23 Открытые и закрытые твиты Шотландский гэльский

Шотландский гэльский – исчезающий язык, но шотландские авторы эсэмэсок и твитов, а также участники социальных сетей всячески стараются приспособить его к современности. Основные усилия направляются на борьбу с экстравагантными особенностями гэльской орфографии, что может показаться довольно уместным. Но многие ревнители старины не видят в происходящем ничего хорошего. Джордж Макленнан, который много писал о гэльском, жалуется на этот «кавалерийский подход к орфографии» и считает, что расцвет эсэмэсок «негативно сказывается на языке». Правила орфографии гэльского сложны, соглашается он, но покоятся на рациональной системе.

В его словах есть доля истины: правила действительно логичны. Но, с моей точки зрения, беда гэльской орфографии в том, что она расточительна, запутанна и несовременна. Слово расточительна может показаться неуместным, поэтому я хочу его пояснить. Во многих языках звуков (по-научному фонем) больше, чем букв в их алфавитах. Например, в английском 24 согласные фонемы, хотя в его алфавите всего 21 согласный символ. При этом три буквы: c, q и x не приносят – по крайней мере в английском – никакой дополнительной пользы, поскольку фонемы, которые они представляют, уже покрыты другими символами: с дублирует s и k, q – kw, а x – ks. (В других языках, таких как чешский, албанский и португальский, этим буквам нашли лучшее применение – они представляют другие звуки.) Таким образом, в английском остается 18 полезных согласных. Остальные 6 согласных фонем передаются с помощью буквосочетаний: ng, ch и sh – соответствуют каждый одному согласному звуку, а th – двум разным (как в bath и bathe). А буква s в сочетании с i или u дает согласный звук, который слышен в середине слов vision и measure.

В гэльском же не менее 30 согласных звуков, поэтому создателям шотландской орфографии стоило бы использовать 21 имеющуюся у них согласную и придумать, как отобразить оставшиеся 9. Вместо этого они проигнорировали буквы j, k, q, v, w, x, y и z, оставшись всего с 13. Вот это я и называю расточительством. В результате перед ними встала головоломная задача – как изобразить 30 согласных фонем с помощью всего 13 букв?

Одним из способов преодолеть недостачу стало активное использование буквы h – сама по себе эта буква встречается редко, но часто модифицирует предшествующую согласную. В английском ведь тоже так: th, sh и ch читаются вовсе не как сочетания звуков t, s и с с последующей h. Если бы гэльский использовал все свои согласные буквы, то один этот метод позволил бы записать все необходимые согласные фонемы. Но с 13 согласными так не получится.

И это еще не конец транжирства. Некоторые сочетания, такие как bh и mh, обозначают один и тот же звук (в данном случае v). А комбинация fh – вообще немая! При этом сочетания lh, nh и rh не встречаются вовсе, так что буква h использована не на всю катушку.

Защитники традиционной орфографии могли бы сослаться на то, что у этого кажущегося безумия есть грамматическая основа. В гэльском, как и в валлийском, согласные при определенных грамматических условиях меняются, причем в гэльском многие такие изменения сводятся к добавлению h. Возьмем, например, слово meud (размер или количество). Одним из его вариантов является слово mheud, и в такой форме его начальный звук m читается уже как v. Тогда почему не написать прямо veud, если уж таково произношение? Два других кельтских языка, мэнский и валлийский, выделили звуку v собственную букву, и ничего с ними не сделалось.

Однако использование буквы h – не единственный способ борьбы гэльского с нехваткой согласных. Многие его согласные звуки появляются только тогда, когда одна из соседних гласных является «закрытой» (e или i, которые соответствуют звукам таких английских слов, как get, hit и breeze), а другие – только если у них есть «открытые» соседи (a, o или u в таких словах, как last, rock, tone и ruse)^[2]. В результате было выработано такое правило: любая согласная или группа согласных, кроме тех, что стоят в начале или в конце слова, должны быть заключены между двумя закрытыми или между двумя открытыми гласными. В зависимости от расположения каждая согласная произносится закрытым или открытым способом (если только не входит в небольшую группу универсальных согласных, у которых есть только одна версия). Таким образом удалось в значительной степени преодолеть нехватку согласных: d, l, ch, dh, и многие другие согласные могут представлять по два различных звука, а стоящие рядом гласные объясняют, какой звук следует выбрать.

Не отставать от современности: гэльскоязычные панки – группа Oi Polloi

Oi Polloi: GothEric/flickr.

Но у этого решения есть своя цена. Это обременяет язык множеством немых гласных. Возьмем шотландское слово со значением металл, которое было заимствовано из английского и звучит примерно как metilt. Поскольку t должно произноситься «открыто» (т. е. как английское t, а не как английское ch, которое является «закрытым» вариантом), приходится добавить две буквы a: meatailt. Это одна из причин того, что гэльские слова на письме становятся такими длинными. (Надо признать, что современные заимствования не всегда следуют этому правилу. Слово телевидение, которое по-гэльски пишется teilebhisean и должно было бы произноситься как chelevision, поскольку после t стоит «закрытый» звук, произносится как английское television.)

И еще один недостаток. В гэльском, как и в английском, есть множество дифтонгов – пар гласных, которые дают отдельный звук: ao, ai, eu и т. п. В результате не всегда ясно, следует ли рассматривать гласную как часть дифтонга или как модификатор соседней согласной. Примером может служить слово meatailt: являются ли ea и ai дифтонгами или они представляют звуки e и i, а буквы a добавлены для получения «открытой» версии t? И это еще если не учитывать, что некоторые пары гласных дифтонгами не являются. Например, сочетание ei абсолютно неоправданно – вместо него спокойно можно было бы писать просто e.

Дальше хуже. Во-первых, некоторые согласные ведут себя довольно непоследовательно: буква d иногда хочет звучать как k, n время от времени требует, чтоб ее произносили как r, а s местами читается как st. Во-вторых, некоторые согласные – немые. Раньше это было не так, но в наше время произносить их так же глупо, как произносить gh в слове thought. Еще хуже то, что многие немые согласные сопровождаются немыми гласными, потому что нужно соблюдать правило в отношении открытых и закрытых версий даже немых согласных. И в довершение всего немые буквы добавляются к заимствованным словам, например к английскому слову quay. По-английски оно произносится как key, поэтому по правилам гэльской орфографии подошло бы написание ci. Но было решено, что правильным будет писать cidhe. Возможно, потому что так слово выглядит подревнее и больше похоже на кельтское. А иногда выходит еще хуже, когда написание меняется в угоду древнему произношению. Например, гэльский перевод слова фут раньше писался как troidh, но потом его стали писать как troigh, потому что в стародавние времена его произносили с g, теперь же оно произносится troy и точно так же произносилось в момент изменения правописания.

Гэльская орфографическая система логична? По сравнению с английской – да, но тут особо гордиться нечем. Зато у этой системы давно истек срок годности. Если мы хотим, чтобы гэльский выжил – а кто ж этого не хочет? – нужно подумать о молодежи, которая пользуется им сегодня. По-гэльски – an-diugh. Или, как написали бы в эсэмэске или твите: n ju.

 Loch (озеро), clan (клан), bard (бард) и plaid (плед) – это все заимствования из гэльского, как и bog (болото) и, конечно, whisky (виски) – от гэльского uisce beatha. Иногда трудно различить заимствования из шотландского гэльского и ирландского гэльского.

 Bourach – особенный шотландский беспорядок, который – так и хочется сказать – характеризует этот язык.