Ryabkov_V_M_Antologia_form_KDD_Drevny_mir_D

340

ной бармицей, с подбородником, но без забрала, прикрепленный к бриган-

тине с помощью бармицы, привязанной к ней по вороту прочными шнур-

ками. Поверх бацинета надевали цельный шлем, обычно — из вываренной кожи, с вентиляционными отверстиями сверху и зарешеченным смотро-

вым отверстием размером в три пальца. Шлем крепился ремнем с пряжкой только к нагруднику, чтобы его можно было легко сбросить вперед, на лу-

ку седла, если боец хотел освежиться и перевести дыхание. В это время атаковать его запрещалось. На бригантину надевали налатник, как и во французском доспехе.

Данный доспех Рене характеризует следующими словами: «И ежели кто облачен во все это, толщина его кажется более его, роста». Седла по высоте были такие же, какие когда-то использовались во Франции для по-

единков; крылья седла и налобник — кожаные. Рене обращает внимание,

что экипированные таким образом всадники не могли ни двинуться, ни по-

вернуть лошадь, «...так они были неуклюжи».

В день турнира за полчаса до объявленного времени открытия на трибунах собираются дамы, почетный же рыцарь, несущий покрывало —

«милость дам», — сопровождает судей и гербового короля, едущих верхом позади трубачей. После того как они, оставаясь на конях, проверят, пра-

вильно ли натянуты канаты, на месте ли рубщики канатов и все ли в по-

рядке в целом, почетный рыцарь между канатов въезжает верхом на бое-

вом коне и останавливается. Затем судьи снимают с него шлем и передают гербовому королю, который отправляется с ним к дамской трибуне.

«Мои весьма почитаемые и достойные дамы и девицы, — говорит гербовый король, — вы зрите здесь вашего покорного слугу и почетного рыцаря (оруженосца), каковой явился и готов сотворить то, что вы ему по-

велите, и шлем какового да соизволите вы сохранить у себя на трибуне». И

действительно, кто-нибудь из дворян или «честный» слуга будет на протя-

341

жении всего турнира держать этот шлем на дамской трибуне поднятым на обломке копья.

Далее судьи и гербовый король поднимаются на свою трибуну. К

десятому часу участники турнира должны были уже позавтракать и приго-

товиться. Чтобы облачиться в турнирные доспехи и снаряжение, требова-

лось два часа. С одиннадцати часов герольды и их персеванты объезжают гостиницы, где остановились рыцари, крича: «Оставляйте шлемы, остав-

ляйте шлемы, сеньоры рыцари и оруженосцы! Оставляйте шлемы, разво-

рачивайте знамена и ступайте за знаменем вождя». После этого каждый участник турнира медленно, в сопровождении своих людей выезжает в на-

правлении апартаментов своего сеньора-предводителя, а знамя его несет конный герольд или персевант. Каждый из этих знаменосцев должен был быть одет в кольчугу, наручи, перчатки, ножные латы, в облачение с гер-

бом хозяина, салад или железную шляпу; ему полагалось сидеть на хоро-

шей и сильной, строго вышколенной лошади, всегда держаться в хвост ко-

ню хозяина и ни в коем случае не уронить знамя.

Собравшись вокруг вождей, участники турнира выстраиваются близ ристалища в определенном порядке — за трубачами и менестрелями. Впе-

реди — пеннон сеньора-предводителя, далее — сам сеньор, потом его зна-

меносец; участники турнира попарно, за каждым — его знаменосец. Все останавливаются перед барьерами ристалища с обеих сторон. Герольд сеньора-зачинщика, обращаясь к судьям, просит открыть барьер. Гербовый король удовлетворяет просьбу, указав обеим партиям места, которые они должны занять. Обе партии разделены расстоянием между канатами, где рядом с трибунами стоит почетный рыцарь. Когда все выстраивались, гер-

