Ландшафтная зональность

В зависимости от определяющего фактора следует различить пять типов ландшафтной зональности: широтную, гидротермическую, орогенетическую, парадина-мическую, вертикальную.

Ш и р о т н а я з о н а л ь н о с т ь. В основе ее лежит нарастание солнечной радиации от высоких широт к иязким. В конечном счете солнечная радиация определяет тепловые ресурсы в ландшафтах. Установлена закономерная связь между радиационными условиями я суммами средних суточных температур выше 10°: последние в 100 раз превышают величины радиационного баланса, выраженного в килокалориях на 1 см² за год [Григорьев А. А., Будыко М. И., 1961]. Широтная зональность – глобальная и наиболее универсальная зональность, сказывающаяся буквально на всех компонентах ландшафта. Однако степень ее проявления в разных компонентах ландшафта неодинакова и распределяется по убывающей в таком порядке: климат – р астительность – животный мир – почвы – поверхностные воды – грунтовые воды—рельеф (морфоскульпту-ра) – грунты (литогенез). Широтная зональность обусловливает формирование географических поясов.

Географические пояса как высшие зональные подразделения первоначально ограничивали пределами суши. Еще два десятилетия назад в «Физико-географическом атласе мира» (1964) авторы содержательной карты «Типы природных ландшафтов суши» не решились границы географических поясов продолжить на акватории океанов *. Но это было сделано через несколько лет в учебном пособии К. К. Маркова, О. П. Добродеева, Ю. Г. Симонова, И. А. Суетовой (1973,

* Пишу: не решились, так как идея о единых для суши и океанов географических поясах к тому времени не была совершенно новой, а Д. В. Богдановым (1961) даже составлена карта «природных зон» (в действительности, поясов) океана, аналогичных поясам суши.

с. 95): «Буквально все географические пояса имеют и в ^океане свой собственный облик. Экваториальный, тропический ('пассаты), субтропический, умеренный антарктический поясы в океане так же неповторимы, как и на суше. Особый колорит поясности океана создают температура и соленость воды, течения, ледовые условия, окраска воды, волнение, облачность, авиафау-на и весь остальной органический мир. Зональяы странствующие .альбатросы, летучие рыбы, кораллы».

Умеренные и тропические пояса суши с их гумид-ным климатом и развитым биоетромом продолжаются на океане в качестве поясов с высокой биологической продуктивностью. Субтропические пустынные пояса суши с слабо развитым биостромом в равной мере прослеживаются и над океаном. Причина возникновения субтропических пустынь одна и та же как на суше, так и над океаном – антициклональная циркуляция атмосферы, обусловливающая над океаном повышенную соленость воды и затрудняющая поступление к поверхности глубинных питательных солей. «В конечном счете недостаток влаги и на суше и в океане приводит к сходному результату для биоса – возникают пустыни, почти лишенные жизни» [Лисицын А. П., 1981, с. 14].

Широтная зональность свойственна всем вариантам ландшафтной сферы Земли. Помимо наземного и водно-поверхностного, она проявляется рядом специфических особенностей в земноводном, ледовом (покровные и горные ледники разных широт, многолетние морские льды) и донном вариантах.

Особенно большие площади приходятся на донный вариант. Широтную зональность обнаруживает осадкообразование на дне океанов, где установлено четыре типа литогенеза: ледовый, гумидный умеренный, аридный, гумидный экваториальный. Главная часть выносимого из определенных зон суши осадочного материала оседает в океане в пределах тех же климатических зон. Это объясняется более сильным (в 10 раз) зональным (по широте) переносом водных масс в океане по сравнению с меридиональным.

По мнению А. П. Лисицына (1981, с. 23), зоны седиментогенеза тесно связаны с природными зонами океана, они есть их «следствие, зеркало или память, так же как .почвы суши являются зеркалом ландшафта суши, его памятью».

Донные географические пояса обособляются не только по характеру грунтов. С широтой местности меняется состав донной биоты, состоящей в основном из зообентоса. Именно на этих двух компонентах донного ландшафта сказывается прежде всего «опосредствованное воздействие климатической обстановки на поверхности океанов» [Леонтьев О. К., 1982]. Донные ландшафтные пояса – слабое и, разумеется, неполное отражение поверхностных океанических поясов. Но это все же отражение, поэтому трудно согласиться с О. К-Леонтьевым, что донных географических поясов меньше, чем на поверхности океанов. Наблюдающееся у некоторых авторов несовпадение поверхностных и донных океанических поясов объясняется не столько недостаточной изученностью донных ландшафтов, сколько неоправданно большим числом выделяемых .поясов на поверхности суши и океанов.

