trofimov_v_k_istoriya_filosofii

Глава 8. Русская философия

Философия истории Чаадаева зиждется на принципе провиденциализма. Определяющим фактором обществен- ного развития является божественное провидение. Боже- ственная воля, лежащая в основе истории, с наибольшей полнотой воплощается в христианстве. Оценка историче- ского процесса России и ее исторической миссии носит у Ча- адаева двойственный и даже противоречивый характер. С одной стороны, он страстно обличает Россию и ее историче- скую роль; говорит о том, что само провидение как бы ис- ключило ее из своего благодетельного действия, что она «за- блудилась на земле», и мы живем лишь одним настоящим, без прошлого и будущего, что «исторический опыт для нас не существует» и т.д. и т.п. Всячески превознося католиче- ский Запад, Чаадаев ставит его в пример православной Рос- сии. Но, с другой стороны, он пишет, что именно в силу сво- его отличия от Запада Россия имеет особую, «вселенскую миссию», заключающуюся в осуществлении «интересов че- ловечества». Возражая против своих же ранних обвинений в адрес России, называя статью, в которой они содержатся, «злополучной», он пишет, что ее ждет великое будущее. «И это великое будущее, которое, без сомнения, осуществится, эти прекрасные судьбы, которые, без сомнения, исполнят- ся, будут лишь результатом тех особенных свойств русского народа, которые впервые были указаны в злополучной ста- тье».

Следует также отметить, что историософская концеп- ция Чаадаева включает в себя и принцип географическо- го детерминизма. Особенно это относится к отечественной истории. «Географический фактор» определяет, по его мне- нию, характер всей нашей общественной жизни, является господствующим во всей нашей истории и «содержит в себе, так сказать, всю ее философию».

Роль исторической концепции Чаадаева, как и сама эта концепция, противоречива. С одной стороны, прославляя

291

История философии

Запад, он явился предтечей западничества в России. С дру- гой стороны, оправдание исключительности России, ее осо- бого предназначения, близко утверждениям славянофиль- ства. Сам автор, конечно, осознавал двойственность своей позиции и связывал ее с тем, что наш народ пока далек от «сознательного патриотизма» и любит отечество на манер тех юных народов, «которые еще отыскивают им идею, еще отыскивают роль, которую призваны исполнить на мировой сцене». Правота автора по вопросу о неопределенности ха- рактера национальной идеи обнаруживается сразу же, как только мы обратимся к русской общественной мысли, иду- щей вслед за Чаадаевым. Два направления, противополож- ным образом объясняющие значение русской идеи, предста- ют перед нами: славянофилы и западники.

8.2 Славянофильство и западничество как течения русской философской и общественной мысли.

А.С. Хомяков. И. В. Киреевский. В.Г. Белинский

Становление самобытной русской философии начина- лось с постановки и осмысления вопроса об исторической судьбе Pocсии. В напряженной полемике конца 30-х-40-х гг. XIX в. о месте России в мировой истории оформились сла-

вянофильство и западничество как противоположные тече-

ния русской социально-философской мысли.

Главная проблема, вокруг которой завязалась дискуссия, может быть сформулирована следующим образом: является ли исторический путь России таким же, как и путь Запад- ной Европы, и особенность России заключается лишь в ее отсталости или же у России особый путь, и ее культура при- надлежит к другому типу? В поисках ответа на этот вопрос сложились альтернативные концепции русской истории.

Славянофилы в своей трактовке русской истории исходи- ли из православия как начала всей русской национальной

292

Глава 8. Русская философия

жизни, делали упор на самобытный характер развития Рос- сии, тогда как западники основывались на идеях европей- ского Просвещения с его культом разума и прогресса и пола- гали неизбежным для России те же исторические пути, ко- торыми прошла Западная Европа. При этом следует учиты- вать, что ни славянофильство, ни западничество не пред- ставляли собой какую-то единую школу или единое фило- софское направление: их сторонники придерживались раз- нообразных философских ориентаций.

Лидеры славянофильства – Алексей Степанович Хо-

мяков (1804-1860), Иван Васильевич Киреевский (18061856), Константин Сергеевич Аксаков (1817-1860), Юрий Фе- дорович Самарин (1819-1876) – выступили с обоснованием самобытного пути развития России.

