учебник микешиной

7

определяет отношение человека к миру как овладение им. Каждая из них предполагала соответствующий тип рациональности, образ действия и стиль жизни. Эти идеи были применены Вебером, в частности, при исследовании сложных взаимоотношений протестантской этики и «духа капитализма». Он положил начало постижению феномена КМ не только в философии и науках о культуре, но и в «понимающей социологии», что существенно дополнило представления о НКМ.

Новые аспекты понятия картины мира выявились в исследовании проблемы «язык и научная картина мира». Так, введение понятия НКМ в лингвистику позволяет выявить различные виды влияния человека на язык, в частности, влияние на язык различных картин мира – религиозно-мифологической, философской, научной, художественной. Выясняется, что язык непосредственно участвует в двух процессах: в его недрах формируется языковая картина мира – один из наиболее глубинных слоев картины мира у человека; сам язык вводит через специальную лексику другие картины мира, соответственно, элементы иной культуры. Каждая из картин мира задает свое видение языка и принципы его действия. Изучение и сопоставление различных видений языка в разных картинах мира позволяет увидеть новые пути познания природы языка. Особая проблема – степень совпадения и различия, а также характер взаимодействия концептуальной и языковой картин мира. Если первая имеет обобщенный теоретический и логический характер, основана на различных типах мышления, то вторая содержит самую различную, в том числе обыденную, информацию о мире, закрепленную средствами живых разговорных языков.

Так, О.А. Корнилов предложил свое понимание отношения понятий НКМ и языковой картины мира (ЯКМ), принципиально отличающихся нетождественностью объектов и субъектов отражения, а также характером соотнесенности каждой из проекций внешнего мира с самим этим миром. Очевидно, что понятие НКМ по объему всегда меньше реального мира, но стремится к совпадению с ним, постоянно изменяется с ростом научного знания. В то же время ЯКМ не стремится к тождественности с объективным миром, находится в отношении частичного пересечения и «достраивает» его с помощью мифических и субъективно-оценочных категорий, становясь больше самого отражаемого мира. Эти категории образуют ЯКМ национального языка, а совокупность их прототипов - национальный образ мира, что дает основание для введения понятия «национальная языковая картина мира» (Корнилов О.А. Языковые картины мира как производные национальных менталитетов. М., 1999).

Для гуманитарного знания значимо то, что языковая и общенаучная картины являются средством интеграции культуры, жизнедеятельности человека в целом, составляют основание человеческого познания, поведения, типа хозяйствования, образа жизни, «логики» мировидения и мировосприятия. Это особо значимо для историко-культурных исследований, историк культуры не может полагаться только на воображение и интуицию, но должен обращаться к научным методам, гарантирующим объективный подход. Важнейший из них - выявление таких универсальных – «космических» и социальных - категорий, как время, пространство, изменение, причина, судьба, свобода, право, труд,

7

8

собственность и др. Эти универсалии образуют «сетку координат», своего рода «модель», или картину мира, при ее помощи воспринимается действительность и строится образ мира в сознании человека.

Продуктивность данного подхода доказана целой серией фундаментальных работ известного историка А.Я.Гуревича, осуществившего анализ ментальности - умственных установок, общих ориентаций и привычек сознания - средневекового человека с помощью понятия картины мира и категорий культуры. Одновременно получила развитие НКМ как базовое понятие гуманитарных наук, что проявилось прежде всего в выявлении дополнительных смыслов категорий пространства и времени. Отечественными историками они традиционно понимались как «формы существования материи», но эти категории не могли равнозначно применяться к природе и обществу, поскольку не только существуют объективно, но и субъективно переживаются и осознаются по-разному в разных цивилизациях, слоях общества, на разных стадиях его развития, различными индивидами. Это подтверждается данными лингвистики, этнологии, истории искусств, литературоведения, психологии и имеет большое значение для исторической науки, истории культуры. Отношение человека к природе, например, в Средние века, это не отношение субъекта к объекту, но нахождение себя во внешнем мире, восприятие космоса как субъекта. Сообщая природе собственные черты и качества, человек чувствовал себя подобным ей, ощущал внутреннюю связь с частью пространства, как бы обладал им как своей родиной. С работами Гуревича в исследования по истории вошло понятие НКМ, дополненное ее социально-психологическими составляющими (Гуревич А.Я.