Гидротермическая зональность. Этот тип зональности – внутрипоясной, обусловленный различиями в соотношении тепла и .влаги. Он -ведет к обособлению географических зон, простирание которых далеко не всегда совпадает с широтным (с запада на восток). Г. Д. Рихтер (1964) приходит к выводу, что широтная зональность в чистом виде наблюдается сравнительно редко, а Е. Н. Лукашова (1966) на том же основ.ании делит «горизонтальную» зональность на широтную и меридиональную *. Но зоны – следствие не широтной (радиащто'Нной), а гидротермической дифференциации ландшафтной сферы и требовать от них обязательно широтного простирания – значит не видеть принципиальных различий между географическими поясами и географическими зонами, нашедшими выражение в периодическом законе географической зональности А. А. Григорьева – М. И. Будыко и в периодической системе географических зон (см. главу: «Географические циклы развития биострома и перио-

* В данном случае не смешивать с меридиональной зональностью В. Л. Комарова (19Е1), которая Е. Н. Лукашовой именуется секторностью. И далее: если говорить о широтной и меридиональной горизонтальной зональности, имея в виду лишь их пространственное положение, то почему не выделять еще и «диагональную» зональность?

дическая система географических зон»). Г. Д. Рихтер (1965) хорошо понимал различия в факторах дифференциации поясов и зон, и тем необоснованнее выглядит его утверждение, что «зависимость природных комплексов (ландшафтов) от соотношения тепла и влаги является более общей и основной географической закономерностью, чем зависимость от географической широты» (1964, с. 61). Это же утверждение Г. Д. Рихтер (1969а, с. 30) повторяет и позже: «Соответствие облика биоклиматической составляющей ландшафта соотношению тепла .и влаги является законом, всеобщим для поверхности Земли, более общим для всей поверхности Земли, чем закон широтной зональности». Помимо того, что такое противопоставление двух типов зональности неправомерно, оно ошибочно по существу: широтная (радиационная) зональность свойственна всем без исключения вариантам ландшафтной сферы, гидро-термической же зональности нет в водноповерхностном и донном вариантах (см. табл. 8).

ШИРОТНАЯ (РАДИАЦИОННАЯ) ЗОНАЛЬНОСТЬ

Рис. 12. Типы ландшафтной зональности

В основе своей гидротермическая зональность не является самостоятельной. Она – наложение широтной (радиационной) зональности на парадинамичес-кую, чем и объясняется различная пространственная ориентация зон. Косвенно', через парадинамичеекую зональность, на нее воздействует и орогенетическая зональность (рис. 12).

Орогенети ч еск а я зона л ьность. Обусловленная неровностями рельефа орогенетическая зональность свойственна наземному, ледовому, земноводному и донному вариантам ландшафтной сферы и, таким образом, проявляется на большей площади, чем гидротермическая зональность. По меньшей мере, есть три вида орогенетической зональности.

Высотная зональность, вызванная изменением абсолютной высоты местности. Ее распространенный синоним •— высотная поясность ландшафтов предназначен подчеркнуть принципиальные различия между равнинными природными зонами и высотными «зонами. Обязательное условие для проявления высотной зональности – наличие склонов значительной протяженности, с перепадом высот, достаточным для смены одного типа ландшафта (высотной зоны) другим. Высотная зональность – качественная особенность класса горных ландшафтов. Районы плоскогорий и высоких плато, лишенные высотной зональности, несмотря на большую абсолютную высоту, относятся к классу равнинных ландшафтов, образуя здесь ряд подклассов (повышенных, средневыеотных и высоких равнин) [Мильков Ф. П., 1978в].

Формирование высотной зональности протекает на фоне гидротермической зональности. Каждой равнинной зоне присущ свой тип высотной зональности (тундровый, таежный, хвойно-широколиствевных лесов, лесостепной, степной и другие типы). Будучи обобщенным понятием, тип высотной зональности в зависимости от местных климатических и геолого-геоморфологаческих условий находит свое конкретное выражение в структуре высотной зональности. Пользуясь терминологией С. А. Захарова (1934), в одних случаях наблюдается инверсия высотных зон, в других – их интерференция (выпадение), в третьих – миграция (взаимопроникновение). Региональные различия в структуре высотной зональности составляют основу физико-географического районирования горных стран.