бовый король возглашал: «Приготовьтесь рубить канаты!» Четыре че-

ловека, сидя верхом на перекладинах барьера, держат поднятые, готовые к удару топоры. Гербовый король продолжает: «Слушайте! Слушайте! Слу-

шайте! Сеньоры судьи мои просят и требуют от вас, сеньоры мои бойцы

342

турнирные, чтобы никто никого не разил с размаху или со спины, равно как и ниже пояса, как сие вами обещано было, не толкал и не тащил, ежели тот не рекомендован. И ежели у кого ненароком падет шлем с головы, ни-

кто бы его не касался, пока тот его не наденет, дабы никто не желал по злобе биться лучше с одним, нежели с другим, кроме как если тот, за низо-

сти свои, был рекомендован. Помимо сего, предуведомляю вас: когда сыг-

рают трубы отбой и барьеры отворятся, не оставаться долее на ристалище и не брать никого в плен».

В этот момент звучат трубы, судьи командуют шеренгам обеих пар-

тий осадить назад; потом гербовый король трижды выкликает «Рубите ка-

наты! Да свершится бой!», и сражение начинается. Когда всадники атаку-

ют, знаменосцы и воины выкрикивают боевой клич хозяина. Трубачи, ге-

рольды и персеванты выходят из схватки, укрываясь за барьерами. Знаме-

носцы двоих предводителей располагаются возле входов. Конные слуги,

вооруженные обломками копий, в яцеринах или бригантинах, саладах,

перчатках и поножах, готовы вытащить своих хозяев из драки, если те по-

просят, и выкрикивают их кличи. Пешие слуги одеты в пурпуаны или ко-

роткие куртки, на головах — салады, на руках - перчатки. У каждого в пра-

вой руке палка; их задача — подсадить упавшего рыцаря на лошадь или,

если они не смогут этого сделать, вытащить с поля, окружив и обороняя дубинками.

Когда судьи сочтут, что турнир пора заканчивать, они подают знак трубачам, и после этого гербовый король выкликает: « Езжайте, знаменос-

цы, покидайте поле, возвращайтесь по квартирам. Вы же, сеньоры, прин-

цы, бароны, рыцари и оруженосцы, кои с честью сражались пред лицом дам, свой долг исполнили и вправе теперь в добрый час покинуть поле:

ибо приз назначен, и в сей вечер будет он вручен дамами тому, кого они изберут».

343

Трубы трубят отбой, барьеры открываются, и первыми выезжают, не дожидаясь своих хозяев, знаменосцы. Понемногу их нагоняют участники и в правильном порядке, как и приехали, обе стороны покидают поле; трубы не должны смолкать, пока на поле остается хоть один боец. Почетный ры-

царь уезжает во главе одной из групп, предшествуемый тем, кто держал его шлем на трибуне дам и продолжает нести на обломке копья.

Не всегда было просто, несмотря на приказ судей, разнять сражаю-

щихся. Например, на турнире, состоявшемся в Брюгге в 1468 г. по случаю брака герцога Карла Бургундского с Маргаритой Йоркской, сестрой короля Англии, как рассказывает Оливье де ла Марш в своих «Мемуарах», герцог Бургундский, принимавший участие с одной из сторон, вынужден был по окончании турнира сбросить шлем, чтобы его узнали, и кинуться с мечом в схватку, «...которая возгоралась сызнова то на одном конце, то на другом;

и дабы разделить их, не щадил ни кузена, ни англичан, ни бургундцев, ес-

ли добром они не расходились. По окончании же турнира устраивали они сражения одни с другими, и бились по вызову не единожды и один на один, и двое на двое, и трое на трое. Однако же означенный государь мой всегда их разделял».

Вечером, после ужина, дамы, девицы и всё собрание сходятся в большом зале. Перед почетным рыцарем, сопровождаемым четырьмя судьями, несут на конце копья покрывало; рыцарь берет покрывало и вру-

чает двум дамам, которые ранее передали ему этот головной убор; при этом рыцарь целует дам. Вместе с судьями почетный рыцарь покидает зал,

причем рыцари — участники турнира находятся от него по левую руку, а

оруженосцы — по правую.

