с согласия настоятеля, принимать по нуждам их, а если они удаляются самовольно из желания жить по своей воле, то по возвращении их не принимать...”

(и т.д. цит. по Скабаллановичу стр. 324 - 325).

Легко увидеть, что перед нами еще не Устав, а т.н. “ктиторский типикон”, т.е. посмертная воля аввы, записанная на смертном одре в виде завещания. Очевидно, подобное завещание оставил и прп.Харитон своим последователям в Фаранеской Лавре и прп. Евфимий Великий (о чем прямо пишет Кирилл Скифопольский).

Таким образом, прп. Савва лишь систематизировал правила, уже распространенные до него среди палестинских монахов. В результате вышло 11 наставлений, в том числе: о совершении Литургии и литии, о псалмопении, о выборе игумена, об умирении раздоров и т.д.

Итак, как будто оказались правы гиперкритики и Устав, дошедший до нас под именем прп. Саввы, ему не принадлежит. Но богослужебный Устав и не может быть творением одного человека ! Это - плод соборного церковного творчества. Значение прп. Саввы в том, что его “Завещание” есть начальное (теперь уже документально зафиксированное!) звено в передаче литургического Предания Церкви. А о том, каковы были последующие звенья и сопутствующие им литургические явления, мы можем пока лишь догадываться и строить гипотезы.