По степени выраженности различают полную и срезанную высотную зональность [Мильков Ф. Н., 1977в]. При полной зональности наблюдается весь возможный в условиях данной равнинной природной зоны набор высотных зон, что мы видим на примере Кавказа, Альп, при срезанной – .выпадают или верхние зоны вследствие небольшой высоты гор (Средний Урал, Горный Крым), или нижние зоны вследствие большой абсолютной высоты «базисной» зоны (горные хребты нагорий типа Восточного Памира или Центрального Тянь-Шаня).

Географическим закономерностям структуры высотной зональности посвящен ряд интересных исследований почвоведов и геоботаников [Аболин Р. И., 1930; Захаров С. А., 1936, 1937; Еленевский Р. А., 1938; Герасимов И. П., 1948; Фридланд В. М., 1951; Станюкович К. В., 1973; и др.]. У ландшафтоведов, если не считать постановочной статьи Н. А. Гвоздещкого (1957) и главы в научно-популярной книге И. С. Щукина и О. Е. Щукиной (1959), сведения о высотной зональности разбросаны по (Множеству региональных работ. Высотная зональность ландшафтов нуждается в монографическом исследовании в первую очередь для территории ОССР, а затем и мира.

Глубинная зональность – аналог высотной зональности в донном варианте ландшафтной сферы; обусловлена неровностями океанического дна. Глубина определяет «климат» донных ландшафтов – температуру и другие физические свойства придонных слоев воды*, «почвы», представленные различного рода морскими осадками, состав биоты и запасы биомассы.

С глубиной (связано формирование и география самых разнородных грунтов – от терригенных песков на мелководье до красных глубоководных глин в абиссали. В размещении океанических «почв» – грунтов есть два важных глубинных рубежа: на глубине около 2500 м (нижняя граница материнского склона) терригенные осадки уступают свое господство осадкам биогенного происхождения, на глубинах 4000—5000 м карбонатные грунты замещаются бвскарбонатными (уровень карбонатной компенсации).

Очень выразительна в донных ландшафтах глубинная зональность биоты. Богат и разнообразен био-стром донных ландшафтов шельфовых морей. Разросшиеся бурые водоросли из Laminaria я Macrocystis напоминают настоящие подводные леса, которые Ч. Дар-

* В. Н. Степанов (1983) различает особую придонную зону океанических вод.

вин (1977) сравнивал с тропическими материковыми лесами. И Дж. Куллини (1981, с. 182), американский биогеограф, назвавший свою книгу о биологии шельфа «Леса моря», утверждает, что крупные заросли зрелых бурых водорослей «но обилию жизни, нашедшей в них приют, могут соперничать с тропическим лесом в сезон дождей».

Таблица 6

Суммарные запасы донной фауны (в живом весе)

на различных глубинах Мирового океана

[Айзатуллин Т. А., Лукьянова Т. С., Суетова И. А.,

Хай лов К. М., 1980]

Глубина,, м	Площадь		Ориентировочная средняя биомасса, г/м2 (т/км2)	Суммарная биомасса
	мли. км2	%
				млн. т	%

0-ЭОО 27,60 7,6 (139,0 31840,8 88,1

200—3000 82ДШ 17,2 32,2 21118,4 32,0

Более 3000 27Ц:,й5 715,2 2,4 64l2,8 -9,9

Весь океаи 31611,36 100„0 48,2 66012,0 1100,0

Но уже в батиали наблюдается резкое падение проявлений органической жизни (табл. 6). Бентос батиали в четыре раза меньше средней биомассы бентоса на шельфе. Д. Г. Панов (1950) подводные ландшафты материкового склона обоснованно¹ называет океанической полупустыней. На фоне батиали подлинной пустыней выглядят донные ландшафты абиссали.

Сопоставляя глубинную зональность с высотной, следует заметить, что на самых больших, ультра-абиссальных глубинах океана органическая жизнь намного богаче по сравнению с ультрахолодной ледяной пустыней внутренних районов Антарктиды.

