Счастье – движение и труд на дороге познания

(Вступление: о трудностях темы)

Нет труднее темы, чем тема о счастье. Все, о чем говорят люди, - пишет Аристотель в «Риторике», - есть счастье. (И едва ли не первый дает определение: счастье есть обладание благами, соединенное с добродетелью. Но тут же встают новые вопросы: что считать благом, какого человека хорошим, т.е. по-старинному «добродетельным»?)

Вспомните-ка ваши состояния счастья… Помните их всегда! И запомните навсегда! Счастье – это состояние, в котором нас захлестывают положительные эмоции, человек светится изнутри.

(1. С. – не достижение, а движение)

И я хотел бы спросить: когда же мы светимся? Говорят, что счастье – это достижение чего-то, получение желаемого, но Сократ справедливо иронизировал над таким определением своих учеников: разве ты будешь стремиться к чему-либо, если ты уже достиг?.. Как много мы видим людей, которые чего-то достигли – и остановились в движении, перестали стремиться. Ребенка родил, дом построил, дерево посадил – все: ложись – помирай?.. Нет! «Помирать нам рановато…» – создай себе еще новые «дела». А дела – это труд, трудности, стремление, движение, только надо иметь путеводную звезду, которая согревает сердце и освещает жизненную дорогу.

И я бы даже сказал – млечный путь, когда в ночи твой взгляд переходит от одной звезды к другой, от другой к третьей – и ты берешь все новые высоты.

(2. С. – несчастье)

Но когда же мы бываем счастливы? И кто подлинно ценит жизнь и ее счастливые моменты? – Тот, кто изведал горе. Как Саади некогда сказал, «Не изведав несчастий, не достигнешь заветного счастья». В жизни все перемешано, но ценит счастье только тот, кто изведал дорогу трудностей, страданий, кто может сказать: в мире море зла, а добра океан. Такими бывают обычно мудрые старцы (они, кстати, есть в каждой семье) – их не берут никакие несчастья, они только крепче становятся и все более ценят каждую минуту счастья на этой земле.

(3. С. – удача?)

Относительно счастья есть много мифов. Два самых расхожих – мифы о счастье как удаче и счастье как удовольствии.

Говорят: счастье ветрено и непостоянно, часто появляется тогда, когда его не ждешь. Но счастье у того бывает, кто сам себе умом и трудом помогает… Помоги себе умом и не строй воздушных замков – обретешь покой и тишину в сердце…

(4. С. –удовольствие? Довольство придет само…)

Любит ли Счастье удовольствия? Как говорил Б. Паскаль, «Кто входит в дом счастья через дверь удовольствий, тот обыкновенно выходит через дверь страданий». Удовольствие приходит само. Вот мы сегодня пришли сюда через дверь трудностей, волнительных ожиданий, боязни за успехи наших речей – в результате (я уверен) будем счастливы. Но достигнув малых вершин, будет необходимо идти дальше и дальше. Мы не знаем этого пути, но знаем, что не остановимся, потому что остановка – смерть, движение по трудной дороге познания – счастье и жизнь!

2.

А вот речь Джамили Сайрамовой о милосердии к животным. Джамиля – журналист, работает в «Учительской газете». Публикуем ее также с некоторыми пояснениями, которые делает оратор для того, чтобы по основным вехам текста запомнить текст

Вступле-ние Постановка проблемы Из истории XVII-XVIII вв.: Гюго и другие XX в. – усилил. Один из выходов – эксперименты на бактериях Пример Пример «студенческий» и кульминационный Призыв-заключение

Одним из благоприобретенных качеств человека является способность сочувствовать своему ближнему, и не только ближнему, но всякому живому существу: и кошке, и собаке, и какой-нибудь букашке – и не только в детстве… Иначе мы теряем нечто человеческое. Ну, а если надо помочь человеку - ведь человек мера всех вещей –можно ли экспериментировать над животным, пожертвовать им? Сегодня я буду говорить о проблеме, которую в России почти не знают и в сущности не задумываются над нею. Имя этой проблемы – вивисекция, т.е. экспериментирование над животными. Первые опыты на животных стали делать в XVII веке, а XVIII по праву считается в науке самым жестоким. Но в XIX вивисекция жестоко критиковалась Виктором Гюго, Чарльзом Дарвиным, Бернардом Шоу, Львом Толстым. Они утверждали, что жестокое обращение с животными – несмываемый грех, поэтому необходимо избавиться от этого варварства. И что же? 20 век не только не отменил эту жестокость, но усилил. Оправдывая ее необходимостью развития науки, спасения людей, ученые вынуждены калечить и убивать животных. Вопрос – есть ли в этом действительная необходимость? В наших лабораториях животных обжигают, ошпаривают, отравляют, морят голодом, бьют током, приучают к наркотикам, вызывают переломы костей и повреждения мозга. Однако неоднократно была доказана разница процессов, протекающих в организме человека и животного. Кто к этому выводу прислушался? Разве нельзя тесты проводить на клетках и бактериях, одноклеточных организмах? Разве нельзя было сразу промышленный тест Драйзера для косметических средств, когда кролику наносят на роговицу глаза испытываемый продукт и ждут, когда глаз погибнет, - заменить тестом на мембране куриного яйца? Вообще-то есть множество положительных примеров решения вопросов медицины без обращения к вивисекции. Прогресс науки связан с клиническими наблюдениями за больными, а не с вивисекцией. Совет Европы в 2001 году под давлением общественного движения «Красота без жестокости», принял закон, запрещающий вивисекцию в косметической промышленности Добавлю к этому, что все больше молодых ученых отказываются от вивисекции, а в российских вузах нередки случаи, когда студенты отказываются от вивисекции. В начале 2002 года INTERNICHE – всемирная общественная организация объявила 11 февраля Всемирным днем гуманного образования и защиты экспериментальных животных. Люди, будьте добры и внимательны к братьям нашим меньшим: они тоже хотят жить!

