1.1 Типы фразеологических единиц.

Фразеологическая единица – общее название сочетаний слов несвободных с семантической точки зрения, не производимые в речи (отчасти похожие на них по форме синтаксические образования – словосочетания или предложения), а употребляются в ней в социально сложившимся за ними устойчивой пропорции смысла содержания и лексико-грамматического состава. Семантические перемещения в значениях единиц, устойчивость и применение – тесно связанные отличительные признаки фразеологизма.

Семантика фразеологических единиц, различающая их типы, формируется в процессе трансформации начальных словосочетаний в целом или хотя бы одного из слов сочетания. В первом случае мы получаем единицы, имеющие свойство идиоматичности (слитное значение). Слитное значение может быть образным или безобразным. Его нельзя разложить на лексические составляющие: смотреть сквозь пальцы, видал виды,курам на смех, отлегло от сердца. Во втором – у слова, которое необходимо переосмыслить, появляется фразеологически связанное значение, которое может проявиться исключительно в сочетании с определенным словом или с рядом слов. Это служит для образования устойчивых словесных конструкций, имеющих расчлененное значение: белое мясо, золотая молодежь, раб страстей (привычек, моды), приходить к мысли (к выводу, к решению).

Также выделяют фразеологические сращения: лить пули, кривая вывезет, на все корки, и фразеологические единства, в которых смысл имеет каждый компонент, в его обычном применении: преградить путь, на всех парах, темный лес. Единства отличаются образностью.

К особому типу семантических единиц фразеологического состава относятся сочетания слов, которые характеризуются аналитическим значением. Это фразеологические обороты, в которых имеются примеры слов со свободной семантикой, так и с фразеологически связанной. Признаком слов с последним значением можно рассматривать отсутствие у них самостоятельности. Такие слова способны при семантической отдельности значений слов они способны обозначать вне языковые объекты только в сочетаемости с другими словами, которые выступают как номинативно опорные компоненты этих сочетаний слов (черный хлеб, черный рынок, черный костюм, черный день). Это их свойство проявляется в зависимости выбора слов с фразеологически связанными значениями от семантически ключевых слов в процессе построения лексико-грамматического состава предложения. Ограничения в выборе фиксируются нормой, которая закрепляет сочетаемость слов в их фразеологически связанных значениях с определенными словами: одним словом, рядом слов или несколькими рядами, например: сорить деньгами, перст судьбы, сын степей (гор), глубокая старость или глубокая ночь (осень, зима), а сочетания в целом характеризуются ограничениями в преобразовании их лексико-грамматического строения. Слова с фразеологически связанными значениями применяются как постоянные единицы фразеологических сочетаний. Здесь наблюдается наличие синонимических, антонимических и предметно-тематических связей исключительно вместе с семантически ключевыми словами.

Существует еще и четвертый тип фразеологизмов – фразеологические выражения. Четвертый тип был выделен Н.М. Шанским. Это фразеологические обороты, которые целиком состоят из слов со свободным значением. Фразеологические выражения отличаются от фразеологических сочетаний тем, что в них отсутствуют слова с фразеологическим значением: Любви все возрасты покорны; Волков бояться – в лес не ходить; оптом и в розницу; всерьез и на долго; процесс пошел; рыночная экономика. Слова, которые их образуют не имеют синонимов. Их отличительный черта - воспроизводимость. Фразеологические выражения подразделяются на номинативные и коммуникативные ( те, которые соотносятся с частью предложения и с предложением в целом).

Так как фразеологический оборот единица значимая, то ее употребление в языке может быть разным. Одни фразеологизмы имеют постоянный лексико-грамматический состав: плакучая ива; ирония судьбы; Мертвые сраму не имут; по образу и подобию; лечь в основу; другие фразеологизмы имеют несколько функционируют в виде нескольких одинаково равноправных вариантов. Вот это сходство по семантике, но различие в лексико-грамматическом оформлении вызывает острые споры в научном сообществе. Одним из главных вопросов этих споров - что считать вариантами, а что - синонимами того или иного фразеологического оборота. Понятие варианта фразеологизма обычно дается на фоне тождества его целостного значения или образа. Большинство ученых признает, что "варианты фразеологического оборота – это его лексико-грамматические разновидности, тождественные ему по значению и степени семантической слитности" [Шанский 1996:55]. Но по типу варьирования возникают несогласия. Формальные трансформации представляют собой главный типам фразеологического варьирования и лексической замены компонентов фразеологизма.