Склоновая микрозональность – изменение ландшафтных комплексов по элементам склона в -равнинных условиях. Генетически это такая же орографическая зональность, как и высотная. Различия между ними проявляются в масштабах и связанных с ними ландшафтных последствиях. Это имели в виду Я. Н. Афанасьев (192:2, 1930) и С. А. Захаров (1927), возводя склоновую микрозональноеть в ранг одного из основных законов географии почв. В основе обособления микрозон лежит динамическая дифференциация вещества вниз по склону (см. с. 218).

По аналогии с сушей склоновая микрозональность свойственна донному, земноводному и, возможно, ледовому -вариантам ландшафтной сферы.

Парадинамическая зональность. В самом общем виде это система зон взаимодействия двух смежных географических объектов. Поэтому проявления парадинамической зональности крайне разнородны и разномасштабны.

Глобальный характер имеет циркумокеаническая и циркумконтинентальная зональность. И та и другая – результат взаимодействия материков с океанами. Первая выражает падение океанического воздействия – нарастание континентальноети ландшафтов*—от океанического побережья в глубь материка. Именно с цирку моке эпической зональностью связано явление сектор-ности, или меридиональной зональности **. Но сектор-ность отражает циркумокеаническую зональность в искаженном виде, ограничиваясь только фиксацией изменений ландшафтов на западных и восточных океанических окраинах материков, наиболее четко прослеживаемых «а территории СССР, и оставляя в стороне океаническое воздействие на северную и южную окраины материков. А между тем это воздействие на арктическое побережье СССР очень велико (охлаждающее влияние летом, отепляющее – зимой, при ветрах «муссонной тенденции»), хотя оно и затушевано активным западным переносом.

Существование циркумокеанической зональности на материках достаточно хорошо прослеживается на карте '«Поясов континентальности климата земного шара» Н. Н. Иванова (1959), для составления которой им был вычислен коэффициент континентальности для 1800 пунктов земного шара. Анализируя ее, нетрудно прийти к заключению о существовании трех видов циркумокеанической зональности:

— симметричной, 'когда океаническое воздействие проявляется с одинаковой силой и протяженностью со всех сторон материка (Австралия);

* О понятии континентальносп ландшафта смотри в работе [Мильков Ф. Н, 1980].

** История вопроса о выделении секторов изложена М. А. Лихоманом (1981).

• асимметричной, где, как на севере Евразии, превалирует воздействие Атлантического океана (влияниезападного переноса);

• смешанной.

Циркумконтинентальная зональность – .изменение дойных ландшафтов по мере удаления от побережья материка: нарастание глубин, уменьшение доли терри-генного материала в донных осадках, снижение биомассы бентоса. Поскольку терригенный материал (22,6 млрд. т в год) преобладает в 'океанических осадках (25,3 млрд. т в год) [Лисицын А. П., 1981], можно говорить об уменьшении интенсивности осадконакоп-лен'ия в целом при удалении от окраины материка. В пелагической области океанов значение циркумконти-нентальной зональности в накоплении осадков ослабевает. Об осадкообразовании в пелагической области Тихого океана И. О. Мурдмаа (1981, с. 99) сообщает: «Черты циркумконтинентальной зональности проявляются слабо, на первое место выступает широтная зональность, тесно 'связанная с географическими (климатическими) зонами Земли, с циркуляцией вод я с зональностью биологической продуктивности».

Наглядно иллюстрируют цяркумконтинентальную зональность донных ландшафтов океана суммарные запасы донной фауны, рассчитанные по разным цир-кум'континентальным зонам (табл. 7).

Широко распространена парадинамическая зональность регионального уровня. В результате взаимодействия гор с окружающими равнинами возникает своеобразная предгорная зональность, получившая название ландшафтов барьерного подножия и дождевой тени у одних авторов [Леонтьев Г. С., 1938; Яунпутнинь А. И., 1946], гумидно-предгорной и аридно-теневой зональности – у других [Ливеровский Ю. А., Корнблюм Э. А., 1960]. Ф. А. Максютов (1981) выделяет равнины, примыкающие к горам, в особый класс пригорных ландшафтов, различая в них две полосы: подгорную и призов алымьр авнинную.

Наконец, в природе очень часты проявления локальной парадинамической зональности, которую, быть может, лучше называть парадинамической микрозональностью.

Таблица 7

В 'итоге взаимодействия озера или водохранилища с окружающими ландшафтами в 'береговой полосе четко обрисовываются три ландшафтные микрозоны: 1) прямого геоморфологического воздействия; 2) прямого гидрогеологического¹ воздействия; 3) климатического (Влияния. Последняя микрозона у крупных озер в равнинных условиях может достигать значительной ширины – нескольких десятков километров.

