П. Н. Филонов. Выступление на конференции живописного факультета, зачитано на конференции товарищем гурвичем

Я должен прежде всего сказать, что буквально ни одно положение в современной идеологии искусства и в современной педагогике искусства не определяет, по существу, того, что этим положением пытаются определить или доказать.

Любое из них ложь! Сознательная ложь! Вся идеология современного искусства и его педагогики - это прежде всего экономическая, то есть шкурная спекуляция на доверии и невежестве масс и, в первую очередь, на невежестве и косности ученика изо.

Буквально вся идеология современной педагогики изобразительного искусства в высшей школе в ее профессиональной значимости - обман и плутовство, и в социальной значимости - тоже обман и плутовство, рассчитанный на слепое доверие и невежество ученика и неосведомленность пролетарского правительства.

Кроме неисчислимого вреда, от этой педагогики ничего не было, нет и не будет.

С начала революции и до сих пор Академия не дала ни одного мастера и при существующих условиях не может дать.

В ней нечему учиться. В ней нет ни одного профессора, кто бы мог учить искусству, нет ни одного человека из командного состава, кому можно верить в вопросах искусства. Но сказать о своем полнейшем бессилии и невежестве в вопросах искусства и его педагогики командный состав Академии и ее профессура не хотят.

Какова же причина этого нежелания сказать правду о том, что педагогика Академии и в целом, и в частности есть обман учеников и государства?

Эта причина, и притом единственная, заключается в экономике профессоров и ректоров.

Так называемый «коллективный метод» преподавания, существующий в Академии, будучи обманом по отношению к учащимся и государству, есть, прежде всего, великолепно организованный экономический блок профессоров.

При помощи фиктивного коллективного метода они сорганизовались в неразбиваемое целое, и коллективный метод есть, прежде всего, экономический договор или конституция профессоров.

И во имя экономики своей собственной шкуры командный состав Академии обманывает, калечит сотни учеников, приезжающих со всех концов республики, и обманывает государство.

Коллективный метод преподавания - это, прежде всего, конституция то есть договор о политической экономике профессоров, писанная ими для них самих. Больше он не является ничем - только так должен его понимать ученик.

А есть ли какой-либо писанный или подразумеваемый договор между учениками и профессорами, между учениками и государством, есть ли такая конституция в Академии художеств, точно определяющая обязанности и ответственность профессора, права ученика, гарантии ученика за доброкачественность и нужность того, чему его учат, гарантии государства, что оно получит нужных работников на определенный сорт работы с определенными познаниями в лице учеников, кончивших Академию, что государство не потратит впустую крупные суммы народных денег на содержание Академии?

Такого договора такой конституции ни учащиеся, ни государство не имеют, а стало быть, и гарантий никаких не имеют.

Ученики как организованное политическое целое еще не существуют. Прав на свою же судьбу не имеют. Они искусственно разделяются искусственно разжигаемой враждою течений искусства и педагогики на мелкие враждующие меж собою группы и как политическое целое равны нулю. Ученики доверили право владеть своею судьбою не пролетарскому государству, как оказывается, а тем или иным отдельным профессорам ректорам и учреждениям, каждому поштучно. В результате ученики - бесправное стадо. Между ними и пролетарским государством возник непроходимый барьер из профессоров, ректоров и искусствоведов.

Только революция в искусстве, в его педагогике, во всех их насквозь прогнивших взаимоотношениях, только беспощадное разрушение, только планомерное научное создание новых настоящих профессиональных положений и взаимоотношений, только профессионально-революционный аналитический подход может вывести педагогику искусства и ученика и поштучно, и в целом из той западни, куда современная педагогика заманила и ученика, и государство, которое до сих пор педагогику искусства и судьбы учеников доверяло как раз тем, кто на это доверие никакого права не имеет.

Сейчас идет революция в искусстве, в его педагогике и во всех его взаимоотношениях со ставкою на мировую революцию в искусстве. Она идет как первая пролетарская революция в искусстве, как первый истинно научно-революционный переворот в искусстве. Она идет под лозунгом «Дай дорогу аналитическому искусству», и уже во многих головах засел этот лозунг.

Но на педагогическом фронте в данный момент революция в педагогике и в искусстве может победить только лишь как организованное движение учеников, то есть через революцию учащихся, то есть через революционизирование ученика.

Современный тип ученика-пассеиста и соглашателя пропадет.

