14. Измерения конструктов

Личные конструкты других могут истолковываться нами как на­блюдателями. Мы можем даже ввести достаточно полный набор из­мерений, чтобы оценивать по ним конструкты других людей. Одно из таких общепринятых измерений для оценивания чужих конструктов -это уже знакомое нам измерение 'абстрактный--конкретны и'', Хотя некоторые и считают, что 'абстрактный' не является антитезисом 'конкретного', большинство из нас употребляет эти термины как если бы они представляли противоположные полюса одного и того же кон­структа. До настоящего момента у нас была возможность довольно часто пользоваться этими терминами в ходе обсуждения психологии личных конструктов и мы довольствовались теми обычными значе­ниями, которые, как читатели могли бы ожидать, приписываются этим словам. Но сейчас может оказаться полезным более близкое знаком­ство с природой конструктов и разбор тех главных отношений, в ко­торых они обладают сходством и отличаются друг от друга.

195

Теория личности

Итак, конструкты можно классифицировать в соответствии с эле­ментами, которые они категоризуют. Например, конструкт может на­зываться 'физическим', но не потому что является видовым в 'физи­ческой' системе конструктов, а потому что «смеет» иметь дело с элементами, которые уже были истолкованы как 'физические' по своей природе. Часто термин 'абстрактный' используется аналогичным об­разом. Например, некоторые настаивают на том, что любой матема­тический конструкт, независимо от того, кто им пользуется, непре­менно является 'абстрактным', так как имеет дело с символами, которые были определены как 'абстрактные'. Но всякий, кому дове­лось вести интенсивную психодиагностическую работу с ученым людом, включая математиков, должен был заметить, что человек мо­жет быть превосходным математиком и, тем не менее, обращаться со своими математическими понятиями весьма конкретным образом. Есть и такие математики, которые располагают минимальными воз­можностями для абстрактного мышления. Их математическое мыш­ление засорено буквализмами, применяемыми в строго оговоренных условиях и едва ли вообще заслуживающих названия «абстракции» -разве что с добавлением определения «пустые».

Мак-Горан (McGaughran) провел исследование, в котором по­пытался определить функциональную полезность некоторых измере­ний конструктов. Он довольно быстро обнаружил, что классическая схема 'абстрактный-конкретный' не позволяла характеризовать мышление его испытуемых таким образом, чтобы опираясь на это измерение, можно было предсказать, как они будут действовать в раз­ных ситуациях. Вероятность того, что человек, рассматривавший аб­страктно проблему одного вида, будет конкретно подходить к пробле­ме другого вида, оказалась не так уж мала. Более того, испытуемые, склонные больше других использовать абстрактный подход в одной области, могли меньше других склоняться к абстрактному подходу в другой области.

Мак-Горан (McGaughran) разработал продуманный до мелочей план эксперимента, в котором он стремился предсказать какого рода концептуализацию будет использовать испытуемый в вербальном по-

196

Глава третья. Природа личных конструктов

ведении исходя из типа концептуализации, используемой им в невер­бальном поведении, и наоборот. Это была честолюбивая затея. Вер­бальное поведение выявлялось с помощью карт Теста Тематической Апперцепции. Невербальное поведение изучалось с помощью методи­ки Выготского—Сахарова. Задачей экспериментатора было обнаружить измерения концептуализации, которые были бы применимы к обоим типам протоколов и позволяли бы предсказывать характер действий испытуемого в одной ситуации исходя из знания особенностей его кон­цептуализации в другой ситуации. Ставя перед собой такую задачу, Мак-Горан (McGaughran) вводит функциональный критерий для классифи­кации конструктов, и это, бесспорно, новая идея в области, где философы привыкли пользоваться лишь формальными критериями.

