2. Реферат: Сюжетные линии и система образов, их функциональная нагрузка в романе м. Булгакова «Мастер и Маргарита»

Делом жизни Булгакова стал роман «Мастер и Маргарита», который он завершил перед своей смертью. Впервые роман был напечатан с некоторыми сокращениями в журнале «Москва» (1966, №1, 1967, №1). Автор, о творчестве которого при жизни появилось столько отрицательных рецензий и статей, через четверть после смерти сделался любимым писателем не только у себя на Родине, но и за рубежом. Роман «Мастер и Маргарита» вобрал в себя темы, мотивы, которые разрабатывались писателем во всех созданных им ранее произведениях. В нем в полной мере определился талант писателя-гуманиста. В романе есть страницы, представляющие собой вершину булгаковской сатиры, и вершину булгаковской фантастики, и вершину его строгой реалистической прозы. Главную идею романа верно сформулировал литературовед и критик Игорь Виноградов в статье «Завещание мастера»: «Это тема общей человеческой ответственности за судьбу добра, красоты, истины в человеческом мире» (Вопросы литературы, 1968, №6).

Говоря об истории создания романа «Мастер и Маргарита», следует подчеркнуть, что он создавался в беспощадной борьбе с обстоятельствами, с уже начавшейся болезнью. За мысли, высказанные в литературной форме, многие писатели расплачивались свободой и самой жизнью. Мировоззрение Булгакова, его взгляды на назначение искусства определили художественные особенности романа. В письме-меморандуме 1930 г. писатель со всей определенностью поставил вопрос о свободе художника как непременном условии творчества. «Написав свою книгу налицо, я уж никак не могу переписать ее наизнанку. Помилуйте!»– ответил он А.Н.Тихонову, заведующему редакцией серии «Жизнь замечательных людей» в ответ на его предложение серьезно переработать книгу.

В поэтике романа проявился разносторонний талант Булгакова - сатирика, реалиста, фантаста, лирика, - прославляющий творческий дух и конечную победу добра, справедливости над злом.

Одна из причин популярности книги видится в том, что писатель исследует в ней нравственные, философские, этические проблемы, вопросы долга, чести, совести, лицемерия, фальши, трусости – одним словом, исследует проблемы, которые всегда волновали и волнуют людей всех времен и народов. Столкновение времен, преходящей современности и вечности, времени Москвы современной и времени Иисуса Христа является не внешним композиционным средством, оно фокусирует в себе глобально-этические проблемы.

В контексте книги прошлое связано с настоящим непрерывной цепью, и, - воспользуемся чеховским определением, - «правда и красота, направляющие человеческую жизнь, всегда составляли главное в человеческой жизни…».

Роман сложен по композиции, так как он многоплановый, исследует большой круг проблем, но в то же время он композиционно четкий. Композиционную четкость роману придает переплетение сюжетных линий, объединенных сквозной темой, темой Человека, его сущности, темой смысла и правды жизни. Сюжетные линии романа: линия Мастера - художника, творца и его ученика, поэта Ивана Бездомного (на последних страницах романа - Ивана Николаевича Понырева), а также председателя МАССОЛИТа Михаила Александровича Берлиоза; линия Мастера и Маргариты, тема любви, верности; линия Понтия Пилата и Христа (Христос выведен в образе Иешуа Га-Ноцри); линия мага и волшебника Воланда и его свиты, состоящая из громадного черного кота Бегемота, Коровьева, «клетчатого гаера2, носившего кличку Фагот, «пламенно-рыжего, с клыком, в полосатом добротном костюме, с котелком на голове» Азазелло и «нагой ведьмы» Геллы. Эта сюжетная линия включает и московские главы, ставшие главным полем для сатирической московской обывательской окололитературной и околотеатральной средой конца 20-х годов ХХ века.

Первая глава романа «Никогда не разговаривайте с неизвестными» является фабульной точкой опоры, дает возможность стремительного развития во времени и пространстве. Эпиграфом к роману взяты слова из «Фауста» Гете – «…так кто ж ты, наконец? – Я – часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо». Введение условно-фантастических персонажей позволяет автору романа создать яркую сатиру. О их функции в романе скажет Мастер в главе «Пора! Пора!» в финале книги: «…конечно, когда люди совершенно ограблены, как мы с тобой, они ищут спасения у потусторонней силы! Ну что ж, согласен искать там».

