Так, например, в последние годы количество уча­щихся, покинувших школу до ее окончания без уважи­тельных причин, возросло в 2,3 раза; количество подрост­ков, прекративших учебу и не начавших работать, возрос­ло с 27 до 37 %; хорошие и отличные оценки за качество знаний имеют около 20 % учащихся, количество школь­ников с неустойчивой успеваемостью и дисциплиной, от­носимых к «группе риска», возросло до 70 %; количество нарушителей школьной дисциплины и правонарушите­лей за последние годы возросло в 2,5 раза; на учете в ин­спекциях по делам несовершеннолетних состоит около 1/2 миллиона детей и подростков; в несколько раз возрос­ло количество несовершеннолетних наркоманов, пьяниц, проституток.

Таким образом, в современных условиях исправле­ние недостатков в области образования приобретает об­щегосударственную проблему.

2.3. Отрицательное влияние на воспитание подростка асоциальных групп

Анализ преступлений несовершеннолетних осуж­денных показывает, что они преимущественно соверша­ются группами. Данные исследований свидетельствуют о том, что это, как правило, случайные, неустойчивые или устойчивые группы с отрицательной направленностью, совершающие преступления на основе, с одной стороны, подражания и взаимоподражания друг другу, с другой стороны, под влиянием прямого или косвенного подстре­кательства взрослых, под влиянием книг и кинофильмов, пропагандирующих похождения преступников, злоупот­ребляющих сценами жестокости и насилия.

Попадая в малую группу, несовершеннолетний пра­вонарушитель включается в иную систему взаимодейст­

62

вия и взаимовлияния, которую можно обозначить сле­дующим образом: «неофициальная группа - несовершен­нолетний правонарушитель».

Эта система является актуальной для несовершен­нолетнего правонарушителя потому, что основные звенья взаимодействия входящих в нее подсистем (мотивы, цели, средства и способы, результат) оказываются непротиворе­чащими друг другу. Действительно, несовершеннолетний правонарушитель охотно принимает мотивы и цели не­формальной группы (они у большинства ее членов связа­ны с удовлетворением потребности в общении и самоут­верждении, а также в развлечениях как конечных резуль­татах их деятельности). От членов группы не требуется каких-то особых знаний, умений и навыков, которые не превышали бы его возможности в данный момент. Основ­ной результат общения в рамках группы - удовлетворе­ние потребности в общении, самоутверждении, достигае­мый без особых усилий, укрепляет мотивацию участия в ней, способствует легкости принятия целей деятельно­сти группы, какими бы объективно отрицательными они ни были.

Важно, что они принимаются субъективно и разде­ляются в деятельности.

Впоследствии, по мере углубления связей несовер­шеннолетнего правонарушителя с группировкой, регу­лярного участия в негативных действиях, у несовершен­нолетнего правонарушителя происходит все большее сближение мотивов самоутверждения, общения и моти­вов, связанных с сугубо «деловой», отрицательной сферой деятельности группы (нередко включающей преступные действия).

Причем большинство правонарушителей в группе нередко являются лишь пассивными исполнителями. Влияние группы для таких правонарушителей - решаю­

63

щий фактор совершения правонарушения. Изучение мо­тивов совершения ими преступлений в группе позволило сделать вывод, что они руководствуются, прежде всего, престижными мотивами и стремлением быть вместе с группой, во что бы то ни стало (даже ценой правонару­шений).

Группа для этих подростков облегчает и ускоряет начало противоправной деятельности, создает готовность ее выполнения. «В группе становишься храбрым, а если и бывает страшновато, то перед друзьями стараешься не по­давать виду». Группа усиливает эгоистические проявле­ния личности, побуждает к активным безнравственным поступкам, облегчает принятие решения участвовать в противоправной деятельности.

Группы несовершеннолетних правонарушителей не возникают из ничего. Этому способствуют определенные объективные причины, среди которых важное место зани­мают недостатки семейного воспитания, формализм вос­питательной работы общеобразовательной школы с под­ростками с отклоняющимся поведением, дефицитарное образование.

По мнению И. П. Башкатова, эти причины приво­дят к тому, что у подростков парализуются основные ме­ханизмы социализации, ведущие к неправильному фор­мированию представления о себе, своем «Я-образе». У подростков происходит асоциальная идентификация, соотнесение себя с негативными эталонами, образцами поведения, которые являются отражением негативных межличностных отношений со взрослыми, а потом со сверстниками.

Идентификация у них происходит с негативной микросредой, в которой вырабатываются негативные уст­ремления, убеждения, нормы и установки, происходит формирование устойчивого отрицательного «Я-образа».