Когда настанет время вручения приза, судьи и почетный рыцарь, со-

провождаемые гербовым королем, выбирают одну даму и двух девиц и идут с ними при ярком свете факелов в отдельную залу. Через несколько минут все возвращаются в следующем порядке: трубачи, трубящие в тру-

344

бы; герольды и персеванты, выстроенные клином; гербовый король; по-

четный рыцарь, с обломком копья длиной пять футов. Далее следует дама,

которую справа и слева поддерживают под руки двое судей, в руках у нее

— приз, накрытый покрывалом, концы которого держат обе девицы, каж-

дую из них тоже держит под руку один из судей. Процессия останавлива-

ется перед тем, кому должны вручить приз, и гербовый король объявляет: « Воззрите на сию благородную даму, госпожу такую-то, каковую сопро-

вождают почетные рыцарь и сеньоры мои судьи. Дама сия явилась вручить вам турнирный приз, ибо оный заслужен вами как рыцарем, мечом искусно владеющим и наиболее соперников поразившем в турнире сегодняшнем.

Моя госпожа просит вас соблаговолить его принять».

Тогда дама снимает покрывало с приза. Обычно это драгоценность.

Рыцарь-победитель преклоняет колена, затем поднимается, принимает приз, выходит вперед и целует в щеки сначала даму, потом — девиц. В это время гербовый король выкрикивает боевой клич (девиз) рыцаря. Праздне-

ство завершается танцами.

Судьи одеты в длинные одежды, как и на турнире; почетный рыцарь ничем не выделяется. Гербовый король и его персеванты облачены в ге-

ральдические накидки, надетые поверх корсета либо подпоясанной котты.

Накидка герольда — это плащ стандартного покроя, надевающийся через голову и расшитый гербами его сеньора; гербовый король носит его обыч-

ным образом (прямоугольные лопасти на груди и спине, полукруглые — на плечах), а его персеванты надевают плащ наоборот, подчеркивая этим свой более низкий статус (полукруглые лопасти на груди и спине, прямо-

угольные — на плечах).

Такие турниры часто начинались и заканчивались поединками на копьях. Подобные описанному королем Рене «бои на булавах» вышли из моды к началу XVI в.; одним из последних был турнир в Ардре во Фран-

ции, организованный Франциском I и Генрихом VIII Английским. По-

345

единки просуществовали гораздо дольше и прекратились только в начале

XVII в.// Виоле-де-Дюк Э. Э. Жизнь и развлечения в средние века/Э.Э.

Виоле-де-Дюк; Пер. с фр. - СПб., 1997. - С. 149 - 188.

Литература

352. Гвоздев А. А. Турниры/А.А. Гвоздев//История европейского

театра/А.А. Гвоздев, А. Пиотровский. - М.: Академия. Б.г. - С. 633 - 63.

Всодерж.: Нам остается еще рассмотреть празднест-

ва…феодального общества, его земельной и торговой аристократии.

В эпоху феодализма, когда крупные землевладельцы-сеньоры бе-

рут на себя покровительство мелким земельным собственникам, обязывая их военной службой, начинают появляться различного рода военные празднества феодальной аристократии, впоследствии развивающиеся в ор-

ганизованную форму так называемых рыцарских турниров. Первона-

чально — это тренировочные военные упражнения, имеющие чисто ути-

следующий период своего развития (XV-XVI вв.) — спортивное состя-

зание театрализуется и приобретает характер драматизированного зрели-

ща, в котором преобладают игровые и декоративные элементы, тогда как основная цель - выучка воина — стушевывается. Изобретение пороха и ог-

нестрельного оружия видоизменяет в корне способы ведения войны и уничтожает практический смысл рыцарских поединков и сражений на копьях. Но они продолжают жить в виде игры и зрелища. Расцвет этих те-

атрализованных турниров относится к XVI веку, но процесс театрализации начинается гораздо раньше.

