7. Историки эллинистической эпохи

Все начинают и кончают уверением, что уроки, почерпаемые из истории, наивернее ведут к просвещению и подготовляют к занятию общественными делами, что повесть об испытаниях других людей есть вразумительнейшая или единственная наставница, научающая нас мужественно переносить превратности судьбы.

Полибий, I, 1.

7. 1. Историки конца IV – первой половины III в. До н. Э.

Среди многочисленной плеяды физиков, астрономов, математиков и механиков Александрийского Мусейона не было историков, труды которых обсуждались бы представителями других научных школ или оказали существенное влияние на последующее развитие этой области знаний. Исключением является сочинение Манефона (первая половина III в. до н. э.), создателя «Истории Египта», в которой он рассмотрел события от доисторических времен и до ХХХ династии (343 г. до н. э.). Введенное им деление на династии до настоящего времени является хронологическим ориентиром при обращении к истории Древнего Египта. В близкое время был создан исторический труд, посвященный Вавилонии, автором его стал жрец бога Мардука Берос (III в. до н. э.). Он предназначался для правителей державы Селевкидов, в состав которой частично вошли земли Двуречья. В Афинах над воссозданием событий прошлого работал сицилийский историк Тимей из Тавромениона (ок. 352 – 255 г. до н. э.); от сочинения, посвященного Западному Средиземноморью (68 книг), сохранились лишь незначительные фрагменты. В более раннее время участник походов Александра III, внучатый племянник Аристотеля Каллисфен из Олинфа (ок. 370 – 327 г. до н. э.) первым из историков возвеличил военный талант македонского царя. В сочинении описывались события, начиная от вступления македонской армии в пределы Азии и до битвы при Гавгамелах (331 г. до н. э.). Труд не сохранился, но он оказал влияние на историков следующих поколений, обращавшихся к личности и деяниям Александра (в том числе и римских авторов). Не дошло до наших дней и другое сочинение, посвященное Александру Македонскому, Клитарха из Александрии (ок. 280–270 г. до н. э.); только фрагменты сохранились от труда «Анабазис» (написан ок. 301 г. до н.э.) создателя Египетской державы Птолемея I Сотера (ок. 357/366 – 283 г. до н. э.), при воссоздании истории походов Александра использовавшего собственные наблюдения и официальные документы. Около 272 г. появилось сочинение Иеронима из Карии, в котором историк обратился к изложению событий периода борьбы диадохов за наследство Александра.

К III века до н. э. относится деятельность Сириска, историка из Херсонеса, заслуги которого в «правдивом освещении» местных событий отмечены гражданами специальным декретом. Предполагается, что при дворе правителей Боспора также имелись собственные историки, но произведения их не дошли до наших дней.

Новым явлением периода было появление трудов, посвященных малознакомым для эллинов землям. Способствовали этому походы Александра Македонского. Другим новым явлением исторической науки стало создание «Всеобщей истории» крупнейшим из историков эллинистической эпохи Полибием.

7. 2. «Всеобщая история» Полибия

История должна быть правдивой.

Полибий

В 168 г. римский консул Эмилий Павел разгромил македонскую армию в сражении около небольшого приморского городка Пидны. Это означало приближение конца Ахейского союза и в целом независимости эллинов. Будущий создатель «Всеобщей истории» Полибий и другие знатные граждане были интернированы в Рим, где их расселили по различным городам Этрурии (разрешение вернуться на родину они получили в 150 г. до н. э.). Первая половина жизни Полибия (ок. 200 – 120 г. до н. э.) связана с Ахейским союзом, одним из лидеров которого он являлся. Родиной его был Мегалополис; принадлежал он к богатому и знатному роду Южной Аркадии. Отец Полибия – Ликорт – четыре раза избирался на магистратуру стратега; будучи гиппархом (главой союзной конницы) успешно воевал со спартанским тираном Набисом (207–192 гг. до н. э.); возглавлял посольство в Александрию (187 г. до н. э.). Антиспартанская направленность его действий даже вызвала разбирательство в римском сенате. Но Ликорту удалось добиться присоединения Спарты к Ахейскому союзу. К 180 г. до н. э. относится появление на политической арене Полибия – вместе с отцом он должен был отправиться в Египет (из-за смерти Птолемея V Эпифана посольство не состоялось). В 169 г. Полибий стал гиппархом.