64

Идет процесс асоциального формирования личности, и закладываются предпосылки для возникновения асоци­альной группы. У подростков появляется чувство соци­альной неполноценности, неспособности, изолированно­сти и оторванности от других людей. Свою неспособность они испытывают в учебе, труде, общении, поэтому и ухо­дят от реального преодоления трудностей. Это влечет в свою очередь появление у них повышенной тревожно­сти, пассивности, асоциального угнетения и подавленно­сти и в конечном итоге к формированию заниженной или завышенной самооценки, уходу из социально полезных групп и поиску оптимального для них круга общения.

Все эти негативные социальные явления, вызван­ные неблагополучием в семье, недостатками учебно-вос­питательной работы в школе, производственных коллек­тивах, нарушают нормальное общение подростков и «вы­талкивают» их на улицу. Формально такие подростки еще продолжают числиться учащимися школ, ПТУ или дру­гих учебных заведений, но фактически часто оказываются за их порогом.

Это вытеснение, постепенное отчуждение носят пассивно-активный характер. Отторжение таких подрост­ков от деятельности социально полезных групп осуществ­ляется медленно и незаметно, происходит стихийно. Трудновоспитуемые подростки не просто не выбираются своими сверстниками для совместной социально полез­ной деятельности, а, наоборот, являются нежелательными партнерами по совместной деятельности и общению.

Однако «трудновоспитуемые» подростки жаждут равенства, поэтому активно ищут себе друзей, единомыш­ленников. Чтобы избавиться от положения «отверженно­го» и удовлетворить свою потребность в избирательном интимно-личностном общении, они вступают в нефор­мальные связи с такими же, как и они, «отверженными»

6 Зак. 297

65

сверстниками или лицами, незначительно старше их по возрасту. На основе этих неформальных связей и зарож­даются подростковые группы «друзей», дворовые и улич­ные компании отрицательной направленности.

В основе этих уличных групп и дворовых компаний не лежат какие-либо познавательные, профессиональные или общественные интересы. «Трудновоспитуемых» вле­чет друг к другу их отчужденность от семьи, школы, про­изводственного коллектива общественных организаций, от более благополучных сверстников. Влечет их также по­хожесть судеб и характеров, возможность реализовать свои интересы и склонности в досуговом общении.

Но именно отчужденность и сходство их трудных характеров являются основными причинами объедине­ния подростков в различные неформальные объединения, где встречаются вместе неуспевающие учащиеся школ и ПТУ, молодые рабочие, лица, которые нигде не работают и не учатся.

Мотивы объединения всех этих отверженных в группы самые разнообразные. Ими могут быть общие интересы и склонности, единство судеб, преклонение пе­ред силой, отвагой и независимостью новых друзей, от­вращение к одиночеству, местожительству, желание про­демонстрировать перед «друзьями» свою силу, ловкость, осведомленность и т. д.

Возникают такие группы сначала на игровой основе в процессе пустого времяпрепровождения, которое не контролируется ни родителями, ни учителями, ни други­ми лицами. В зависимости от возраста различно и количе­ство времени, которое подростки тратят на игры и прогул­ки с друзьями. А эти «игры» и «прогулки» есть не что иное, как времяпрепровождение подростков в неформаль­ных группах, которые фактически неуправляемы и без- надзорны.

66

В будние дни свободное от работы и учебы время у подростков-правонарушителей составляет от 2 до 4 ча­сов, в выходные и праздничные дни - от 5 до 10 часов. Именно в эти дни ими совершается большая часть про­ступков и правонарушений. Больше всего времени подро­стки тратят на «бесцельное хождение» по улицам, разго­воры с друзьями и выпивки - 26 %, а также посещение развлекательно-зрелищных мероприятий - 25,5 %, про­смотр телепередач - 14 %. Преувеличенно указывают они на «помощь родителям по хозяйству» и «заботу о членах семьи». В ответах они указывают, что «...два часа гулял с сестренкой во дворе», «...ремонтировал велосипед бра­ту», «...часа три убирал с матерью квартиру» и т. д. Такие факты имеют место, но, по оценке родителей, носят эпизо­дический характер, и то после многочисленных напоми­наний и просьб.

Результаты исследования И. П. Башкатова показы­вают, что контроль за проведением свободного времени, а также контроль за деятельностью стихийных групп под­ростков практически никто не осуществляет. В лучшем случае родители предупреждают, чтобы сын или дочь пришли домой в такое-то время. Кто же в таком случае ор­ганизует досуг подростков, помогает провести его?

Чем старше возраст подростков, старше класс, тем меньше помощи в проведении свободного времени ока­зывают родители, учителя и шефы, а увеличивается воз­действие товарищей. Выбор друзей никем не контроли­руется. Этот недостаток контроля за поведением, досу­гом и межличностными отношениями подростков очень сильно сказывается на их жизненных позициях, на фор­мировании личности в целом. В силу этих ранее сформи­ровавшихся интересов и склонностей подростки сами определяют содержание своей деятельности и средства контроля.