Для историка интересен целый ряд игровых элементов, заключен-

ных в развитии турниров, еще далеко не вскрытых во всей их полноте. Не

346

претендуя на полноту очерка, мы укажем на некоторые факты, существен-

ные для наших целей.

С течением времени намечаются три основных типа рыцарских празднеств: 1) турнир в тесном смысле слова, развертывающийся как сра-

жение между двумя отрядами всадников; 2) ряд поединков один на один.

Разновидностью этого типа джостры является французское выражение

«pas d'armes», в котором группа участников вызывает всех остальных, же-

лающих сразиться с нею; 3) безопасное маневрирование с оружием в ру-

ках, в форме кавалерийской эволюции с показом умения владеть оружи-

ем и конем или же особой ловкости при преломлении копья о специальное чучело или в кольце, подвешенном на пути всадника.

Распространяясь во всей Западной Европе, турниры дифференциру-

ются и приобретают национальные особенности. Зарождаясь и развиваясь в кругу феодальной аристократии, они вызывают подражание среди город-

ского населения, у богатых буржуа и даже у ремесленников. Но все же они являются характерной формой праздничной самодеятельности феодальной знати, составляя в то же время популярное среди городских зрителей зре-

лище, которое служит средством прославления устроителей торжеств и выполняет пропагандистские задания в интересах господствующего клас-

са.

Уже в XIV веке поединки собирают множество зрителей. Петрарка,

рассказывающий о венецианской джостре 1364 года, устроенной по слу-

чаю завоевания острова Крита, важного для развития венецианской тор-

говли пункта, говорит: «Внизу нет свободного местечка, так что, как гово-

рится, и зерну негде упасть: огромная площадь, самый храм (св. Марка),

башни, крыши, портики, окна не только полны, но переполнены и набиты;

невероятное множество народа скрывает лицо земли, и радостное, много-

численное население города, разлившись кругом по улицам, еще уве-

личивает веселье».

347

Когда турнир устраивается в городе, то поединки развертываются на площади, т. е. на том же месте, где ставятся мистерии, и где останавли-

ваются колесницы с «живыми картинами» во время процессий. По сторо-

нам отведенного для сражения места выстраиваются трибуны с ложами для судей и для знатных зрителей. В X1V-XV веках эти трибуны, часто изображаемые на рисунках, не велики, но в XVI веке мы видим огромные временные сооружения, предвещающие ярусы и ложи будущего рангового театра XVII века, архитектурные формы которого подготавливаются в процессе развития уличных зрелищ.

Торжественный въезд рыцарей на арену, красноречие широковеща-

тельных вызовов на поединок, облачение рыцаря и его коня, костюмы оруженосцев - все это организуется в виде блистательного действия, рас-

членяющегося на отдельные драматизированные сценки.

Как пример великолепного турнира, можно привести празднество

1468 г. на свадьбе Карла Смелого с Маргаритой Йоркской. На площади го-

рода Брюгге стоит дерево с золотыми листьями и геральдическими знака-

ми. Его охраняет великан. Каждый раз, когда рыцарь входит в круг, карлик трубит в рог. Рыцари появляются в восточных костюмах, сопровождаемые маврами, шутами и турчанками. Вызов на турнир провозглашается ге-

рольдом в форме поэтического воззвания от имени якобы освобожденной от рабства «Дамы», призывающей рыцаря-освободителя дать из любви к ней 101 удар мечом и копьем.

До каких пределов могла доходить подобная театрализация турнира,

можно проследить на примере празднества более поздней эпохи, устроен-

ного во Флоренции в 1579 году по случаю свадьбы Франческо Медичи

(герцога Тосканского) с венецианкой Биаикой Капелло. Благодаря описа-

нию, составленному одним из придворных художников - Гуальтеротти,

принимавшим деятельное участие в оформлении празднества, мы имеем подробные сведения о нем, дополняемые 16 гравюрами с изображением

348

колесниц, ввозивших костюмированных рыцарей. Празднество раски-

дывается на дворе дворца Питти, в окружении садов Боболи. Оно происхо-

дит ночью, и 1800 источников света создают феерическое освещение

дворца, сада, гротов и перспективных декораций.

