Основные идеи культурно-исторической теории

	"...не систему, а программу, не весь круг вопросов, а центральную его проблему имели мы все время в виду и преследовали как цель".
		Л. С. Выготский (Психология искусства)

Известно, что Выготский начинал лекцию по памяти с демонстрации своей "феноменальной" памяти. Он просил аудиторию называть ему длинный список слов, несколько сотен, и записывал их на доске. Затем отворачивался от доски и в любом порядке (спереди назад, сзаду наперед, с середины) этот ряд воспроизводил. Понятно, слушатели бывали поражены такой необычайно сильной памятью. Дело, однако, в том, что у Выготского не было никакой "феноменальной" памяти в обычном смысле этого слова, т. е. особой естественной "эйдетической" памяти, подобной, например, той, что была в случае Шерешевского, описанном А. Р. Лурией в его "Маленькой книге о большой памяти". Каким же образом тогда Выготский, не обладая никакой особенной природной памятью, ничем в этом отношении не отличаясь от своих слушателей, тем не менее мог решать такие сложные мнестические задачи? Оказывается, все дело заключалось в том, что Выготский использовал при запоминании особые вспомогательные приемы и средства — использовал специально разработанную "мнемотехническую систему". Блестяще зная историю всемирной литературы, он составил для себя длинный список наиболее крупных писателей от античности и до его дней, расположив их в хронологическом порядке, и твердо запомнил его. Это и была его "мнемотехническая система". А затем, каждый раз, когда ему нужно было запомнить предлагаемый слушателями список слов, Выготский "прицеплял" каждое очередное слово к соответствующему члену списка писателей и таким образом с легкостью запоминал его и его порядок в последовательности других слов. На первый взгляд может показаться, что, такой прием не только не облегчает, но, напротив, усложняет задачу, нагрузка на память лишь возрастает: вместо того, чтобы "просто" запомнить ряд слов, нужно теперь запомнить еще и связи каждого из этих слов с фамилиями из списка! Но парадоксальный с точки зрения обыденного сознания факт состоит в том, что если готова подобного рода мнемотехническая

78

система, то запомнить с ее помощью даже такой невероятный по объему материал не составляет уже особого труда.

Больше того, действительные трудности, как оказывается, начинаются там, где человеку, имеющему такую мнемотехническую систему, нужно, напротив, нечто запомненное однажды с ее помощью забыть. Оказывается, что "стереть" этот, однажды запомненный список слов невероятно трудно. Он может храниться в памяти длительное время, и, естественно, если человек хочет еще раз воспользоваться той же самой мнемотехнической системой, а заготавливать каждый раз новую систему слишком накладно, то возникает трудная задача стереть запомненный ряд слов. Интересно, что здесь также существуют специальные приемы, которые, в отличие от первых, мнемотехнических, называются летотехническими, по имени той мифологической реки подземного мира — Леты, которая, в соответствии с представлениями древних греков, давала забвение.

Чем интересна эта история? И почему Выготский начинал лекцию о памяти с демонстрации своей "феноменальной памяти"? Потому, что как раз сердцевиной культурно-исторической теории самого Выготского и является учение об особой специальной знаковой организации всех собственно человеческих форм психики, или, как называл их сам Выготский, — "высших психических функций", и памяти человека в том числе. Основным тезисом культурно-исторической теории применительно к проблеме памяти и является утверждение, что спецификой высших, собственно человеческих форм памяти, является то, что они имеют особую "опосредствованную" структуру и что в качестве средств организации памяти выступают всякого рода мнемотехнические приемы и средства, т. е. особые знаковые системы, как правило, выработанные в истории и присваиваемые каждым отдельным индивидом в ходе его психического развития.

* * *

Программа Выготского предполагала прежде всего радикальный пересмотр границ психологического: психология должна была заняться анализом того, что с традиционной точки зрения психическим не являлось: мнемотехнические знаковые системы, системы письма и счисления, схемы, произведения искусства, костюм и т. д. Даже система так называемых "мушек", которые европейские модницы в XVIII—XIX вв. наносили на лицо, дабы соответствующим образом организовать внимание собеседника, должна была теперь войти в круг явлений