Парадинамическая опушечная микрозональность возникает при контакте лесного массива со степью или полем 'В лесостепной и степной зонах *.

1. Лесная опушечная микрозона. Деревья здесь испытывают угнетение: чаще, чем в глубине массива, суховершинят, подрост страдает от сугробов снега. Они имеют и другую внешнюю форму, устойчивую к сильным ветрам, отличную от деревьев в глубине леса, которые, по выражению Г. Ф. Морозова (1949, с. 85), «отвыкают от ветра». По сравнению с остальной частью лесного массива животный мир в опушечной мик-розоне богаче и разнообразнее – результат проявления биологического эффекта рубежей контрастности

* Опушечная мимрозоналышсть – будем ее так называть – описывается в работах геоботаников, почвоведов и климатологов, но» не привлекала внимания ландшафтоведов. Именно поэтому ей отведено здесь больше места, чем другим.

[Мильков Ф. Н., 1977а]. Особенно бросается в глаза на опушках богатство орнитофауны в летнее время.

2. Дерезняковая микрозона. Она представляет собой неширокую полосу густейших зарослей степных и отчасти дубравных (Кустарников: дерез'ы, или чилиги (Caragana frutescens), степной вишни (Gerasus frutico-sa), бобовника (Amygdalus папа), спиреи городнатой (Spirae crenata), терна (Prunus spinosa), 'боярышника (Crataegus curvisepala), шиповника (Rosa majalis, R. canina), жестера слабительного (Rhamus cathartica), крушины ломкой (Frangula alnus), клена татарского (Acer tataricum) и т. п. Зимой дерезняковая микро-зона почти целиком скрыта под сугробами снега, весной – буйно цветет, а к концу лета облеплена разно-окрашешым'И плодиками. Звери и птицы: .мышевидные грызуны, заяц-русак (Lepus europaeus), лисица (Vul-pes vulpes), еж (Erinaceus europaeus), перепел (Co-turni coturnix), серая куропатка (Perdix perdix), в Заволжье и сейчас – тетерев (Lyrurus tetrix) находят в дерезняках обильный корм, защиту от хищников и непогоды.

Степень выраженности – особенно густота дерез-няковой микрозоны нарастает при движении на юго-восток. На это уже давно обратил внимание М. С. Двораковский (1953), который справедливо считал, что кустарники в степях выживают только в том случае, когда они растут густо. Густейшие дерезняковые заросли по опушкам угнетенных рощ мне не раз приходилось наблюдать в 40-х гг. в Высоком степном Заволжье. На водоразделе рек Илек а и Малой Хобды, в южной половине степной зоны (Оренбурская область), есть оригинальный лес Шубарагаш. На песках с близкой верховодкой здесь встречаются трудно проходимые заросли низкорослой осины (1,5—2,5 м в возрасте 15—30 лет). Впечатление такое, что лес в Шубарагаш деградировал до осинового дерезняка [Мильков Ф. Н., 195-lia].

Г. И. Танфильев (1894) рассматривал дерезняки в качестве авангарда наступающего леса на степь. Такой же точки зрения придерживался В. Н. Сукачев (1934). С этим можно было бы согласиться, если бы дерезняки встречались только по опушкам леса, и их куртины не были характернейшим компонентом злаковых степей. Если в каждой куртине дерезняка видеть зачатки леса, то придется сделать абсурдный вывод о массовом 'наступлении леса на степь в злаковых степях и ослаблении этого процесса в лесостепной зоне, где заросли дерезняков в разнотравных степях распространены менее широко.

Дерезняки в открытой степи избирают или участки с повышенным увлажнением, или неровности рельефа с более грубым механическим -составом почв. Оптимальные условия для развития они находят на увлажненной опушке леса. Таким образом, лес помогает дерезнякам, но и дерезняки, принимающие на себя первыми -невзгоды степного климата, выступают защитниками лесной опушки. Трудно сказать, кто кого больше защищает, но выигрывают от совместного произрастания и лес, и дерезняки.

В настоящее время приопушечные дерезняки сохранились лишь в немногих местах, так как границы островных лесов имеют в большинстве своем антропогенное происхождение. Дерезняковую микрозону хорошей сохранности на территории Воронежской области мне приходилось наблюдать в Шиповом лесу у Красного кордона. Дерезняки образованы здесь преимущественно терном.

