10. Причины и последствия распада Киевского гос-ва.

С распадом Древнерусского государства на самостоятельные княжества начинается период феодальной раздробленности или, по определению историков XIX в., удельный период.

Политического дробления не избежало ни одно раннефеодаль­ное государство Европы. Все они после кратковременного и бурно­го расцвета вступали в полосу кризиса и распада. Древняя Русь – не исключение. Отсюда можно сделать вывод, что распад раннефе­одальных государств – явление закономерное, порожденное общими причинами. По мнению исследователей, сторонников формационного подхода, крушение «варварских» империй – прямое следствие генезиса феодализма, прежде всего становления и развития круп­ного феодального землевладения. Класс феодалов приобретает эко­номическое и политическое могущество. Он все более ориентирует­ся на местного князя. Общественная и политическая жизнь дробит­ся и замыкается на суверенных землях. В обособившихся княжествах с наследственными династиями интенсивнее идет развитие эконо­мики и культуры. Местный князь, по привычке поглядывая вожде­ленно на Киев, не порывает отношений со своей наследственной «отчиной», главным источником своей силы.

Распад Древнерусского государства связан с ростом городов и превращением их в самостоятельные политические центры. Этот процесс усилился с возникновением местных династий. Отныне города-волости с сильными вечевыми порядками не желали ми­риться с ущемлением своих интересов. Естественным союзником городов выступал местный князь, могущество и сила которого всецело зависели от поддержки местных землевладельцев и вече.

Изменение торговых путей привело к тому, что путь «из варяг в греки» постепенно утратил значение важнейшей торговой арте­рии, связывающей Восток и Византию с Европой, и это отрази­лось на державе Рюриковичей.

Пагубным для единства Древней Руси оказался напор половцев на земледельческие районы юга страны. Отношения Южной Руси со Степью складывались непросто. Различия в образе жизни, языке, культуре и, главное, в способе ведения хозяйства – все это накладывало свой отпечаток на взаи­моотношения. Сами жители южных княжеств были заинтересованы в мирной торговле – ведь половецкая степь связывала Русь со стра­нами Причерноморья и Закавказья. Половцы, как многие кочевые скотоводческие народы, в соседстве с сильными государствами также предпочитали поддерживать торговые отношения. Однако клонив­шаяся к упадку и терявшая былое единство Древняя Русь не могла организовать эффективную оборону южных границ. Слабость вос­принималась кочевниками как возможность военного обогащения. Летописи из года в год сообщают о набегах орд, столкновениях русских и половцев. Но нередки и совместные походы русских князей с половецкими ханами – иногда против русских же земель.

«Втягивание» половцев в усобицы привело к тому, что князья стали стремиться упрочить свои отношения с опасными и одновре­менно столь нужными соседями. В практику входили династические браки. Еще в 1094 г. князь Святополк женился на дочери половец­кого хана Тугоркана (его имя известно из русских сказок, где он называется Тугарин). Князья Юрий Долгорукий, Андрей Боголюбский, Мстислав Удалой и другие женились на половчанках, либо сами были наполовину половцами. В роду новгород-северского кня­зя Игоря Святославича, чей поход в Половецкую степь воспет в «Слове о полку Игореве», пять поколений князей были женаты на дочерях половецких ханов.

Из-за угрозы набегов жители Среднего Поднепровья покидали обжитые места. Один поток миграции устремился на северо-восток, в далекий Залесский край, другой – на юго-запад, в Галицко-Во­лынские земли. В средневековье плотность населения, политиче­ское и экономическое процветание – понятия взаимосвязанные. Исход населения прямо сказался на могуществе киевских князей, которым было трудно утвердить свое первенство силой.

Таким образом, распад Древнерусского государства – результат действия нескольких причин, одни из которых носят общий харак­тер для всех варварских государств, другие тесно связаны с особен­ностями исторического развития державы Рюриковичей.

Однако с распадом Древнерусского государства не было утра­чено сознание единства Русской земли. Княжества продолжали жить по общим законам – «Русской Правде», в рамках одной православ­ной митрополии, они оставались едиными по культуре и языку. Уместно говорить о своеобразной федерации русских княжеств, способной, при совпадении интересов, даже к совместным дей­ствиям. Тем не менее распад на уделы пагубно отразился на воен­ной и политической мощи Русской земли.