культуры. М., 1984).

В последние годы разрабатывается понятие художественной КМ как эмоционально-чувственного способа освоения мира и действительности, обладающего наглядностью, сочетающего знания и образы, языковые, вообще знаковые средства, присущие каждому виду искусства. Она складывается при комплексном и системном изучении искусства; ее синонимы - художественная модель мира, видение мира, образ мира. Как внутренние константы КМ рассматриваются основная идея, жанр как тип отношения к окружающей жизни, преобладающие темы и образы, системы средств художественной выразительности. Создается множество художественных абстракций на основе психической жизни и нового научного образа мира, обогащаемого воображением художников; формируется эстетика интеллектуальной изобретательности, преобладает точка зрения на мир изнутри сознания человека, в спонтанном движении образов сознания. Открытые или искусственно созданные в науке новые «материалы», структуры, энергии, изменившие представления о мире, обогатили все виды искусств, где новое видение мира стало воплощаться необычными средствами в кинетических, пластических, живописных решениях художников, скульпторов, архитекторов, в эмансипации параметров звука и электронной компьютерно-акустической музыке, в компьютерной графике.

Эти явления фундаментально исследованы Л.Г.Бергер в связи с проблемой соотношения художественной КМ с общенаучной и специальными НКМ с использованием близкого понятия

8

9

«художественная эпистема» как образного аналога картины мира. Это пространственный образ мира, запечатленный в стиле искусства, в принципах и методах создания художественной композиции и ее выразительности, при этом пространство понимается в динамике - как единство пространство-время. Даже в науке ученые выходят за пределы земной реальности в пространство воображения на основе гипотез, теорий, математических моделей и формул. В художественной эпистеме это привело к выражению глубинных и подвижных восприятий сознания человека, рефлексии о мире, осознанию космического пространства, его нестабильности и многозначности образа Вселенной - в целом к множественности стилевых сочетаний, полистилистике (Бергер Л.Г. Эпистемология искусства. М., 1997).

Новое понимание художественной КМ предстает как функциональная познавательная структура художественного стиля, запечатлевающая пространственный образ мира своего времени и культуры.

Стиль научного мышления

Это – сложная по своей структуре и функциям форма знания, содержащая не только методологические, но и ценностные, в частности, философско-мировоззренческие, компоненты. Длительное время понятие стиля научного мышления применялось главным образом при характеристике индивидуального мышления и имело ярко выраженное психологическое содержание. Анализ стиля на психологическом уровне предполагает рассмотрение соотношения общего и индивидуального в сознании исследователя данной эпохи; процесс формирования системы конкретно-исторических установок и интересов, а также стереотипизации научного мышления. При этом следует учитывать, что роль отдельной личности вовсе не сводится здесь к простому воспроизведению заданных образцов и стандартов мышления. Будучи элементом общей социальной системы, познающий субъект обладает большей гибкостью и пластичностью, скорее улавливает изменения в социальной действительности, чем это происходит в групповом и тем более общественном сознании. Эти и аналогичные им проблемы возникают при рассмотрении стиля мышления как психологической проблемы.

Развитие современной методологии научного познания, исследующей главным образом способы общенаучного, а не индивидуального познания, привело к широкому употреблению понятия стиля мышления также и в его логико-эпистемологическом значении. Так, используются понятия механистического, вероятностного, системноструктурного, синергетического и других стилей мышления, обсуждается сама проблема их классификации. СНМ – это термин с социально-исторической, ценностной окраской, понятие, в котором «скрыта хорошая доля духа времени» (Э.Шредингер), отражающее «общее расположение умов в нашу эпоху» (А.Декандоль). СНМ – это единая система принципов, которая принимается учеными как образец, стандарт, канон, эталон мысли-

9

10

тельной деятельности, т.е. признается ее регулятивный, нормативный характер, причем сюда входят как правила-рекомендации, так и правила-запреты. Эта система правил и принципов, принимаемая за эталон научного мышления, сочетает устойчивость и изменчивость, логическое и историческое, соответственно СНМ предстает как синтетическая исторически меняющаяся «единица» знания, более крупная, чем метод или система методов, но имеющая также нормативный характер, содержащая в себе регулятивные принципы.