3. Лугово-степная прилесная микрозона. Это узкая полоса шириной редко более 10 м, характеризующаяся повышенным увлажнением, как из-за большей толщины снежного покрова, так и более высокого залегания уровня грунтовых вод по сравнению с открытой степью. В почвенном покрове (черноземы, каштановые лочвы) наблюдаются следы выщелоченности, в степном травостое велика примесь луговых и отчасти лесных видов. Даже на севере полупустыни (байрачный лес в окрестностях Волгограда) травостой этой микро-зоны«представляет собой пеструю смесь лесных, луговых, степных я даже пустынных растений» [Киреев А. Ф., 1969].

Степная предлесная микрозона. Это зона микроклиматического воздействия леса на примыкающую степь (поле). -Протяженность ее зависит от высоты деревьев и направления господствующих ветров. В Каменной стели у взрослых лесополос высотой 20 м ветрозащитная зона ясно прослеживается на расстоянии 600 м с заветренной стороны ,и 100 м с наветренной стороны [Винокурова И. iK.., 1970]. Скорость ветра – лишь одна из характеристик микроклимата, но именно в пределах этой ветрозащитной зоны проявляется воздействие леса на перераспределение осадков, влажность почвы, температуру воздуха, и, главное, на характер и продуктивность естественной и культурной растительности. Именно эту микрозону имел в виду И. К. Пачоский (1915, с. 147), когда утверждал, что лес в степи обладает «задредельностью климатического влияния» и по мере приближения к «ему ксерофиты постепенно выпадают из 'Степного травостоя.

Несколько по иному, влажному варианту складывается опушечная микрозональность у осиновых кустов Ок'ско-Донс'кого плоскоместья. Развиты они на междуречном недренированном типе местности с близким залеганием уровня грунтовых вод. Дерезняковая микрозона образована у них густыми зарослями пепельной ивы (Salix cinerea), с примесью на внешней окраине некоторых других кустарников.

Вот как выглядит опушечная микрозональность у заладиянО'Го осинового' куста Рассечное в Нанайском районе Воронежской области. Куст этот посещался мною в 50-х гг., а потом – группой физико-географов и почвоведов Воронежского университета. Центр неглубокой (1,5'—2,0 м), но значительной по площади (диаметром около 200 м) западины занят заболоченным кочкарником, окаймленным влажной луговиной; средняя и верхняя части склона западины покрыты зарослью осины высотой i8—10 м. Под осинником – светлые солоди, переходящие на внешней периферии в темно-серые лесные остаточно-осолоделые почвы [Ахтырцев А. Б., Адерихин П. Г., Ахтырцев Б. П., 1981]. К осиннику жмется кустарниковый бордюр из 'Пепельной ивы с примесью крушины ломкой и калины (Viburnum opu-lus) – аналог дерезняковой микрозоны лесостепных и степных дубов. В прилесной микрозоне – влажная луговая степь на черноземно-луговых почвах. В предлес-ной, сейчас распаханной микрозоне – лугово-чернозем-ные почвы, характерные для Окско-Донского плоскоместья. Под «защитой» осиновых кустов в исключительно засушливый 1946 т. был получен урожай овса более чем в два раза выше, чем в отдалении от кустов [Бур-даев М. И., 1966].

Опушечная микрозональностъ описанного характера свойственна только естественным ландшафтам, лесные опушки в которых всегда сопровождаются кустарниковыми зарослями. В районах, где господствуют культурные ландшафты, такие опушки леса становятся .последним убежищем для многих редких видов. И в этом, как справедливо замечает Н. Dierschke (1974), заключается одна из причин повышенного интереса геоботаников к опушкам леса.

