Остин джон.

Остин Джон (1911 – 1960) – английский философ, юрист, представитель лингвистической философии, основоположник юридического позитивизма.

Определение области юриспруденции

Предмет юриспруденции составляет позитивное право, право в простом и надлежащем смысле этого слова, право, устанавливаемое политически господствующим для политически подчиненного. Однако позитивное право нередко смешивается с категориями, с которыми оно имеет сходство, либо с категориями, которые связаны с ним аналогией, то есть с категориями, которые могут обозначаться надлежащим или ненадлежащим образом широким и расплывчатым выражением «право».

Право в своем наиболее общем и полном значении, буквально обозначаемом самим этим термином, может быть определено как правила, предназначенные для управлением одного разумного человека со стороны другого разумного человека, обладающего властью над первым. В этом наиболее широком значении понятие права, без распространения его по аналогии или сравнению на иные явления, охватывает следующие категории: законы, предустановленные Богом для созданных Им людей; и законы, установленные одними людьми для других.

Совокупность законов, предустановленных Богом, нередко называют законами природы, или естественным правом, хотя в действительности лишь о естественном праве можно говорить как о праве, не прибегая к метафорам или не смешивая категорий, подлежащих разграничению. Однако, отвергая наименование «законы природы» как неоднозначное и способное ввести в заблуждение, я обозначаю упомянутую совокупность во всех ее составляющих термином «божественное право», «право, дарованное Богом».

Законы, установленные одними людьми для других, разделяются на два главных вида. Одна их часть устанавливается политически господствующими людьми, выступающими суверенами, то есть лицами, осуществляющими верховное, основанное на подчинении, правление в независимых государствах или независимых политических обществах. Совокупность устанавливаемых ими правил или единая часть такой совокупности выступает предметом юриспруденции, общей или специальной. Только и исключительно к такой совокупности или к ее единой части может применяться термин «право» в простом и узком значении этого слова. В противоположность понятию «естественного права» или понятию «законов природы» (в значении «права, дарованного Богом») совокупность правил, установленных политически господствующими людьми, нередко обозначается термином «положительное» или «позитивное право», то есть право, существующее благодаря занимаемому положению. В противоположность правилам, которые я обозначаю термином «положительная», или «позитивная нравственность» и которой я коснусь ниже, совокупность норм, установленных политически господствующими людьми, также уместно именовать позитивным правом. Таким образом, в целях выбора краткого и в то же время значимого термина, пригодного для постоянного употребления, я предлагаю термин «позитивное право» для обозначения вышеуказанной совокупности норм; тем не менее, правила, установленные не политически господствующими, также являются положительными, или позитивными, то есть существующими благодаря занимаемому положению, если они выступают нормами законов в надлежащем значении этого слова.

.Весьма похожи на человеческие законы этой второй разновидности категории, часто, но неправильно именуемые правом, - а именно, нормы, соблюдение которых поддерживается простым мнением, то есть чувствами, разделяемыми или испытываемыми неопределенным кругом людей в отношении человеческого поведения. Примером подобного использования термина «право» служат выражения «право чести», «по праву моды» и др.; правила такого рода составляют большую часть содержания того, что обычно именуется «международным правом».

Совокупность создаваемых человеком норм, образующих право в надлежащем понимании этого слова, относящихся ко второму виду и составляющих содержание категории, неправильно именуемой правом, я отношу к общему виду и обозначаю термином «положительная(позитивная) нравственность». Слово «нравственность» отграничивает эти нормы от содержания понятия «позитивное право», а слово «позитивная» отделяет их от тех, которые охватываются термином «божественное право».

Каждая норма, или правило (понимаемые в самом широком из надлежащих значений этих слов), представляют собой повеление. Точнее говоря, нормы или правила, понимаемые в надлежащем значении, представляют собой разновидность повелений.

Поскольку термин «повеление» связан с терминами «норма», «правило», то есть касается права, . и поскольку он является ключевым и для юриспруденции, и для морали, то его значение должно быть подвернуто анализу со всей необходимой точностью.

Если вы выражаете какое-либо желание, которым я обязываюсь к совершению некоторого действия или воздержания от него, и если вы взыщете с меня, если я не выполню вашего желания, то выражение моего желания есть повеление. Повелением выступает не всякое желание, оно отличается от желания не формой выражения, но управомоченностью и намерением повелевающей стороны произвести взыскание либо наказать в случае неисполнения желания. Так, если вы не можете или не хотите наказать меня за неисполнение мною вашего желания, то выражение последнего не есть повеление, хотя бы оно было сформулировано самым императивным образом. Однако если вы способны и намерены наказать меня за неисполнение вашего желания, то его выражение есть повеление, даже если оно произнесено с изысканной вежливостью в форме просьбы.