Время, на которое падает активное участие в политической жизни Ликорта и Полибия, являлось завершающей стадией римских завоеваний на Балканах; это последние годы существования Ахейского союза, начальные контакты которого с Римом, вызванные напряженными отношениями с Македонией, восходят к 229 г до н. э. В 212–205 гг. до н. э. союзная армия приняли участие в военных операциях римлян против Македонии. Но обе стороны – и Рим, и Ахейский союз – стремились к расширению владений, что в последующем привело к конфликту. В 169 г. до н. э. в Элладу прибыл Гай Попилий и Гней Октавиан, которые выразили недовольство сената нейтральной позицией ахейских городов в войне Рима с Македонией. Ответной мерой стало решение союзного собрания об отправке послов в Фессалию, где находился консул с армией, с тем, чтобы узнать о времени воссоединения военных сил. Среди послов оказался и Полибий. Но к этому времени необходимость создания единой армии уже отпала. В следующем году правители Египта (Птолемей VI Филометр и Птолемей VII Эвергет Фискона) обратились к ахеянам с просьбой оказать им помощь в войне с сирийским царем Антиохом IV Эпифаном. Это обращение в последующем решило судьбу Полибия. Сторонники его отца Ликорта выступили за оказание помощи Птолемеям, как и Полибий, который напоминал, что римлянам уже посылалось войско, от которого они отказались.

В 168 г. римский консул Эмилий Павел разгромил македонскую армию, и, как было сказано выше, Полибий в числе других знатных ахеян оказался в числе заложников. Среди тех, кто вернулся на родину спустя 18 лет, Полибия не окалалось: он остался в Риме, где его покровителем и другом стал Сципион Эмилиан (будущий победитель Карфагена), что обеспечивало ему возможность путешествовать, встречаться с прибывавшими в Рим послами, знакомиться с государственными документами, работать в частных архивах – собирать информацию, которая в последующем и легла в основу «Всеобщей истории».

Полибий стал одним из первых эллинов, познавших римские обычаи, государственность и военное дело победителей и попытавшихся сопоставить их с греческими. Одной из особенностей созданного им фундаментального труда является параллельное освещение событий, происходивших в восточной и западной частях Средиземноморья. При этом он стремился выявить причины побед римлян. Во «Всеобщей истории» нет места описанию чудес. Полибий критиковал некоторых из собратьев по перу за неточности при описании географических реалий, незнание военного дела, обилие вымыслов, в том числе и за «по школьному созданные речи». Историк убежден, что «кабинетный» исследователь, описыающий прошлое и настоящее, должен быть знатоком тех предметов, с которыми он знакомит читателя. Лучше, по его мнению, если он сам является государственным деятелем. И он был таковым, что отразилось на содержании труда, в котором приведены подробные сведения о римской государственности и функциях магистратов, структуре и построении армии.

«Если бы прежние историки позабыли воздать похвалу самой истории, то, разумеется, нам обязательно было бы обратиться ко всем с увещанием изучать и усваивать себе этого рода сочинения, ибо познание прошлого скорее всяких иных знаний может послужить на пользу людям» (Полибий, I, 1). Писал он и об общественном долге политика, а остановив внимание на развитии римской государственности, параллельно описал и эллинские традиции, внеся тем самым значительный вклад (после Аристотеля) в политико-государственную теорию. Полагая, что все события взаимосвязаны, и стремясь выявить эту связь, он последовательно излагал происходившее в западной и восточной областях Средиземноморья, тем самым создавая не историю отдельных войн или государств, а всемирную историю. Полибий не только тщательно отбирал свидетельства, но и критически осмысливал их. Его многочисленные рассуждения об истории, задачах историка позволяют судить о нем как о теоретике исторической науки. Сопоставляя прошлое, выявляя корни явлений, он пришел к выводу о необратимости господства римлян и наглядно показал преимущества их армии, объясняя, почему многие народы оказались побеждены ею. Он полагал, что «наиболее необходимы элементы истории – те, которые излагают последствия событий и обстоятельства, но особенно их причины» (Там же, III, 32, 6). При обращении к тому или иному событию Полибий исходил из следующих положений: почему, как и когда оно случилось и к каким последствиям привело. Детальное описание римских магистратур – это поиск ответа на вопрос, какие особенности государственных учреждений обусловили успех римлян. С одной стороны, это закономерности исторического процесса, с другой – божественная предопределенность, которая непознаваема.

В одном из трактатов Цицерон отметил, что римляне умели учиться. И сам он неоднократно обращался к сочинению Полибия, правда, отдав все же предпочтение критикуемому Полибием за неточности изложения событий Тимею.