Большинство языковедов признает эту классификацию фразеологических единиц. Формально изменение составляющих фразеологизма определяется общностью слова и фразеологического элемента, поэтому виды сопоставимости частей сочетания аналогичны видам сопоставимости лексем.

Варианты фразеологических единиц в морфологии обычно сводятся к двум типам – парадигматическим и словообразовательным. В первом случае изменения компонентов наблюдаются в пределах парадигмы исходных слов: бью (бил, била) баклуши, держать в уме (диал. в умах). Второй тип – варианты, обусловленные модификациями словообразовательных формантов: пальцы/пальчики оближешь, сходить/сойти с ума.

Лексическая вариативность фразеологического оборота утверждается многими учеными. Во многих работах нашего времени есть идея отказаться от представления лексических замен как вариантности и стремления рассматривать это явление как фразеологическую синонимию. Исследователь Бабкин считает понятие "фразеологический синоним" не подвергающийся оспорению, а "фразеологический вариант" – спорным в применении к случаям лексической замены компонентов фразеологизма [Бабкин 1970:84-85].

Н. М. Шанский предложил три типа фразеологических единиц:

1. фразеологизм, который содержит разные компоненты, но одинаково семантически пустые (в этом случае фразеологизм может существовать и без этих членов): гроша ломаного (мерного) не стоит – гроша не стоит, что есть (было) силы – что сила;

2. фразеологизмы, заключающие в себе слова, которые отличаются с точки зрения грамматики;

3. фразеологизмы, отличающиеся один от другого как полное и сокращенные разновидности (в этом случае их отношения сходны с отношениями, которые есть в наличии между полными и сокращенными словами): идти на попятный двор – идти на попятный; быть в интересном положении – быть в положении (ср.:заместитель – зам, радиостанция – рация) [Шанский 1996: 57].

Фразеологические обороты, имеющие в своем составе общие члены исходные по значению, он рекомендует считать "дублетными синонимами" [Шанский 1996:56]. Таким образом, обороты типа задать баню (перцу), от всего сердца – от всей души; бить баклуши (шабалу); молоть вздор (ерунду); сложить (сломить) голову; взять (заключить) под стражу; набитый (круглый) дурак и т. п. признаются синонимами-дублетами. Как пишет Шанский, "по своему лексико-семантическому характеру фразеологизмы такого рода аналогичны однокорневым лексическим синонимам типа топонимия – топонимика, синь – синева, трёшка – трёшница, лукавость – лукавство" [Шанский 1996:56].

Точку зрения, согласно которой лексические замены во фразеологических оборотах ведут к образованию синонимов, а не вариантов, пытается теоретически обосновать и А. И. Федоров [Фёдоров 1973:56]. Замена компонента фразеологизма, по его мнению, меняет характер образного представления последней, её оценочную и стилистическую окраску.

В. М. Мокиенко, наоборот считает, что " такое толкование делает понятие фразеологического варианта значительно беднее и в свою очередь слишком расширяет определение фразеологического синонима. Основная предпосылка, которая направляет языковедов к отрицанию лексической вариантности фразеологизма, просто не может быть объективной. Лексическая замена составляющих далеко не всегда меняет смысл фразеологизма. Необходимо отметить, что слова имеют свойство замены – синонимы, которые обеспечивают постоянство образного представления, причем вариант этих слов, особенно в разговорной речи достаточно широк. Довольно часто замена компонентов проходит в одном тематическом круге лексики, обеспечивающем относительную тождественность образного представления: намылить шею (голову); рехнуться (спятить, сбиться) с ума. Трудно не признать структурно-семантическую близость, почти тождественность оборотов подобного типа. Отказ от определения их как лексических вариантов фразеологизма приведет их к смешению с фразеологическими синонимами различной структуры и стилистической оценки типа откинуть лапти – сыграть в ящик – дать дуба или пересчитать ребра – задать трепку – показать кузькину мать [Мокиенко 1989:31-32]. Он также отмечает, что "лексическое варьирование – это собственно фразеологическое варьирование, трансформация раздельнооформленной, но семантически цельной единицы" [Мокиенко 1989:32]. Основными признаками варианта фразеологизма Мокиенко считает единство внутренней мотивировки, образа фразеологического оборота и относительную тождественность синтаксической конструкции, в рамках которой проходят лексические замены. Благодаря этим условиям "лексические замены в вариантах фразеологических единиц носят строго закономерный, системный характер" [Мокиенко 1989: 33].