В итоге Мак-Горан (McGaughran) обнаружил, что мог делать дос­таточно надежные предсказания, и эти предсказания строились, по су­ществу, на двух измерениях: сообщаемости (commumcability) и, если воспользоваться нашей терминологией, проницаемости (permeability). Фактически, термин ''проницаемость' первым предложил Мак-Горан (McGaughran), хотя он так и не решился ввести его в оборот при публи­кации результатов своего исследования. Что касается 'сообщаемости\ то, разумеется, он относил ее не только к вербальной коммуникации, поскольку одно множество протоколов было - по определению - не­вербальным. Другими словами, Мак-Горан (McGaughran) установил, что измерения'проницаемость' и' сообщаемостъ¹ оказались не только операционально определимыми, но и эффективными в деле предсказа­ния индивидуального поведения. Хотя мы не следовали строго предло­женной Мак-Гораном(МсСаи§Ьгап)размерностной схеме, мы признатель­ны ему и за демонстрацию того, что есть, вероятно, более значимые способы анализа концептуализации, чем анализ по измерению ''абст­рактный-конкретный' , и за предложение ряда дифференциальных при­знаков конструктов, возможно, более подходящих для характеристики пользователей, чем абстрактность или конкретность.

В добавление к измерению 'проницаемость—непроницаемость', которое уже обсуждалось нами, мы предлагаем использовать триаду понятий, в которых по существу отображаются два измерения конст-

197

Теория личности

руктов. Эти понятия не нужно рассматривать как всецело отличаю-щиеся от того, что предлагалось авторами других современных пси­хологических теорий. Они имеют отношение к типу контроля, имп­лицитно осуществляемого конструктом над своими элементами.

Конструкт, который заранее отводит своим элементам место исключительно в собственных «владениях», можно назвать предоп­ределяющим конструктом (preemptive construct). К этой категории относятся конструкты видов. Примером может служить утвержде­ние: «Все, что относится к шарам, может быть только шаром и ни­чем иным». В этом случае конструктом является шар, и все вещи, которые являются шарами, исключаются из областей других конст­руктов; они уже не могут быть 'сферами', 'дробинками', 'ядрами' или чем-либо еще, кроме как 'шарами'. Это конструкт, устроенный по типу «ящика стола»: что положено в один ящик, не может одно­временно лежать в другом ящике. Разумеется, в нашем примере по­казана крайняя степень предопределения; в действительности, лишь очень немногие из повседневно употребляемых нами личных кон­структов являются всецело предопределяющими. В психотерапии же склонность клиента использовать предопределяющие конструк­ции при обсуждении некоторых животрепещущих тем часто оказы­вается главной проблемой для терапевта. Проблема предопределе­ния - это еще и важный фактор в сфере межличностных отношений и социальных конфликтов, особенно при попытках разрешить пос­ледние с тупым упрямством. Однако подробнее об этом мы погово­рим позже.

Предопределение имеет тенденцию обнаруживаться у тех, кому особенно трудно воспринимать мир как нечто непрерывно происхо­дящее и кто настаивает на том, что налаживание отношений с ми­ром - это всего лишь вопрос классификации и упорядочивания его инертных элементов. Живший до Аристотеля философ Гераклит по­ложил хорошее начало, создав учение об активном универсуме, кото­рый он представлял себе в образе огня. Однако сущность того, что пытался выразить Гераклит, была замаскирована субстанционализ-мом философов, подобных Эмпедоклу, и полностью утрачена после

198

Глава третья. Природа личных конструктов

того, как Аристотель создал «ящичную» классификацию наук и отка­зал в поддержке всего динамического, в том числе и экспериментиро­вания, чтобы не допустить искажения природы

В течение прошлого столетия философия и конкретные науки в известной мере освободились от приоритетов аристотелева мышле­ния и стали придавать большее значение функциональным подходам к действительности. Дж. Дьюи, чья философия и психология легко угадывается за многими положениями психологии личных конструк­тов, представлял себе мир как непрерывную деятельность (affair), для понимания которой необходимо предвидение. Такой образ мышле­ния находится в остром противоречии с той разновидностью реализ­ма, что утверждает: если эта вещь - лопата, то это только лопата, и нечего больше; если этот человек - шизофреник, то он только ши­зофреник; если сердце - это физиологический орган, то оно только физиологический орган и не может истолковываться как психологи­ческий орган; если событие является катастрофой, то оно не может быть ничем иным, кроме как катастрофой; а если этот человек - враг, то он только враг, и ничего больше

