Лев николаевич толстой (1828-1910)

Основные проблемы:

– «истинная религия». Бог есть любовь;

– этический максимализм

(непротивление злу насилием).

Л.Н. Толстой родился в графском имении Ясная Поляна Тульской губернии, где провел почти всю свою жизнь. Получил прекрасное домашнее образование, учился в Казанском университете. Служил в армии на Кавказе; во время Крымской войны участвовал в обороне Севастополя.

В 1855 г. в Петербурге входит в литературные круги. Позднее решает обосноваться в деревне, где создает школу для крестьян, совмещая занятия хозяйством и литературным творчеством.

Интерес к философским вопросам был присущ Толстому на протяжении всей творческой жизни. В романах «Война и мир», «Анна Каренина» и других произведениях им были поставлены проблемы философии истории, свободы человека. С конца 70-х гг. в работах писателя – религиозно-философские искания. В произведениях «Исповедь», «В чем моя вера», «Я верю» и др. Толстой подверг критике официальное богословие и предложил собственное понимание христианства. Отрицание официальных церковных обрядов было одной из причин отлучения писателя Святейшим Синодом от церкви (1901 г.).

В конце жизни Толстой особенно тяготился бытом помещичьей усадьбы, пытаясь привести свой образ жизни в согласие с убеждениями. Он тайно уходит из Ясной Поляны, по дороге простужается и умирает на железнодорожной станции в ноябре 1910 г.

Из западноевропейских мыслителей Л.Н. Толстому ближе всего были Руссо, Шопенгауэр и Бергсон. В молодые годы писатель изучал учения Декарта, Монтескье. Его интересовало, как решают мировые религии вопрос о цели человеческого существования. Руссо повлиял главным образом на социальную философию Толстого. Религиозная этика писателя по содержанию близка трактовке Шопенгауэра. Так же, как Бергсон, Толстой выдвигал на первый план интуицию при решении гносеологических проблем.

Изменить общественную жизнь к лучшему, согласно взглядам писателя, следует не сменой социальной системы (революция, насилие, война не совместимы с моралью), а путем всестороннего развития каждой отдельной личности. Осуществление идеи духовного совершенствования человека выдвигает проблемы этики в центр философских интересов Толстого.

Ни опытная наука, ни философия как рациональное знание, по мнению писателя, не могут дать ответа на вопрос о смысле жизни: «Опытная наука тогда только дает положительное знание и являет величие человеческого ума, когда она не вводит в свои исследования конечной причины. И наоборот, умозрительная наука – только тогда наука и являет величие человеческого ума, когда она устраняет совершенно вопросы о последовательности причинных явлений и рассматривает человека только по отношению к конечной причине… Наука эта ясно ставит вопрос: что такое я и весь мир? И зачем я и зачем весь мир?… И философия не только не отвечает, а сама только это и спрашивает» [5, с. 57-58].

Не найдя разъяснения в знании, Толстой обращается за разъяснением к «жизни». По его мнению, существует четыре варианта отношения человека к жизни: 1) «неведение», непонимание того, что жизнь есть зло и бессмыслица; 2) «эпикурейство», телесные радости; 3) «выход силы», т.е. стремление уничтожить жизнь; 4) «выход слабости», т.е. осознанное продолжение жизненной бессмыслицы.

Разум приводит человека к мысли о том, что жизнь бессмысленна, и тем самым подводит к самоубийству. Спасти человека может только религиозная вера, ориентированная на высший смысл бытия. «Вера есть знание смысла человеческой жизни, вследствие которого человек не уничтожает себя, а живет». «Бог есть жизнь» [5, с. 94].

Писатель критикует официальное христианство и церковь за приспособление заветов Христа к миру, а, стало быть, за измену истинной вере. По его мнению, церковь, на словах признавая учение Христа, в жизни прямо отрицала его. «…Мир стал жить жизнью, которая стала хуже языческой жизни, и церковь стала не только пропагандировать эту жизнь, но утверждать, что в этом-то и состоит учение Христа» [5, с. 309].

Толстой глубоко изучает мировые религии и решает создать собственную религиозно-философскую систему, которая бы не уводила человека от жизни, но утверждала бы счастье на земле.

Толстой считает Христа, Конфуция, Будду, Соломона мудрецами, учителями жизни. Восточные религии были ему близки своей практической направленностью, связью с реальной жизнью.

