4.7.5. Этика феминуринации

 

Как и всякое человеческое действие, феминуринация существует не сама по себе, а неизбежно является актом общественным. Другими словами, почти всегда при феминуринации женщина так или иначе контактирует с другими женщинами или даже мужчинами. Все это формирует ряд своего рода правил, который мы назовем этикой феминуринации (точно также, как можно сказать: этика семейной жизни, сигарный этикет, этические нормы и т. п.). Анализировать этику феминуринации очень сложно, т. к. у нас нет достаточной совокупности материалов, позволяющих сделать обоснованные выводы. Поэтому мы попытаемся лишь обозначить и проанализировать основные принципы. И если будут допущены неверные выводы, то поправить нас смогут только читательницы – женщины.

Первое, что нужно иметь в виду – это более близкое, чем у мужчин, «знакомство» любой женщины с унитазом. Если мужчина с среднем садится на унитаз один раз в сутки, то женщина – как минимум втрое чаще. Другими словами, женщина в буквальном смысле ближе к унитазу.

Это наблюдение может показаться тривиальным, но такое мнение ошибочно – близость женщины к унитазу имеет важные практические следствия, в первую очередь связанные именно с феминуринационным этикетом. Какие?

Для мужчины сесть на унитаз – дело весьма специальное. Почти любой мужчина спокойно отнесется к тому, что другой мужчина (или даже женщина) увидит его писающим в писсуар или унитаз. Но практически никакой мужчина не позволит наблюдать за его дефекацией. Причина тривиальна: такая сидячая поза для мужчины психологически малоприемлема. Подсознательно всегда присутствует мысль: «сидеть как какая-то девчонка». Кроме того, как явствует из предыдущего раздела, сидячая поза для мужчины несколько неестественна, пусть это даже не уринация, а дефекация. Сидя, мужчина ощущает себя как бы неполноценным, как бы не выполняющим своей половой роли. Именно поэтому допустить возможность наблюдения за ним в таком положении мужчина психологически не может. Наоборот, при уринации мужчины не скрываются во многом потому, что они, наоборот, подчеркивают свою мужскую роль перед обществом, как бы подтверждая: «Я – мужчина!».

Совершенно иначе все у женщин. Для женщин нормальной как раз и является сидячая поза. Женщины, писающие стоя, нередко вызывают у окружающих женщин настороженную реакцию (такие факты имеют подтверждения). Другими словами, у женщин все наоборот по сравнению с мужчинами – сидячая поза является совершенно естественной. Отсюда следствие – эта поза женщин, в отличие от мужчин, практически не смущает. Причем это относится не только к ситтингу на унитазе, но и к скваттингу в сортире или над чашей «Генуя». Точно также, для мужчин такой скваттинг непривычен и вызывает стеснение, тогда как для женщин является само собой разумеющимся.

Итак, естественность сидячих поз для женщин имеет следствие: такая поза женщин не смущает. Мужчине, интересующемуся женской уринацией, следует обязательно задуматься, хотя бы на минуту попытаться ощутить себя женщиной и осознать этот факт. Если понять этот сложный для мужского мироощущения факт, то все его следствия будут легко понятными.

Таким образом, мы показали, что сами позы уринации не являются для женщин какими-то очень интимными или стыдными, каковыми для мужчин являются сидячие позы и скваттинги. Поэтому уринантки относятся к окружающим женщинам практически также, как и писающие мужчины, т. е. почти безразлично. Это обязательно нужно иметь в виду.

С другой стороны, не следует думать, что женщины запросто писают на виду у других. Этим женский этикет как раз отличается от мужского. Очень многие мужчины в туалете не закрывают за собой кабинки, когда писают – зачем тратить время. Женщина же всегда закроет кабинку, если, конечно, есть дверь. Только если двери нет, то большинство женщин (особенно россиянок) будет без всякого смущения писать и на виду у других.

Рассмотрим теперь такой феномен. У мужчин при уринации фактически одна поза. У женщин – около десятка позиций и масса их вариаций. Казалось бы, это разнообразие должно было бы заставлять женщин постоянно задумываться о том, почему другие писают не так, как она. И не кажется ли она в глазах окружающих какой-то неумехой (а восприятие в глазах окружающих для любой женщины крайне важно, это один из основных женских инстинктов). А как следствие, должно было бы быть стеснение, особенно при выполнении наиболее пикантных посадок (например, ховеринг или высокие варианты скваттинга). Тем не менее ничего подобного не имеет места. Женщины, как нам совершенно достоверно известно, об этом даже не задумываются. И это представляется парадоксом. Решение проблемы возможно лишь одно: при уринации полностью «отключается» женский эксгибиционистический инстинкт. Впрочем, об этом мы уже упоминали выше. Инстинкт, о котором мы говорим, заставляет женщину постоянно думать о том, как она выглядит в глазах окружающих. Для мужчин подобные размышления являются спорадическими, тогда как для женщин – имманентными.