В основе славянофильского понимания русской истории лежат общие взгляды об историческом процессе, наиболее полно представленные в незаконченном фундаментальном труде А.С. Хомякова под шутливым названием, данным ему Н.В. Гоголем, – «Семирамида».

Изучение истории у славянофилов было направлено на поиск устойчивых факторов, влияющих на исторический процесс. Такими факторами, по мысли славянофилов, не могли быть ни природно-климатические условия, ни силь- ная личность, а только сам народ как «единственный и по- стоянный действователь» в истории.

Но что определяет бытие народов и их историческую дея- тельность? Экономика? Политика? Государственное устрой- ство? Славянофилы считали, что экономические, политиче- ские и другие факторы вторичны и сами определяются бо- лее глубоким духовным фактором – верою, обусловливаю- щей историческую деятельность народов. Народ и вера со- относятся так, что не только вера создает народ, но и народ создает веру, причем именно такую, которая соответствует творческим возможностям его духа.

293

История философии

«Христианство, – пишет А.С. Хомяков, – при всей его чи- стоте, при его возвышенности над всякою человеческою личностью, принимает разные виды у славянина, у роман- ца или тевтона».

Развитие духовной жизни и культуры Европы опреде- лялось тем, что ее народы были приобщены к христианству насильственным путем, причем в форме насаждения «ла- тинства», т. е. христианства, которое, по определению А. Хо- мякова, выражало лишь внешнее единство всех христиан. Это внешнее единство утверждалось борьбой католической церкви во главе с папой за государственную власть над всей Европой, организацией военно-монашеских орденов, кре- стовыми походами, единым дипломатическим и церковным языком – латинским и т.д.

Реакцией на насильственно насаждаемое единство и по- давление свободы стала Реформация, в результате которой после долгой, мучительной и кровавой борьбы возник про- тестантизм. Сравнивая католицизм и протестантизм, А. С. Хомяков пришел к выводу, что протестантизм столь же од- носторонен, как и католицизм, но односторонен в противо- положном направлении: «ибо протестантство удерживало идею свободы и приносило ей в жертву идею единства».

И.В. Киреевский раскрыл внутреннюю связь протестан- тизма с католицизмом, которая выразилась в том, что в ходе Реформации в протестантизме односторонне усилились рассудочные начала, заложенные еще в схоластике Средне- вековья. Это привело к полному господству рационализма. По этой причине европейская культура пришла к недооцен- ке духовных основ жизни и атеизму, отрицающему религи- озную веру, то есть саму движущую силу истории.

И католицизм, и протестантизм, по мнению славянофи- лов, противопоставив единство и свободу, исказили дух пер- воначального христианства, которое «в полноте своего бо- жественного учения представляло идеи единства и свобо-

294

Глава 8. Русская философия

ды неразрывно соединенными в нравственном законе вза- имной любви».

Только православие восприняло и сохранило, по мыс- ли славянофилов, вечную истину раннего христианства во всей ее полноте, а именно идею тождества единства и сво- боды (свободы в единстве и единства в свободе). Ими было включено в историософию важнейшее понятие, характери- зующее русское своеобразие, которое вошло в содержание «русской идеи». Это понятие – «соборность», выражающее свободную общность людей. Соборность понималась славя- нофилами прежде всего как церковная соборность – свобод- ное единство верующих в деле совместного понимания ими правды православия и совместного отыскания пути к спасе- нию. Свободное единство православных верующих должно основываться на бескорыстной любви к Христу как носите- лю совершенной истины и праведности. Единство в свободе на основе любви – вот сущность соборности как явления рус- ского духа: «Внутренняя задача Российской земли есть про- явление общества христианского, православного, скреплен- ного в своей вершине законом живого единства».

Православие в концепции славянофилов выступало как духовная основа всей русской жизни. В истории России про- изошло слияние духовных ценностей православия с народ- ной жизнью. В результате этого оформился «дух народа», благодаря которому народ становится подлинным субъек- том исторического процесса.

«Русский дух создал самую русскую землю в бесконечном ее объеме, ибо это дело не плоти, а духа; он выработал в на- роде все его несокрушимые силы, веру в святую истину, тер- пение несокрушимое и полное смирение».

Можно соглашаться или не соглашаться с данной оцен- кой характера русского народа, но то, что в качестве наро- да выступает не просто совокупность людей, население, а люди, объединенные общей исторической судьбой и общи-

295

История философии

ми духовными ценностями и идеалами, не подлежит со- мнению. Величайшая заслуга славянофилов заключается

втом, что они стали рассматривать нацию как духовное яв- ление.