Энциклопедия "Русский язык" описание темы вариативности дает кратко, но вполне определённо: "В структуре большинства фразеологизмов-идиом выделяют константные (постоянные) и переменные элементы. Константные элементы образуют основу тождества единицы, переменные элементы создают возможность варьирования. Вариантность фразеологизмов-идиом выражается в видоизменении элементов, соотносимых с единицами разных уровней: лексико-семантического, синтаксического, морфологического, словообразовательного и фонетического, а также в изменении количества лексических компонентов, не нарушающих тождества единицы " [Русский язык 1979:382]. Другими словами, авторы "Энциклопедии" имеют ту же точку зрения, что и В. М. Мокиенко. Нам также подобный взгляд кажется наиболее обоснованным. Благодаря раздельному оформлению и целостности образа фразеологизма возможна взаимозаменяемость его компонентов и в то же время семантическая стабильность фразеологической единицы при её вариативности. В следствии чего становится возможным появление новых оборотов, или "квазифразеологизмов" [Кривенко Б. В. Фразеология и газетная речь// Русская речь. – 1993.– № 3.– с. 45], на базе уже имеющихся в языке путем авторского варьирования компонентов. [См. об этом в главе IV настоящей работы.] Все это особенно актуально, поскольку связано с практикой составления словарей фразеологизмов. Каждая словарная статья того или иного издания рассматривает одно устойчивое выражение. Различные варианты фразеологизма как лексические, так и семантические должны быть учтены в подобной статье. То же касается и синонимов. Здесь цель составителя отчасти получается упрощенной, потому что в словаре могут быть учтены почти не все синонимические обороты, а, например, самые употребительные..