Образ Воланда навеян образом Мефистотеля из гениальной драматической поэмы «Фауст». Это история человеческого духа, путем мучительных поисков восходящего к вершинам человеческого познания. Воланд в романе Булгакова – своеобразное зеркало, в котором отражается все в истинной сущности. Размышлениями и действиями Воланда Булгаков отвергает ложь, ханжество, доносительство, стяжательство (образы Майгеля, Берлиоза. Степы Лиходеева, Никанора Ивановича, Босого, администратора Варенухи, Григория Даниловича Римского и др.). Справедливо мнение критика П.Палиевского, что Воланд и его свита «глумятся… там, где люди сами уже до них над собой поглумились… Нигде не прикоснулся Воланд, булгаковский князь Тьмы, к тому, кто сознает честь, живет ею и наступает. Но он немедленно просачивается туда, где ему оставлена щель, где отступили, распались и вообразили, что спрятались: к буфетчику с «рыбкой второй свежести» и золотыми десятками в тайниках; к профессору, чуть подзабывшему Гиппократову клятву…» (Палиевский П.В. Последняя книга Булгакова // Литература и теория. – М., 1974). Объектив Воланда позволяет оценить и истинные ценности: любовь, творческий подвиг, человеческую гордость, самопожертвование, духовную тягу к свету. В уста Воланда писатель вкладывает самые заветные мысли: «Рукописи не горят»; «Будьте гордыми»; «Факт - упрямая в мире вещь»; «Тот, кто любит, должен разделять участь того, кого он любит»; «Каждому будет дано по его вере».

Следя за поединком Понтия Пилата с бродягой-философом Га-Ноцри, Булгаков исследует в евангельских главах те же проблемы, что и в главах о современности: проблемы трусости, предательства, рабства души, добра и зла. Иешуа арестован по ложному доносу, его судьба полностью зависит от решения игемона, прибывшего во главе своего Двенадцатого молниеносного легиона в ненавистный ему Ершалаим в предвидении возможных волнений. На стороне Понтия Пилата - сила, власть, оружие, на стороне бродячего философа - только разум, честность, доверчивость, искренне желание добра людям. Иешуа легко опровергает заявление доносчика и удивляет Пилата, обращаясь к нему со словами «добрый человек». Иешуа убежден, что все люди от рождения добрые, и если лгут, клевещут, то потому, что либо озлоблены жестокостью других людей, либо следуют дурному примеру. Даже Крысобой, на его взгляд, не безнадежен: «Если бы с ним поговорить», - скажет он. Иешуа убежден, что неизбежно «рухнет храм старой веры и создастся новый храм веры». Понтий Пилат, убедившись в невиновности Иешуа, уже готов подписать оправдательный приговор. Однако секретарь напомнил о втором обвинении, об оскорблении великого кесаря, и с всесильным и бесстрашным человеком произошло нечто невероятное: «…померещилось ему, что голова арестанта уплыла куда-то, а вместо нее появилась другая. На этой плешивой голове сидел редкозубый золотой венец; на лбу была круглая язва…; запавший беззубый рот с отвисшей нижней капризной губой». Испугавшись за свою карьеру, прокуратор с ненавистью закричал: «На свете не было, нет и не будет никогда более великой и прекрасной для людей власти, чем власть императора Тиберия! – И не тебе, безумный преступник, рассуждать о ней!».

Предчувствие предсказывает Пилату, что, отправляя невиновного бродячего философа на виселицу, он обрекает собственное имя на позорное бессмертие. Понтий «руки потер, как бы обмывая их…» и утвердил смертный приговор. Вынеся смертный приговор, прокуратор попытался спасти Иешуа с помощью амнистии, но этому воспротивился президент Синедриона первосвященник иудейский Иосиф Каифа.

Булгаков снимает со старой евангельской легенды религиозный покров чудесного и ставит перед читателем насущные нравственные и философские вопросы. В контексте книги – «Трусость - самый страшный порок».

Важный композиционный момент в романе – картина «светящейся лунной дороги», повторяющаяся в библейских главах и в главах о современности. Эта метафорическая структура углубляет содержание романа. Символический образ светящейся лунной дороги – напоминание читателю о необходимости нравственного закона внутри человека, законов человеческой морали.

Всем своим творчеством М.А.Булгаков передает веру в личностное начало, утверждает, что власть, сила должны гармонизировать с разумом, добром, человеческим бескорыстием.