5. Стилистическое использование словообразовательных возможностей языка

Функционально-закреплённые модели позволяют писателям использовать их как средство создания текстов определённой стилевой направленности. В художественной речи – это средство индивидуализации речи персонажей, воссоздания исторической эпохи, местности (деревня, город), географическое положение и т.д. Художественное произведение может включать в себя элементы всех стилей, так как писатель описывает жизнь, т.е. пишет об учёных, рабочих, крестьянах, молодых, старых и т.д. Вот несколько примеров, говорящих или о речевой конкретизации, или иногда о неумении человека найти обычную форму выражения простой мысли: Прошу внимания, – говорит товарищ Сугубов. – Тем, кто оформляется на Север, необходимо… подвергнуться авансированию (Рекемчук). Канцеляризмы, термины и профессионализмы с яркими словообразовательными приметами являются характерологическим средством: Пять лет опоры возили. Высоковольтку тянули (Белкина). Писатели часто используют в авторской речи необычные словообразования лексики узкоспециального применения: – Бери винтарь! Что винтарь! Если б автомат… – Ну да пусть с винтовкой едет, – недовольно отозвался Стёпка (Быков).

Экспрессия, свойственна разговорному стилю, используется писателями для выражения разнообразных эмоций – восхищения, сочувствия, снисхождения, пренебрежения и т.д. Например: Вот это везуха! Теперь житуха полегче будет. Он пушил и клял этих разнесчастных дурёх на чём свет стоит; Зоотехника заслали в самую распродальную дыру в районе (Абрамов).

Черты диалектного словообразования встречаются реже в художественной речи и служат характерологическим средством, например, портрета героя: Мой-то шуряга круглый год живёт на Богатке (Абрамов).

Журналисты также используют возможности словообразования для создания газетных и публицистических статей разной тематической направленности. Для придания своим текстам яркой эмоциональной окрашенности писатели, поэты и журналисты используют словообразовательные архаизмы, придавая повествованию высокий стиль, или придумывают окказионализмы, используя известные словообразовательные модели. Например, с архаичным словообразованием: рыбарь, ладья, низвергнуть, преступить, уготовить и другие, или сложные слова: благовоние, благожелатель, достопамятный, досточтимый, злоключение, злонравный, злоречивый, всемилостивый, всеславный и другие. Например: Келлер воспылал симпатиями к Андрею (из журнала).

Окказиональное словообразование используется также с целью создания экспрессивности. Например: «Вся моя юнь с этим брёвнышком закадычным, – рассказывал Смоляков» (Трифонов). Часто писатели прибегают к окказионализмам, чтобы как можно точнее выразить понятие: Под ухмылки и весёлые перегляды; Распоследние гости (Абрамов). Ночью во время просыпа (Солоухин). Особенно много неологизмов–окказионализмов придумывал В. Маяковский: амурно-лировый, звонконогий, шепотоголосый, нью-йоркистей, миллионопалая, расколоколивать, громадьё, чаишко и многие другие. И современные писатели придумывают окказионализмы с целью создания юмора. Например: Я кофейница… я без кофе не могу (Лидин). У Маршака: Доктор выслушал младенца а потом и говорит: «Инфлюэнца–симуленца, притворенца, лодырит». Желание пошутить порождает окказионализмы в живой разговорной речи. Например: – Вы живёте в академятнике? (В академгородке). – Мы с вами лужепроходцы.