Правда о Правде

Ответить на первый вопрос можно с уверенностью и в положительном смысле. Как было показано в предыдущей главе, у

нашего автора несомненно был еще один список ПрП, Пушкинского

вида, где порядок следования текста совершенно обчен для Правды.

Не заметить различий наш автор не мог бы. Ответить на второй вопрос сложнее, так как установление границ сегментов предполагает весьма детальное сличение текстов. Но совершенно исключить такой возможности нельзя.

Вырисовывающаяся общая картина работы автора КрП, однако,

не объясняет неожиданных скачков, которые автор КрП совершал внутри сегментов. Почему, например, проследовав во втором сегменте до статьи 35, он вдруг выписывает статью 47, а затем опять возвращается назад, к статье 38? И другой вопрос: почему, «м еняя» сегменты, наш автор обращается именно к этой статье, а не, скажем,

любой другой?

Эти и подобные вопросы находят свой ответ, если в таблицу мы добавим еще один параметр – пагинацию Синодального списка.

В этом случае становится очевидно, что все «с качки» автора КрП приходятся на границы страниц Синод. Это обстоятельство – именно, что практически во всех случаях автор КрП останавливал свой выбор либо на первой, либо на последней статье страницы, не может быть случайностью. «В этом безумии есть метод».

Теперь мы в состоянии лучше понять процесс работы автора КрП. Он действительно выбрал ПрП как свой оригинал. Но скопировать весь текст ПрП было и невозможно, и нецелесообразно.

Задачей автора КрП (летописца, составляющего рассказ о

1

прошлом!) было созадать некий вариант, который бы удобно вмещался бы в летопись и не прерывал существенно течение рассказа. Быть может, автор КрП имел какое-то представление о том, какой именно длинны текст он может себе позволить. С этой целью ему необходимо было решительно сокращать имевшийся у него оригинал. Нужно было выбирать: что переносить в летопись,

чем пренебрегать.

Вероятно, именно ощущение автором пропорций и отвестственно за ту манеру, в которой он завершал работу. Вначале автор КрП работал размашисто: первый и второй ломоть ПрП были отрезаны им щедро. Но, вероятно, автор обнаружил, что этого не вполне достаточно и отпущенный ему объем позволяет вместить еще какое-то количество текста. Он стал добавлять из разных мест ПрП меньше фрагменты, по три или две статьи, в конце концов завершив цепью из пяти одиночных статей, выбранных наугад (это вызывает образ мелких гирек, последовательно дабавляемых для определения точного веса). Делая выбор, автор КрП следовал нехитрому принципу: он просто листал свой оригинал, выбирая либо первую, либо последнюю статью на странице.

И все же вопросы остаются и ответы на них можно дать только предположительные. Главный из вопросов таков: почему, выписав из своего источника первую статью, автор КрП сделал такой большой скачек и остановил свой выбор на статье 29? Нет сомнения, что автору КрП необходимо было “перепрыгнуть” через статью 2 ПрП, т.е. “историческую статью”, где речь идет о Ярославичах. В конце концов, его мысль состояла в том, чтобы

1

создать “грамоту” от имени Ярослава, а не его детей. Автор КрП несомненно желал бы отложить их появление на страницах документа до более позднего случая. Но почему следующей за 1

статьей стала 29-я?

Во-первых, она расположена ровно двумя листами ниже (617v)

первой статьи (615v) в Синод., так что нашему автору стоило просто перевернуть два листа и возобновить выписывание ровно с того же места на странице, где он и прервался. Возможно, какие-то другие соображения повлияли на его решение. Статья ПрП-29 “О муже кроваве” довольно примечательна. Это странствующая статья не только в КрП, но также и в Сокращенной правде. Встречается она и отдельно от основного текста, перед некоторыми списками ПрП.161

В Сокращенной правде, что любопытно, она расположена в совершенно идентичной позиции: непосредственно за первой статьей. Обычно СкП считают поздней переработкой Чудовского

или Ферапонтовского вида ПрП.162 Однако Тихомиров, несомненно один из наиболее проницательных исследователей Правды, полагал возможным датировать ее возникновение XV веком.163 Соображения хронологической близости, таким образом, позволяют предполагать,

161 Поэтому С.В. Юшков полагал необходимым издать ее в приложениях к изданию Правды Украинской Академии наук,

см.: Руська правда. Тексти на основі 7 списків та 5 редакцій.