Все религии, по мнению Толстого, состоят из двух частей: этическая (учение о жизни людей) и метафизическая (основные положения о Боге и происхождении мира и людей). Поскольку содержание этических разделов во всех религиях фактически совпадает, то учение о морали и должно быть единственным содержанием истинной и единой религиозной системы [6, с. 164-166]. Официальная же церковь подменяет этику метафизикой, ставит внешнее выше внутреннего. Только простой народ сохранил нравственное ядро религии. Религиозные легенды и мифы, содержащиеся в Библии, писатель называл баснями; в церковной исповеди он видел обман, поощряющий безнравственность.

От христианства Толстой оставляет евангельские заповеди как нормы нравственности и справедливости. Бога писатель представляет в качестве «неограниченного существа», которое осознается каждым человеком в самом себе; он склонен был отождествлять Бога с душой. Толстой любил повторять, что «Бог – это совершенное благо», «Бог есть любовь». Всеобщий разум, или Бог, является, по его мнению, высшим законом нравственности, и познание его составляет главную задачу человечества. Хотя конечная причина и цель жизни мира скрыты от человека, он, зная Бога, понимает, что призван участвовать в увеличении любви в мире и установлении «царства Божия внутри нас и вне нас» [6, с. 138].

Животное происхождение человека и его «животное сознание» есть, по Толстому, величайшее препятствие для совершенной жизни и соединения с Богом. «Отсутствие религии делает возможным животную жизнь, основанную на насилии… Человек есть слабое, несчастное животное до тех пор, пока в душе его не горит свет Бога. Когда же свет разгорается… человек становится могущественнейшим существом мира. И это не может быть иначе, потому что действует тогда в нем уже не его сила, а сила Божия» [6, с. 172].

Если человек перестает противиться злу насилием, т.е. перестает следовать закону этого мира, то будет действовать Бог (добро побеждает лишь при условии действия самого Бога). Каждый человек должен не просто знать евангельские заповеди, но пытаться жить по ним.

Осуждая одинаково за насилие как правительство, так и революционеров, Толстой предлагает несколько рекомендаций практической этики. По его мнению, необходимо перестать самому делать прямое насилие, а также готовиться к нему, не принимать участия в каком бы то ни было насилии, делаемом другими людьми, не одобрять никакого насилия.

Критики толстовского учения утверждали, что при таком эксперименте победит зло. Толстой считал, что в конечном счете победит добро; но он отмечал, что добро начинает в борьбе со злом пользоваться злыми средствами, поэтому выступал против насилия вообще, считая, что насилием нельзя осуществить добра.

Проблемы социальной философии Толстой также переводит в плоскость религиозной этики. Как и Ф.М. Достоевский, он не признает революционных преобразований общества, негодует по поводу призывов Чернышевского (но соглашается с ним в критике западной цивилизации за аморализм и индивидуализм). «Основной принцип всякой религии – равенство людей между собой – до такой степени забыт, оставлен и загроможден всякими нелепыми догмами в исповедуемой религии, а в науке это самое неравенство до такой степени – в виде борьбы за существование и выживание более приспособленного – признано необходимым условием жизни, что уничтожение миллионов жизней человеческих для устройства меньшинства властвующих считается самым обычным и необходимым явлением жизни и постоянно производится» [6, с. 149].

Чтобы изменить к лучшему общественные отношения, надо заняться просвещением и образованием людей; в этом случае не потребуется революции и кровопролития. Если нравственнее станет каждый человек, то нравственнее станет и общество в целом.

В стиле славянофилов и сторонников теории «русского социализма» Толстой считает, что крестьянская община позволяет человеку жить, не испытывая нужды в государственной власти. Писатель выступает против частной собственности на землю и привилегий меньшинства.

Эти идеи Толстого повлияли на концепцию сторонников «христианского социализма», согласно которой нравственное совершенствование всех членов общества, которое заложено в человеке (Богом или природой), позволит спасти человечество от насилия и войн.

Толстой считает, что преступления являются условием существования любого государства; это можно оправдать лишь в том случае, если зло государственного насилия меньше зла насилия людей друг над другом. Толстой не делает различия в этом отношении в формах государства, утверждая, что все они – от открыто-деспотических до либерально-республиканских – сохраняют свою насильственную сущность.

Отношение к учению Л.Н. Толстого в кругах русских философов было различным. По мнению К.Н. Леонтьева, Толстой «гениальный моралист», создавший, как и Достоевский, разновидность «розового христианства». По мнению Вл. Соловьева, более страшным грехом было бы оставить беззащитных во власти убийц, чем не подчиниться заповедям непротивления злу.