6*

67

Основными средствами контроля здесь являются традиции, обычаи, групповые привычки, закрепленные в групповом мнении, то есть средства моральные, а не юридические. Поэтому права и обязанности членов этих неформальных групп более аморфны, чем в социально полезных группах, хотя бывают весьма сложными и об­ширными.

Необходимость в таких группах подростки испыты­вают потому, что только в них они могут свободно общать­ся с теми лицами, которые им симпатичны, которые им нравятся. Выбор партнеров по общению у них далек от ра­ционализма и часто происходит на основе эмоциональной значимости личных симпатий, привязанностей, общих интересов, увлечений и т. д. Здесь они могут удовлетво­рить свою потребность в престиже и признании, показать свою «взрослость», свое «Я».

Привлекают их также свобода деятельности и отно­сительной самостоятельности, независимость суждений и изолированность от вмешательства взрослых. Здесь совсем другая атмосфера общения, чем в формальных группах.

Как отмечает В. В. Яковлев, в этих группах «...един­ственным (во всяком случае, ведущим) принципом объе­динения служат прежде всего взаимные склонности, по­ложительные отношения друг к другу ("знакомые", "дру­зья", "приятели", "близкие люди" и т. д.)» [113].

Отношение членов группы друг к другу здесь опре­деляется не системой ответственной деловой зависимо­сти, а личностными качествами каждого, системой меж­личностной психологической зависимости. В этом плане очень важно положение концепции деятельностного опо­средования межличностных отношений в группах, разра­ботанной А. В. Петровским [77].

Согласно этой концепции, взаимоотношения и взаи­модействия между членами групп могут осуществляться

68

на различной принципиальной основе. В социально значи­мых группах, группах-коллективах они опосредуются об­щественно значимыми целями и содержанием деятельно­сти. В группах низкого уровня развития, асоциальных группах они, наоборот, носят непосредственный личност- но значимый характер и определяются прежде всего лич­ной симпатией или антипатией, психологической или сен- сомоторной совместимостью, податливостью влиянию других членов групп, активностью в межличностном об­щении и т. д. Данное положение очень важно для выявле­ния этапов, уровня развития и типологии данных групп.

Кроме этого, асоциально-криминальные группы имеют и другую природу образования по сравнению с со­циально полезными группами. Они представляют собой стихийно сложившееся неформальное объединение, воз­никшее вопреки деятельности социально полезных групп, в результате накопившихся деформаций в социальных отношениях и общении, на основе психологических отно­шений между ее членами. Они вторичны по своему проис­хождению от формальной организации. Их зарождению предшествует ряд условий, способствующих консолидации разрозненных отчужденных личностей в единое целое.

Тщательный анализ этих условий позволил И. П. Башкатову выделить следующее.

1. Прежде всего, это наличие различных деформа­ций в деятельности, отношениях и общении социально полезных групп, которые формируют те или иные нега­тивные качества у подростков. Сюда относятся деформа­ции в семейных отношениях, недостатки в учебно-воспи- тательной работе школ, профессиональных училищ, про­изводственных коллективов, общественных организаций и других первичных коллективов.

2. Возникающее на основе этих деформаций нару­шение нормального взаимодействия подростков с соци­

69

альной средой, а также появление первых отклонений в деятельности и поведении подростков, отсутствие у них твердых нравственных взглядов и убеждений.

3. Перенос общественно-организаторской и комму­никативной активности подростков в сферу свободного общения, которое носит поисковый характер, и в связи с этим увеличение у них неформальной, стихийно возни­кающей, неорганизованной асоциальной деятельности и отношений.

4. Постепенное отчуждение подростков от первич­ных социально полезных групп (семьи, класса, учебной группы, производственного коллектива), что влечет за со­бой нарушение социализации личности.

5. Появление в рамках социально полезных групп первых признаков асоциальной группы, выражающихся в аморальных взглядах, нормах и ценностях, вступающих в противоречие с установками официальной организации.

6. Наличие за пределами социально полезных групп асоциальных, отчужденных лиц, склонных к анти­общественному поведению, и групп асоциальной направ­ленности. Сюда относятся лица и группы без определен­ных занятий, ведущие бродяжнический, паразитический образ жизни, злоупотребляющие спиртными напитками, склонные к наркомании и токсикомании, не желающие учиться и работать, нарушающие дисциплину и общест­венный порядок.

Наряду с этими условиями существует еще целый ряд социально-психологических факторов, привлекаю­щих подростков в ассоциативные группы.

