8.3.1. Идеалистическая модель

В основе данной модели социальной реальности лежит общефилософское представление об объективности идеального. Идеальное здесь понимается как то, что существует само по себе в форме «мира идей», «Бога», «Абсолюта», «вечных и неизменных принципов» и что при этом является принципиально независимым от всего материального. Названные формы идеального – это, по сути, гипостазированные ценности, которые в рамках этой модели интерпретируются не только как сущности, но и как субстанции.

Существенной методологической предпосылкой в данной модели является представление о дихотомии двух миров: первого как идеального, совершенного и поэтому внеисторического и второго, земного и конкретного, как несовершенного и поэтому меняющегося, исторического. Конкретное общество, которое существует «здесь» и «теперь» и в котором живут люди, является лишь более или менее адекватной (или неадекватной) формой обнаружения и проявления высших и неизменных принципов. Первый или совершенный мир есть абсолютная ценность и образец, равняясь на который следует оценивать и изменять мир второй. Второй, конкретно-исторический мир сам по себе реален лишь настолько, насколько в нем реализованы принципы идеального.

В связи с наличием в идеалистической модели представления о «двух мирах» необходимо отметить, что именно в рамках этой модели интерпретации социального большое значение имеет ценностный принцип. Главным при рассмотрении того или иного общества здесь является не описание того, что «есть», а попытка указать, предписать то, что «должно быть».

Самыми наглядными примерами реализации идеалистической модели являются всевозможные утопии (от др. греч. τοπος – «место», ου-τοπος – «не место» или «место, которого нет»), для которых характерно изображение некоторого возможного будущего, идеального и совершенного общественного устройства, к которому следует стремиться и на основе которого должно оцениваться существующее общество. Самыми известными примерами утопий являются концепция идеального государства Платона, изложенная им в диалоге «Государство», произведение английского мыслителя Томаса Мора (1478 – 1535), которое так и называется «Утопия», и работа итальянского философа и писателя Томмазо Кампанеллы (1568 – 1639) «Город Солнца».

Идеалистическая модель лежит также в основе многих философских концепций истории, особенно таких, в которых история описывается как процесс движения в направлении некоторого объективного идеала, представляющего собой конечную цель и определяющего смысл всего предшествующего исторического процесса. Характерной чертой идеалистических моделей философии истории является представление о предопределенности исторического процесса и об отрицании либо снижении роли свободы как спонтанной деятельности людей по определению собственной судьбы.

Примером идеалистической модели в философии истории является работа Августина «О граде божьем». Августин описывает историю человечества как сосуществование двух общностей людей – «Града Божьего» и «Града Земного». Люди, которые входят в Град Божий, живут по установленным Богом законам, а обитатели Града Земного – по законам, установленным возгордившимися людьми, которые отказались от Бога. По словам Августина, «два града созданы двумя родами любви: земной – любовью к себе, доведенной до презрения к богу, а небесный – любовью к себе, доведенною до презрения к самому себе. Первый затем полагает славу свою в самом себе, последний – в господе»¹. «Град» не относится к какому-то конкретному государству: люди, входящие в Град Божий или Град Земной, различаются внутренними качествами. Принадлежность к одной из двух общностей определяет, будет ли человек спасён после Страшного суда. Каждому человеку заранее предопределено, к какому Граду он принадлежит, но никто не может узнать свою судьбу до Страшного суда.

Видимо, можно сказать, что любая религиозная концепция истории будет строиться по канонам идеалистической модели интерпретации: ведь главное в этой модели – представление об объективности совершенного идеала (бога) – является неотъемлемой компонентой религиозного мировоззрения.

Парадигмальным образцом реализации идеалистической модели в философии истории Нового времени является «Философия истории» Г. Гегеля. Согласно Гегелю, всемирная история есть проявление духа во времени. Дух (как мы уже говорили, в этом понятии нет ничего мистического: «дух» – это, прежде всего, «идея», «мысль») имеет несколько форм проявления и, в том числе, может выступать как «субъективный дух» (сознание отдельного человека) и как «объективный дух» (как рациональность общественного устройства, т.е. как нормы права и морали и как социальные институты, в первую очередь, как государство). История оценивается Гегелем с точки зрения того, насколько в том или ином обществе развиты начала субъективного и объективного духа, т.е. насколько, с одной стороны, сознательны отдельные индивиды и насколько, с другой стороны, государство как выражение светской жизни основывается на разуме, а не на произволе.

Началом всемирной истории является такое состояние, когда дух выступает лишь в объективной форме как деспот или абсолютный властитель, который основываясь на собственных представлениях, осуществляет функцию единоличного контроля и управления всем обществом. Остальные же, в силу того, что вообще еще не достигли в своем развитии стадии самосознания, могут лишь подчиняться внешней по отношению к ним единоличной воле властителя. Такое первоначальное соотношение объективного и субъективного духа, по мнению Гегеля, соответствует деспотиям Древнего Востока.

Второму этапу в развитии всемирной истории соответствует состояние греческого мира, где получает развитие субъективный дух в виде осознания себя отдельным индивидом в качестве уникальной индивидуальности. Греческий мир, по словам Гегеля, есть «царство индивидуумов». Второй этап, таким образом, является противоположностью и отрицанием первого: если первый – это только объективный дух в форме единственного деспота, то второй – это только субъективный дух в форме множества сознающих себя индивидуальностей.

На третьем этапе, чему исторически соответствует римское государство, происходит частичное снятие противоположности между объективным и субъективным духом в виде формального признания со стороны государства свободных индивидуальностей в качестве юридических личностей. На этом этапе снятие противоположности объективного и субъективного духа является именно частичным, потому что оно касается только внешней стороны, т.е. того, что фиксируется в праве. Внутренняя же сторона личности, т.е. то, чему соответствует нравственность, остается её частным делом, реализацию которого личность связывает с религией и церковью.

Высшим и последним является четвертый этап всемирной истории, которому, по мнению Гегеля, соответствует германское государство и в котором в качестве всеобщего принципа оказывается реализовано не только правовое, но также и нравственное начало. На этом этапе объективный и субъективный дух полностью соответствуют друг другу и выступают лишь в качестве конкретных моментов или форм единого тождества. В силу того, что здесь объективный и субъективный дух достигли абсолютного тождества и больше нет, и даже не может быть промыслено никакое противоречие между ними всемирная история как диалектика субъективного и объективного духа закончена. Конкретно-исторический процесс как жизнь отдельных народов может, конечно, еще продолжаться сколь угодно долго, однако в своем развитии этот процесс будет лишь проходить описанные выше четыре этапа и нового, пятого этапа не может быть в принципе.