Остановимся еще на не столь уж редкой оропет-рогенной микрозональности. В результате взаимодействия Клинско-Дмитровской гряды (23'0—240 м над уровнем моря) и Верхне-Волжской .низменности формируется предсклоновая делювиально-пролювиальная зона шириной в несколько километров. В формировании ее большую роль играет разгрузка подземных вод, .выносящих из меловых пород Клинеко-Дмитровской гряды огромное количество растворенной извести, железа и фосфора. Последнее обеспечивает высокое плодородие почв [Абатуров А. М., 1970]. (Более близкое знакомство с переходной полосой от Клинеко-Дмитровской гряды к Верхне-Волжской низменности позволяет наметить следующую микрозональность, обусловленную сменой рельефа и грунтов (сверху вниз) [Петров В. В., Чижиков П. Н., -1966]:

1. смешанные, елово-широколиственные леса на лёссовидных некарбонатных суглинках;

2. ельники с дубравными элементами в кустарниково-травяном покрове, но без широколиственных деревьев, на лёссовидных некарбонатных суглинках, подстилаемых мореной, и непосредственно на суглинистой красно-бурой морене;

3. ельник с единичной примесью сосны на флювио-гляциальяых песках, подстилаемых на глубине 1 м суглинистой мореной;

4. сосняк с единичной елью на древнеаллювиальных песках, подстилаемых с 1,25 м суглинистой мореной;

5. чистый сосняк олиготрофно-кеерофильного типа на более или менее мощном (не менее 2,3 м) слое древнеаллювиальных песков.

Вертикальная (структурная) зональность по своим масштабам – микрозональность, с протяженностью зон от «©скольких сантиметров до нескольких десятков метров. Она раскрывает вертикальную структуру ландшафтных комплексов и, подобно широтной зональности, является универсальной, т. е. свойственна всем вариантам ландшафтной сферы (табл. 8).

Познакомимся с вертикальной зональностью на примере дубравы среднерусской лесостепи на серых лесостепных почвах. Чтобы вертикальная зональность легче воспринималась и была сравнима с другими видами зональности, сделаем необычное допущение – перенесем ее из вертикальной плоскости в горизонтальную (рис. 13). Намеченные микрозоны выражают постепенность перехода одна в другую двух резко -контрастных сред – литосфердой («.каменной») в атмосферную (воздушную). На стыке этих контрастных сред возникает качественно новое образование – биостром, расчленение которого, с учетом охарактеризованных ранее ландшафтных горизонтов (см. с. 212), составляет основу вертикальной зональности.

При выделении вертикальных микрозон приняты во внимание биогеоценотические горизонты Ю. П. Бялловича (1960) и других авторов [Гиляров М. С., 1968; Уткин А. И., Бязров Л. Г., Дылис Н. В., Солнцева О. Н., 1969; Скуфыш К. В., 1977].

I. Литосферны и ландшафтный ярус.

1. Подбиоогромная микрозона – подстилающая почвы (с глубины 500—600 см) горная порода, чаще всего лёссовидный суглинок.

II. П о д з ем н о-б и ост р ом н ы и (биопедостромный) ландшафтный ярус.

2. Нижнекорневая микрозона (гор. С серыхлесостепных почв), с повышенным содержанием карбонатов и редкой корневой системой. Расположена на глубине от 175 до '600 см (нижний предел корней дуба *. Главная функция корней здесь механическая, направленная к вертикальной ориентировке и устойчивости дерева в воздушной среде [Дылис Н. В., 1978, с. 106[.

• По данным Г. Ф. Морозова (1949, с. 173), корни дуба могут углубляться в землю до 6—7 м. В Теллермановском лесу молодой (515-летний) дуб имеет стержневой корень, проникающий до глубины почти 3,5 м [Елагин И. Н. и Мина В. Н., 19531].

3. Среднекорневая микрозона совпадает с иллювиально-карбонатным горизонтом (&\, В ) серых лесостепных почв на глубине от 60 до 175 см. Насыщена множеством крупных и средних по размерам корней дуба и его спутников. Буроватая окраска и уплотнение в ее верхней части связаны с накоплением полуторных окислов железа и алюминия.

4. Верхнекорневая гумусовая микрозона (гор.аь ai—А₂ серых лесостепных почв) имеет совсем незначительную протяженность – не выше 45—50 см. Характеризуется очень высокой концентрацией корней древесной, кустарниковой и травянистой растительности, образующих у поверхности почвы своеобразный войлок [Елагин И. Н., Мина В. Н., 1953, с. 156]. Обилие корней, высокая концентрация почвенной фауны (преимущественно дождевых червей), поступление органоминеральных ресурсов из подстилки создают здесь благоприятные условия для накопления гумуса, который отсюда частично мигрирует в нижележащие горизонты.