Предопределяющие конструкции часто обнаруживают себя в пылу полемики между учеными. Иногда этот феномен называют ¹всего-лишъ-критикой': «Психология личных конструктов — это все­го лишь ментализм»; «Психоанализ - это всего лишь антропомор­физм»; «Христианство - это всего лишь покорность», а «Комму­низм — это только диктатура, и ничего больше». Когда мы формулировали нашу основную позицию исходя из принципа кон­структивного альтернативизма, то с самого начала избегали аргу­ментации по типу «всего лишь», руководствуясь предчувствием, что отказ от этого типа мышления, возможно, окажет существен­ную помощь психологам, так же как это помогает их клиентам пе­ресмотреть свою жизнь и вновь увидеть свет надежды сквозь пол­ностью застывшие, непреклонные реалии.

Конструкт, который позволяет своим элементам одновремен­но принадлежать другим областям, но жестко закрепляет их при­надлежность к этим областям, можно назвать констелляторным кон-

199

Теория личности

структом (constellatory construct). Стереотипы относятся к этой ка­тегории. Констелляторный конструкт выражается, например, в сле­дующем утверждении: «Если это мяч, то он должен отскакивать от твердой поверхности». Некоторые исследователи называют эти кон­структы «комплексами». Конструкты такого типа допускают, что мяч можно рассматривать не только как мяч, но и как что-то другое, но при этом не оставляют свободы в отношении того, в каком еще ка­честве, помимо закрепленных за ним этим конструктом, можно было бы его использовать. Раз это мяч, нужно точно указать все его осо­бые свойства, включая возможности его использования по другому назначению.

Конструкт, который оставляет свои элементы открытыми для ис­толкования во всех мыслимых и немыслимых отношениях, можно назвать пропозициональным конструктом (prepositional construct). К примеру, на протяжении нашего обсуждения психологии личных кон­структов мы стремились опираться преимущественно на пропозицио­нальные конструкты в противоположность основанному на исполь­зовании предопределяющих конструктов категориальному мышлению и основанному на использовании констелляторных конструктов дог­матическому мышлению. Если вернуться к первому примеру с ша­ром, то иллюстрацией пропозициональной конструкции может слу­жить следующее утверждение: «Любая округлая масса может рассматриваться, помимо всего прочего, как шар». Такой конструкт является относительно пропозициональным, так как ограничен толь­ко понятием «округлая масса» и не предполагает, что шар должен быть какой-то конкретной вещью. В индивидуальном мышлении столь чис­тая абстракция встречается так же редко, как и абсолютная конкрет­ность, предполагаемая в предопределяющей конструкции. Таким об­разом, пропозициональный конструкт представляет собой один конец континуума, другой конец которого представлен предопределяющим и констелляторным конструктами.

Хотя пропозициональность может казаться безусловно желанным качеством личных конструктов человека, на самом деле людям было бы довольно трудно освоиться в этом мире, если бы они попытались

200

Глава третья. Природа личных конструктов

пользоваться исключительно пропозициональными конструктами. В рамках суперординатного конструкта, который включает в себя в каче­стве видовых объектов другие конструкты, подчиненные ему, суборди-натные конструкты рассматриваются так, как если бы они были кон-стелляторньши. Например, если конструкт сфера включает в себя конструкт шар наряду с конструктами некоторых других объектов, тог­да в те случаях, когда мы говорим, что некий объект является шаром, это будет означать, что он, к тому же, является сферой. Таким образом, конструкт шар приобретает констелляторные импликации, когда вклю­чается конструктом сфера в свой состав в качестве видового объекта.