Склав і підгот. С.В. Юшков. К., 1935, прилож. Так же поступил и Тихомиров, см.: Пособие для изучения Русской Правды, 120;

162Любимов В. Списки Русской Правды,

163Тихомиров М.Н. Исследование о Русской Правде, 183-197.

1

что автор КрП мог знать СкП, что и подтолкнуло его перескочить сразу к ПрП-29. Любопытно, что еще один, весьма лапидарный после сокращений, вариант этой статьи находим в статье 30 КрП, то есть более-менее в той части текста, где бы и ожидали.

Оказавшись внутри второго сегмента, автор КрП продвигался более-менее последовательно. Не вполне понятно, что заставило его перескочить от статьи ПрП-38 “О челядине” его оригинала к статье ПрП-65 “А се оже холоп ударить”. Он мог руководствоваться общностью социального статуса упомянутых людей. Так же совсем неясно, что заставило его вернуться к началу оригинала и начать вновь со статьи 2. Не желание ли передвинуть “историческую статью” о Ярославичах ближе к позиции, которую в ПрП занимает вторая “историческая статья”?

Но то, что именно этот резкий возврат ответственен за избыточный “второй заголовок” КрП ("Правда уставлена Руской земли…"), ясно. Необходимо заметить, что первой “исторической статьей” в Синод. начинается второй столбец первой страницы,

ровно напротив общего заголовка Правды. Было бы весьма легко для нашего автора совершить зрительную ошибку и, вернувшись,

попасть взглядом на первую строку первого столбца, т.е. заглавие.

Ложное “второе” заглавие доказывает, кроме прочего, что к этому времени автор КрП должен был уже знать вторую из “исторических статей” ПрП ("А се устави Володимер"), поскольку явно аппелирует к ней. Эта отсылка и не удивительна, поскольку ровно перед этим вторым заголовком помещена статья, заимствованная из ПрП-65 (которой, кстати, оканчивается восьмой сегмент),

1

находящаяся намного дальше “второй исторической” статьи (ПрП53).

Свою статью 17 автор КрП заимствовал из статьи ПрП-65, ср. :

То, что автор КрП дочитал статью своего оригинала до конца, выдется санкцией: да биють его, что отражает l[bo i biti rozvœzavwe

ПрП. Это одна из наиболее внятно переданных в КрП статей ПрП.

Но примечательно в ней даже не это, а то, что именно автор КрП решил сократить: упоминание о Ярославичах и об отмене кровной мести.

1

Случайно ли, что именно сразу после этой статьи в КрП следует “историческая статья” о Ярославичах?

Итак, какие-то намеки на мотивы скачков от первого сегмента ко второму и затем от второго сегмента назад к первому все же отыскиваются.

Какими бы соображениями не руководствовался автор КрП,

представляется, что в остальном его главным принципом было

“пролистывать” свой оригинал, останавливая выбор либо первой,

либо последной статье на странице. В некоторых случаях можно даже показать, что за рамками его текста осталась именно та часть статьи, которая переползала на другую страницу. Как именно он изобрел свой метод, не известно, но вполне вероятно, что именно порядок (или беспорядок? ) его оригинала был тому виной.

Наблюдения над порядком его работы убеждают, что каким-то образом он ощущал границы между сегментами в Синод.

Кроме одной статьи из восьмого сегмента (ПрП-65), наш автор заимствовал еще по одной статье из отдаленных сегментов: из четвертого – ПрП-72/73 (КрП-34)164 и из десятого – ПрП-97 (КрП-

164 Хотя большая часть статьи КрП-34, действительно,

заимствована из ПрП-72, одно ее чтение обнаруживает, что и ПрП-73 приняла здесь участие. В КрП-34 (о нарушении межи)

фигурирует оставшеес так и не выясненным слово перетесъ

(“А иже межоу переореть либо перетесъ”). Судя по варианту Акад.: сопретесь, и слово, и содержание статьи было непонятно уже копиистам НПЛмл. Слову посвящена даже специальная статья. Тихомиров (Пособое для изучения Русской

1

43). Статьей 65, как отмечалось, оканчивается сегмент. Две остальные также расположены маркировано: 73 является предпоследней в своем сегменте (и последней на странице); 97

является второй в своем и также последней на странице. Их выбор,

возможно, определился тем, что в обоих случаях автор переходил от статей (78 и 9 соответственно) , также находившихся внизу страницы.