Вопрос вариантов и синонимов фразеологических единиц также тесно связан с вопросом о начальной форме единицы. Как писал А. М. Бабкин, если обороты ", бросаться в глаза, кидаться в глаза, метаться в глаза, бить в глаза и лезть в глаза – это варианты одной фразеологической единицы", то "вопрос о том, какой же именно? Конечно, при чисто внешнем лексико-грамматическом подходе можно вообразить модель: варьируемый глагол + в глаза" [Бабкин 1970:84]. Безусловно, у лексикографов возникают затруднения, связанные с тем, в каком виде фразеологический оборот включить в начале словарной статьи. Наиболее логичным на наш взгляд является подход, применяемый многими лексикографами и рассмотренный В. П. Жуковым в его работе "Фразеологическая вариантность и синонимия в связи с проблемой фразеографии (на материале Словаря фразеологических синонимов русского языка)." Автор отмечает, что фразеологизмы могут иметь варианты одного компонента и могут совмещать в себе одновременно несколько вариантных форм (особенно характерно это для глагольных фразеологизмов разной степени сложности). Самые трудные случаи встречаются тогда, когда имеют место одновременно несколько типов варьирования (см. выше). При этом отдельные варианты фразеологизма в их конкретном словоупотреблении могут внешне заметно отличаться друг от друга. В. П. Жуков дал следующий совет как выйти из затруднительного положения. Относительно вариантов давать ходу и задать тягу ("поспешно убегать")он пишет:"вариантность здесь не переходит в синонимию, так как исходная формула анализируемого оборота выглядит так: давать (задавать) ходу (тягу, дёру, чёсу ", где варьируемые существительные являются синонимами" [Жуков 1990:86]. Но даже при условии, что лексическая модификация воспринимается авторами словаря как синоним, а не вариант оборота, то проблемы все равно остаются. Они связаны с нахождением исходной формы фразеологизмов, имеющих грамматические варианты. Трудности такого рода подметил и охарактеризовал Б. Т. Хайитов в статье "Фразеологизмы в словаре. " [Русская речь. – 1987. – № 1.– стр. 86-89] Автор обращает внимание на морфологические особенности глагольных фразеологизмов русского языка и отражение этих особенностей во " Фразеологическом словаре русского языка" под редакцией А. И. Молоткова [изд. І – 1967, изд. V-1994]. Во вводной статье "Как пользоваться словарем" относительно глагольных фразеологизмов, ограниченных в своем словоупотреблении, даны следующие указания: "Если же глагольный компонент дается не в инфинитиве, а в какой-либо из личных форм, то это означает, что фразеологизм употребляется только или преимущественно в этой форме". Тем не менее, реальное воплощение этого положения в некоторых словарных статьях "Фразеологического словаря " обнаруживает непоследовательность. Именно эту непоследовательность и отмечает Б. Т. Хайитов. Глагольные фразеологизмы, которые употребляются исключительно в какой-либо из грамматических форм, в некоторых словарных статьях помещены в начальной своей форме (зарубить себе на носу, не нюхать пороху, клин клином вышибать, дать дуба, приказать долго жить, сыграть в ящик, высмотреть все глаза). Интересно, что иллюстративные примеры на страницах словарей часто дают неверное представление о заголовочных формах по вполне понятной причине: из-за ограниченного употребления оборота в речи. Наблюдается и обратная картина:"многие фразеологизмы, имеющие несколько грамматических форм, заголовки словарной статьи помещены в какой-либо одной. Тем не менее в цитатах показаны несколько возможных для данного фразеологизма форм, причем не всегда легко четко установить, какая из них более употребительна. Например, фразеологизм сидит в печенках, зафиксированный 3-м лице ед. числа, в иллюстративных примерах приводится в следующих формах: " сидим в печенках, сидела в печенках; глазом не моргнул – глазом не моргнут, глазом не моргну, глазом не моргнем, глазом не моргнув. " [Хайитов 1987: 1: 87].

Пополнение глагольных фразеологизмов в словаре в той или иной грамматической форме очень важно для урегулирования еще одной проблемы: разграничения фразеологических паронимов. Например:

Нога не ступала чья (несов. вид, прош. вр.) – где никто никогда не бывал, не жил. О глухих, диких, необжитых местах.

Нога не ступит чья (прош. вр., неопред. -личное) – кто-либо не появится где-либо. Фразеологические паронимы могут принадлежать как одному, так и к разным лексико-грамматическим разрядам, в чем также немаловажно роль морфологических свойств главного слова фразеологизма: язык проглотить – замолчать, перестать говорить, не болтать и т. п. (глагольный фразеологизм); язык проглотишь – очень вкусно (наречный фразеологизм) – употребляется только в форме 2-го лица.

Общие советы по фиксации глагольных фразеологизмов могут быть указаны на страницах словарей по трем пунктам, что и было сделано Б. Т. Хайитовым:

"1) фразеологизмы, имеющие все или большинство грамматических форм, в заголовке словарной статьи следует дать в инфинитиве, и при помощи иллюстративных примеров показать другие формы;

2) при фразеологизмах, ограниченных в грамматических формах, желательно поместить все употребляющиеся формы, например: чем Бог послал – чем Бог пошлет;

3) для фразеологизмов, имеющих только одну грамматическую форму, более целесообразной представляется её фиксация с указанием ограничительной пометы, например: "только в прош. вр. ", "только в 3 лице" и т. п. [Хайитов 1987:1: 89].

Но главные фразеологизмы составляют, конечно, только часть всей фразеологической системы русского языка. А другие виды фразеологических оборотов без сомнения имеют свои особенности, и их описание в словарях также оставляет желать лучшего. Это ещё раз подтверждает мысль о том, что в области фразеологии и фразеографии русским ученым открывается широкое поле для исследований.