Уже начинает появляться настоящий пролетарский тип ученика-мастера-исследователя-революционера с непоколебимой профессиональной базой на принципах аналитического искусства и на принципе сделанности, на принципе сделанной вещи и действия на интеллект. Из них создастся поколение красных пролетарских мастеров и профессоров. Уже на будущий год будут выставлены их кандидатуры на профессора Академии.

В их лице зарождается ученик как политическое целое и с трудом, в муках и борьбе, начинает действовать. В их лице учащиеся как целое впервые начинают узнавать своих врагов и своих друзей.

Пропаганда аналитического искусства идет.

Революция в искусстве будет. Подожди!

на обороте

/№ 1 (Ведерников или Гурвич)/

/Проверено (часть доклада)/

Что такое программа преподавания изобразительного искусства и в целом, и в разновидностях всех факультетов изобразительного искусства в высшем художественном училище?

Программа - это учет, определение и выбор наиболее верных и нужных средств действия мастера в искусстве по отношению к правильно продуманной и твердо поставленной конечной цели действия в искусстве (в ваших программах этого нет).

Но возможно ли, будучи учеником, работать по программе действия, а, став мастером, жить и работать без программы? (Вашей программе до этого нет никакого дела.) Да конечно нельзя!

Поэтому программа должна охватить и предусмотреть оба периода жизни художника: и стадию ученика, и стадию мастера, и обе их согласовать в едином непрерывном плане, притом именно в государственном плане Эту согласованность стадии ученичества со стадией мастерства надо организовать через правильную педагогику как единый процесс развития и применения сил ученика и мастера, то есть вся работа ученика за весь курс учения должна идти, как говорит школа аналитического искусства, над сделанною вещью как таковой, не над этюдами и эскизами, а весь процесс обучения целиком должен входить в процесс работы ученика как мастера над сделанной вещью, доводимой до последней степени совершенства сделанности.

Силы любого ученика как мастера и художника так громадны, ему присущи такие психофизиологические особенности молодости и расцвета жизненных сил, что самым подлым преступлением является такой строй программы, при котором ученик бесцельно тратит силы на этюды и эскизы, в то время как при правильной педагогике любой ученик с любыми свойственными ему силами и познаниями может давать первоклассные вещи с первых дней учения. И факты показывают, что именно тогда лишь возникает и с максимальною силою идет процесс настоящего обучения, видимый для всех в любой момент, когда работа учащегося идет над сделанною вещью, нужной и ученику, и обществу.

Но возможно ли, чтобы программа действия будущего мастера в период ученичества вводила его в работу на подставную цель, то есть на этюды и на эскизы; возможно ли, чтобы единый по существу процесс вечного изучения и вечной продукции искусственно разделялся на два искусственных, ничем не связанных этапа?! Возможно ли, чтобы за период ученичества высшее мастерство и законченность вещи, на какие способен ученик, педагогикой бойкотировались и не считались решающими факторами его развития, а за период жизни мастера мастерство и сделанность вменялись ему в обязанность?! Возможно ли, чтобы ученик, не учась этому, научился этому, возможно ли, чтобы за четырехлетний период обучения он сознательно делал лишь отбросы и брак продукции в искусстве - эскизы да этюды, а будучи неизвестно за что объявлен мастером, вдруг чудом стал давать настоящие образцы продукции? Да разумеется невозможно! Это было бы чудо, но как раз это и ставят в основу обучения академические чудотворцы в их чудотворной программе.

Но это невозможно! И прежде всего в Академии. Во-первых, потому что, делая только этюды, никогда не научишься делать завершенной вещи, у которой иные законы организации и появления на свет. Во-вторых, процесс высшей по качеству продукции непременно стоит в прямой связи и с самым высшим по напряжению и результатам процессом аналитического изучения. Один из них обусловливает качество другого и вытекает в равной по качеству мере из равной меры качества другого.

Стало быть, вменять ученику в обязанность, да при том педагогическим путем чтобы он делал отбросы продукции, значит калечить его как мыслителя, как постигающий интеллект, то есть сознательно, педагогическим путем делать его дураком.