Кроме того, если бы человек пытался пользоваться исключитель­но пропозициональным мышлением, он мог бы испытывать значи­тельные затруднения при решении того, какие вопросы являются ре­левантными и решающими в той или иной ситуации. Играя в бейсбол, он мог бы оказаться настолько занятым рассмотрением - в разных концептуальных ракурсах - запущенной в направлении него сферы, что вполне мог просмотреть необходимость истолковать ее в данный момент только как мяч, и ничего больше. В момент принятия реше­ния предопределяющее мышление приобретает особую важность, если конечно человек хочет играть активную роль в своем мире. Од­нако предопределяющее мышление, которое никогда не переходит на время в пропозициональное мышление, обрекает человека на состоя­ние интеллектуального «трупного окоченения». Его могут называть «человеком действия», но он всегда будет идти по проторенным дру­гими дорогам.

Мы можем подвести итог всему сказанному об измерениях кон­структа следующим образом:

а. Непроницаемый конструкт. Непроницаемым называется конструкт, который строится на строго определенном контексте и не допускает включения дополнительных элементов. Примерами таких конструктов могут служить собственные имена (идентификаторы): «Если (конструкт) мяч включает определенные вещи, то никакие дру­гие вещи не могут быть мячами»; «Эти и только эти вещи являются мячами».

201

Теория личности

б. Проницаемый конструкт. Проницаемым называется конст­ рукт, который предполагает добавляемые элементы. Примерами та­ ких конструктов служат наименования классов (категорий): «Если (конструкт) мяч включает определенные вещи, то должны быть и дру­ гие вещи, которые тоже являются мячами»; «Любая вещь, похожая на эти, является мячом».

в. Предопределяющий конструкт. Предопределяющим назы­ вается конструкт, который заранее отводит своим элементам место исключительно в собственной области. Пример - видовые (родовые) имена: «Любая вещь, которая является мячом, может быть только мя­ чом, и ничем иным»; «Это всего лишь мяч».

г. Констелляторный конструкт, Констелляторным называет­ ся конструкт, который фиксирует область принадлежности своих эле­ ментов. Всем известный пример констелляторных конструктов - сте­ реотипы: «Любая вещь, являющаяся мячом, должна быть...»; «Так как это - мяч, он должен быть круглым, упругим и достаточно малень­ ким, чтобы его можно было удержать в руке».

д. Пропозициональный конструкт. Конструкт можно назвать пропозициональным, если принадлежность его элементов к другим об­ ластям не вносит в него искажений и не приводит к его распаду. При­ мером могут служить «философские позиции»: «Любую округлую массу можно рассматривать, помимо всего прочего, как мяч или, скажем, шар»; «Хотя это шар, нет никаких оснований утверждать, что он не может быть кривобоким, высоко ценимым или иметь французский акцент».

Позже мы предполагаем перечислить гораздо больше осей того многомерного пространства, в котором можно размещать личные кон­структы. Тревога, враждебность, ослабление (loosening), преверба-лизм, перенесение (transference), зависимость и ряд других измере­ний еще ждут своего описания. Но нам не терпится закончить этот предварительный очерк психологии личных конструктов, с тем что­бы можно было продемонстрировать некоторые из наиболее интерес­ных практических приложений нашей теории к решению человечес­ких проблем. Так что дополнительным измерениям конструктов придется подождать!

202

Глава третья. Природа личных конструктов

В. Изменение истолкования 15. Подтверждение правильности

При формулировании основного постулата нашей теории мы свя­зали себя особой позицией в отношении человеческой мотивации. Про­цессы конкретного человека, в психологическом плане, направляются по тем каналам, в русле которых он антиципирует события. Направ­ление его движения, а значит и его мотивации, - к лучшему понима­нию того, что должно произойти. Там, где Дьюи сказал бы, что мы понимаем события посредством их антиципирования, мы добавили бы, что наша жизнь полностью ориентирована в направлении антиципа­ции событий. Каждый конкретный человек продвигается к тому, чтобы сделать свой мир все более предсказуемым и, тем не менее, обычно не уходит все дальше в предсказуемый мир. В последнем случае он стано­вится невротиком или психотиком, чтобы не утратить ту способность к предсказанию, которую он уже приобрел. В любом случае, его мотиви­рующее решение характеризуется принципом выбора, допускающего развитие. Кроме того, как мы уже указывали выше, человек делает свои ставки на предсказуемость исходя из своих представлений о наилуч­ших условиях пари. Также, он часто приходит к выводу о необходимости компромисса между всеобъемлимостью и ограниченной точностью в его системе истолкования. Так, он может терпимо относиться к явно вводящему в заблуждение конструкту в его системе, если этот конст­рукт позволяет истолковать более широкий круг событий по сравне­нию с точным конструктом, которому, однако, не достает этой широты.