Повеление, таким образом, означает желание. Однако повеление отличается от иных проявлений желания единственной особенностью, - тем, что сторона, к которой оно обращено, подвергаема наказанию со стороны другой в случае его неисполнения.

Быть подвергаемыми вами наказанию за неисполнение мною вашего желания означает, что я связан или обязан вашим повелением, или, что тоже самое, я обременен обязанностью повиноваться вашему желанию. Если, несмотря на ожидающее меня наказание, я не исполняю выраженного вами желания, то я считаюсь отказавшимся от повиновения вашему повелению, то есть нарушителем обязанности, им налагаемой.

Стало быть, повеление и обязанность суть взаимосвязанные понятия: каждое из них обладает значением, которое подразумевается или предполагается связанным со значением другого. Другими словами, там, где есть обязанность, имеется повеление, и там, где выражено повеление, наложена обязанность.

Наказание, которое может последовать в случае неповиновения повелению или, другими словами, в случае нарушения обязанности, часто именуют санкцией, то есть принуждением к повиновению. Выражая эту мысль другими словами, можно сказать, что повелением или обязанностью считается то, что влечет за собой санкцию или принуждение к повиновению в случае невыполнения.

Соответственно сказанному выше, я провожу различие между нормами в надлежащем смысле этого слова и весьма похожими на них нормами в ненадлежащем смысле, деля их на три основных класса.

Первый класс охватывает нормы (в надлежащем смысле), которые созданы Богом и адресованы созданным им людям.

Второй охватывает нормы (в надлежащем смысле), которые созданы людьми, обладающими политическим господством, либо частными лицами, реализующими свои полномочия.

Третий класс состоит из ном, делящихся на две разновидности:

1. нормы (в надлежащем смысле), созданные людьми, не обладающими политическим господством и не являющимися частными лицами, реализующими свои полномочия.

1. Нормы, весьма похожие на нормы в надлежащем смысле этого слова, но выступающие в действительности мнениями либо суждениями людей относительно правил человеческого поведения.

Обе названные разновидности я отношу к общему классу и именую их положительной моралью, или положительными нравственными нормами.

Причины, по которым я пользуюсь выражениями «позитивное право» и «позитивная нравственность», состоят в следующем.

Существуют два основных вида человеческих законов. Первый включает в себя законы (в собственном смысле этого слова), которые устанавливаются человеком как политическим руководителем либо человеком как частным лицом, осуществляющим принадлежащее ему правомочие. Второй вид охватывает законы (как в собственном, так и не в собственном смысле этого слова), которые охватывают обе выше названные разновидности.

Первый из основных видов человеческих законов отличается от второго уже тем, что может быть обозначен термином «право». Второй отличается от первого уже тем, что может быть обозначен термином «нравственность». Однако оба этих вида должны отграничиваться от права, дарованного Богом; в целях такого отграничения мы и употребляем обозначения «право» и «нравственность». Согласно такому подходу я обозначаю первый из упомянутых основных видов человеческих законов термином «позитивное право», а второй - термином «позитивная нравственность». Общим для обоих эпитетом «позитивный» я указываю на различия в человеческих источниках обеих категорий, отражаемые каждой из них.

Строго говоря, нормы всякого права в надлежащем смысле этого слова принадлежат позитивному праву.

Однако, в отличие от законов природы (в значении права, дарованного Богом), первый вид основных человеческих законов именуется авторами, изучающими юриспруденцию, «позитивным правом». Такое применение выражения «позитивное право» явно предназначено для того, чтобы уклониться от смешения первого вида основных человеческих законов с божественным правом, выступающим мерилом человеческого.

Вот и я, чтобы избежать аналогичного смешения, применяю термин «положительная нравственность» к основным человеческим законам второго вида. Ведь слово «нравственность», взятое само по себе, может обозначать и право, дарованное Богом, и основные человеческие законы второго вида. Если вы, например, говорите, что какое-либо действие либо бездействие нарушает нормы нравственности, то вашу фразу можно понять в обоих названных значениях, - вы можете вести речь о нарушении того, что я именую «позитивной нравственностью», и о нарушении божественного права, выступающего мерилом такой нравственности.