Что это? Только ли невежество или это уголовное преступление? Это фабрика дураков. Почему же именно так идет дело? Да потому, что так гораздо удобнее для каждого профессора и для всего командного состава Академии, не умея работать и не понимая сути дела, выдавать себя за авторитет и знатоков дела и делать свою экономическую карьеру. /(Сделай небольшую паузу!)/

Настоящая научно построенная программа, прежде всего, определяет: с кем профессор имеет дело в лице ученика, с кем ученик имеет дело в лице профессора, к чему сводится объект изучения, каким методом производится изучение, что именно в объекте изучается; в каком диапазоне и плане обязан мастер уметь работать, какой метод мышления ему нужен, где границы познания и разрешения в искусстве и кто их провел.

А система программы - это удобнейшая для ученика и для профессора организация планомерного процесса изучения и разрешения, рассчитанная на минимальный срок и на максимальные результаты. Система программы - это система изучения и реализации, поэтому она непременно должна базироваться на теорию познания, на принцип, на метод познания и мышления.

Поэтому метод преподавания, а стало быть, и обучения - это, прежде всего база на чистый, непредвзятый анализ, на вытекающий из него учет, разбор и обобщение явлений и умение действовать добываемыми таким путем выводами. Прежде всего, современная академическая педагогика изобразительного искусства не имеет никакого понятия, что значит программа, что значит система, что значит метод.

Каким же обманом является то, что профессора Академии свой собственный экономический блок называют «коллективным методом преподавания», а стало быть, и познания.

Но каких же иных знаний можно требовать от академической профессуры, где ни один профессор не умеет работать, а все профессора в целом не имеют ни малейшего понятия, с кем и с чем они имеют дело, то есть не знают ни искусства, ни ученика, ни педагогики, ни запросов к искусству у пролетарского общества.

Это не программа, а шантаж. Это не педагогика а преступление! И дело дойдет до народного суда! Не зная искусства и его целей, люди пишут программы, а программы пишут, не зная, к чему сводится понятие программы.

Одна программа сменяется другой, а круг лиц, который их пишет, остается без изменения и пишет новые программы, и преподает по этим программам, зная, что ученики им не верят и презирают их, что ученики знают, что и сами составители программ не верят в свои же собственные программы.

Самое главное в программе - это точная формулировка понятия: что будет делать ученик, кончив Академию, и каким сортом мастера он должен быть. Именно этим будет определяться, какое знание и умение ему нужны как мастеру.

Этим определится содержание и подбор материала, входящего в программу, и система применения сил ученика.

А отсюда выявится вопрос: по отношению к каким объектам, в каком восприятии объекта пойдет нагрузка ученика; как объект изучается, каков метод постижения и как надо сделать вещь. Вы этого вопроса не только не разрешили, но и не затронули никогда! Ни на живописном, ни на скульптурном, ни на графическом факультетах программа не говорит об этом ничего. А без этого программа - фикция, обман.

Отвечайте же нам, мудрецы-педагоги: почему заставлять ученика делать только брак продукции неизмеримо легче, чем научить его давать продукцию высшего качества?

Отвечайте, почему вы ведете остервенелую травлю на аналитическое искусство, в то время когда вы все, поштучно, начиная с ректора, признаете, какое громадное мастерство развивает аналитическое искусство, какую точную, верную, исчерпывающую программу и идеологию оно дает, зная, какого высокого сорта мастеров оно делает наверняка из любого ученика в минимальный срок, зная, что именно оно является настоящим научным, настоящим пролетарским подходом к делу, выдав небывалую по качествам вещей сравнительно-показательную выставку работ учеников-мастеров, действующих аналитическим методом, зная, каким решающим революционным фактором является аналитическое искусство в жизни ученика, в политике искусства, в педагогике искусства и каким точным средством действия в работе над вещью является его любое профессиональное положение, зная, что оно целиком выявило и обосновало точную науку ремесла искусства и ремесла педагогики как точный подбор выверенных и неизбежных средств действия в работе над каким угодно заданием в искусстве, с неизбежно верным результатом, и зная, что все мировое искусство рано или поздно пойдет по этой дороге и что именно оно и ведет, и проведет собою пролетаризацию искусства.

Нам не надо вашего ответа - мы его знаем. Нам не надо ни коллективного метода, ни индивидуального метода, нам нужен научный метод - это и будет коллективным методом. Это и дает нам аналитическое искусство. Дай нам исследовательские мастерские и профессорами в них лучших мастеров. Мы хотим учиться и работать, и нам с вами не по пути. Аналитическое искусство - это ваш могильщик