5. Подстилочная микрозона •— самая незначительная по протяженности, всего несколько сантиметров, но по своей специфике и функциональному назначению играет исключительно важную роль в вертикальной структуре ландшафта с развитым биостромом. Это промежуточное образование между подземно- и надземно-биостромным горизонтами служит важнейшим поставщиком гумуса в почву и регулятором физических свойств верхних горизонтов почвы, определяет степень развития травяного покрова, является средой прорастания семян древесных растений. Подстилка – место концентрации полезных и вредных для леса животных, особенно беспозвоночных сапрофагов и микроорганизмов. Переходный характер микрозоны отражается и на составе фауны: верность обитателей своему горизонту в общем невысока [Скуфьин К- В., 1977, с. 65], они в равной мере широко используют смежные надземные и подземные микрозоны для укрытия, перемещения и трофических связей. Значение подстилки в лесу настолько велико, что ее удаление приводит к деградации лесных биогеоценозов [Зонн С. В., 1964].

III. Н а д з е м н о-б нестройный ярус.

6. Травянистая микрозона. Хорошо развитый травяной покров дубрав имеет ряд специфических черт. Стремясь максимально использовать обилие света в еще безлистном лесу, в -конце марта – апреле дубраву украшают цветущие подснежники: Scilla sibirica, Corydalis halleri, Anemone ranunculoides; 'несколько позже, в мае, зацветает дубравное разнотравье: Viola mirabilis, Carex pilosa, Orobus vernus, Convallaria majalis, Stellaria holo'stea; в последней декаде мая – первой половине июня, в тени древесной листвы, продолжают цвести Aegopodium podagraria, Asperula odorata. Для микрозоны характерны нисходящие взаимосвязи: зависимость полноты травостоя от развития кустарникового и древесного ярусов и влияние отмершего травостоя на характер подстилки. Составная часть микрозоны – стволы деревьев и кустарников.

7. Кустарниковая микрозона. Кустарники (орешник – Corylus avellana, бересклет бородавчатый – Euonymus verrucosa, жимолость лесная Lonicera xylosteum, жестер слабительный – Rhamnus cathartica и др.) вместе с низкорослыми деревьями образуют подлесок, значение которого в жизни дубрав исключительно велико. Как правило, подлесок улучшает структуру почвы, служит енегонаколителем, дает корм и укрытие для насекомоядных и зерноядных птиц и некоторых млекопитающих. М. Е. Ткаченко (1955) сравнивает подлесок с реактивом, по которому можно определять почвенно-топографическую и микроклиматическую обстановку в дубраве.

8. Кроновая микрозона – характернейшая для дубравного ландшафта, выполняющая роль основного блока сложной лаборатории фотосинтеза. Ее фауна, по К. В. Скуфьину (-1977, с. 60), «богата видами, отличается узкой специализацией фитофагии (листоядные, семеядные, плотоядные, цветоядные, галлообразователи, нектарососы, пыльцееды), малой подвижностью, питанием в пределах БГГ (биогеогоризонта. – Ф. М.), высокой степенью верности горизонту, способностью здесь же и размножаться, криптической фитохромной окраской и соответствующей мимикрией».

IV. В о з д у ш н о-б и о с т р о м н ы и яру с.

9. Прикроновая микрозона поднимается над деревьями на высоту 1—2 м. Обладает специфическим микроклиматом: пониженная скорость ветра, .резко обозначенный суточный ход температуры и влажности воздуха. Богатая фауна насекомых и птиц .представлена умеренно и слабо летающими формами, использующими для частых посадок вершины деревьев.

10. Надкроновая микрозона поднимается на несколько десятков метров над вершинами деревьев. Верхняя граница ее совпадает с верхним пределом ландшафтной сферы и соответствует понятию приземного слоя воздуха в первой трактовке климатологов [Хромов С. П. и Мамонтова Л. И., ¹Ш5б] *. В составе биострома – пыльца растений и достаточно разнообразная фауна насекомых и птиц, совершающих значительные горизонтальные перемещения, выходящие за пределы конкретных урочищ.

Проявления вертикальной зональности так же разнообразны, как и сами ландшафтные комплексы. Наиболее существенные различия в вертикальной зональности лежат в основе разделения ландшафтной сферы Земли на крупнейшие типологические градации – отделы [Мильков Ф. Н., 1967в; 1970а; Рихтер Г. Д., 19696]. Своей специфической вертикальной микрозо-нальностъю отличается один тип ландшафта от другого. Иногда даже смежные урочища (лесная роща и степь в лесостепной зоне) обладают совершенно несхожей вертикальной микрозональностью.