Предисловие автора

В книге собраны работы автора по испанистике, публиковавшиеся на протяжении ряда лет в различных периодических, преимущественно центральных, академических и вузовских изданиях, таких, как «Вопросы языкознания», «Филологические науки», «Известия АН. Серия литературы и языка», «Иностранные языки в высшей школе», «Русский язык за рубежом», «Тетради переводчика». Её появление на свет объясняется как, с одной стороны, воскресшим дидактическим и исследовательским интересом к одному из ведущих мировых языков – испанскому, несколько «пострадавшему» от глобализации, так и, с другой, надеждой на то, что содержание этой книги этот интерес пробудит еще более.

Подобранные здесь статьи монографичны и связаны единством темы: вербализацией отношения говорящего к содержанию его собственной речи – модальностью субъективной оценки, в состав которой входят такие базовые смыслы, как знание и мнение достоверность и вероятность (рациональная оценка), одобрение и осуждение, радость и огорчение (аксиологическая и эмоциональная оценки), удивление (адмиративная оценка) и, наконец, желание и безразличие (дезидеративная оценка). «Погружение» желания в культурную среду – область межличностных отношений – порождает такую духовную ценность, обладающую этнической спецификой, как любовь. Логический и психологический противочлен желания – безразличие – в этой области выступает в виде моральных чувств и качеств личности.

Рубрикация книги носит довольно условный характер. В её первую часть включены работы, посвященные исследованию реализации субъективно-оценочных смыслов на лексическом и грамматическом уровнях. Во второй части собраны статьи, связанные с комплексным описанием языковых средств передачи адмиративной и дезидеративной оценок. Третья часть посвящена проблемам перевода, межъязыкового сопоставления и лингвокультурологического описания модально-оценочных смыслов.

Mementote praepositorum vestrum – «поминайте наставников ваших» (Евр. 13: 7). Я не могу не выразить свою признательность, может быть и запоздалую, всем тем людям, благодаря участию и помощи которых, прямой или косвенной, той или другой, была написана эта книга: О. К. Васильевой-Шведе, З. И. Плавскину, М. К. Сабанеевой (Ленинградский университет), Сальвадору Буэно (Гаванский университет), Анхелю Аухьеру (Институт литературы и языкознания Кубинской АН), С. И. Канонич, Г. Я. Туроверу (Московский педагогический институт иностранных языков), Бернару Потье (Парижский университет), Морису Молло (Институт иберороманских исследований Парижского университета), Е. М. Вольф, Б. П. Нарумову, А. В. Супрун (Институт языкознания АН СССР), Т. Б. Алисовой (МГУ), Н. М. Фирсовой (РУДН). И, конечно, особая благодарность моему научному руководителю проф. М. Н. Дееву и моему научному консультанту акад. Г. В. Степанову.

Часть I

ЛЕКСИЧЕСКАЯ И ГРАМАТИЧЕСКАЯ СЕМАНТИКА

1. ОБ ОДНОМ РЕФЕРЕНЦИАЛЬНОМ КОНТЕКСТЕ

ИДЕНТИФИКАЦИИ ВЕРОЯТНОСТНОГО ЗНАЧЕНИЯ

МОДАЛЬНЫХ ГЛАГОЛОВ, ФУТУРУМА

И КОНДИЦИОНАЛА

(НА МАТЕРИАЛЕ ИСПАНСКОГО ЯЗЫКА)¹

Как известно (см.: Bolinger 1946), многозначность, присущая формам футурума и кондиционала и модальным глаголам в приинфинитивном употреблении, в ряде случаев снимается с помощью контекста, в других же случаях контекст оставляет возможность разночтения этих форм. Так, например, по наблюдениям Д. Болинджера, число однозначного употребления futuro (F) и condicional (C) в вероятностной функции (FCP – futuro y condicional de probabilidad) относится к числу многозначного употребления этих единиц, как 1: 3 (63: 209) (см.: Bolinger 1946: 363). Достаточно хорошо изучены и описаны также лексические и грамматические средства, участвующие в создании контекстов, позволяющих однозначно вероятностную идентификацию этих единиц. Эти средства условно можно отнести к элементам внутреннего и внешнего контекста. Если к средствам создания внешнего контекста могут быть отнесены такие единицы темпорального дейксиса, как наречия времени ahora, entonces, en este (aquel) momento, en esta hora etc. и временные формы близлежащих глаголов (см.: Bolinger 1946: 364), то в число средств, создающих внутренний контекст, попадают дуративизация и перфективизация (о перфективизации инфинитива см.: Алисова 1971: 196) производящего инфинитива смыслового глагола и наличие семантических отношений неотчуждаемости признака между субъектом и предикатом высказываний с модальными глаголами и FCP (см.: Гуцу 1975: 100), и, наконец, для глагола deber таким контекстом с точки зрения нормативной грамматики является управление инфинитивом с помощью предлога dе (Васильева-Шведе, Степанов 1972: 248). Общим моментом всех этих разнообразных способов создания контекста, обеспечивающего однозначно вероятностное прочтение poder-deber и FСР и исключающего внутрисинтаксическое и деонтическое толкование poder-deber и темпоральное (футуральное) FC, является устранение временной перспективы между моментом речи (моментом, о котором идет речь для претеритных времен) и действием смыслового глагола. Для глаголов poder и deber это заключается в симультанеизации или антиципации действия глагола инфинитива действию модального глагола (см.: Преображенский 1975: 62), для FСР – в презенциализации или антериоризации действия глагола моменту речи либо моменту в прошлом, о котором идет речь для condicional (см.: Фирсова 1976: 59, 137).