7. 3. Историки рубежа тысячелетий и первых веков нашей эры

Деятельность Полибия пришлась на годы противостояния греков и римлян, а «Всеобщую историю» он создал, когда Эллада превратилась в очередную провинцию Римской республики. Хронологическим продолжением труда Полибия стало сочинение ПОСИДОНИЯ из Апамеи (ок. 135 – 51 г. до н. э.), универсально образованного ученого – астронома, географа, историка и философа (представителя Средней Стои), лекции которого на о. Родос посещал Цицерон. Во «Всеобщей истории», освещающей события 144–86 гг. до н. э., Посидоний представил историю эллинистических держав как процесс распада, выражая восхищение ростом могущества Рима. От труда, состоявшего из 57 книг, сохранились фрагменты, но римляне хорошо знали сочинение, оказавшее влияние на Диодора Сицилийского, Саллюстия, Страбона; а некоторые из философских идей главы школы стоиков Родоса, были восприняты Цицероном и Сенекой. В труде «Об океане» Посидоний привел не только описание географических реалий, но попытался рассмотреть историю Земли, завершением которой станет мировая катастрофа.

*

Во второй половине I в. до н. э. к истории Рима обратился сирийский историк, последователь Аристотеля НИКОЛАЙ ДАМАССКИЙ, живший в Риме при дворе иудейского царя. Кроме риторико-драматической «Истории» он автор биографии-панегирика Октавиана Августа (от сочинений сохранились только фрагменты).

*

Стремление к целостному освещению истории Средиземноморья характерно для сицилийского историка ДИОДОРА (ок. 90–21 г. до н. э.), автора «Исторической библиотеки»), состоявшей из 40 книг, в которых содержались свидетельства по истории, философии, религии и мифологии Египта, Индии, Восточного и Западного Средиземноморья. Кроме личных наблюдений (он объездил земли Европы и Азии, долго жил в Риме), Диодор использовал труды более ранних авторов, но несмотря на компилятивный характер и хронологические неточности, и анекдотические вставки, сочинение значимо не только для создания представления о развитии исторической мысли античной эпохи, но и анализа истории Балканского полуострова и Сицилии, особенно для V в. до н. э. (от труда сохранилось несколько книг и значительные фрагменты).

*

Среди авторов первых веков нашей эры наиболее значительный след в развитии исторической науки оставили Аппиан (конец I – первая половина II в. н. э.) и александриец Арриан Флавий (ок. 95 – ок. 175 г. до н. э.).

Труд АРРИАНА об Александре III, считается наиболее достоверным из всех сочинений, посвященных деятельности македонского полководца.

АППИАН посвятил 24 книги «Римской истории» войнам римлян, начиная с царского периода и до середины II в. н. э.

Особенностью сочинения Аппиана является не погодное изложение событий, а создание монографий, в которых прослеживаются истоки исторического события, его ход и результаты. Широта географического и хронологического охвата – от Северного Причерноморья и Понтийской державы («Войны Митридата») до Иберии («Иберийские войны»), от земель кельтов до Сицилии («Кельтская война» и «Войны на Сицилии и на других островах») свидетельствуют об эрудиции и трудолюбии автора. Масштабность творческого наследия историка тем более вызывает удивление, что ученые занятия увлекли его на склоне лет, когда он после завершения успешной карьеры вернулся в родной город Александрию.

*

Продолжателем традиции создания историко-биографических сочинений, заложенной Ксенофонтом, стал писатель-моралист из Беотии ПЛУТАРХ (род. ок. 46 г. н. э., умер после 119 г.), автор парных биографий римских и греческих политиков, реформаторов и полководцев («Сравнительные жизнеописания»), которые он завершал «авторским комментарием», отмечая схожесть и различия характеров и дел героев повествования. Он в равной степени был хорошо знаком с историей и Западного, и Восточного Средиземноморья, имел доступ к храмовым архивам – являлся членом коллегии дельфийских жрецов. Создав значительное количество работ (не все они сохранились, но известно о более 150), Плутарх отразил веяния эпохи и осветил славное прошлое эллинов и римлян, показывая значение деятельности героев «Сравнительных жизнеописаний» для истории каждого из двух народов. Так он сравнивает Ромула и Тесея, при которых произошел синойкизм и положено начало формированию органов управления; он полагал, что «всякое действие следует рассматривать в связи с обстоятельствами, лежащими в его основе. Искусство государственного деятеля в том и заключается, чтобы в каждом данном случае поступать наиболее разумно и выгодным образом» (Солон и Попликола, XXVII, 4). Примечателен призыв историка: учиться на примерах прошлого подчинять обстоятельства во благо государства, а не следовать за текущими событиями. «Сравнительные жизнеописания» представляют собой 46 параллельных биографий римлян и греков. «Моралии» и «Застольные беседы» Плутарха посвящены различным сюжетам из истории культуры, анализу морально-этических аспектов жизни граждан.