Однако выделение таких обязательных сторон СНМ, как системность, нормативность и историчность, указывая на сходство этого понятия с другими понятиями стилей, например, в искусстве, не раскрывает его специфику как стиля научного познания. Необходимо учесть также исходные принципы логического построения научных теорий, включающие способы объединения понятий в некоторые системы и введения новых элементов в эти системы. В стилях научного мышления выступает конкретный тип научного объяснения действительности, который устойчиво выявляется в основных научных направлениях, будучи общим для данной эпохи, и обусловливает некоторые стандартные представления в фундаментальных теориях. В.Паули и М.Борн, которые применили понятие стиля в физической науке, понимали под ним устойчивые, сохраняющиеся длительное время особенности физических теорий. Итак, при рассмотрении содержательной стороны СНМ должны быть указаны в первую очередь принципы построения теории, типы научного описания и объяснения и другие устойчивые особенности научных теорий, тем самым выясняется, что стиль прежде всего определяется типом, идеалом научной теории.

Но логико-методологические принципы не являются единственно значимыми для стиля мышления. В свою очередь они опираются на те или иные представления о характере бытия и познания, т.е. на собственно философские принципы, которые определяют решение интеграционных, селективных и других методологических задач. Итак, СНМ есть исторически сложившаяся, устойчивая система общепринятых методологических нормативов и философских принципов, которыми руководствуются исследователи в данную эпоху. В качестве устойчивых методологических нормативов выступают требования к описанию, объяснению и предсказанию как в процессе научного творчества, так и в конечных результатах познания. При таком определении обнаруживается некоторое сходство СНМ с парадигмой, введенной Т.Куном (см. след параграф), в том случае когда она понимается как синоним некоторого набора предписаний для научных сообществ, но тогда она предстает как логико-методологическое ядро стиля, которое может изменяться при сохранении стиля.

10

11

СНМ не изменяется моментально как парадигма, но происходит постепенное внедрение новых принципов и методологических нормативов, и поэтому в науке возможно одновременное существование различных стилей мышления, тогда как парадигмы не совместимы. Парадигмы, по Куну, не имеют места в гуманитарном и философском знании, а понятие стиля применимо к любому типу знания, и не только научному, но и философскому или художественному. Парадигмы он обнаруживает только в зрелых естественных науках, в то время как стили мышления просматриваются уже с античной эпохи. Можно предположить, что понятие стиля научного мышления, как менее формализованное и более неопределенное по сравнению с парадигмой, лучше отражает феноменологические характеристики научного познания. Система методологических нормативов и философских принципов, составляющая сущность того или иного стиля мышления, носит относительно априорный характер. Этот момент отметил известный немецкий физик М.Борн, указавший, что устойчивые принципы физической теории, определяющиеся ее стилем являются относительно априорными в данный период. Если быть знакомым со стилем своего времени, то можно в соответствии с ним делать «осторожные предсказания» или отвергать идеи, чуждые ему.

Став новым эталоном, СНМ начинает функционировать в науке как априорное предпосылочное знание для последующих исследований. Как система методологических норм и регулятивных принципов, он придает конкретно-историческую форму научному знанию, организует его внешнюю и внутреннюю структуру, тем самым органически сливаясь с самим знанием и реализуясь через него. Включая в себя содержательные философские и методологические постулаты, СНМ может предопределять не только форму организации знания, но и возможные варианты решения той или иной научной проблемы. СНМ выступает в конкретно-исторический период своего функционирования как некоторая для данных условий априорная система форм мышления, в рамках которой интерпретируется опыт.

Свои конструктивные задачи стиль мышления реализует, выполняя следующие четыре функции:

-критическую, или функцию оценивания теоретических построений (гипотез) и методов получения, проверки и построения знания;

-селективную – функцию выбора гипотез (теорий), методов и категориального аппарата;

-вербальную – оформление фактуального и теоретического знания в конкретноисторическом языке науки;

-предсказательную – определение возможных идей, направлений исследования,

11

12

новых методов.

