1. Установление истины по уголовному делу как нравственная цель доказывания.

Доказательства и доказывание (главы 10 и 11 УПК) являются важ­нейшими правовыми институтами в системе норм уголовного судопроизвод­ства. Статья 73 УПК РФ определяет круг обстоятельств, подлежащих дока­зыванию. В ней дан перечень имеющих правовое значение обстоятельств, ко­торый предупреждает от одностороннего подхода к исследованию обстоя­тельств дела и обязывает установить обстоятельства, необходимые для пра­вильного определения в обвинительном заключении фабулы обвинения, ква­лификации преступления, и вопросов, стоящих перед судом при вынесении решения по делу.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию, определены ст. 73 Уголов­но-процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой статьей при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию:

• событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления);

• виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мо­тивы;

• обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого;

• характер и размер вреда, причиненного преступлением;

• обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость дея­ния;

• обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание;

• обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания.

Подлежат выявлению также обстоятельства, способствовавшие совер­шению преступления.

В УПК приводятся правила, конкретизирующие конституционный запрет «использовать доказательства, полученные с нарушением федераль­ного закона» (ч. 2 ст. 50 Конституции РФ). Основания признания доказа­тельств недопустимыми указаны в п.п. 1, 2 и 3 ч. 2 ст. 75 УПК. Они направ­лены на то, чтобы соблюдались предписанные правила, не производились следственные действия, которые порождают сомнения в достоверности по­лученных сведений ввиду получения их с применением угроз, насилия, дру­гих запрещенных способов (п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК) или исключающих воз­можность проверки достоверности сведений (п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК).

Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не мо­гут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказы­вания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

К недопустимым обстоятельствам согласно части второй ст. 75 УПК РФ относятся:

• показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в су­де;

• показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предпо­ложении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать ис­точник своей осведомленности;

• иные доказательства, полученные с нарушением УПК РФ

К признанию доказательств недопустимыми приводят также и иные нарушения закона. К ним относятся получение доказательств не тем лицом, которое на это уполномочено несоблюдение правил проведения следствен­ного или судебного действия. Для безусловного исключения недопустимых доказательств в УПК РФ подробно указаны основания, условия и порядок проведения следственных действий, направленных на собирание и проверку доказательств, и закрепление хода и результатов этих следственных действий в протоколах. Этому служат и включенные в УПК РФ формы процессуаль­ных документов.

Установление истины — непременное условие справедливого право­судия по уголовному делу. Требование установления правды, истины посто­янно присутствует в отечественном законодательстве, регулирующем дея­тельность суда. Проблема установления истины при производстве по уго­ловному делу имеет разные аспекты, в том числе и нравственные. М. С. Строгович писал, что «... проблема истины в уголовном процессе — это не только юридическая, но и в не меньшей мере этическая проблема». Он отме­чал, что в «... этическом плане она исследована очень мало и слабо».

Обязанность суда устанавливать истину по уголовному делу, прямо возложенная законом на судей, представляет собой не только юридический, но и нравственный долг деятелей правосудия. Судья не имеет нравственного права осудить невиновного, против которого обвинение собрало какие-либо доказательства, а защита не смогла убедительно противостоять обвинению. Но и оправдание действительно виновного вследствие формального отноше­ния судьи к исследованию обстоятельств дела, его безразличия и пассивно­сти делает приговор необоснованным и несправедливым. Такой приговор яв­ляется следствием отступления судьи от требований его нравственного долга.

В законодательстве России, в трудах российских ученых как до рево­люции, так и в советский период требование устанавливать в суде истину не подвергалось сомнению. Однако в последнее время стал пропагандироваться взгляд, что суд не в состоянии установить истину и что требовать от суда по каждому делу ее выяснять нет оснований. Следует согласиться с Л. Д. Кокоревым, который, критикуя тех, кто выступает за освобождение судей от обязанности устанавливать истину, пишет: «За такими рассуждениями скрывается не столько профессиональная несостоятельность, сколько нравственная неспособность осуществлять доказывание на основе своего внутреннего су­дейского убеждения, базирующегося на материалах уголовного дела, страх перед ответственностью за ошибку. Следователь, прокурор, судья должны быть уверены в своих нравственных силах, независимо осуществлять дока­зывание, устанавливать истину, принимать обоснованное, справедливое ре­шение и не бояться никакой ответственности за свои нравственно оправданные действия и решения» .

Отрицание возможности установить по делу истину, правду лишает правосудие нравственной цели и содержания и может служить оправданием любой несправедливости. Установление истины — высоконравственная цель доказывания, без достижения которой справедливое правосудие невозможно.