Если человека в первую очередь заботит антиципация событий, нам больше не нужно прибегать к концепции гедонизма в чистом или замаскированном виде, наподобие 'удовлетворения' или 'подкрепле­ния', чтобы объяснить его поведение. Разумеется, можно было бы пе­реопределить некоторые гедонистические термины на языке предска­зания и подтверждения его правильности и продолжать ими пользоваться - но к чему эти хлопоты?

203

Теория личности

Из нашего основного постулата выводится понятие, заслужива­ющее особого внимания - понятие своего рода выплат, ожидаемых человеком по своим ставкам. Давайте, в связи с этим, введем в обра­щение термин подтверждение (validation). Антиципируя конкретное событие, человек связывает себя определенным предсказанием. Если происходит предсказанное событие, его антиципация подтверждает­ся. Если же оно не происходит, антиципация не подтверждается и ста­новится недействительной. Подтверждение означает соответствие (субъективно истолкованное) между предсказанием человека и наблю­даемым им результатом. Неподтверждение (или недействительность) означает несоответствие (субъективно истолкованное) его предсказа­ния наблюдаемому им результату.

Время от времени клиент в ходе терапии будет истолковывать как неподтверждение предсказаний такие события, которые, по ожидани­ям терапевта, он должен бы был истолковать как подтверждение своих антиципации. Иногда это происходит из-за того, что терапевт не пол­ностью сознает суть предсказания клиента. Иногда это случается пото­му, что терапевт истолковывает предсказание и результат в достаточно широкой перспективе, позволяющей усмотреть их совпадение, тогда как клиента, не обладающего такой перспективой, смущает тот факт, что он выиграл на свою ставку $998.14 вместо ожидаемых $998.

Понятие 'подтверждение' (validation) существенно отличает­ся от понятия 'подкрепления' (reinforcement) в его обычном упот­реблении. Подкрепление подразумевает удовлетворение нужд чело­века, удовлетворение его самого в каком-либо отношении или получение вознаграждения. Подтверждение относится исключитель­но к проверке правильности предсказания, даже если предсказыва­ется что-то неприятное. Например, человек может предчувствовать, что упадет с лестницы и сломает ногу. Если его ожидания оправды­ваются или по крайней мере ему покажется, что он упал с лестницы и сломал ногу, он получает подтверждение своих ожиданий, незави­симо от того, насколько несчастливым ему может представляться такой поворот событий. Но сломанная нога обычно не относится к тому, что принято называть «подкреплением», разве что примени-

204

Глава третья. Природа личных конструктов

тельно к некоторым больным. Мы могли бы, конечно, переопреде­лить понятие подкрепления, с тем чтобы привести его в соответ­ствие с теорией личных конструктов; но тогда пришлось бы отка­заться от большей части общепринятого значения, которое психологи вкладывают в это понятие.

Когда предсказание оказывается точным, что именно в нем под­тверждается? И если оно оказывается неточным, что в нем не под­тверждается? В психологии личных конструктов этим вопросам при­дается существенное значение. Хотя, в известной степени, они важны и для большинства современных теорий научения, которые пытаются объяснить явление генерализации, психология личных конструктов рассматривает их в несколько ином свете.

Исследование С. Поч (Poch) посвящено как раз этой пробле­ме. Она структурировала поставленные выше вопросы следующим образом. Когда человек обнаруживает, что его предсказание оказа­лось неправильным, что именно он с ним делает? Изменяет ли он только свое предсказание? Выбирает ли он в своем репертуаре другой конструкт и уже на нем основывает свое следующее пред­сказание? Или он пересматривает размерностную структуру своей системы конструктов?