Женщина всегда отчасти такая, какой хочет казаться – именно поэтому используется макияж, немыслимые и неудобные (но броские) варианты одежды, жеманство и прочие женские уловки и хитрости. Все это направлено в первую очередь на мужчин. Но и на окружающих женщин женщина также постоянно «работает», только с несколько иной целью. Если по отношению к мужчинам женщина инстинктивно старается быть сексуально привлекательной, то по отношению к женщинам женщине важно выглядеть в ее глазах так, как она хочет. Или, говоря проще, «быть не хуже других».

Как мы уже отмечали, в женском туалете первая часть этого инстинкта (направленная на мужчин) автоматически выключается, т. к. в женском туалете мужчин нет, и это как раз то место, где женщина может расслабиться, привести в порядок макияж, поправить лифчик и т. п., так как эти действия должны быть «закрыты» от мужчин, но в среде женщин являются совершенно тривиальными. Теперь мы, кажется, приходим к выводу, что и «женская» часть этого инстинкта в туалете «отключается», только этим и можно объяснить отсутствие стеснения, связанного с позами. Другими словами, в женском туалете женщина становится полностью естественной, она перестает играть свою роль и проявляет лишь свои естественные душевные и физические качества. Этот факт очень важен с практической точки зрения: чтобы понять женщину, обязательно нужно увидеть, что и как она делает в женском туалете – это расскажет о ее характере больше, чем удалось бы понять иными путями за целый месяц.

Вот факт, подтверждающий наши выводы. На одном видеоролике запечатлена удивительно показательная групповая туалетная феминуринация. В кабинку зашли две девушки – европейки. Одна села на унитаз в ситтинг, другая стояла прямо перед ней. Они не переставали болтать, но, к сожалению, ролик был без звука. Закончив, первая девушка встала и поменялась местом со второй. Вторая же выполнила очень сильно нависающий ховеринг. Писала она долго и мощно, а позицию выбрала неумело – а, может быть, была отвлечена от уринационного контроля болтовней с подружкой. В результате она обильно обписала сиденье, что было очень хорошо видно. Первая девушка стояла при этом прямо перед ховернанткой. Закончив, вторая оделась, после чего они еще около двух минут находились в туалете и болтали, при этом одна из девушек даже совершала некие прыгающие движения и махала ногой (видимо, она что-то пыталась показать). Перед выходом первая девушка, наклонившись к унитазу, спустила воду. И при этом – никакого стеснения, никакого внимания на позиции и никакой реакции на обильный мисписсинг. У нас же возник лишь один вопрос: а если бы девушки писали в обратном порядке??? Быть может, хоть тогда сиделка обратила бы внимание на ховеринг подружки и, например, попросила бы ее выбрать другую позицию, чтобы та не обписала сиденье? Или, быть может, увидев, что первая ховернирует, вторая бы также предпочла ховеринг? Или же девушки уже знали друг о друге, что одна из них сиделка, а другая – ховернантка, и в соответствии с этим писали в логически «правильном порядке». У нас нет однозначного ответа на эти вопросы. Но самое вероятное (хотя и кажущееся совершенно невероятным) объяснение – девушки просто не обращали на туалетное поведение подружки никакого внимания.

Вот другая видеозапись из того же туалета. Первая девушка выполнила глубокий ховеринг. После этого вторая, подойдя к унитазу, протерла сиденье туалетной бумажкой, после чего выполнила ситтинг. Естественно, все это она делала на глазах у подружки – и опять: ни малейшего смущения. И это при том, что первая писала аккуратно и сиденья не забрызгала. Тем не менее, вторая даже не думала о том, что протиранием сиденья она может обидеть подружку (дестать, «дружба дружбой, но садиться после тебя я брезгую»). Решительно никакой реакции. Все эти факты определенно приводят нас к выводу о том, что женщины совершенно не обращают внимания на туалетное поведение подруг. А почему? Да потому что они «не при исполнении». Им не нужно опасаться, что мужчины увидят как они делают что-либо не так, как им бы хотелось чтобы о них думали. Женщины устают от своей постоянной роли притворщиц. И, попадая в туалет, они расслабляются настолько, что уже совершенно не обращают внимания на подруг и точно так же не опасаются, что подруги увидят их в «естественном» виде. Ведь женские «маски» надеваются для мужчин. Женщины просто отдыхают. Очевидно, посещение туалета для многих – это как сон для любого человека. Из мозга выводятся токсины усталости, накопившиеся за день, после человек просыпается бодрым и трудоспособным. Также и для женщины: посещение туалета дает разрядку – за несколько минут усталость, накопленная за часы притворства, рассеивается. Вот, собственно, и ответ: поскольку инстинкт заставляет подружек писать вместе, а накопленная за часы притворства усталость требует разрядки, подружки в туалете «выключают» восприятие действий друг друга, чтобы ничего не мешало разрядке. А болтовня друг с другом, кстати, очень способствует такой разрядке. Это один из базовых принципов этики групповой туалетной феминуринации – писать так, как будто бы подружка слепая и ничего не видит. Впрочем, это не выработанная норма поведения, а чисто инстинктивное и необдумываемое, т. е. естественное поведение.

