2. Дискуссии о литературе

С «оттепелью» связан новый этап в развитии отечественной культуры, произошло изменение культурной парадигмы: на смену «застывшему», одноплановому,  помпезному стилю 30-х - 40-х годов пришла эпоха эклектики, множества художественных стилей. Наиболее чутко на изменения социально-психологических настроений в обществе отреагировали литература и художественная публицистика, традиционно занимающие особое место в духовной жизни интеллигенции. Неоспорим в эти годы приоритет художественной литературы в освещении недавнего прошлого страны, советской истории и её действующих лиц. В литературе стали подниматься вопросы, непосредственно затрагивающие проблемы взаимоотношений художника и власти, свободы творчества. Почти одновременно о праве писателя быть искренним заговорили О. Ф. Берггольц (Разговор о лирике // Литературная газета. 1953. 16 апреля); К. Г. Паустовский (Поэзия правды // Знамя. 1953. № 10); Л. К. Чуковская (О чувстве жизненной правды // Литературная газета. 1953. 24 декабря). Наибольший резонанс получила статья  В. М. Померанцева «Об искренности в литературе», опубликованная в декабрьском номере «Нового мира» за 1953 г. Автор выступил против произведений, написанных по шаблону, призывал писателей брать темы и конфликты из жизни, высказывался против изначально заданного подхода к явлениям действительности. «Неискренность – это не обязательно ложь, ж – писал публицист. Всё, что по шаблону, всё, что не от автора, – это неискренне. Шаблон там, где не вгляделись, не вдумались. По шаблону идут, когда нет особых мыслей и чувств, а есть лишь желание стать автором». «Совсем не надо быть гениальным, чтобы не оказываться вечно беспомощным. - Писал по этому поводу В. М. Померанцев. - Для этого нужно лишь элементарное самоопределение автора. Он не просто не должен ставить себя в положение, при котором каждое свежее сообщение радио вызывало бы тревогу, как ему теперь быть». 

Попыткой теоретического обоснования свободы творчества, необходимости отмены государственного контроля за развитием литературы и искусства стала опубликованная в пятом номере «Вопросов истории» за 1956 г. статья Б. Назарова и О. Гридневой. Робкие ростки свободы и раскрепощения общества от пут «сталинизма» наиболее точно отразило название повести И. Эренбурга, давшее характеристику целой эпохе – «Оттепель». В общественное сознание возвращались вычеркнутые из него ранее герои, политические и культурные деятели. Остро встал вопрос о возможности и необходимости объективного отражения действительности. В науке и литературе возродился интерес к нуждам «простого» человека.  Наиболее заметный вклад в решение этих проблем внёс журнал «Новый мир». Одно за другим на его страницах появлялись произведения принципиально переосмысливающие нашу историю и современность: рассказ Д. Гранина «Собственное мнение», поэма С. Кирсанова «Семь дней недели», роман В. Д. Дудинцева «Не хлебом единым». Откровением для многих читателей прозвучала напечатанная в мартовском номере за 1954 г. глава из поэмы «За далью даль» А. Твардовского - «Так это было». В художественной форме поэт поведал о трагедии крестьянства в годы «культа личности». 

Значение культурной среды «оттепели» и A. Т. Твардовский и «Новый мир»: «Говоря о ренессансе русской литературы, конечно, нельзя не вспомнить добрым словом Твардовского и его ''Новый мир'', сделавшийся средоточением лучших творческих сил страны. Почти каждая статья, рассказ, рецензия, словом, любое произведение ''Нового мира'' говорили о том, какие неисчислимые силы таятся в могучей потенции нашего народа. Журнал зарождал надежду и был негасимым светочем в течение многих лет» [Кузнецова Е. И. Государственная культурная политика (1950-е – начало 1960-х гг.) // http://cyberleninka.ru/article/n/gosudarstvennaya-kulturnaya-politika-1950-e-nachalo-1660-h-gg#ixzz4Lv9KtRBM].

  В 1954 г. состоялся Второй съезд писателей СССР. В горячих дискуссиях о преодолении «бесконфликтности», о теории «идеального героя», о борьбе за художественное качество литературы, в бескомпромиссных выступлениях М. Шолохова и В. Овечкина особенно остро встал вопрос о необходимости расширения жанрово-стилевого многообразия литературы. В этом плане речь на съезде шла и о прозе, и о драматургии, но особого накала дискуссия достигла, когда коснулась проблем поэзии.

Спор о поэзии вспыхнул ещё в «предсъездовской дискуссии». Бывшие «конструктивисты»: Илья Сельвинский в статье «Наболевший вопрос», Вл. Луговской в «Раздумьях о поэзии» – в этой дискуссии выразили протест против тенденции руководства Союза писателей превратить одно поэтическое течение, возглавляемое Твардовским, в «генеральное» направление всей советской поэзии. 

Против них, в свою очередь, резко выступили «традиционалисты»: С. Смирнов и Н. Грибачёв в статье «Виолончелист получил канифоль». А Ольга Берггольц в статье «Против ликвидации лирики», Маргарита Алигер в статье «Разговор с другом» отстаивали ту идею, что в поэзии главное – самовыражение. Спор был острый. С той и другой стороны было высказано немало взаимных, чаще всего несправедливых упрёков. Итогом споров было общее согласие в том, что художественное творчество, а тем более лирика, не терпит нивелировки и что все художественные течения имеют право на существование. Монополизация какого-либо течения, сама идея «генеральной линии» в поэзии нетерпимы, недопустимы, особенно со стороны руководства Союза писателей. И вот тогда в выступлении А. Фадеева впервые был поставлен вопрос о «стилевом многообразии социалистического реализма». А. Фадеев говорил, что социалистический реализм не требует непременно и только жизнеподобных форм изображения, а вполне допускает и формы условные. С тех пор фадеевская формула «единство метода – многообразие стилей» прочно входит в теоретический арсенал советского литературоведения и литературной критики. Данная формула оправдывала применение романтических, модернистских и авангардистских стилевых приёмов в произведениях, которые официальная критика относила к соцреализму. Та же самая формула позволяла удержать под «шапкой» соцреализма творчество многих писателей и поэтов, явно ориентированных не на жизнеподобные, а на условные формы изображения и на использование приёмов «вторичной условности» (в том числе, например, Маяковского, которого трудно причислить к «чистокровным» реалистам) [Сухих  С. И. Эволюция доктрины соцреализма во 2-й половине ХХ в. // http://cyberleninka.ru/article/n/evolyutsiya-doktriny-sotsrealizma-vo-2-y-polovine-hh-v#ixzz4LvbsmIk4].