3.

Третьей была речь Константина Пупырева (компания «Лукойл») на «чрезвычайно актуальную» тему – о российском футболе, причины поражений которого на чемпионате мира несомненно – в области риторики как искусства словесно-психологического общения, духа команды, который проявляется в речевых контактах друг с другом, с прессой. Судите сами:

Почему проигрывает наш футбол и когда он возродится?

Уважаемые слушатели!

Возможно, вас удивит, что я, называющий себя человеком дела, решил сегодня говорить на такую несерьезную тему как футбол. Но если выпуски телевизионных новостей начинаются с сообщений о чемпионатах мира по футболу, если президент нашей страны выступает с продолжительным напутствием к футболистам, если вся эта страна приникает к телеэкранам, чтобы болеть за «своих», разве это не государственное дело – говорить о футболе?

Итак, первое: сегодняшний футбол – важнейшая государственная проблема, которая требует внимания и заботы. Футбол объединяет нацию, футбол ее оздоровляет, футбол создает настроение людей – и важно, чтобы он опирался на здоровые культурные корни и сам формировал здоровую духовную атмосферу, в которой возможно говорить о футболе, играть в футбол, жить футболом.

Второе: футбол проигрывает из-за плохого языка, то есть из-за отсутствия объединяющего всех настроения, мыслей и хороших слов, которые звучат о нашем футболе. Следовательно, футбол проигрывает из-за плохой риторики как искусства ставить, обсуждать и решать проблемы. Объясняю:

С каким настроением обсуждалось большинство фактов нашего футбола перед чемпионатом мира в Японии? – С критическим. Вселялась ли вера в победу футболистов? – Скажем откровенно: Нет, все были подвержены скорее скепсису, чем оптимизму. Разве с таким настроением можно что-либо выиграть? Куда было обращено внимание большинства наших футбольных обозревателей? – Туда, куда смотрят все наши средства массовой информации – на Запад. Писали больше о Бразилии, Корее, Коста-Рике, Японии, чем о России, как и сейчас продолжают писать о Реале, Ливерпуле, Марселе – вот образцы, на которые нас хотят ориентировать.

И эта неуверенность, отсутствие чувства национальной гордости и достоинства не могло не передаваться футболистам.

Значит третье: все дело в культуре, которая состоит в том, чтобы сохранять все ценное, что завоевал национальный футбол и развивать эти достижения. А мы? Кто заставляет нас говорить о том, что «Спартак» – 4-х-кратный(?), а не 14-ти кратный чемпион страны, а «Динамо» – вообще никакой не чемпион? Почему все наши клубы начали свою историю заново? Разве они не правопреемники футбольной истории СССР? Разве можно такое представить где-нибудь в Италии, которая была чемпионом мира с 1930 года, или Уругвае (чемпион – с 34-го) или в Англии, имеющей столетнюю футбольную историю? Только мы можем все сожалеть, плакаться и каяться в своих ошибках и со слезой в голосе вспоминать о победах… А не пора ли воспрянуть духом, вспомнить о национальном характере и вдохновиться новым настроением, объединением вокруг общей национальной идеи возрождения и России, и ее спортивного характера, и ее футбольного авторитета?

Пример отсутствия такого духовного объединения с болельщиками своей страны являла команда наших футболистов, которую всячески изолировали от общения с болельщиками, с прессой, оберегали как изнеженных принцесс вместо того, чтобы напитать их бодрым духом нашего общего оптимистического настроя?

И четвертое – тоже проблема футбольной риторики. Серьезные претензии у меня к нашим футбольным комментаторам. Где напряженная мастеровитость Вадима Синявского, где артистизм и эрудиция Николая Озерова, богатство личности Катэ Махарадзе, своеобразие Владимира Маслаченко, который почему-то вообще не был на чемпионате мира, а сейчас почти не ведет репортажей? Каждый комментатор – это ритор-профессионал, зажигающий слушателей (а слушатели – вся страна) своими репортажами. Сегодняшний комментатор – ленивый бытописатель, фактограф того, что происходит на поле… Он боится подумать о том, что надо сопереживать, говорить интересно, своеобразно, что надо искать свой стиль – и в мыслях, и в словах, и в произношении.

Одним словом, никуда не пойдет и не разовьется наш футбол, если не будет у нас хорошей футбольной риторики как умения говорить о футболе, объединяться в наших мыслях и словах, вдохновляться и верить в то, что наш национальный дух и характер, помноженные на традиции, умения, энергию, наконец, возродят футбольную Россию, славу которой я предвижу, может быть, в самом ближайшем будущем.

…………………………………………

Это не все из произнесенных речей, но завершили вечер благопожелания ораторов-участников курса, произнесенные с братиной, передаваемой из руку в руки в знак нашего риторического содружества.

Вообще всякой «изюминкой» общения являются индивидуальные находки, фиксирующие только здесь в данном коллективе сложившиеся отношения. И в этом смысле любая новая речь не похожа на предыдущую, им же несть числа.

Так, в этот раз участники курса спели песню, которой часто венчается хорошее обучение, рождающее в душах учащихся «Радость» от наступившего преображения личности, которое дается риторической учебой:

Куры стали павами,

лысые – кудрявыми,