Из сделанных нами выше открытий есть по меньшей мере одно важнейшее следствие. Большинству мужчин не понять, что так долго может делать женщина в туалете. Конечно, мужчина делает поправку на то, что женщина естественным образом писает дольше, но когда женщина проводит в туалете минут десять, мужчину это ставит в тупик. А ответ прост: женщина просто отдыхает от мужчин, отдыхает от постоянной роли «актрисы». В такие моменты она долго прихорашивается перед зеркалом, поправляет одежду, иногда даже без особой необходимости, вступает в беседы с незнакомыми женщинами. Многие женщины предпочитают курить именно в туалете – это, опять же, отдых от мужчин. Таким образом, любой общественный женский туалет (особенно в школе, колледже, спортклубе) играет роль своего рода женского клуба. И именно поэтому женский туалет играет в жизни женщины гораздо большую роль, чем мужской туалет в жизни мужчины. Для мужчины туалет – это место, где можно справить нужду, и только. Для женщин туалет – это в буквальном смысле дом отдохновения, клуб, убежище. И лишь отчасти – место для справления нужды (в качестве иллюстрации см. цитату из Д. Асламовой выше).

Эта особенность женского восприятия туалета является фундаментальной и ее просто нельзя не учитывать, анализируя женскую уринационную психологию. Понимание этого момента делает многие женские действия и поступки гораздо более понятными. Например, вовсе необязательно, что вошедшая в туалет женщина собирается писать. Многие приходят лишь для того, чтобы отдохнуть, прихорошиться, поболтать. Нередко можно видеть как после долгого прихорашивания перед зеркалом женщина словно бы с трудом «вспоминает», что надо бы и пописать.

Все это является совершенно нормальным с точки зрения женского уринационного этикета. Мужчина в мужском туалете, долго и без дела стоящий против кабинок и наблюдающий за тем, кто туда входит и выходит, может вызвать недоумение. Женщина в такой же ситуации совершенно естественна и ни у кого из посетительниц она не вызовет никаких эмоций – даже если кабинки не имеют дверей и уринации выполняются публично.

Итак, женский туалет для женщины очень близок, также близко «знаком» женщине и унитаз. «Выключение» женского публичного инстинкта в совокупности с этими двумя факторами и определяет в значительной степени этику феминуринации, весьма отличную от мужской этики. Главное следствие всего этого заключается в том, что, попадая в женский туалет, женщина почти автоматически становится членом особой социальной группы, коллектива. У мужчин такое выражено в гораздо меньшей степени, мужчины в большей степени индивидуалисты и незнакомцы не склонны так или иначе контактировать друг с другом в туалете. У женщин все совершенно иначе.

Женщины более коллективны по духу, а обстановка женского туалета и «выключение» публичного инстинкта еще более их сближают. В результате, практически в любом хорошо посещаемом женском туалете (особенно – школа, колледж, клуб, спорткомплекс и т. п.) формируется своего рода постоянный коллектив переменного состава. Это не есть коллектив подруг, он формируется из случайных женщин-посетительниц, его состав постоянно меняется, но коллектив живет, пока поток посетительниц не иссякнет. Впрочем, он легко формируется вновь при восстановлении потока клиенток туалета.

Существование этого коллектива поддерживается разговорами, которые там ведутся, например, курящими или прихорашивающимися женщинами. Любая новая посетительница может легко присоединиться к таким разговорам. Цементирует коллектив именно сознание женщинами изолированности помещения от мужчин и, таким образом, своей полной свободы от привычной роли. Еще большему сближению способствуют, например, имеющиеся во многих зарубежных туалетах автоматы по продаже гигиенических средств. Каждая пользующаяся им женщина как бы невольно заявляет: «у меня менструация», что так или иначе находит понимание у окружающих – это даже может способствовать развитию в разговоре актуальной для каждой женщины темы месячных, каковую обсуждать в любом другом общественном месте не представляется возможным.