Как соотносятся стиль мышления и метод научного познания? Они характеризуют познавательную деятельность субъекта, т.е. являются единицами методологического знания, которое не описывает объект, но предписывает действия с ним. Если стиль и метод сформулированы и зафиксированы в текстах, то они представляют собой некоторую систему регулятивных принципов, имеющих логическую форму нормативных предложений. Они реализуют активность субъекта познания и не являются чем-то внешним по отношению к нему, не стоят между субъектом и объектом, но включены в содержание понятия «субъект познания», выступают как его свойства, возникают и развиваются в результате творческой, активной деятельности субъекта по преобразованию и познанию мира, которая в значительной степени обусловливается закономерностями и свойствами объектов.

СНМ отличается от метода по масштабу проявления и по времени функционирования. Метод в значительной мере варьируется в зависимости от задачи, стиль же сохраняется при переходе от одной познавательной задачи к другой. Стиль проникает во все области знания, «окрашивая» его определенным образом, тогда как методы носят частный характер; стиль проявляются и функционирует через методы, а методы в определенной степени детерминируются стилем мышления, хотя, как известно, и не только им. СНМ одновременно выполняет регулятивную, селективную и прогностическую функции, тогда как методы дифференцируются в зависимости от того, какую из этих функций они реализуют. Стиль мышления формулируется содержательно, нестрого. Это необходимо, так как дает более гибкую систему регулирования процесса познания, нежели жестко запрограммированный или формализованный метод, представляющий более сильную форму детерминации. Эта гибкость позволяет одному и тому же стилю мышления модифицироваться в зависимости от задач исследования, областей знания, наук и т.д. Кроме того, создание какой-либо «жесткой матрицы» или формализация стиля просто невозможны, поскольку лежащее в его основе знание содержит неформализуемые элементы, в частности, мировоззренческие. СНМ включает те принципы и критерии, которые определяют научность или вненаучность метода познания, т.е. стиль выступает как ведущее методологическое начало, поскольку он является синтезом методов и методологических принципов познания.

Среди исследователей проблемы СНМ в ХХ веке один из интересных подходов осуществлен М.Борном, который не только размышлял о его природе, но и предложил свою периодизацию, что значимо, поскольку, как он сам считал, Нобелевская премия дана ему за участие в разработке нового способа мышления, связанного с созданием квантовой механики.

Он определяет стили мышления как «общие тенденции мысли, изменяющиеся очень мед12

13

ленно и образующие определенные философские периоды с характерными для них идеями во всех областях человеческой деятельности, в том числе и в науке» (Борн М.. Философия в жизни моего поколения М., 1963). Им выделены три стиля в истории научного познания, при этом он четко определяет основания периодизации: изменение субъектно-объектных отношений. Первый стиль мышления, рассматриваемый с этой точки зрения, складывался в античный период и продолжал функционировать в Средневековье. Это антропоцентрический, субъективистский склад мысли, для которого субъект и объект неразрывны и неразличимы. Второй стиль – ньютоновский, «ибо образцом его является небесная механика Ньютона», - основывался на том, что «внешний мир – объект естествознания, с одной стороны, и мы, наблюдающие, мыслящие и вычисляющие субъекты, - с другой, полностью отделены друг от друга, что существует способ исследовать явления, не вмешиваясь в их течение» (Там же. С. 229). Третий стиль Борн относит к новой эре, когда М.Планк обнародовал идею квантов энергии, вместе с которой пришли новые взгляды на проблему противоположности субъекта и объекта. Они не являются ни совсем субъективистскими, как в древних и средневековых учениях, ни полностью объективистскими, как в посленьютоновской философии. Такая двойственность этих взглядов определяется, в частности, тем, что в случае измерения «сопряженных» пар величин (энергия – время, импульс – координата) невозможно получить сведения о системе самой по себе, ответ зависит от решения наблюдателя и субъективные решения неразрывно смешиваются с объективными наблюдениями. По мнению Борна, этот стиль научной мысли соответствует также и общей тенденции современной философии. «Мы больше не верим в возможность отделить знание от нашего решения, мы знаем, что сами всегда являемся одновременно и зрителями и актерами в драме жизни» (Там же. С. 234). В качестве оснований для выделения стилей мышления Борн принял характерные для данного периода идеи, субъектно-объектные отношения и тип детерминации – жесткая детерминация в ньютонианском стиле и «вторжение случая» в современном СНМ. Существует достаточно много различных классификаций, в том числе с учетом типа детерминации научного знания, особенно вероятностной (Ю.В.Сачков), которые здесь не приводятся.