Славянофилы придерживались органического взгляда на общество как на естественно сложившуюся общность лю- дей, имеющую собственные принципы организации жизни. Органический взгляд на общество означал, что его разви- тие представлялось процессом саморазвития по аналогии с явлениями живой природы. «Жизненных начал общества,

– писал А.С. Хомяков, – производить нельзя: они принадле- жат самому народу или самой земле». А.С. Хомяков преду- преждал об опасности грубого вмешательства в обществен- ную жизнь. Нельзя насильственно ломать целостность на- родной жизни и втискивать ее в чуждые ей формы культу- ры. «Беда, – восклицает А.С. Хомяков, – когда выкидыва- ются все корни своего исторического дерева и превращают прошлое в чистую доску. Но не меньшая беда и тогда, когда жизнь начинают строить по умозрительной схеме, что неиз- бежно приведет к ее разрушению».

Структурной единицей организации русской народной жизни славянофилам представлялась община, главной ха- рактеристикой которой является самоуправление. Общин- ное устройство, основанное на началах общей ответственно- сти, выработке совместных решений в соответствии с голо- сом совести, чувством справедливости, народными обыча- ями было для славянофилов зримым воплощением свобод- ной общности.

Общинный дух русского народа они противопоставля- ли западноевропейскому индивидуализму. И.В. Киреев- ский описывает различие между организацией общества

вЗападной Европе и в России. Если бы кто-то хотел вооб- разить себе западное общество времен феодализма, то ему представилось бы множество замков, или феодов, каждый

296

Глава 8. Русская философия

из которых замкнут, обособлен и враждебно настроен про- тив всех остальных. Русское общество того же периода – это бесчисленное множество маленьких общин, расселенных по всей земле русской и составляющих каждая свое согласие или свой мир. Эти маленькие согласия сливаются в боль- шие согласия, которые, в свою очередь, составляют согласия областные и т.д., пока, наконец, не слагается одно общее со- гласие, «согласие всей русской земли, имеющее над собою ве- ликого князя всея Руси, на котором утверждается вся кров- ля общественного здания, опираются все связи его верхов- ного устройства».

Итак, исследовав и сопоставив западноевропейскую и русскую историю, особенности религиозной веры, системы духовных ценностей, славянофилы наглядно показали, что жизненные начала России и Европы различны, что означа- ло неприемлемость европейских форм жизни для России. А.С. Хомяков прямо заявляет: «Я знаю, что все совершаемое на Западе было необходимо, но из того самого, что оно было необходимо на Западе при его началах, следует, что оно не- возможно у нас при наших». Размышляя о переносе европей- ских форм культуры на русскую почву, он утверждает: «Я не говорю: лучше не принимать, но говорю: нельзя принять, если бы даже и хотели».

Нельзя принять потому, что в ходе исторического разви- тия уже были выработаны начала русской жизни. Только к дичку можно прививать чужие плоды, облагораживая его. Россия же не дичок, а страна с великой историей и самобыт- ной культурой. Славянофилов часто упрекали и упрекают в идеализации истории России и желании восстановить ста- рое. Эти упреки совершенно несправедливы. Они прекрас- но понимали, что возврата к прошлому нет, история не мо- жет пойти вспять, что, например, изменения, происшедшие вследствие петровских реформ, носят необратимый харак- тер. Они проповедовали не возврат к прошлому, а восстанов-

297

История философии

ление жизнеспособных начал российского общества в изме- нившихся условиях.

Что же касается идеализации истории России, то для того, чтобы убедиться в обратном, достаточно посмотреть очерк А.С. Хомякова «О старом и новом», где с огромной си- лой обличаются некоторые порядки допетровской Руси. Славянофилы не рассматривали русскую историю как иде- альную и бескризисную, а, наоборот, подчеркивали ее слож- ность и драматичность. Однако болезненные явления, счи- тали они, не могут быть преодолены внешними заимствова- ниями.

Философско-историческая концепция славянофилов пропитана верой в особую историческую миссию России, ко- торая призвана соединить противоположные начала жиз- ни, явив миру образец высокой духовности и свободы. В их системе ценностей скорее Европе нужно было догонять Рос- сию.