Заметить границы сегментов автор КрП мог, сличая Синод. с

иным доступным ему списком ПрП. Действительно, по крайней мере, один такой список у него был: Пушкинского вида. Наш автор не мог не заметить различий между двумя текстами Правды в том,

как расположен их текст. Располагая только двумя копиями, ему было бы затруднительно или даже невозможно определить, какой из двух порядков следования статей верный. Скорее, он мог прийти к выводу, что вообще никакого установленного порядка не существует и он, следовательно, не обязан следовать любому из них. Можно, впрочем, предполагать, что Синод. казался ему более авторитетным текстом, чем Пушк. и он сделал окончательный выбор

Правды, комм. к статье 33) трактовал перетес как специальный термин для “межевого знака на дереве”. В этом случае, текст звучит странно: дерево перепахивают. Статья ПрП-72 трактует нарушение межи (бортной, пахотной или дворовой).

Следующая короткая статья 73 (одно предложение) трактует порчу межевого дуба: O'e do¥b= peretnet= znamennyi… Можно думать, загадочный перетесъ появился в результате искажения peretnet=.

1

в пользу Синод. Синодальная Кормчая была не просто наиболее древним из доступных текстов, но к тому же (судя по ее истории)

считалась рукописью особенно чтимой в Новгороде.165

Впрочем, наш автор и не был обязан составлять внятный юридический документ, пригодный для использования. В его задачу входило «н абросать» некое подобие грамоты, котоое (подобие) его

165 Необходимое признание: я использую Синод. как наилучшее приближение к возможному оригиналу КрП. На самом деле,

метод “перелистывания” до определенного момента (как правило, до середины текста) дает удовлетворительные результаты и будучи применен к иным спискам ПрП с приблизительно равным Синод. объемом текста на страницу (к

примеру, Пушк. конца XIV в.) Учитывая, что автор КрП не цитировал свой источник буквально, но предлагал весьма сжатые резюме статей, и учитывая огромные скачки между ними, большей точности в определении его оригинала, по существу, и не требуется. Вывод о методе “перелистывания”,

даже если Синод. не был оригиналом для КрП, предполагает,

что теоретически такая рукопись могла существовать и,

следовательно, предлагает решение проблемы в общем виде.

Оказывется действительно возможным объяснить происхождение текста КрП как компиляцию из текста типа ПрП. Сделав эти оговорки, я все же настаивал бы на том, что

Синод., с его особенным порядком текста, предоставляет наилучшее объяснения происхождения КрП. Существует высокая вероятность того, что он и послужил оригиналом КрП.

1

читатели смогли бы принять за старинную грамоту древнего князя.

Единственное требование, как кажется, состояло в том, чтобы не превысить некий объем. Чем именно (то есть, какими именно нормами) будет она заполнена, было, в сущности, все равно.

1

13. Разгадывая головоломку: Краткая и Пространная Правда

II.

В свое время Соболевский отмечал, что многие статьи КрП – просто бессмысленны или темны оттого, что так сильно отредактированным оказался их оригинал, т.е. соответственные места ПрП. Он указал на статьи 3, 6, 16 и 18. Этот список может быть существенно расширен. В самом деле, многие статьи КрП поддаются пониманию только потому, что исследователь уже знает текст ПрП и мысленно заполняет пропуски или исправляет несообразности текста КрП, исходя из знания текста ПрП. Эти дефекты КрП хорошо известны, но поразительным образом исследователи продолжают трактовать все расхождения между ПрП и КрП в пользу древности последней. Если бессмысленно, значит,

древнее.

Рассмотрим для примера статью 2 КрП:

Илиб оудет(ь )к ровавъи лис иньн адражень,т он еи скатиє моу видокач еловѣкоут омоу; а щен е боудет(ь )н ан емъз наменіан икоєго же,а щел ип риведет(ь )в идокъ[ Арх.:п риидеть];а ѡнъА[ рх.: а щел и]

немож еть,и нот оут омүк онець

Установление совершенно невразумительно. Не возможно понять, почему человеку с видимыми признаками того, что его избили не следует искать свидетеля. Что происходит, если свидетель все же появляется, неясно, так как фраза явно оборвана.

1