Среди факторов, привлекающих подростков в асо­циальные группы, по их мнению, наиболее распростране­ны такие, как «свобода и неограниченность деятельности» у юношей - 97 %, у девушек - 89 %, «наличие свободного времени» у юношей - 96 %, у девушек - 85 %, «отсутствие

70

надзора и контроля со стороны взрослых» у юношей - 73 %, у девушек - 61 %, стремление к доверительному ин- тимно-личностному общению, выражающемуся во «встречах с девушками» и «встречах с мальчиками» у юношей - 65 %, у девушек - 86 %. С этим фактором тес­но связаны высокие показатели и таких факторов, как «увлечение порнографией» у юношей - 84 %, у девушек - 56 %, «развратная половая жизнь» у юношей - 54 %, у де­вушек почти - 99 %.

Чтобы облегчить вступление в контакт с лицами противоположного пола, приобрести равенство в отноше­ниях, юноши и девушки в таких группах начинают ку­рить, употреблять спиртные напитки. Особенно настора­живает появление таких факторов, как «употребление наркотиков» и «токсикомания», соответственно у юно­шей - 20 и 17 %, у девушек - 13 и 9 %.

Другими словами, в каждой пятой-седьмой группе подростков употребляли или пытались употреблять нар­котики, в каждой шестой и одиннадцатой группе занима­лись токсикоманией, то есть вдыхали испарение вредных веществ (ацетона, бензина, эфирных веществ, всевозмож­ные виды красок, клея и др.). Увеличение веса этих факто­ров можно объяснить, с одной стороны, тем, что у нас еще много формализма и упущений в воспитательной работе с молодежью, а с другой стороны, усилением мер по укре­плению дисциплины, борьбы с пьянством и алкоголиз­мом,с негативными явлениями и правонарушениями.

Особенно заметным в последние годы стало отсут­ствие официальных подростково-молодежных объедине­ний после запрета комсомольских и пионерских организа­ций в работе с подростками. Вместо запрещенных органи­заций ничего не создано. В стране до сих пор отсутствует четкая подростково-молодежная политика, которая пре­дусматривала бы позитивную социализацию личности,

71

препятствовала ей уходить в самовозникающие нефор­мальные объединения, особенно асоциально-криминаль­ной направленности.

Отсутствие живой работы с молодежью, оторван­ность от ее интересов, формализм, непомерный рост нега­тивных явлений породили в подростково-молодежной среде нигилизм, пессимизм, упадничество. Подростки, не встречая взаимопонимания, не находя условий для само­выражения в социально-позитивных общественных орга­низациях, уходят в различные самовозникающие нефор­мальные молодежные группировки отрицательной на­правленности. Мучаясь от безделья и скуки, они начинают употреблять алкогольные напитки, наркотики, нарушать общественный порядок, совершать правонарушения.

Анализ групповых правонарушений несовершенно­летних показывает, что далеко не все подростки осознают конечную цель преступной асоциальной деятельности.

Это зависит от роли, которую выполняет каждый член группы, от социального статуса в ней. В большинст­ве случаев только лидер и его приближенные знают ко­нечную цель асоциальной деятельности группы. Такая внутренняя организация группы способствует тому, что каждый подросток может активно участвовать как во всей групповой деятельности, так и в отдельных ее частях. А это зачастую приводит к тому, что в асоциальных груп­пах подростки становятся исполнителями чужой воли.

Воздействие группы на подростка будет тем силь­нее, чем значимее она для подростка, чем больше сил и усердия проявляет он в групповой деятельности. Для под­ростков группа становится единственным местом, где они могут компенсировать свои недостатки, получить призна­ние и одобрение сверстников, испытать чувство психоло­гического комфорта и эмоционального благополучия. Их взгляды и привычки, навыки поведения и убеждения,

72

нормы и ценности все больше формируются под воздейст­вием асоциальных групп, которые для подростков стано­вятся референтными. Эта референтность асоциальных групп в ориентации индивидуального поведения подрост­ков выполняет две функции: нормативную и социально- сравнительную.

Нормативная функция асоциальных групп пред­ставляет собой процесс, посредством которого группа оценивает ориентированных на нее подростков с позиции пригодности их к асоциально-криминальной деятельно­сти, оказывает на них соответствующее давление, прину­ждает вести себя в соответствии с групповыми нормами.

Социально-сравнительная функция позволяет ис­пользовать группу как своеобразный оценочный эталон. При этом все действия отдельных членов группы оказы­ваются зависимыми от реальных или предполагаемых ре­акций на их поведение со стороны всей группы.

Таким образом, негативные эталоны поведения, взгляды и привычки, сформированные у подростков в се­мье и ближайшем бытовом окружении, аккумулируются в асоциальных группах. Здесь у подростков происходит дальнейшее «заражение» асоциальными «умениями» и навыками, приобретается и передается асоциальный опыт, который не только не осуждается группой, а. наобо­рот, одобряется и поддерживается ею. Под воздействием группового мнения правовые и нравственные взгляды подростков претерпевают существенные изменения в сто­рону негативного их столкновения, в связи с чем сознание подростков все больше искажается, а противоправные формы поведения становятся более приемлемыми.

5 Зак. 297

73