Влияние славянофилов на русскую мысль было необы- чайно сильным. В новых исторических условиях в порефор- менной России прямым продолжением славянофильства выступило почвенничество Ф.М. Достоевского. Большое влияние оказали их идеи и на философию всеединства В.С. Соловьева.

Западничество – одно из течений русской общественной мысли 40-х гг. ХIХ в., противоположное славянофильству. Выступая за преодоление вековой отсталости России, выра- жавшейся в многочисленных реликтах патриархальности, сторонники западничества отстаивали необходимость ее развития в направлении, указанном передовой западноев- ропейской цивилизацией.

Термин «западники» впервые употребил Гоголь в 11-й гл. «Выбранных мест из переписки с друзьями» (Гоголь Н.В. Соч. 15-е СПб., 1900, т. 7, с. 53). Однако распространение по- лучил он (как и термин «западничество») не ранее сер. 50-х

298

Глава 8. Русская философия

гг. Славянофилы именовали своих противников «западным направлением», «западной партией» или просто «западны- ми». Сами западники предпочитали говорить о себе как о «противниках славянофилов». Проявления европеизма на- блюдаются уже во взглядах первых pycских индивидуали- стов XVII в.: И.А. Хворостинина, В.А. Ордина-Нащокина, Г.К. Котошихина, В.В. Голицына. Он продолжает оставать- ся реальным фактором русской интеллектуальной жизни по сей день: примерами могут служить воззрения А.Д. Саха- рова и лидеров движения «Демократическая Россия» 1990- х гг. 3ападничество было общей платформой разнородных идеологических тенденций, которым впоследствии суждено было развиться в такие направления общественной мысли, как либерализм, умеренный и радикальный демократизм, «русский социализм», позитивизм и проч.

Классический вариант русского западничества - запад- ничество 40-х гг. - сформировалось в самостоятельную кон- цепцию к 1840 г. и заявило о себе публично в апреле 1841 г., когда в журнале «Отечественные западники» были опубли-

кованы две статьи Виссариона Григорьевича Белинско-

го (1811–1848), вошедшие в историю литературы под общим заглавием «Россия до Петра Великого». Они могут рассма- триваться как первый программный манифест западни- чества. К другим наиболее важным для понимания запад- нической концепции текстам относятся цикл статей о на- родной поэзии (1842), незавершенная «Критическая исто- рия русской литературы» (1842), рецензия на четвертый сб. «Сельское чтение» (1847) В.Г. Белинского.

В.Г. Белинский по праву считается признанным вождем западничества. В своих сочинениях он более других авто- ров приближается к «идеальному» варианту учения. Руко- водимые им журналы «Отечественные записки» и «Совре- менник» играли роль структурно-организационного центра всего движения. Видное место в западничестве занимали

299

История философии

также А.И. Герцен и историк Т.Н. Грановский. Первый стре- мился не столько развивать западнические идеи, сколько модифицировать их в духе собственных утопических пред- ставлений о неизбежности гибели старого и рождения но- вого, справедливого общества. Но все же активное участие Герцена в полемике со славянофилами сделало его одним из идейных предводителей западничества. Грановский не- изменно отстаивал идеалы движения в ходе преподава- тельской деятельности в Московском университете, в част- ности на публичных лекциях по истории средневековой Ев- ропы (1843-45). Он обогатил западническую историософию, не уклоняясь, как Герцен, в сторону утопического социализ- ма или революционного романтизма.

Философскую основу западничества составило левое ге- гельянство. Однако, прежде чем прийти к «философии де- яния», западники усвоили гегелевский диалектический историзм, составными частями которого были учение о трех- ступенчатом саморазвитии воплощенной идеи от насущно- го бытия к разумной действительности и теория перехода от господства необходимости через осознание последней к «царству свободы». В то же время объективизм и панлогизм Гегеля западничество решительно отвергало, ставя в центр мироздания индивидуальность, живое человеческое Я. Признавая объективный характер естественноисторическо- го процесса, западники подчеркивали его однонаправлен- ность; таким образом, история становилась синонимом про- гресса, а ее конечной целью признавалось создание таких отношений, которые обеспечат полную свободу, благососто- яние и гармонию, развитие гармоничной личности. Рассу- ждая в духе левогегельянской «философии деяния», запад- ники считали движущей силой истории не народные массы, которые «бессмысленно жестоки или бессмысленно добро- душны» и «коснеют под тяжестью исторических и естествен- ных определений, от которых освобождается мыслью толь-

300