§ 3. Фридрих Ницше — философия сверхчеловека

Не менее значительным мыслителем XIX в., развивающим далее идеи Шопенгауэра, был немецкий философ Фридрих Ницше (1844—1900)¹. С начала XX в. в Европе и Америке нет ни одного более цитируемого Философа, чем Ницше, а его влияние на наш век, причем не только в

Ф. Ницше еще с юности обнаружил задатки гениального дарования. Двадцатичеты-Рсхлетний студент Лейпцигского университета был приглашен Базельским университетом ^а место профессора классической филологии, а еще через год Лейпцигский университет ТИсвоил ему звание доктора наук по совокупности работ, без защиты диссертации. Основ-^Ь1е работы Ницше: «Рождение трагедии из духа музыки», «Веселая наука», «Сумерки ку-», «Воля к власти», «Генеалогия морали» и др.

Часть I. Исторические типы философии

Глявя 9. Постклассическая философия

305

философии, но и в культуре, искусстве, политике, сравнимо с таких фигур, как К. Маркс и 3. Фрейд.

В своей первой крупной работе «Рождение трагедии...» Ницше ана-. лизировал культуру Древней Греции и утверждал, что она определялась борьбой между культами двух богов — Аполлона и Диониса. Куль_т Аполлона — это светлый культ разума, науки, соразмерности и гармо­нии, самоограничения, свободы от диких порывов. Аполлон — покр₀. витель изящных искусств; культ Диониса — темный, это культ земли и плодородия, Дионис — бог вина и опьянения, бог половой любви, бог самой жизни в ее биологическом и физиологическом смысле.

Культ Диониса пришел в Грецию с Востока, и под его влиянием были учреждены так называемые дионисийские празднества, диони-сийские мистерии, напоминающие оргии большого числа людей, ко­торые сливались в совместном экстазе ритуальных песнопений и ше­ствий, каждый человек в этих ритуалах был уже не индивидом, а частью большого, единого целого. Под влиянием наркотического на­питка, писал Ницше, о котором говорят в своих гимнах все первобыт­ные люди и народы, либо при могучем, радостно проникающем всю природу приближении весны просыпаются те дионисийские чувство­вания, в подъеме которых субъективное исчезает до полного самозаб­вения. «Под чарами Диониса не только смыкается союз человека с человеком, сама отчужденная, враждебная или порабощенная приро­да снова празднует праздник примирения со своим блудным сыном — человеком. Добровольно предлагает земля свои дары, и мирно приближаются хищные звери скал и пустыни... Превратите ли­кующую песню «К Радости» Бетховена в картину, и если у вас доста­нет силы воображения, чтобы увидеть «миллионы, трепетно склоняю­щиеся во прахе», то вы можете подойти к Дионису»¹.

Из дионисийских мистерий возникли театрализованные представ­ления и первые греческие трагедии, которые являли собой синтез аполлонических мифов и дионисийской музыки.

В дальнейшем Ницше везде и всюду ищет это дионисийское начало в человеке, которое характеризует его мощь, силу, способность к выжи­ванию. Всякая культура, по его мнению, есть синтез аполлоновского ^и дионисийского. Но есть и еще одно начало, возникшее, как и первые два, в Древней Греции — сократическое. Сократ, согласно Ницше, пЫ" тался подвергать все критике разума, в том числе и миф. «Добродетель есть знание», «добродетельный и есть счастливый человек», «грешат

¹ Ницше ф. Рождение трагедии, или Эллинство и пессимизм // Сочинения: В 2 т. > 1990. Т. 1. С 62.

только по незнанию» — все эти положения Сократа изгоняли из траге-

ии веру в судьбу, в рок, полагали начало оптимистическому, логически

_1веренному мировоззрению. Эта оптимистическая диалектика гонит

^узыку из трагедии, разрушает сам существо трагедии, приводит к тому,

цто трагедия постепенно становится мещанской драмой.

Современная культура, лишенная мифов — абстрактное воспита­ние, абстрактные нравы, абстрактное государство, культура, лишенная твердого, священного, коренного устоя, осужденная питаться другими культурами, — это результат безудержного развития сократизма.

Современная культура, по мнению Ницше, находится в глубоком кризисе именно в силу явного преобладания рационального начала над жизнью, над инстинктами и, в конечном счете, над свободой че­ловека. Не афиняне убили Сократа, это он, установивший диктатуру разума, поднес Афинам чашу с ядом.

В дальнейших своих работах Ницше проводил следующую основ­ную идею: человек в полной мере еще не возник, еще не вырвался из животного состояния, об этом свидетельствует соперничество людей друг с другом, их бесконечные войны, их конкуренция между собой, их бестолковые и бессмысленные устремления. Только в отдельных индивидах природа достигла подлинно человеческого состояния: в фи­лософах, художниках и святых.

Однако они встречаются чрезвычайно редко, зато всюду и везде гос­подствует масса — людишки серые, обезличенные, не способные ни на какой поступок, никогда не рисковавшие ничем и прежде всего собст­венной жизнью и, следовательно, ничего в этой жизни не добившиеся. У этого стада одно основополагающее чувство — чувство злобной завис­ти ко всему яркому, талантливому, удачливому. Большинство людей, писал Ницше, очевидно случайно живут на свете: в них не видно ника­кой необходимости высшего рода. Они занимаются и тем, и другим, их Дарования посредственны. Род их жизни показывает, что они сами не придают себе никакой цены, они тратят себя, унижаясь до пустяков (будь это ничтожные страсти или мелочи профессии). В так называемом Жизненном призвании проявляется трогательная скромность этих людей, они говорят, что призваны приносить пользу и служить себе по-Аобным. Так как каждый служит другому, ни у кого нет призвания жить Ради себя самого. Если цель всякого в другом, то общее существование Че имеет цели, это «существование друг для друга» — самая комичная ^з комедий. Человек должен, по Ницше, заниматься своим делом — вос-^тьшать ^в себе философа, художника или святого, и если каждый будет ^аНиматься своим делом — тогда будет общий прогресс.

Массовые люди придумали себе и массовые религии — религии "Иженных и угнетенных, религии сострадания — христианство и со- 306