Однако помимо лексических и грамматических средств создания однозначно идентифицирующего контекста для глаголов poder-deber и FCP в этой функции может выступать логико-грамматический тип высказывания и характер референции имен, заполняющих места логического субъекта и логического предиката высказывания. С точки зрения денотативной теории референции можно в общем и целом выделить два типа связи имени со своим денотатом: единичную референцию, когда денотат представлен собственно референтом – отдельным конкретным предметом или явлением объективного мира, и денотативную референцию, когда денотат представлен классом предметов либо любым представителем этого класса. В языках, имеющих артикль, различия в типах референции имен зачастую передаются с его помощью. Единично референтными в речи оказываются имена собственные и определенные дескрипции, денотативно референтными – неопределенные дескрипции (о теории референции см.: Арутюнова 1976: 179–204).

Из основных логико-грамматических типов высказывания – экзистенциальных, идентифицирующих, номинативных и предикативных (см.: Арутюнова 1976: 18) – симптоматичным для определения вероятностной функции глаголов рoder-deber и FC является тип идентифицирующих высказываний с соответствующим заполнением мест субъекта-предиката и связочного глагола.

В зависимости от характера референции имен, заполняющих места логического субъекта (темы) и логического предиката (ремы), теоретически можно выделить три варианта высказывания. Во-первых, высказывания, включающие в состав и темы, и ремы исключительно денотативно-референтные имена – неопределенные дескрипции. Во-вторых, высказывания, имеющие в составе темы единично референтные имена, а в составе ремы – денотативно референтные (обратное, естественно, невозможно, поскольку при этом просто-напросто тема и рема помешались бы местами). И, наконец, высказывания, в которых места и субъекта, и предиката заполнены единично референтными именами – определенными дескрипциями и именами собственными.

Если употребление глаголов poder-deber и FC в высказываниях первого типа, где места темы и ремы заполнены денотативно референтными именами, оставляет лишь возможность внутрисинтаксической или деонтической интерпретации глаголов poder-deber (см.: Sueur 1977: 88) и темпоральной интерпретации FC соответсвенно, то употребление этих единиц в высказываниях второго и третьего типа позволяет как внутрисинтаксическое (деонтическое) истолкование poder-deber и футуральное FC, так и эпистемическое, вероятностное понимание этих единиц.

Среди высказываний третьего типа, включающих в состав и темы, и ремы единично референтные имена, в особую группу можно выделить идентифицирующие высказывания (высказывания тождества) со связочным глаголом ser в которых и субъект, и предикат имеют один и тот же общий референт (см.: Супрун 1977: 142–152). Принципиальная однореферентность обеих коммуникативных частей подобных высказываний исключает возможность внутрисинтаксического и деонтического прочтения глаголов poder-deber в этих высказываниях и футурального прочтения FC, очевидно, поскольку логически исключает возможность наличия временной перспективы между действием модального и смыслового глагола, субъектом и приписываемым ему признаком для FC. Рассмотрим эти положения на конкретных примерах, взятых из практики современной испанской речи и дополненных иллюстрациями, полученными с помощью языкового эксперимента.

Проверим наполнение мест субъекта, предиката и связки в модели N¹ ser N² идентифицирующего высказывания единично референтными именами, относящимися к одному и тому же денотату, и глаголами poder-deber и FС соответственно.

– Nо ha visto usía el otro ejército que viene detrás?

• Serán los portugueses (Pérez Galdόs).

• Esa debe ser la madre (Cortázar).

• Entonces la mujer de los ojos tenía que ser Lucrecia (Hernández).

На основе последнего примера воспроизведем все возможные варианты заполнения места связки в формуле идентифицирующего высказывания N¹ (FСР/poder/deber) ser N²:

Entonces la mujer de los ojos debe (debía, debió) ser Lucrecia.

Entonces la mujer de los ojos puede (podía, pudo) ser Lucrecia.

Entonces la mujer de los ojos será (sería) Lucrecia.

Сопоставление poder-deber и FCP в этих вариантах говорит о том, что различия в значениях этих показателей вероятностной оценки не носят категориального, качественного характера, а скорее имеют характер количественный, указывая на различную степень убежденности говорящего в достоверности высказывания, причем по количественным параметрам сближаются значения deber и FСР как показателей мнения вообще, противостоящих значению poder как показателя предположения (см.: Алисова 1971: 194–195). Изменение характера референции, образующего предикат, ведет к изменению логико-грамматического типа высказывания и, тем самым, к изменению характера связки. Так, например, устранение артикля в высказывании Esa debe ser la madre дает характеризующий (предикативный) тип высказывания с нереферентным именем в составе предиката и приводит к изменению вероятностного значения poder-deber и FCP на внутрисинтаксическое/деонтическое для poder-deber и темпоральное для FCP:

Esa (será, pude ser, debe ser) madre.

В заключение можно заметить, что вывод о способности идентифицирующих высказываний с единично референтными именами в составе субъекта и предиката служить контекстом для опознания вероятностной функции глаголов poder-deber и FCP, полученный путем наблюдений над речевым употреблением этих единиц, подсказывается также соображениями априорного порядка, основанными на специфике действия логического закона тождества, языковым выражением которого, очевидно, и являются идентифицирующие высказывания. Действительно, с формально-логической точки зрения любой объект тождествен самому себе лишь в том случае, если он берется в одном и том же отношении в один и тот же момент времени, а последнее, очевидно, уже исключает существование временной перспективы между субъектом и предикатом, необходимой для внутрисинтаксического деонтического осмысления poder-deber и футурального – FCP.