У женщин также сильно развит дух взаимопомощи в интимных вопросах. Так, одна женщина может попросить у другой салфетку, духи или тампон. При этом эти женщины вовсе могут и не быть знакомы. Если возникла «неприятность», практически любая женщина может громко сказать: «девочки, может, кто выручит прокладкой, а то не вовремя началось…». И почти наверняка выручат. Прихорашиваясь рядом перед зеркалом, даже незнакомые женщины могут легко начать обсуждение косметических тонкостей, к каковому разговору могут легко подключиться и другие.

Все это является совершенно нормальным и происходит во многих женских туалетах. Этика феминуринации даже способствует развитию таких коллективных тенденций.

Этика подразумевает также определенные запреты и правила хорошего тона. Некоторые вещи делать принято, а некоторые - не принято, и женщины, как правило, таким неписаным правилам следуют. Так, у женщин принято спускать за собой воду – большинство так и поступает. Некоторые даже протирают за собой сиденье унитаза. Ситкаверы также обязательно за собой убираются. Не принято менять гигиенические средства на виду у других. Использованную туалетную бумагу бросают в мусорное ведро, спускать ее в унитаз – дурной тон. Кроме того, использованные тампоны и прокладки полагается прятать или не оставлять на виду. Кабинки принято после входа закрывать, а если есть задвижка – то и на задвижку. Не запереть за собой дверь и оказаться лицом к лицу с открывшей дверь женщиной – дурной тон. Если дверей в кабинках нет, то дурной тон - внимательно смотреть на незнакомую уринантку; и, наоборот, если писают подруги, то дурным тоном считается намеренно отворачиваться от писающей подруги (о тонкостях групповой уринации мы будем говорить в разделе 4.7.7.). Нормальным явлением следует считать просьбу соседке передать бумагу («у меня в кабинке кончилась»). Обсуждение подругами интимных вопросов также не считается дурным тоном. Стеснительные женщины в туалете без дверей иногда не начинают уринации, пока не окажутся в помещении в одиночку – на таких выжидающих обычно не обращают внимания. Не принято писать мимо унитазов – женщины вообще более чистоплотны, чем мужчины. Если вошедшие в туалет ведут беседу, то на время уринаций прерывать ее не принято. Скрывать или сдерживать звук громкого хиссинга этикетом не требуется, но некоторые это делают, либо сдерживая напор струи, либо спуская воду во время уринации. Не принято разрисовывать стены туалетов надписями и похабными рисунками – это, судя по всему, больше свойственно мужчинам, хотя граффити встречаются и в женских туалетах.

У японок и южнокореянок есть особое правило – всегда стучать в кабинку перед тем как в нее войти. Более того, у них имеется своего рода язык перестукивания. Так, женщина, собирающаяся зайти в кабинку, стучит в дверь два раза (заметим, не один, и не три раза, а именно два!), а находящаяся внутри обычно отвечает одним-двумя легкими постукиваниями по двери. К голосовой сигнализации прибегают реже. В других странах этика феминуринации не требует стучать в дверь перед входом.

При уринации в натуральных условиях правила этики практически аналогичны по сути, но поскольку свидетелем такой уринации могут быть и мужчины, предпринимается целый комплекс мер к предотвращению такой ситуации. Важной особенностью натуральной феминуринации является резкое разделение ее на два вида: индивидуальная и групповая. При индивидуальной феминуринации говорить об этике не имеет смысла, т. к. этика – категория общественная. Что же касается групповой натуральной уринации, в том числе и этических ее аспектов, то этот феномен изучается в специальном разделе нашей работы (раздел 4.7.7. «Теория групповой феминуринации»).

Есть и весьма специфический «раздел» этики феминуринации, а именно – этика антиэстетики или эпатажная этика. Это своеобразное направление появилось сравнительно недавно, но активно развивается. Суть заключается в том, чтобы учудить нечто необычное и этим всех поразить. Так, весьма популярным среди молодежи становится преднамеренный мисписсинг. Особый шик состоит в том, чтобы пописать мимо унитаза, не замочив своей одежды и ног, причем желательно на виду у подружек. В современных российских школах довольно популярна уринация на пол (т. е. вообще вне кабинки), которая обычно выполняется демонстративно и всегда вызывает у окружающих большой интерес. Во время менструации особым шиком считается оставить использованную прокладку на виду и в самом неожиданном месте, например, на туалетном бачке (использованной стороной наружу), в дверной ручке, в ящике для бумаги, на перегородке и т. п. В современных условиях вполне вероятным вариантом представляется демонстративная уринация девушки в положении стоя.

Эпатажная этика (антиэстетика) свойственна молодежи и вызвана к жизни, видимо, желанием проявить свой свободный дух и фантазию. Это направление, очевидно, будет развиваться и, не исключено, даст свои плоды.