Традиционную теорию научения, основывающуюся на понятии подкрепления, обычно интересует только первый из этих вопросов. Данные опубликованных исследований достаточно убедительно по­казывают, что люди обычно изменяют свои предсказания, когда обна­руживают их ошибочность. Но вопросы С. Поч (Poch) проникают го­раздо глубже этой общеизвестной «истины». Полученные ей данные совершенно ясно показывают, что ее испытуемые склонны были об­ращаться к другим измерениям конструктов в своих наборах, когда их предсказания не сбывались. У них также обнаружилась тенденция изменять свои системы конструктов в том, что касается аспектов, ис­пользованных в неподтвердившихся предсказаниях.

Таким образом, у нас есть основание считать, что подтвержде­ние затрагивает систему истолкования на различных уровнях. Эти уровни можно выделять по отклонениям, причем подтверждающий

205

Теория личности

опыт оказывает наибольшее воздействие на те конструкты, которые функционально ближе всего к конструктам, на которых основывалось первоначальное предсказание. Дж. Биери (Bieri) показал, как можно измерить эту связь, - и для конструктов, и для фигур в жизни конк­ретного человека. Он наглядно продемонстрировал, как подтвержде­ние сказывается не только на конкретных конструктах и фигурах, вклю­ченных в первоначальное предсказание, но и на функционально связанных с ними конструктах и фигурах.

Согласно развитому из нашего основного постулата королла-рию об опыте, у каждого человека система истолкования меняется по мере того, как он последовательно истолковывает повторения событий. Подтверждение отделяет точкой следующие один за дру­гим циклы в непрерывном процессе истолкования. Если человек бе­рет на себя неопределенные обязательства перед будущим, то и полу­чаемый им подтверждающий опыт будет столь же неопределенным. Если его обязательства перед будущим несущественны и фрагмен­тарны, таковым будет и подтверждающий опыт. Если же он связыва­ет себя обязательствами, которые основаны на интерпретациях на­личной ситуации с далеко идущими последствиями, он может истолковать исход как имеющий принципиальное значение.

Рассуждения такого рода указывают нам подход к объяснению результатов экспериментов по так называемому 'парциальному обуслов­ливанию'. Во многих исследованиях было показано, что 'реакция' будет дольше сопротивляться 'угашению' в условиях 'неподкрепления', если в начальный период 'обусловливания' 'подкреплялись' не все 'пробы'. Этот факт довольно трудно объяснить в рамках большинства традицион­ных теорий научения. Однако, с нашей точки зрения, он свидетельствует о том, что подтверждающий цикл - от предсказания до исхода - не обя­зательно состоит из единственной 'пробы', как это представляется экс­периментатору. 'Пробой' с точки зрения испытуемого может быть цикл нескольких 'проб' с точки зрения экспериментатора. Испытуемый не обязан фразировать собственный опыт так, как это делает эксперимента­тор, только на основании имлицитных ожиданий последнего. Поэтому, с точки зрения испытуемого, частично 'подкрепляемая' серия может со-

206

Глава третья. Природа личных конструктов

стоять из ряда полностью подкрепляемых циклов, различающихся, од­нако, по длине. Когда речь идет о конкретном испытуемом, циклом для него могут стать вообще все серии эксперимента, и тогда, по всей веро­ятности, он оставит попытки делать свои предсказания лишь тогда, ког­да серия 'утешения' будет, субъективно, приближаться по своей длине к серии 'обусловливания' (иначе говоря, этот испытуемый будет демонст­рировать 'реакцию' с того момента, когда он посчитал, что цикл начал­ся, до того момента, когда он посчитал, что получил окончательное под­тверждение). Как мы уже говорили ранее, часто полезнее выяснить, что усвоил испытуемый, чем узнать, соответствует ли его поведение тому, чему научился экспериментатор.