Глава I.

Необходимость введения понятия «морфема»

в начальной школе

Обострённое восприятие морфемной структуры слова

детьми дошкольного возраста

Одной из главных причин многочисленных ошибок учащихся при разборе слова по составу, по мнению лингвистов, является формальный подход к анализу структуры слова, когда полностью игнорируются его смысловые характеристики.

Разбирая слово по составу, ребенок больше полагается на внешнее сходство каких-то частей разных слов, на ассоциативные связи, возникающие порой совершенного неожиданно. Оттого и появляется суффикс -чик- в словах мячик, ключик; приставки пре- в слове прекрасный, при- в слове причина и т. д. Данные ошибки свидетельствуют о том, что у учащихся не сформировано понятие о морфеме, они не понимают ее главных отличительных признаков. Высказывались предположения, что понятие морфемы слишком абстрактное, сложное для восприятия школьников, особенно младшего возраста, и ошибки связаны с их возрастными особенностями. С этим нельзя согласиться. Доказано, что маленькие дети, овладевая родным языком, усваивают не только отдельные слова, но и словообразовательные модели, так как они интуитивно понимают, чувствуют значение морфем, из которых состоят слова. Именно поэтому дети смело пользуются словообразовательными моделями и создают свои смешные слова.

Приведем примеры детских диалогов из замечательной книги К. И. Чуковского «От двух до пяти», веселого и талантливого учебника детоведения [23].

• Мне сам папа сказал...

• Мне сама мама сказала ...

• Но ведь папа самее мамы. Папа гораздо самее...

Слово самее ребенок создал по аналогии со словами сильнее, красивее, быстрее, чувствуя, что часть слова -ее- передает значение превосходной степени.

Вот еще примеры замечательных детских высказываний:

• Вы и шишку польете?

• Да.

• Чтобы выросли шишинята?

• Папа, смотри, какие вагонята хорошенькие!

Или:

• Огонь и огонята! Огонь и огонята!

Дети поняли, что часть слова -ята указывает на какое-то маленькое существо, дитеныша кого-то или чего-то.

– Какой ты страшный спун! Чтобы сейчас было встато!

Посмотрите, как тонко чувствуют маленькие дети родной язык! Если ты много спишь – значит ты спун (сравни: врун, ворчун, молчун и т. д.), а краткое страдательное причастие образовано по модели взято, скрыто, хотя и с некоторым нарушением (от непереходного глагола).

Лялечку побрызгали духами:

– Я вся такая пахлая. Я вся такая духлая.

И вертится у зеркала.

– Я, мамочка, красавлюсь!

«Эти речения детей, – пишет К. И. Чуковский, – уяснили многие высокие качества детского разума. Каждый малолетний ребенок есть величайший умственный труженик нашей планеты. Ему удается в такое изумительно короткое время овладеть своим родным языком, всеми оттенками его причудливых форм, всеми тонкостями его суффиксов, приставок и флексий. У детей такое сильное чутье языка, что создаваемые ими слова отнюдь не кажутся калеками или уродами речи, а, напротив, очень метки, изящны, естественны: силяк, художник-зверист, намакаронился, врачительница, поросиха, плакун, люденыш, настульная игра, вшел, грозительный палец и так далее» [24, 7].

М. В. Панов считает, что «ко времени школьного обучения ребенок, вла­деющий русским языком, уже знает чисто практически, по своему речевому опыту, как строятся русские слова» [7, 28].

Эту мысль подтверждает и П. С. Жедек: «“Авторы” подобных слов знают законы русского словообразования и конкретные модели слов (естественно, не догадываясь о том, что такие законы и модели существуют), но им недостает речевого опыта для умелого использования богатств языка» [16, 226].

К сожалению, обостренное восприятие морфемной структуры слова, повышенное чувство языка в дальнейшем оказывается невостребованным и постепенно угасает из-за неправильной методики преподавания словообразования.

Думается, что одним из методических недочетов изучения темы «Состав слова» в начальной школе является то, что детей сразу начинают знакомить с конкретными морфемами, минуя знакомство с общим понятием морфемы.