Сущность СНП как формы ценностного регулятивного знания может быть правильно понята и объяснена только при учете культурно-исторического характера его становления, развития и смены, а также особой роли стиля в осуществлении социокультурной обусловленности науки. Поэтому существует потребность, с одной стороны, выяснить, какими факторами обусловлены возникновение и эволюция стилей познания, а с другой – проследить, как через формирование стиля, предполагающее развитие философских и логико-методологических основ науки, социокультурные и мировоззренческие моменты включаются в логику познания и преобразуют его. В то же время можно дать характеристику любого стиля мышления, в том числе и будущего, использовав своего рода матрицу из логико-методологических, гносеологических и онтологических оснований, языковых и других норм и идеалов, с обязательным введением временного параметра. В таблице представлена такая матрица, примененная к стилям средневекового мышления и мышления Нового времени.

13

14

Матрица стилей мышления (методологический аспект)

Таким образом, СНМ функционирует в науке как динамическая система методоло-

14

15

гических принципов, идеалов и норм, детерминирующих структуру научного знания, его конкретно-историческую форму. Стиль мышления тесно связан с НКМ, задающей представления о структуре и закономерностях действительности в рамках определенного типа мировоззрения и научно-практических познавательных процедур. Сегодня формируется новый стиль мышления, широко представленный во многих областях знания, начиная с 60-х годов ХХ века – это системно-структурный подход, рассмотрение объектов как самоорганизующихся систем, наконец, становление синергетического видения действительности.

ЛИТЕРАТУРА

Основная Борн М. Философия в жизни моего поколения М., 1963.

Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры. М., 1984.

Корнилов О.А. Языковые картины мира как производные национальных менталитетов. М., 1999.

Косарева Л.М. Социокультурный генезис науки Нового времени. Философский аспект проблемы. М., 1989.

Планк М. Единство физической картины мира. М., 1975.

Порус В.Н. Стиль научного мышления //Теория познания. Т.3. Познание как исторический процесс. М., 1993.

Роль человеческого фактора в языке. Язык и картина мира. М., 1996.

Сачков Ю.В. Вероятностная революция в науке. (Вероятность, случайность, независимость, иерархия). М., 1999.

Сачков Ю.В. Проблема стиля мышления в естествознании // Философия и естествознание.

М.. 1974.

Степин В.С., Кузнецова Л.Ф. Научная картина мира в культуре техногенной цивилиза-

ции. М., 1994.

Хайдеггер М. Время картины мира // Он же. Время и бытие. Статьи и выступления. М., 1993.

Дополнительная Вебер М. Избр. произв. М., 1990.

Витгенштейн Л. О достоверности // Вопросы философии. 1991. № 2. Гумбольдт А. Космос. Опыт физического мироописания. Ч. 1. М., 1862.

Дирак П. Эволюция физической картины природы // Над чем думают физики. Вып. 3.

15

16

Элементарные частицы. М., 1965.

Микешина Л.А. Детерминация естественнонаучного познания. Л., 1978.

Парахонский Б.А. Стиль мышления. Философские аспекты анализа стиля в сфере языка, культуры и познания. Киев, 1982.

Синтез современного научного знания. М., 1973.

Вопросы для самопроверки

1.Природа и структура научной картины мира.

2.М.Хайдеггер о противо-поставлении субъекта познания и мира как «картины».

3.Роль НКМ в построении теории.

4.Значение НКМ для гуманитарных наук.

5.Язык и научная картина мира.

6.Понятие стиля мышления в методологии науки.

7.Соотношение исторического и логического в СНМ.

8.Структура и функции СНМ.

9.Соотношение стиля и метода научного познания.

10.Дайте конкретную характеристику СНМ в естествознании Нового времени.

16