Известная парадоксальность заключается в том, что утрата политического единства, нередко воспринимаемая как шаг назад в развитии государственности, свидетельствовала о зрелости обще­ства. Удельный период характеризуется ростом городов, существен­ными культурными достижениями. Ослабев в военном отношении, Русь продвинулась вперед в экономическом и социально-полити­ческом развитии. Нетрудно заметить противоречивый характер по­следствий раздробленности.

С наступлением раздробленности число удельных княжеств не­прерывно росло. В середине XII в. их было 15, к началу XIII – 50, а в XIV столетии – не менее 250. Из этого огромного числа суверенных земель, некогда входивших в состав Древнерусского госу­дарства, наиболее крупными были Владимиро-Суздальское, Галицко-Волынское княжества и Новгородская земля. Эти земли доволь­но долго сохраняли единую территорию, что предопределило их большое влияние на остальные княжества.

Обращаясь к теме наследия Древней Руси, следует обратить внимание на три основных типа политического устройства суверен­ных княжеств и земель. Все они различаются соотношением «вла­стных элементов», сформировавшихся еще в эпоху Древней Руси – князь, вече, дружина (боярство). Эти различия и связанные с ними политические возможности оказали огромное, а в некоторых слу­чаях даже решающее влияние на исторические судьбы различных регионов, некогда входивших в Древнерусское государство.

Первый тип государства представлен Киевским и Галицко-Во­лынским княжествами. Форму правления здесь принято называть раннефеодальной монархией. В Киеве, а позднее в Галиче и на Волы­ни, по-прежнему была сильна княжеская власть. Князь опирался на дружину и зависел от нее. Иногда бояре даже вмешивались в лич­ную жизнь князя. Так, в 1173 г. галицкий князь Ярослав Осмомысл вынужден был подчиниться решению своих бояр. Те заставили князя вернуть из изгнания его законную жену, княгиню Ольгу, и сына Владимира. Сам Ярослав был арестован, помогавшие ему союзни­ки-половцы – изрублены. Княжескую возлюбленную Настасью, сыну которой Олегу Ярослав отдавал предпочтение перед законным сыном Владимиром, галицкие бояре сожгли на костре.

В 1187 г. умирающий Ярослав вынужден был договариваться со своими «мужами» о передаче власти в Галиче младшему сыну Олегу, в обход старшего Владимира. Совещались южные князья со своими дружинами и по вопросам войны и мира. При этом голос князя оказывался решающим, но лишь после того, как он убеждал дру­жинников в своей правоте.

Если князь по каким-то причинам не мог выполнять свои функции, реальную власть в южных княжествах брало в свои руки городское вече. Так случилось в 1113 г., когда киевское вече, воп­реки существовавшему порядку престолонаследования, пригласило на великокняжеский престол Владимира Мономаха. Подобные от­ношения между князем и городским вече были характерны не только для Киева. В 1206 г. в Галиче бесчинствовали венгры. Жители города обратились за зашитой к своему князю Мстиславу. Однако тому не удалось унять незванных пришельцев и тогда жители прогнали князя.

Иной тип государства сложился на Северо-Востоке Руси. Этот край не имел глубоких вечевых традиций. Тем не менее управление в Ростове и Суздале в XII в. строилось на взаимодействии город­ского вече и князей, назначавшихся из Киева. В 1157 г. великим князем Киевским стал Андрей Боголюбский. В том же году жители Ростова, Суздаля и Владимира-на-Клязьме избрали его своим кня­зем. В 1162 г. Андрей Боголюбский изгнал из Ростово-Суздальской земли своих братьев, племянников и мачеху. Вместе с ними он прогнал отцовскую дружину. Тем самым были заложены основы неограниченной деспотической власти владимирского князя, утвер­дившейся в Северо-Восточной Руси.

Свой тип государственной власти сложился на Северо-Западе Руси. Здесь князь потерял свое влияние в 1136 г., после того как новгородцы «указали путь» – изгнали из города ставленника киев­ского князя Всеволода Мстиславича. С этого времени должность новгородского князя стала выборной, а власть существенно ограни­чена вечем. На вече решались важнейшие вопросы жизни респуб­лики. Главный из них – выборы должностных лиц.

Огромную роль в жизни Новгорода играло боярство. Экономи­ческое и политическое могущество новгородских бояр позволило им монополизировать высшие должности в новгородском управле­нии. Таким образом в Новгороде и Пскове утвердились республики. Учитывая ту огромную роль, которую играло в политической жиз­ни новгородское боярство, многие историки говорят о боярской, аристократической республике.