готавливаются в процессе развития уличных зрелищ.

Торжественный въезд рыцарей на арену, красноречие широковеща-

тельных вызовов на поединок, облачение рыцаря и его коня, костюмы оруженосцев - все это организуется в виде блистательного действия, рас-

членяющегося на отдельные драматизированные сценки.

Как пример великолепного турнира, можно привести празднество

1468 г. на свадьбе Карла Смелого с Маргаритой Йоркской. На площади го-

рода Брюгге стоит дерево с золотыми листьями и геральдическими знака-

ми. Его охраняет великан. Каждый раз, когда рыцарь входит в круг, карлик трубит в рог. Рыцари появляются в восточных костюмах, сопровождаемые

маврами, шутами и турчанками. Вызов на турнир провозглашается ге-

рольдом в форме поэтического воззвания от имени якобы освобожденной от рабства «Дамы», призывающей рыцаря-освободителя дать из любви к ней 101 удар мечом и копьем.

До каких пределов могла доходить подобная театрализация турнира,

можно проследить на примере празднества более поздней эпохи, устроен-

ного во Флоренции в 1579 году по случаю свадьбы Франческо Медичи

(герцога Тосканского) с венецианкой Биаикой Капелло. Благодаря описа-

нию, составленному одним из придворных художников - Гуальтеротти,

принимавшим деятельное участие в оформлении празднества, мы имеем подробные сведения о нем, дополняемые 16 гравюрами с изображением колесниц, ввозивших костюмированных рыцарей. Празднество раски-

349

дывается на дворе дворца Питти, в окружении садов Боболи. Оно происхо-

дит ночью, и 1800 источников света создают феерическое освещение

дворца, сада, гротов и перспективных декораций.

Мы встречаемся здесь с драматизацией зрелища декоративного

характера. В него включаются пение, музыка, чтение стихов и инсцени-

ровка романтических сюжетов, темы которых меняются при каждом

новом выезде участников турнира. Под шум пушечных выстрелов раскры-

вается грот, показывая вид Венеции и бурное море (перспективная де-

корация). Затем выезжает ряд колесниц, построенных то в форме персид-

ского трона, то в виде огромного дракона с 5 головами и движущимися крыльями. Колесница «Ночи» заполнена аллегорическими фигурами

(эфир, небо, сон, ночные птицы, тени, животные). Самую «ночь» изобра-

жает известный певец Каччини, поющий под музыку П. Строцци слова мадригала Палле Руччелаи в сопровождении Звуков виолы. Затем

въезжают: колесница Венеры, влекомая лебедями, колесницы Азии и Аф-

рики, в форме серебряной раковины, колесница-гора, которая раскрывает-

ся и показывает рощу с дикими зверями. Выезжают «дельфины» с

разверзающейся пастью, бог войны (Марс) на огромном скорпионе и т. п.

Когда Марс читает свои приветственные стихи новобрачной, на его ко-

пье загорается яркая звезда. После шествия свиты богини Фетиды, со-

ставленного из олицетворений Адриатического моря, появляется послед-

няя колесница в форме венецианской галеры, т. е. военного корабля с пол-

ным снаряжением.

Каждая колесница вывозила одного из участников турнира в рыцар-

ском облачении, в окружении многочисленных костюмированных персо-

нажей, иллюстрировавших «тему» колесницы. Общая связь устанавли-

валась через драматизацию «вызова»: как бы в ответ на брошенный вы-

зов, съезжаются со всех концов мира аллегорические и мифологические персонажи, выступление которых скрепляется с общей темой празднества.